Хрупкое равновесие/Виолетта Малышенко

Оказавшись в торговом центре, Аля растерялась. Несколько этажей, эскалаторы, повсюду люди, спускающиеся и поднимающиеся, звон голосов, крики, разговоры, взгляды – все это сводило ее с ума. Она не любила магазины, возможно, еще и потому, что такие торговые центры отнимали не только время, но и деньги, которых у нее не было. Пройдя по первому этажу, она зашла в несколько спортивных магазинов, так до конца и не поняв, что ей нужно купить. В чем легче продавать наркотики? Спросить было не у кого.

– Аля?

Она обернулась на знакомый голос. Милена.

– Что с твоими волосами? Я еле узнала тебя!

Аля провела рукой по коротким волосам и улыбнулась:

– Нравится?

Милена кивнула, продолжая рассматривать подругу:

– Очень. Тебе идет. Но ты теперь выглядишь старше. А что ты делаешь в спортивном магазине?

Действительно, что она делает в нем? Может, ей надо было пойти в магазин для охотников?
Аля опустила взгляд, роясь руками в вещах, которые ей даже не нравились:

– Ищу что-нибудь удобное.

– Почему ты не позвонила мне? Мы же с тобой всегда ходили вместе. Ах, ну да, – насупилась подруга, – ты отдалилась от нас с Джоном настолько, что дальше некуда. Ничего, что я с тобой разговариваю? Или твоя предводительца мафии снова приставила к тебе охрану? Меня не побьют?

Аля удивленно посмотрела на нее, сначала улыбнулась, потом засмеялась. Она любила Милену, несмотря на ее длинный язык. И было очень жаль, что она не может рассказать ей всей правды. Але так хотелось поделиться хоть с кем-то, хотелось, чтобы ее поняли и пожалели. Но ее никогда не поймут и уж тем более не пожалеют. Она – киллер.

– Я одна.

– Совсем-совсем одна? Или она где-то рядом? – Милена обвела пальцем магазин.

– Нет. Её нет.

– Значит, ты все еще с ней? Я уже устала ревновать тебя к ней. Она отобрала тебя у нас. Когда ты вернешься, Аля? Мне тебя не хватает.

Аля посмотрела в глаза подруге, единственной и такой родной. Да, она отобрала ее у друзей. Она отобрала ее у самой себя. Она не принадлежала себе, Виолетта полностью завладела ее временем.

– Много работы, Мил. Я ничего не успеваю.

– Кем ты работаешь?

Аля убрала руки от вещей, придумывая ответ. Врать друзьям сложно, но иногда выхода нет:

– Секретаршей.

– Ого! – казалось, Милена клюнула на эту ложь. – Можешь мне не объяснять, как ты работаешь с такой девушкой. Скажи только, – она подошла ближе, – как она в постели?

– Милена! – вскрикнула Аля, и все продавцы оглянулись на них. – Откуда я знаю!

Выражение лица подруги приобрело неудовлетворенный вид. Она все ждала главного в жизни Али, но для Али это было мелочью по сравнению, например, с тем, что она пережила сегодня и что еще предстоит пережить. Виолетта права: люди живут в своем мире, они и не догадываются, что происходит у них за спиной.

– Мне пора. – Аля проскользнула мимо подруги и вышла из магазина.

– Аля, подожди, – подруга побежала за ней, – стой! Прости меня.

Аля остановилась.

– Прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто странно: она такая плохая, вроде постоянно рядом с тобой, но между вами ничего не было. Как так?

– Может, потому что я такая хорошая? Может, она уважает меня? Не все меряется постелью, Мил, есть ценности поважнее.

Подруга удивленно посмотрела на нее:

– Что мне передать Джону? Он ждет тебя. У него есть шанс?

Аля, уже собиравшаяся уходить, резко затормозила. Джон. Как часто она произносила это имя. Раньше. Она уже месяц как забыла собственное.

– Мне сейчас некогда, Милена, я позвоню тебе.

– Можно мне с тобой походить по магазинам? Я буду молчать. – Милена приложила палец к губам.

Аля уже отчаялась купить себе что-нибудь из одежды. Нервно бросив взгляд на часы, она кивнула. Время еще было. А вот силы уже на исходе. День казался бесконечным, а ночь продлится еще дольше. Вибрация телефона в кармане заставила ее сердце биться быстрее. Она ждала услышать мягкий баритон, но это была Даниела:

– Сегодня в три ночи, Аля, поедешь отсюда, из офиса. Мы будем тебя ждать.

Она отключила абонента.

– Мне нужна твоя помощь, Милена. – Аля направилась к эскалатору, и подруга побежала за ней. – Мне нужна одежда. Черная, облегающая, чтобы не сковывала движения, удобная, ну и красивая, конечно.

– Зачем тебе такая?

Оставалось девять часов до начала операции, надо было еще подготовиться – одеться, накраситься, дать наставления Дилану и в конце концов поесть. Про сон Аля уже не думала. Работая на «Скорой», она привыкла к ночным сменам. Но тогда она отдыхала днем! Сейчас же шли вторые сутки на ногах, прошлую ночь можно было не считать – сна не было из-за Виолетты и сказанных ей накануне слов.

– Считай, что иду в поход.

– В поход? – удивилась Милена. – Секретарш уже берут в поход?

Они заходили в каждый магазин, Милена показывала выбранные ею вещи, но Але все не нравилось. Все было не то. Джинсы – нет. Спортивные черные штаны с красными вставками – нет. Аля засмеялась, представив себя перед Картом в таких. Топик – нет! Какой топик?! Только длинные рукава!

Они обошли два этажа, но все тщетно. На третьем этаже продавались вечерние платья самых разных брендов. Проходя вдоль магазинов, они рассматривали витрины.

– Мил! – воскликнула Аля, рассматривая золотистое платье на манекене. – Смотри, какая красота!

Платье действительно было необыкновенно красивое: золотое, вышитое бисером, облегающее бедра, спадающее длинным шлейфом сзади. Талия оставалась обнаженной и лишь сплетение двух полосок ткани выше пупка, переплетаясь между собой, поднимались выше, закрывая грудь, оставляя место для фантазии. Спина оставалась полностью обнаженной, демонстрируя изгибы, и лишь ниже талии ткань собиралась в узел, прикрывая то, что нужно было прикрыть.

– Бог мой! – закричала подруга. – Давай примерим эту красоту.

Оказавшись внутри, Аля поняла, что это бутик чертовски дорогих вечерних платьев от «Sherri Hill». По недовольным взглядам продавщиц она поняла, что таким, как они, здесь не место и, да, они были правы. Но, коснувшись ткани золотого платья и ощутив в руках ее тяжесть, Аля представила Виолетту, как она коснулась бы золотого бисера на ее груди. И дрожь пробежала по коже. Девушка смотрела, как завороженная, забыв о том, зачем вообще пришла в торговый центр, забыв про Карта, про наркотики и сделку.

– Я его примерю, – она посмотрела на молодую девушку-продавщицу, взглядом подзывая ее к себе.

Та аккуратно сняла платье с манекена и на руках понесла в примерочную. Аля последовала за ней, на ходу снимая джинсовую куртку.

Милена ждала за шторкой примерочной, рассматривая остальные вещи, и, когда Аля вышла, вскрикнула от восторга и закрыла рот рукой:

– Аля, боже! Если твоя красавица увидит тебя в нем, она завалит тебя прямо на месте. Ты почти голая.

Аля засмущалась, ощупывая ткань руками и смотря на себя в зеркало. Платье деликатно скрывало ее бедра, веером ложась на пол. Ее упругую грудь слегка касалась грубая ткань с бисером, при желании одним пальцем можно было отодвинуть ее.

– Мне оно нравится, Милена. – Диана провела руками по бедрам, вспомнив при этом Оксану, и улыбнулась. Кажется, она поняла ее. Ей очень захотелось, чтобы ее мучительница увидела ее в этом платье. Может, это было безумием, и надевать такое платье ей было некуда, но иметь такую шикарную вещь в гардеробе очень хотелось. Кто знает, возможно, будет в ее жизни момент, и она наденет его, ведь жизнь такая непредсказуемая.

– Я его возьму. – Аля кивнула продавщице, и та сразу улыбнулась.

– Три тысячи.

Милена ахнула и прошептала подруге:

– Сними его немедленно, а то порвешь.

Аля подумала, что ей послышалось, но, внимательно посмотрев на консультанта, поняла, что это не шутка. Как платье может стоить три тысячи долларов?

– Оно из настоящего золота?

– «Sherri Hill» – это бренд. У нас очень дорогие платья.

Аля вернулась в примерочную и стала снимать его. В голове не укладывалось: единственная вещь, которая ей понравилась, и та стоит целое состояние. Разве может тряпка столько стоить, даже если это бренд? Отдавать три тысячи за название фирмы? Аля посмотрела на себя еще раз в зеркало, вспоминая написанные ей слова: «Побалуй себя, пока меня нет». Она оставила ей деньги, и сегодня, помимо денег, она оставила ее с сорока килограммами кокаина. Через несколько часов она встретится с её злейшим врагом, чтобы избавиться от товара. Разве она не достойна этого платья? Она достойна ста таких платьев!

– Я его беру. – Аля прошла на кассу и положила его на стол, доставая пачку долларов.

Милена ошарашенно посмотрела на подругу и прошептала:

– Откуда у тебя такие деньги? Ты ограбила банк? – И помолчав несколько секунд, добавила: – Ты с ней спишь, Аля, не отрицай этого.

– Нет, Мил, не сплю, – Аля улыбнулась продавщице, которая тут же предложила туфли на высоком каблуке в тон платья.

Померив их, Аля поняла, что они отлично сидят на ноге, делая ее выше. Она отдала еще полторы тысячи за обувь и вышла из магазина. Посмотрев на часы, Аля поняла, что времени осталось совсем мало.
– Аля, – прошептала Милена, – скажи, мне это снится? Откуда у тебя столько денег?

Отвечать на этот вопрос ей не хотелось. Она схватила подругу за руку и завела в другой магазин. Отыскав черные легинсы, черную обтягивающую кофту с рукавом, кожаный черный ремень и – в отделе обуви – черные ботинки на каблуке, она прошла в примерочную, оставляя ошарашенную подругу за дверью. Через пару минут она вышла:

– Мамочка моя! – Милена закрыла рот рукой. – Ты похожа на убийцу, под стать своему криминальному авторитету.

– Отлично, я беру. – Аля еще раз оценивающе посмотрела на себя в зеркало, замечая, как одежда подчеркивает ее женственную фигуру, ее формы, а каблуки делают выше и грациозней. Она была похожа на дикую черную кошку, а светлые короткие волосы придавали ее облику еще больше сексуальности. Сунув большой палец руки за кожаный ремень, она поняла, что еще есть место для пистолета. Расплатившись, она с Миленой вышла на улицу.

– Я ни о чем тебя спрашивать не буду. Даже не спрошу, зачем тебе такая одежда. Но знай, мне все это не нравится.

– Мне тоже, Мил. – Аля высматривала машину на парковке.

– Я на машине. Тебя подвезти?

Аля выдохнула, увидев черную «Инфинити». Она не хотела, чтобы подруга узнала и о дорогой машине:

– Нет, спасибо, я прогуляюсь.

– С платьем за три тысячи? Кстати, передай своей красавице мафиози, что она будет полной идиоткой, если не завалит тебя сразу, как увидит в нем.

Аля лишь кивнула, думая о своем. Оставалось пять часов до назначенного времени, и она начинала нервничать. Может быть, ей уже никогда не надеть это платье.

– Спасибо за помощь, Мил. – Аля оставила подругу позади и направилась к машине.

Садясь в нее, снова чувствуя запах салона.

Открыв глаза, Аля снова увидела подругу. Она устала слушать догадки Камиллы. Она устала от всего этого.

– Её машина, ее деньги, – кивнула Аля. – Думай, что хочешь.

Она завела «Инфинити» и, не смотря на подругу, стала выезжать.

– Она купила тебя! – Последнее, что услышала Аля.

Эти слова врезались в ее память, давая повод задуматься. Купила? А разве она не заработала их, терпя её издевательства? Чего стоило быть рядом с ней, просто быть рядом, чувствуя ее прикосновения, смотря в ее ореховые глаза, а потом встречать с другими женщинами. Нет, она не купила ее! Она не продавалась. Она просто была ей нужна. Как воздух.

Придя домой, Аля быстро переоделась и села перед зеркалом. Взяв тушь для ресниц, она заметила, как сильно дрожат ее руки. Она хотела прибавить еще пару лет к своему новому возрасту и потому старалась накраситься как можно ярче. У нее это получилось. Довольная проделанной работой, она нанесла последний штрих, накрасив губы красной помадой. Теперь она уже не девятнадцатилетняя девочка, теперь она взрослая женщина, пантера, грациозная, гордая и опасная. Она была готова продать сорок килограммов кокаина.

Приехав в офис и поднявшись по лестнице в кабинет, она продолжала ощущать волнение: с каждой минутой ее сердце билось все сильней и сильней. Открыла дверь в кабинет и вошла, смотря на мужчин и девушек, сидевших за столом. Никто не ушел, кроме Оксаны, все ждали ее. Кейли и Дилан тоже были здесь.

– Бог мой! – воскликнула Даниела, поднимая голову от бумаг. – Кто ты?

Кейли встал, окинул девушку взглядом и мило улыбнулся:

– Святая Дева Мария, Аля, тебя не узнать. Ты похожа на… – он замолчал, пытаясь подобрать нужные слова, – черную кошку.

– Отпад, – прошептала Лейла.

Девушка усмехнулась и прошла к своему месту, но, поняв, что теперь оно ей не нравится, села ближе к боссу, чувствуя на себе взгляды присутствующих.

– Я готова. – Сложив руки на столе, она посмотрела на Даниелу. – Меня интересуют все подробности сделки: где, когда и кто будет.

Гарсиа облокотилась на кресло, изучая ее, и легкая усмешка снова коснулась её губ.

– Не нравится мне эта затея, – произнесла она, и Аля удивленно на неё посмотрела.

Мало приятного ехать ночью в неизвестность, но, раз она решила помочь им, свое слово сдержит.

– Через своего агента я договорился с Картом, – начал говорить Кейли, – он думает, что ты купила наркотики у «Заед», пусть так и думает. Ахмад сам еще не знает, что его люди убиты. Наутро может быть очень поздно, поэтому я договорился на ночь. У «Заед» ты купила их за четыре миллиона, Аля, запомни. Продаешь за пять. Если Карт начнет торговаться, настаивай на своем. Пять и точка.

– А если он начнет ей угрожать, Кейли? – перебила её Даниела. – Об этом ты не думал? Аля, – она обратилась к ней, – ты будешь без оружия. Охраны, кроме Дилана, нет, но он один никогда не справится с Картом. Даже Малышенко не позволяет себе сделки с ним один на один. Всегда много охраны, все перепроверяется миллион раз. Как ты будешь пересчитывать деньги в темноте?

– Я не буду их пересчитывать. – Аля понимала, что ее шансы на хорошую сделку очень малы, но они были. – Я просто их заберу.

– Н-да, – покачал головой Кейли, – в дороге откроешь чемодан, а там половина. Мы угорим в два с половиной миллиона долларов.

Аля повернулась к нему, слегка сузив глаз:

– Вы хотите, чтобы я пересчитывала пять миллионов в темноте, пока они будут держать меня на прицеле? Вы в своем уме?

Даниела стукнула по столу рукой, и все вздрогнули:

– Не надо пересчитывать, просто бери и уходи. И будь аккуратна, повернувшись к нему спиной, вспомни Малышенко: она расстреляла четырех человек. Я не гарантирую твою безопасность, но как босс приказываю, – она посмотрела на Дилана, – если что-то с ней случится, сначала один звонок мне, я пошлю наших ребят, мы будем наготове.

– Мои люди тоже, – произнес Кейли, кивая Даниеле, – я с вами.

Все было так сложно! Столько людей, такие страшные обсуждения, планы, что Аля невольно вспомнила, как они с Виолеттой вдвоем проделали такую же операцию. Такой же риск, такой же товар, те же деньги. Но они были вдвоем и паники не было! Она была спокойна, она не говорила о смерти, она просто давала четкие указания и точно знала, что все пойдет именно так, как хочет она. Она была уверена в себе. Это хороший пример. Она тоже должна быть уверена, это важно – гордо держать голову перед врагом.

– Хватит! – крикнула Аля. – Не надо никаких машин и помощи, я смогу сделать это сама. Не надо наводить на меня ужас, дайте лучше пару хороших советов.

Повисла тишина. Все задумались.

– Голос не должен дрожать, – произнесла Лейла, первым нарушив тишину. – Голос уверенный и четкий. Они могут задавать наводящие вопросы, тем более увидев перед собой девушку, – не отвечай. Лучше хитро улыбнись.

– Не пугайся, если попросят закатать рукава, чтобы посмотреть, нет ли креста, делай это спокойно, не быстро, – продолжила Даниела, – немного удивленно. Карт – тоже не дурак, он следит за твоей реакцией. Когда поедете обратно, следите, чтобы не было хвоста. Лейла будет ждать вас в аэропорту, вы передадите ей деньги, и она полетит в Милан к Малышенко. Позвоните мне по дороге, чтобы я связалась с Ахмадом и сказала, что на сделку его люди не пришли. Удачи, Аля.

– Если Карт будет допытывать, откуда ты взялась, такая красотка, – улыбнулся Макс Кейли, – скажи, что из Канады, а с «Заед» тебя свела судьба. Говори завуалированно.

Она глубоко вдохнула и выдохнула. Это будет непросто, но она справится.