Семья Санзу

                          *Разборки*

--------------------------------------------------------------

*Тень в ангаре: Пока Судзуя учит уроки*

В ту ночь, когда воздух в старом ангаре пах бензином и гнилью, Харучиё стоял в тени, наблюдая за тем, как рушится привычный мир Тосвы. Па-чин, ослеплённый яростью, сошёлся с Осанаем. Глухие удары, хруст костей и крики — это была симфония, к которой Санзу привык.

Но когда Па-чин выхватил нож и вогнал его в спину лидера Мёбиуса, в ангаре повисла мёртвая тишина. Харучиё даже не вздрогнул. Он лишь поправил маску. В его голове промелькнула одна мысль: *«Хорошо, что Судзуя сейчас дома»*.

Перед уходом Харучиё лично запер дверь в комнату брата и заставил его пообещать, что тот не оторвётся от учебника истории до его возвращения.
— Хару-ни, но почему? Там ведь сегодня гуляют… — Судзуя сонно тёр глаз, сидя за столом.
— Учись, Судзу. Этот мир за дверью сегодня слишком грязный для тебя. Я принесу тебе что-нибудь вкусное, обещаю.

И вот теперь, глядя на сирены полицейских машин и на то, как Па-чин сдаётся властям, Санзу чувствовал лишь холодное удовлетворение от того, что его маленький брат не видит этого позора и крови.

---------------------------------------------------------------

*Раскол и примирение*

Дальше всё было как в дурном сне. Майки и Дракен, два столпа Тосвы, разошлись во мнениях. Харучиё видел, как его Король страдает, и эта ярость внутри него росла. Он ненавидел Дракена за то, что тот посмел перечить Майки.

Но вмешался Такемичи Ханагаки. Этот странный парень, вечно плачущий и избитый, совершил невозможное. Он, буквально вымазавшись в дерьме (в самом прямом смысле), заставил этих двоих смеяться. Санзу наблюдал за сценой примирения издалека, прислонившись к кирпичной стене.
— Глупец, — прошептал Харучиё, глядя на Такемичи. — Но полезный глупец.

Где-то в другом времени и пространстве взрослый Наото Тачибана пожимал руку повзрослевшему Ханагаки, передавая ему решимость изменить это будущее, где Дракен погибнет 3 августа. Но здесь, в настоящем 2005 года, Такемичи даже не подозревал, что за его спиной стоит тень, куда более опасная, чем Кисаки Тетта — тень старшего брата Акаши, который оберегал свою «святыню».

-----------------------------------------------------------------

3 августа: Фестиваль в Мусаши

Харучиё Акаши (Санзу)

Одеяние: На собраниях — неизменная форма Тосвы. На фестиваль надел тёмное юката цвета ночного неба с едва заметным узором журавлей. Чёрная маска плотно прилегает к лицу, скрывая ромбовидные шрамы, взгляд холодный и оценивающий. В складках юката спрятан складной нож — не для драки, а «на всякий случай», если кто-то посмеет подойти к его брату слишком близко.

Судзуя Акаши

Одеяние: Светло-голубое юката с рисунком облаков, подпоясанное тёмным оби. На ногах традиционные гэта, в которых он немного смешно спотыкается. В руках — бумажный пакет с яблоками в карамели и пластиковый сачок.

Состояние:Его единственный здоровый глаз сияет от восторга. Он редко выбирается в такие людные места, и огни фестиваля для него — чудо.

       Дождь ещё не начался, но воздух был тяжёлым. Судзуя всё утро ходил за Харучиё хвостиком, дёргая его за рукав.
— Ну пожааалуйста, Хару-ни! Там будут рыбки! И Эмма-тян звала меня!
Санзу долго держал оборону. Он знал, что в бандах назревает что-то нехорошее. Знал, что «Мёбиус» не успокоился. Но один взгляд этого чистого, незрячего на один глаз лица — и броня дала трещину.
— Хорошо. Но ты ни на шаг не отходишь от меня. Увидишь что-то странное — закрой глаза. Понял?
— Понял! — Судзуя просиял, тут же убегая переодеваться в юката.

Фестиваль встретил их шумом толпы и ароматами жареной лапши. Харучиё шёл сквозь толпу как ледокол, одной рукой придерживая маску, а другой — крепко сжимая ладонь Судзуи.

Возле лавки с масками они столкнулись с Дракеном и Эммой. Кен-чин в своём кимоно выглядел как скала, а Эмма сияла рядом с ним. Чуть поодаль Такемичи, спотыкаясь, пытался удержать за руку Хину.

— О, Судзуя! Харучиё! — Эмма помахала им рукой. — Вы всё-таки пришли!
— Привет, Эмма-тян! — Судзуя застенчиво улыбнулся, протягивая ей конфету, которую припас в кармане. — Дракен-кун, смотрите, какую я рыбку поймал!
Он гордо поднял пакетик, где плескался маленький золотой карась.

Дракен усмехнулся, потрепав парня по голове.
— Молодец, мелочь. Следи за своим братом, а то он сегодня злой, как собака.
— Хару-ни не собака! — Судзуя надул губы, искренне возмутившись. — Он добрый! Просто… просто он не любит, когда много людей!

Санзу промолчал, обмениваясь с Дракеном коротким, холодным взглядом. В этом взгляде читалось предупреждение.
— Такемичи, — обратился Санзу к Ханагаки, который выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание от напряжения. — Чего ты так озираешься? Будто привидение увидел.
Такемичи вздрогнул. Он знал, что сегодня Дракена должны пырнуть ножом. Он видел это в видениях, обсуждал с Наото. И сейчас, глядя на невинного Судзую и зловещего Санзу, он чувствовал, как ответственность давит на плечи.

— Я… я просто… — пробормотал Такемичи. — Санзу-кун, сегодня… будьте осторожны, ладно?

Харучиё прищурился.
— Не говори загадками, Ханагаки. Раздражаешь.

В этот момент небо прорезала первая молния, и хлынул ливень. Люди начали разбегаться. В суматохе Харучиё почувствовал, как рука Судзуи дрогнула.
— Хару-ни, там… там люди в белой форме… — прошептал Судзуя, указывая пальцем в темноту аллеи.

Санзу мгновенно среагировал. Он притянул брата к себе, закрывая его своим телом.
— Судзу, слушай меня внимательно. Сейчас ты идёшь к машине. Там сидит мой человек. Закройся внутри и не выходи, что бы ты ни услышал.
— Но Хару-ни…
— Это не обсуждается! — голос Санзу стал стальным. — Если ты не уйдёшь, я никогда больше не возьму тебя с собой. Быстро!

Судзуя, напуганный тоном брата, кивнул и побежал в сторону парковки, прижимая к груди пакетик с рыбкой. Харучиё смотрел ему вслед, пока тот не скрылся из виду.

Только тогда он сорвал с себя юката, под которым оказалась форма Тосвы.
— Ну что, ублюдки из Мёбиуса… — Санзу снял маску, обнажая шрамы и безумный оскал. — Вы посмели прервать прогулку моего брата. Теперь я буду вас резать долго.

В это же время в глубине парка Такемичи кричал, пытаясь найти Дракена, на которого уже напала толпа во главе с Пе-яном и Киямасой. Началась резня 3 августа.

Санзу сражался как демон, его движения были резкими и смертоносными. Но даже посреди боя, когда капли дождя смешивались с кровью врагов на его лице, его мысли были в той машине.
*«Только бы он не увидел кровь через стекло. Только бы остался таким же чистым»*.

А Судзуя сидел на заднем сиденье, прижимаясь лбом к холодному стеклу. Он не видел драки, не слышал криков. Он смотрел, как золотая рыбка плавает в маленьком пакете, и тихо напевал колыбельную, которой его когда-то научил Харучиё. Для него мир всё ещё был полон чудес, даже если прямо за окном начинался ад.

-----------------------------------------------------------------
Постараются написать историю ка и аниме  все детали я не помню но  постараются