14 глава
Прошло ещё три недели. Три недели медленных, осторожных шагов навстречу друг другу. Альбина начала замечать, как Мирослав постепенно вплетается в ткань её повседневности — не резко, не навязчиво, а так же естественно, как дождь входит в землю.
Она знала теперь, что по понедельникам у него лёгкие тренировки, и он может писать ей вечером. Что по средам они с командой разбирают демки до полуночи, и лучше не ждать от него быстрых ответов. Что по субботам, если нет турниров, он свободен — и эти дни они часто проводят вместе.
Они не ходили в кино или рестораны. Мир Мирослава был другим. Их встречи проходили либо в парках, где можно было долго гулять и молчать, либо у неё дома, когда Даня был на сборах. Он приносил с собой кофе, садился на её кухне и просто... присутствовал. Иногда они говорили часами. Иногда не говорили вовсе. И оба варианта были одинаково правильными.
Однажды вечером, когда они сидели на её балконе, он вдруг спросил:
— Тебе не скучно со мной?
Альбина удивилась:
— С чего ты взял?
— Я не умею развлекать — он пожал плечами. — Не шучу. Не рассказываю истории. Не делаю романтических жестов. Я просто... есть.
— Этого достаточно — ответила она честно. — Ты не представляешь, как редко бывает, когда с человеком можно просто молчать и не хотеть сбежать.
Он посмотрел на неё долгим, изучающим взглядом.
— Ты странная — сказал он, но в его голосе не было осуждения. Только тёплое удивление.
— Почему?
— Потому что тебе правда не нужны все эти... декорации. Тебе нужен я. Настоящий. Без масок.
Альбина улыбнулась.
— Ты тоже странный. Потому что не пытаешься казаться кем-то другим. Ты просто есть. И это... подкупает.
Он отвернулся, глядя на огни города. Но она заметила, как дрогнул уголок его губ. Он почти улыбнулся.
***
В команде, конечно, всё заметили. Первым, как всегда, среагировал Боря.
— Слушай, Мирослав — начал он как-то после тренировки, — ты последнее время какой-то... другой. Расслабленный, что ли. Случилось что?
— Ничего — коротко ответил Мирослав, упаковывая мышь.
— Ага, конечно — хмыкнул Боря. — Я тебя три года знаю. Ты «расслабленный» бываешь только после победы на мейджоре. А сейчас просто четверг.
Мирослав молчал, но в уголках его рта снова пряталась та самая почти неуловимая усмешка.
— У него девушка — вдруг подал голос Даня.
Все замерли. Мирослав поднял голову и посмотрел на Дани. В его взгляде не было злости или удивления. Только вопрос: «Ты уверен, что хочешь это говорить?»
Даня встретил его взгляд и не отвернулся.
— Что? Это же правда. Мы все видели, как ты на неё смотрел в Праге. И как ты пропадал потом. И как сейчас... светишься.
— Я не свечусь — машинально поправил Мирослав.
— Светишься — хором сказали Боря и Андрей.
Дима уже открывал ноутбук:
— Интересно, можно ли измерить свечение в люменах? Это был бы интересный эксперимент...
— Дима, закрой ноутбук — устало сказал Мирослав.
Но в его голосе не было раздражения. Он сдался. Опустил плечи и коротко кивнул.
— Да. У меня есть... кто-то.
— И кто она? — Боря подался вперёд, горя от любопытства.
— Вы её знаете. Альбина. Сестра Дани.
Тишина повисла в комнате. Все перевели взгляды на Даню. Он сидел с каменным лицом, глядя в монитор.
— Даня... — начал Боря осторожно.
— Всё нормально — отрезал Даня. — Я знаю. Я в порядке.
Мирослав смотрел на него. В его взгляде не было триумфа или превосходства. Было что-то другое — благодарность? уважение? сожаление?
— Спасибо — тихо сказал он.
Даня кивнул, не оборачиваясь.
Разговор был окончен. Но атмосфера в комнате изменилась. Теперь это было не просто «у Мирослава кто-то есть». Это было «у Мирослава есть Альбина, и Даня это принял». И это значило больше, чем любые слова.
***
Вечером того же дня Мирослав пришёл к Альбине. Даня был на кухне, пил чай. Они встретились взглядами в дверях.
— Заходи — сухо сказал Даня. — Она у себя.
Мирослав замер на пороге.
— Даня...
— Я сказал, всё нормально — перебил Даня, но в его голосе проскользнула знакомая горечь. — Я не вру. Нормально. Тяжело, но нормально. Иди.
Мирослав помедлил секунду, потом кивнул и прошёл в комнату Альбины.
Она сидела за столом, читала. Увидев его, улыбнулась.
— Привет. Ты чего такой серьёзный?
— Я всегда серьёзный — ответил он, садясь на край её кровати. — Слушай... я сегодня сказал команде. О нас.
Альбина отложила книгу.
— И как они?
— Боря обрадовался. Андрей начал шутить. Дима хотел измерить моё свечение в люменах.
Она рассмеялась.
— А Даня?
Мирослав помолчал.
— Даня сказал, что всё нормально. И пропустил меня к тебе.
— Это правда нормально? — осторожно спросила она.
— Думаю, ему тяжело. Но он справляется. Он сильнее, чем кажется.
Альбина кивнула. Она знала это. Даня всегда был сильнее, чем казался.
Мирослав смотрел на неё, и в его глазах было что-то новое — не просто тепло, а какая-то уязвимость, которую он позволял себе только с ней.
— Я не знаю, что мы — сказал он тихо. — Мы не договаривались. Нет статуса. Нет обязательств. Но для меня... ты уже не просто кто-то.
Альбина пересела ближе, взяла его за руку.
— Для меня тоже.
Он сжал её пальцы. Осторожно, будто боялся сломать.
— Я не умею это делать правильно. Не знаю, как быть парнем. Как заботиться. Как не облажаться.
— А ты просто будь — ответила она. — Как есть. Этого достаточно.
Он посмотрел на неё, и в его глазах мелькнуло то самое — тихое, тёплое, почти невесомое.
— Ты правда так думаешь?
— Правда.
Он выдохнул, будто сбросил тяжелый груз. И вдемг — впервые за всё время — наклонился и поцеловал её. Нежно, осторожно, будто пробуя на вкус. Будто спрашивая разрешения.
Альбина ответила.
Когда они отстранились, он смотрел на неё с таким выражением, будто только что открыл новую вселенную.
— Это... — он запнулся, подбирая слово. — Это лучше, чем идеальный раунд.
— Ты сравниваешь поцелуй с игрой? — усмехнулась она.
— Всё в этой жизни — игра — серьёзно ответил он. — Просто у этой другие правила.
Она рассмеялась и прижалась к нему. Он обнял её, уткнувшись носом в макушку.
— Альбина?
— М?
— Я, кажется, начинаю понимать, почему люди это делают. Отношения.
— Почему?
— Потому что это тихо. А в тишине — самый чистый сигнал.
Она улыбнулась в темноте.
— Ты неисправим.
— Знаю — согласился он. И поцеловал её в макушку. После чего ушел.
За стеной Даня сидел на кухне с остывшим чаем и смотрел в одну точку. Ему было больно. Но где-то глубоко внутри, под слоем этой боли, теплилось что-то другое — странное, незнакомое облегчение. Он больше не должен был ждать. Не должен был надеяться. Мог просто... отпустить.
Он встал, вылил чай в раковину и пошёл к себе. Надел наушники. Запустил тренировочную карту.
— Мирослав, ты там? — спросил он в голосовой чат.
Тишина. Потом щелчок подключения.
— Я здесь.
— Пошли, разберём сегодняшнее.
— Иду.
Они играли до трёх ночи. Не говорили о ней. Не говорили ни о чём личном. Просто играли — так, как умели только они двое: Даня — огонь, Мирослав — тишина. И где-то между ними, в паузах между выстрелами и раундами, рождалось новое равновесие. То, в котором можно было быть соперниками на сервере, врагами в любви — и всё равно оставаться братьями по оружию.