Призрак твоей ненависти

«В истинно любящем сердце или ревность убивает любовь, или любовь убивает ревность». - Фёдор Достоевский.

Арсений стоял около входа в здание, где он работает. Разговаривая с Андреем, который формально его парень, изредка поглядывая на Антона за стойкой, который принимал вещи работников или посетителей. Сейчас он стоит с Андреем лишь для того, чтобы вызвать то чувство, которое Антон вызвал неделю назад, находясь вдали от него рядом с какой-то подругой.

Они закончили разговор и разошлись в разные стороны: Арсений в здание, а Андрей по своим делам. Вальяжно прошёл мимо Антона, который сидел на стуле за стойкой. В глазах парня не отражалось НИ.ЧЕ.ГО. Пустота. Будто он разбит, потерян или ранен, на что Арсений забил, пытаясь вызвать ревность у предмета своего обожания. Но Антон проигнорировал его действия и залип в телефон.

Конечно, Арсений расстроился, но теперь он желает почаще мелькать с Андреем перед его глазами, чтобы ревность Антона заиграла новыми красками. А что ещё больше его мотивирует, так это антоновский похуизм. Звучит как вызов. План Арсения под кратким названием «ревность» & антоновский похуистский характер на действия Арсения. Да прям начало нового сезона какого-нибудь шоу с боями. И да, чисто теоретически это бой между ними.

***

Антон сидел в длинной кофте с длинным рукавом. Мимо прошёл Арсений, что Антон проигнорировал. Под рукавами у него были быстро зажившие раны. Когда случается подобное, Антон включает абсолютное безразличие в качестве защиты.

Он залип в телефон, пока никто не подходит. Листая ленту «Инстаграма», наткнулся на новую фотографию, выложенную буквально минуту назад в своём новом кабинете.

Антон быстро пролистнул фото и вышел из приложения, заходя в мессенджер. Антон написал в общий чат о собрании.

Он вышел на крыльцо покурить. Сделал сразу несколько тяжек. Сзади кто-то подошёл. Антон это почувствовал и резко развернулся, чтобы посмотреть, кто это.

- Тихо-тихо, ты чего? - поднял Паша руки вверх, сдаваясь.

- Ой, сорян, - без доли искренности сказал Шаст, продолжая докуривать сигарету. Паша остался стоять за Антоном, пока Антон закуривал вторую сигарету. - Тебе что-то надо? - спросил его Антон.

- Нет, - ответил Паша.

- Тогда можешь, пожалуйста, не стоять над душой? - холодно попросил Антон, снова затягиваясь.

- Ладно, - сказал Паша и зашёл обратно в здание.

Антон явно напрягся. Он не хотел, конечно, так грубо, но, честно, ему очень сильно не нравилось, когда сзади кто-то стоит, особенно когда он занимается своим деликатным делом, то есть курением. Организм уже привык к вечной обороне. Что поделать? Даже в состоянии сна он всегда наготове. Сейчас больше всего хотелось накатить пару стаканов, как он это делает последний месяц.

Антон замер на какое-то время и задумался. Он слегка отдёрнул рукава, чтобы посмотреть на недавние шрамы. Парень слегка усмехнулся, но не от смеха или вспомнил какую-то шутку, это была усмешка над самим собой, над своей слабостью, над своей беспомощностью.

Рабочий день закончился быстро. Он быстро собрался и свалил домой. На душе было как-то по-особенному пусто. Глаза потускнели. Он отправился в душ, сделав ещё парочку надрезов. После выпил и уснул.

Дима лежал в комнате. Ждал, пока Антон ляжет спать. Какое-то время он полежал немного и встал с кровати, направляясь к выходу из комнаты. Выйдя из комнаты, он увидел слегка открытую дверь комнаты Антона, в которой он спал как убитый. Он тихо зашёл в комнату, увидев Антона в позе звёздочки. «Ну как обычно», — пронеслось у него в голове, когда он рассмотрел на нем одежду. Дима раздел друга и уложил под одеяло, сев рядом на край. Он взял руку Антона, рассматривая старые и новые шрамы, а также сегодняшние раны. Он посидел так минут десять, а потом ушел в комнату. Он понимал, как ему тяжело, но его задача — помогать и советовать Антону, если он того сам захочет. Он принимал и понимал боль Антона, и ему становилось больнее от того, что он не может помочь, ведь Антон ничего не говорит. Через какое-то время он благополучно уснул.

***

На часах три ночи. Арсений лежал на кровати в квартире Андрея, смотря в потолок. Он тихо встал и вышел в зал на диван и улёгся там, но сон никак не шёл. В голове был один Антон, как же сильно ему хотелось снова почувствовать себя в руках Антона.

- И зачем? - спросил голос.

- Да я и сам не знаю, - растерянно ответил Арсений.

- Мне кажется, это неправильно, - сказал голос.

- Что именно? - поинтересовался Арсений.

- Ты сейчас обманываешь человека, - сказал голос.

- Какого? - растерялся Арсений.

- Себя, - тихо ответил голос.

— В смысле? - поднялся Арсений. - Эй, - тихо сказал он. - Ответь, - чуть громче сказал он. - Сука, - выругался он и обратно лёг, но уснуть этой ночью никак не смог.

Утром, собравшись, даже не попрощавшись с Андреем, уехал на работу. Сегодня Антон не работал и опять целый день в одиночестве. Как же грустно ему было осознавать, что сейчас его любимый может быть с кем угодно, только не с ним. Как же больно становилось от осознания того, что за всё это время Антон его не полюбил. Хотелось бы ему избавиться от чувств? Конечно, чтобы было не так больно и плохо. У него никогда не было нормальных отношений, где он любил до талого человека, которого он видел от силы два-три раза в неделю. Галлюцинации не редко посещали его уже полтора года, если он не ошибается. Как быть? Что делать? Эта любовь пока только убивает его, каждый раз давая надежду и отбирая, как игрушку у ребёнка, дразня его разум молодым парнем. Он запомнил даже каждый его волосок, но кое-что он не заметит никогда, то есть шрамы. Бледно-белые шрамы на запястьях, которые Арсений никогда не заметит.

***

Антон просыпается с утренней головной болью, при этом с неким приливом сил. Я даже больше скажу, он позавтракал, чему Дима знатно так удивился, ведь Антон не из тех, у кого есть время на позавтракать с утра, у него есть более важные дела — это сон.

- Хуя себе, - воскликнул Дима, увидев Антона в девять утра с яичницей на столе, которую он ел, смотря на телефоне какой-то фильм.

- И тебе привет, - ответил Антон, не отрываясь от еды.

- Признавайся, кого убил? - саркастично спросил Антон, усаживаясь напротив Антона.

- С хуя убил-то сразу? - спросил Антон, отвлекаясь от завтрака.

- Ну я не знаю, может быть, тебе позвонили по телефону и сказали, ты умрёшь через три дня, - сказал Дима, показывая на Антона двумя руками в растерянном жесте.

- Блять, у тебя всё хорошо? - спросил Антон, не понимая, чего хочет его друг.

- Это у тебя всё в порядке? - спросил Дима, восклицая. - То есть ты за несколько лет завтрака никогда, а тут после того, как выпил на утро, как будто отличник в школу собрался, - пояснил Дима, все ещё в шоке.

- Ой, Дим, отъебись, - махнул на него рукой Антон. - И да, сегодня собираемся, - добавил он.

- Ладно, - поднял он руки, - понял, - он встал и вышел из кухни в полнейшем шоке.

Антон остался сидеть на месте, поедая яичницу. После трапезы начал какого-то черта прибираться в комнате. День шёл быстро, Антон не останавливался ни на секунду.

В три часа они, как всегда, собрались компанией. Посидели, поговорили. В компании все заметили подозрительную активность Антона, но никто ничего не сказал. Естественно, под итоги прогулки они отобрали пять тысяч, побили двоих людей, ну точнее, пару из парней, ну и, естественно, выпили три ящика пива в целом. Да, весьма странный итог, но для них это было привычно. Антон расслабился, получил удовольствие, под вечер уснул как ни в чем не бывало.

Диму же насторожило поведение Антона: вчера он хотел сдохнуть, а сегодня счастливый как никогда. Это явно не здорово. Нет, ну если у Антона всё наладилось, то Дима будет счастлив, но как раз Дима знал, что Антон не то чтобы уж счастлив. «Это явно что-то переломное», — подумал Дима, смотря на Антона через щель между дверью и косяком комнаты Антона.

На следующее утро Антон вернулся к прежнему состоянию, всё тот же грустный и неактивный парень.

- Тох, что-то случилось? - спросил Дима, увидев друга над чашкой кофе.

- Он, блять, с этой хуйней у меня перед глазами мелькает, а я молчать должен? - злостно сказал Антон правду.

- Антон, еб твою мать, ну просто вывези его в лес и отрежь его ноги, - нервно сказал Дима. - Решили проблему? - добавил он.

- Кого вывезти? - поинтересовался Антон.

- Так, - нервно сказал Дима. - Антон, не выводи меня, - сказал он. - Конечно, Арсения, блять, - саркастично сказал Дима, активно жестикулируя.

- А понял, - сказал Антон, задумавшись.

Весь оставшийся день Антон провёл в раздумьях и потихоньку придумывая план то ли мести, то ли действий.

***

Арсений взял трубку.

- Привет, - ответил Серёга.

- И тебе не хворать, - ответил Арсений.

- Ну чего? Как ты? - спросил он у Арсения.

- Пойдёт, - ответил Арсений.

- Ой, не пизди, я-то знаю, что ты на работу второй день не ходишь, - скривил он лицо с другой стороны трубки.

- Ну да, не хожу, - коротко ответил Арсений.

- С Андреем у вас складывается что-нибудь? - поинтересовался Сергей.

- Не знаю, пока я в нём Антона только вижу, - честно ответил Арсений.

- Арс, ну отвлекись ты уже, - жалобно пробормотал Серёжа. - Я понимаю, ты любишь его и хочешь быть с ним, но со временем я тоже начинаю понимать, что это невозможно, несмотря на любые обстоятельства, - спокойно сказал он.

- Ладно, - спокойно ответил Арсений и положил трубку.

Арсений мог бы согласиться со словами друга, но он был настойчив на своём плане, и раз Антон решил его игнорить, то Арсений выведет Антона на разговор или на ревность.

Со следующего дня он принялся упорно мелькать перед Антоном. Каждый раз замечая какую-то непонятную ухмылку на лице Антона.

_____________________________________________

Сорян, что части долго не было, депресняк что-то накрыл. Маленькая получилась, но считайте, что это междуглавовая глава. Так скажем, для развития событий.

ММ:

Нет времени объяснять

Меня цепляет твой взгляд

Но ты ведь точно из тех, кому нельзя доверять (Точно!)

Мне пох, пох

Тебя люблю, но веду себя так

Будто мне пох, пох

Потому что я люблю тебя

Слышишь

Мне пох, пох