Глава 2.Точка отсчета
Амалия стояла у окна палаты и смотрела на огни Барселоны. Они мерцали, как звёзды, упавшие на землю, — далёкие, холодные, равнодушные. Марк спал, его дыхание было ровным, но она всё равно прислушивалась к каждому вдоху, боясь пропустить чтото важное.
Телефон в кармане вибрировал уже третий раз за десять минут. Она знала: это уведомления из соцсетей. Пост, который она написала вчера после матча, разлетелся, как искра по сухой траве. Комментарии, репосты, цитаты — всё это теперь жило своей жизнью, отдельно от неё. Отчасти она жалела о сказанном: слова были резкими, необдуманными. Но в тот момент, когда Марк лежал на поле, а мир вокруг будто остановился, она не могла думать иначе.
Она вышла из палаты чуть прогуляться по больнице и прийти в себя.Спустя десять минут она подходит обратно к палате.
Дверь палаты открылась, и вышёл Марк. Он опирался на костыли, но улыбался — так, как умел только он: легко, будто ничего не случилось.
— Ну что, сестра, готова к новому дню? — спросил он, устраиваясь в кресле у окна.
Амалия повернулась к нему, пытаясь скрыть тревогу за улыбкой:
— Ты точно должен был вставать? Врач сказал...
— Врач сказал «постельный режим», — перебил Марк, — но я не могу лежать и смотреть в потолок, пока весь мир обсуждает, как я упал. Кстати, ты видела заголовки?
Он протянул ей телефон. Экран пестрел заголовками:
«Сестра Берналя обвиняет Кубарси в умышленном нарушении»
«Конфликт на поле перерос в скандал в сети»
«Пау Кубарси: жертва или виновник?»
Амалия почувствовала, как внутри снова закипает гнев.
— Они всё переворачивают, — прошептала она. — Он мог тебя покалечить.Точнее уже покалечил.
Марк вздохнул и отложил телефон.
— Амаль, послушай. Футбол — это не шахматы. Здесь столкновения неизбежны. Да, иногда они жёсткие, даже жестокие. Но это часть игры. Пау не хотел меня травмировать. Он просто играл.
— Просто играл? — её голос дрогнул. — А если бы он сломал тебе ногу? Твою карьеру?
— Тогда я бы лечился и возвращался, — спокойно ответил Марк. — Так делают все. Но ты сейчас борешься не с ним. Ты борешься с тенью своих страхов.
Она замолчала, опустив глаза. Брат был прав — отчасти. Но она всё ещё видела перед собой тот момент: Марк падает, стадион замирает, а в её груди будто чтото рвётся.
— Он хочет с тобой поговорить, — вдруг сказал Марк.
— Кто?
— Пау. Он звонил утром. Просил о встрече. Говорит, что хочет объясниться.
Амалия сжала кулаки.
— Объясниться? Пусто перед тобой объясняется, не меня же покалечил.После того, как он...
— Подожди, — Марк поднял руку. — Дай ему шанс. Если он действительно виноват, ты это поймёшь. А если нет — ты хотя бы попытаешься. Разве не этого ты хотела? Узнать правду? Тем более он сказал что нагрубил тебе вчера,хочет и за это извиниться.
Правда. Она всегда стремилась к ней — как будущий журналист. Но сейчас правда казалась ей чемто зыбким, неуловимым.
— Хорошо, — наконец сказала она. — Я встречусь с ним. Но не ради него. Ради тебя.
Марк улыбнулся и протянул ей руку:
— Спасибо. И ещё коечто.
— Что?
— Постарайся не убивать его взглядом до того, как он чтото скажет.
Амалия фыркнула, и впервые за эти дни ей стало чуть легче.
Встреча была назначена на полдень в небольшом кафе у набережной. Амалия пришла на десять минут раньше и заняла столик у окна — так, чтобы видеть всех входящих. Она нервно теребила край футболки, снова и снова прокручивая в голове вчерашний разговор с Марком.
— Ты должна дать ему шанс объясниться, — говорил брат. — Если он действительно виноват, ты это поймёшь. А если нет... Мы не можем жить с ненавистью в сердце. Это разъедает изнутри.
Пау появился ровно в назначенное время. На нём была простая белая рубашка и тёмные джинсы — совсем не тот агрессивный игрок, которого она видела на поле. Он огляделся, заметил Амалию и направился к ней.
— Привет, — произнёс он, останавливаясь у стола. — Можно?
Амалия молча кивнула. Пау сел напротив, положил руки на стол — ладони были крупными, с заметными мозолями.
— Спасибо, что согласилась встретиться, — начал он. — Я понимаю, почему ты злишься. Правда понимаю. Но хочу, чтобы ты увидела всё с моей стороны.
Он сделал паузу, словно собираясь с мыслями.
— В тот вечер я играл жёстко, да. У меня был сложный период: травма, восстановление, давление со стороны прессы. Я пытался доказать, что всё ещё на чтото гожусь. Но я не целился в Марка. Клянусь. Это было обычное игровое столкновение. Да, я мог сыграть аккуратнее, но в пылу борьбы... Иногда теряешь контроль.
Амалия слушала, не отрывая взгляда от его лица. В глазах Пау читалась искренность — или очень убедительная имитация.
— Почему ты не подошёл к нему после матча? — спросила она. — Хотя бы узнать, как он?
Пау опустил взгляд.
— Потому что знал: ты будешь рядом. И ты уже всё решила. Ты видела то, что хотела видеть — агрессию, злой умысел. А я... Я просто не знал, что сказать.
В кафе повисло молчание. Гдето за окном шумели волны, доносились голоса прохожих. Амалия вдруг осознала, что впервые смотрит на Пау не как на врага, а как на человека — уставшего, загнанного в угол обстоятельствами и её собственной яростью.
— Ладно, — сказала она наконец. — Допустим, я тебе верю. Но это не отменяет того, что Марк пострадал.
— Конечно, — Пау кивнул. — И я хочу это исправить. Не знаю как, но хочу. Может, навестить его? Или...
— Он будет рад, — неожиданно для себя перебила Амалия. — Марк не держит зла. Он понимает, что это футбол.
Пау улыбнулся — впервые за весь разговор. Улыбка получилась робкой, но искренней.
— Тогда, может, сходим вместе? Сегодня вечером? Я мог бы принести чтонибудь...
— Фрукты, — машинально ответила Амалия и тут же смутилась. — То есть да, думаю, это хорошая идея.
Вечером они втроём сидели в палате Марка. Пау принёс огромную корзину фруктов и коробку бельгийского шоколада — «чтобы быстрее выздоравливать». Марк, уже чувствующий себя лучше, шутил о том, как теперь у него есть личный спонсор восстановления.
— Так что, Пау, — Марк откусил яблоко, — когда ты научишь меня этому своему финту? Тот, что ты показал в прошлом матче — просто шедевр!
Пау рассмеялся.
— Да я сам до сих пор не понимаю, как это получилось. Чистая удача.
Амалия наблюдала за ними и чувствовала, как внутри чтото отпускает. Боль от потери родителей всё ещё жила в ней, но теперь рядом были люди, которые помогали её нести.
Когда Пау собрался уходить, она вышла проводить его к двери.
— Спасибо, — тихо сказала она. — За то, что пришёл. И за то, что оказался не таким, как я думала.
— Мы все не такие, как о нас думают, — улыбнулся Пау. — Кстати, я видел твой блог. Ты здорово пишешь о футболе. Может, какнибудь обсудим пару тем? Мне было бы интересно твоё мнение.
Амалия почувствовала, как краснеет.
— Да, было бы здорово.
Когда она вернулась в гостиную, Марк подмигнул ей.
— Ну что, сестрёнка, кажется, у нас появился новый друг?
Амалия села рядом с братом, взяла его за руку. Впервые за долгое время она почувствовала, что будущее не кажется таким пугающим. Возможно, именно здесь, в Барселоне, среди новых знакомств и старых привязанностей, она наконец найдёт своё место.
А её журналистская карьера, которая когдато казалась далёкой мечтой, теперь выглядела вполне реальной — особенно если рядом будут люди, готовые поддержать её на этом пути.
_____________________________
Жду ваши звездочки🤍