4
Офис Лизы на 40-м этаже башни «Федерация» был воплощением успеха: панорамные окна с видом на утопающую в декабрьском тумане Москву, минималистичная белая мебель и оглушительная тишина, которую нарушал лишь тихий гул кондиционеров. Лиза сидела за своим широким столом, нервно постукивая стилусом по планшету. На ней был строгий кофейный костюм, идеально уложенные волосы и слой уверенности, который сегодня ощутимо трещал по швам.
Дверь без стука распахнулась. На пороге стоял Гриша.
Он выглядел именно так, как обещал: поношенные черные кеды, которые оставили грязные следы на белоснежном ковролине, рваные джинсы и та самая растянутая худи. В руках он сжимал потрепанную сумку для ноутбука. Его появление в этом царстве стекла и глянца было сродни появлению бродячего кота на выставке фарфора.
— Ну и ну, — Гриша окинул взглядом кабинет, не скрывая брезгливой ухмылки. — Ты тут не задыхаешься, Белова? Воздух слишком чистый, мозг не начинает атрофироваться?
— Проходи и сядь, Ляхов, — Лиза даже не подняла головы, хотя внутри всё сжалось от его голоса. — И старайся не оставлять свои индустриальные сувениры на моем полу. Уборка стоит дороже, чем твои наушники.
— О, мы сегодня в режиме «стерва из Сити», — Гриша бесцеремонно развалился в кресле для посетителей, закинув ногу на колено. — Забавно. А где твой Артем? Опаздывает на собственное распятие?
— Артем паркуется. У нас есть десять минут, пока не пришел коммерческий директор, так что показывай чистовик, — Лиза наконец подняла на него взгляд.
Гриша достал флешку, но не спешил её отдавать. Он смотрел на Лизу, замечая темные круги под её глазами, которые она тщательно пыталась скрыть консилером.
— Плохо спалось? Или Марк всю ночь читал тебе лекции о вреде «грязного звука»?
— Не твое дело, — отрезала она.
В этот момент дверь распахнулась снова, но на этот раз с таким грохотом, что Лиза подпрыгнула на месте. В кабинет влетел Марк. Он выглядел безупречно — дорогое пальто, идеально выбрит, запах парфюма заполнил всё пространство. Но его лицо было багровым от ярости.
— Лиза! — Марк даже не заметил Гришу. — Ты вообще телефон для чего носишь? Я звонил сорок раз!
Лиза медленно встала, чувствуя, как внутри всё холодеет. Гриша же, наоборот, удобнее устроился в кресле, сложив руки на груди. На его лице заиграла та самая предвкушающая улыбка.
— Марк, я на работе, — голос Лизы дрогнул, но она попыталась взять себя в руки. — У нас встреча. Пожалуйста, выйди.
— Какая встреча?! — Марк наконец заметил Гришу, окинул его презрительным взглядом и снова повернулся к Лизе. — С этим? Лиза, ты не пришла домой! Ты понимаешь, что я чувствовал? Я обзвонил все больницы! Где ты была?
— Я тебе писала, Марк. Я ночевала у Иры. Мы заработались, было поздно ехать через весь город, — Лиза сделала шаг к нему, пытаясь увести его от стола. — Пожалуйста, давай поговорим позже.
— У Иры? — Марк сорвался на крик. — Ты врешь! Ира сказала, что не видела тебя! Ты была в той дыре, на этой чертовой студии! Ты променяла наш вечер на общество этих... — он неопределенно махнул рукой в сторону Гриши.
Гриша тихо хмыкнул, нарушая тишину:
— Вообще-то, вечер был продуктивный. Твоя Лизавета — отличный слушатель. Особенно когда дело доходит до припевов про «внутри».
Марк замер, переводя бешеный взгляд с Гриши на Лизу.
— Что он несет? Лиза, кто это вообще такой?
Лиза почувствовала, что еще секунда, и она просто упадет. Она схватила Марка за локоть и буквально потащила его к двери. Он был тяжелее, он сопротивлялся, но её отчаяние было сильнее.
— Марк, закрой рот! — прошипела она. — Мы поговорим дома. Прямо сейчас ты уходишь. Пошел вон!
— Лиза, ты не можешь просто... — Марк пытался развернуться, но она уже вытолкнула его в коридор, где на них уже начали оглядываться сотрудники из оупен-спейса.
— Поговорим. Потом. — Лиза выставила руку вперед, пресекая любую попытку войти обратно, и с силой захлопнула тяжелую дверь прямо перед его носом.
Она прислонилась к двери спиной, тяжело дыша и закрыв глаза. Сердце колотилось где-то в горле. В кабинете воцарилась мертвая тишина, которую через несколько секунд прервал сухой, издевательский аплодисмент.
Лиза открыла глаза. Гриша сидел в той же позе, медленно хлопая в ладоши.
— Браво, Белова. Десять баллов за технику выталкивания мажоров, — он качнул головой. — Но за легенду про Иру — твердая двойка. Слишком банально. Могла бы придумать что-то поинтереснее. Например, что ты спасала мир от плохого сведения.
— Заткнись, Ляхов, — Лиза прошла к столу, её руки заметно дрожали. — Просто заткнись.
— А что такое? Правда глаза колет? — Гриша встал и подошел к её столу, опираясь на него руками. — Ты же понимаешь, что он прав. Ты врешь ему, потому что тебе душно в этом вашем идеальном мире. Ты ночевала у Иры, говоришь? А почему тогда от твоих волос до сих пор пахнет плесенью моей студии?
— Уходи, — прошептала она, не поднимая глаз.
— Нет, мы еще не послушали трек, — Гриша наклонился ниже, заставляя её посмотреть на него. — Посмотри на меня, Лиза. Твой Марк — это декорация. А то, что произошло вчера на студии... то, как ты смотрела на меня, когда играл финал... это было по-настоящему. И ты это знаешь.
— Между нами ничего не произошло, — Лиза вскинула голову, встречаясь с его ледяным взглядом. — И не произойдет. Ты — просто эпизод в моей работе. Трудный, хамоватый эпизод. Давай флешку.
Гриша несколько секунд пристально смотрел ей в глаза, словно пытаясь найти там подтверждение её слов, а затем небрежно кинул флешку на стол.
— Держи свою дозу «грязи», — бросил он, направляясь к выходу. На пороге он остановился и обернулся. — Кстати, передай Марку: у Иры плохая дикция. В следующий раз пусть лучше врет про курсы повышения квалификации. Это больше в твоем стиле.
Дверь за ним закрылась тихо, но для Лизы этот звук был громче, чем крики Марка в коридоре. Она опустилась в кресло, глядя на маленькую черную флешку, и поняла, что её идеальный мир в Сити только что дал огромную, непоправимую трещину.
Продолжение следует...