Глава пятнадцатая. Приступ агрессии
Мать Эйприл поставила дочери жёсткий ультиматум: либо она, либо её друзья. Из-за поступка Микеланджело она уже не выдержала и открыто ненавидела черепах. Эйприл не знала, что делать. До этого братья отправили Микеланджело в сарай, но ему надоело там сидеть, и он выбрался.
После этого черепашка с оранжевой повязкой пошёл в морозильник посмотреть на холодильную кошку — Кису. Дойдя до неё, он принялся рассказывать о ситуации и о том, что ему никто не верит. Киса поддержала его и сразу начала шипеть. Юноша увидел в окне эту мерзкую женщину, которая с колбой мутагена выбежала на улицу, причём ночью.
Микки побежал за ней. В это время Анасута уже вышла на охоту. Вооружившись не своим мечом, а на этот раз оружием получше, она, собрав всё необходимое в свой тёмно-синий рюкзак, на котором висела куча мягких игрушек, вышла из дома.
В рюкзаке был тяжёлый топор, который принадлежал её дедушке. Он был красного цвета, правда, немного смешанного с серым. Топор был уже старым и служил, по всей видимости, ещё тогда, когда дед был молод. Кроме топора в сумке уместилась та железная труба, которую девушка нашла на корабле с анабиозом, а также канат, крепление к нему и карабин.
На руках были надеты бархатные зелёные перчатки, подаренные ей тётей, чтобы не оставлять улик. Светлые джинсы и оливковый лонгслив не очень сочетались с перчатками, но выхода не было. Канат она натянула заранее, причём от дома до каждого дерева. Это заняло пять часов, пока миссис О'Нил болтала с Эйприл; девушка время не теряла.
Когда все пили чай и шла история про того самого прапрадеда, дама сидела и гладила Котю, делая вид, что ей вообще ничего не интересно. Как только Анасута увидела ту паршивку, сразу привязала себя к канату и тихо спустилась на нём, как на тарзанке в детстве. Перчатки помогли не стереть руки в кровь. С высоты Сута заметила своего друга. Он с нунчаками бежал вдогонку за злой тёткой.
Спустившись с дерева, на которое буквально прилетела, леди разбила очки. Она всегда их носила, потому что плохо видела. Разбив их, юная особа поняла, что так не сможет увидеть врага и уж тем более Микки.
— Твою мать, вот же сука!! — начала громко ругаться Сута.
Кунаичи даже не поняла, что это было слишком шумно для засады и облавы. Послышался хруст, будто хрустели не ветки, а кости. Страшные картины всплыли в голове и начали накручивать девчонку.
— Милочка, что ты тут делаешь? — вышла из кустов страшная ведьма.
— Мэм, вы обронили это, — достала из кармана свой сжатый кулак девочка.
Импровизированная вещь была якобы в руке; миссис О'Нил потянулась посмотреть, что же там такое. И резко старшеклассница раскрыла свою руку. Из сжатого кулака вылетела фиолетовая бомбочка Донни. Суте пришлось украсть её из лаборатории, пока Донни потерял сознание от воссоединения матери и дочурки.
Мамашу ослепило, и из зловещих лап чуть не выпала колба с мутагеном. Если бы она пролилась, то случилось бы кошмарное превращение.
— Гадкая тварь! — заорала на весь лес женщина, и её конечности начали превращаться в отвратительные щупальца.
— Убери свои мерзкие щупальца, страхолюдина! Ты не настоящая мать Эйприл, а лишь поганая копия. Я тебя уничтожу! Настоящая мать уже мертва, не могла ты выжить в этой кукольной капсуле. Раз тут ставили опыты над дедом, значит, и над тобой. Дед умер, и настоящая мама тоже! — от злости она схватилась за топор и побежала рубить её.
Отрезав лишь одно щупальце, проклятье сожрало её за секунду.