свободное времяпровождение
Утро тянулось медленно, как тягучий мёд. Клара действительно напекла гору блинов - тонких, кружевных, с хрустящими краями. Кухня пропахла ванилью и топлёным маслом, и этот запах смешивался с кофе, который Мариус заварил такой крепкий, что ложка в чашке стояла почти вертикально.
Лу сидел за столом, сжимая в ладонях горячую кружку с чаем, и чувствовал, как тепло растекается по пальцам. Он почти не спал прошлой ночью - сначала из-за собственной дрожи, потом из-за того, что Мариус прижимал его к себе во сне так крепко, что невозможно было пошевелиться. Но странное дело: он не хотел шевелиться. Впервые за долгое время ему было... спокойно.
- Ты будешь есть или просто смотреть на них? - спросил Мариус, уже успевший умять блин с вареньем.
Лу моргнул. На его тарелке лежала стопка, которую Клара положила с такой материнской щедростью, что у Лу перехватило дыхание.
- Я... да, - сказал он и взял один блин. Надкусил. Вкус был почти забытым - домашним, правильным.
Клара смотрела на него поверх своей чашки, и в её глазах было что-то влажное. Она не сказала ни слова. Просто улыбнулась и пододвинула поближе тарелку со сгущёнкой.
- Ешь, милый, - сказала она мягко. - Вон ты какой бледный. Надо тебя откармливать.
Лу кивнул, не поднимая глаз. Он боялся, что если поднимет - расплачется. От простого «милый». От того, что кто-то вообще заметил, что он бледный.
Мариус, кажется, понял. Он легонько пнул Лу под столом ногой и прошептал:
- Не раскисай. А то я начну тебя жалеть, а это уже моя прерогатива.
Лу фыркнул и пихнул его в ответ. Под столом началась короткая возня - без злости, скорее похожая на игру двух котят. Клара лишь покачала головой, но улыбнулась шире.
- Мальчики, - сказала она, вставая из-за стола. - У меня сегодня выходной. И я подумала... может, съездим куда-нибудь? В город? Погода хорошая, да и вам обоим нужно проветриться.
Лу замер. В город? Он почти не выходил из дома Милда без причины. Каждый выход за пределы означал риск встретить кого-то знакомого, кто мог спросить, откуда у него синяки. Или, что хуже, сам Милд мог вернуться раньше.
- Я не... - начал было он.
- Отличная идея, - перебил Мариус, бросив на Лу быстрый взгляд. - Мне нужно кое-что купить. И этому задохлику тоже не помешает новая футболка. В той, что на нём, можно картошку выращивать.
Лу посмотрел на свою майку. Она была старой, вытянутой, с катышками. Он её ненавидел, но это было единственное, что не натирало там, где рёбра ещё болели.
- У меня нет денег, - тихо сказал он.
- Это не проблема, - Клара даже не обернулась, убирая тарелки в раковину. - Я плачу. Считайте это подарком.
Лу открыл рот, чтобы отказаться, но Мариус снова его перебил - на этот раз физически. Он просто положил ладонь на затылок Лу и слегка сжал, как котёнка за шкирку.
- Не спорь. Бесполезно. Клара упрямее, чем ты, а ты, я смотрю, в этом деле профи.
Лу дёрнул головой, освобождаясь, но не сильно. Пальцы Мариуса скользнули по его волосам, задержались на секунду дольше, чем нужно, и убрались.
- Ладно, - выдохнул Лу. - Но я ничего не буду выбирать.
- Конечно, - хмыкнул Мариус. - Ты просто будешь стоять и кивать, а я буду за тебя решать. Как обычно.
Клара тихонько засмеялась из-за его спины.
---
Сборы заняли около часа. Лу поднялся в свою комнату - ту самую, где его нашли вчера, с разбитой губой и глазами, полными ужаса. Сейчас комната выглядела иначе. Кто-то - вероятно, Клара - убрал разбросанные вещи, проветрил, задернул шторы ровнее. На кровати лежали свежие джинсы и тёмная толстовка с капюшоном.
Он переоделся медленно, стараясь не смотреть в зеркало. В зеркале отражался кто-то чужой - с желтоватыми разводами синяков на рёбрах, с запавшими глазами, с плечами, которые как будто сжались внутрь, пытаясь спрятать всё тело.
- Эй, - раздалось из-за двери. Мариус не постучал - просто приоткрыл и сунул голову внутрь. - Ты там жив вообще? Мы ждём тебя уже десять минут.
- Сейчас, - буркнул Лу, натягивая толстовку. Она была слишком большой - кажется, тоже принадлежала Мариусу. Но внутри было тепло и пахло тем же самым - домом и чем-то неуловимо сладким.
Он вышел в коридор, и Мариус окинул его быстрым взглядом.
- Моя толстовка?
- Твоя, - Лу пожал плечами. - Клара дала. Я могу снять...
- Ну и ладно, - Мариус усмехнулся. - Тебе идёт. Главное - не обоссы её где-нибудь.
- Мариус! - донеслось с первого этажа. Клара, видимо, обладала сверхъестественным слухом.
- Я любя, - крикнул в ответ Мариус и подмигнул Лу. - Пошли.
Он спускался первым, Лу - за ним. И когда Лу поравнялся с Мариусом на середине лестницы, старший внезапно развернулся и запустил пальцы ему под рёбра.
Это было молниеносно. Лу не успел среагировать - только издал какой-то полу-всхлип-полу-смех и попытался отшатнуться. Но перила сзади упёрлись в поясницу, и бежать было некуда.
- Мариус! - выдохнул он, сжимаясь. - Прекрати!
- Что? - Мариус продолжал водить пальцами по рёбрам, легко, почти невесомо, но именно от этого лёгкого касания Лу начинало колотить крупной дрожью.
Лу попытался отпихнуть его руку, но движения были неуклюжими, сбитыми. - Просто... перестань!
- Скажи «пожалуйста», - пропел Мариус, забираясь пальцами чуть выше.
- НЕТ! - Лу уже почти смеялся - по-настоящему, не тем деланным смехом, который он использовал, чтобы казаться нормальным. В этом звуке было что-то детское, забытое. - Пожалуйста! Пожалуйста, прекрати!
Мариус убрал руку, но не сразу. Сначала он ещё раз легонько провёл по ребру, почти ласково, и только потом отступил на шаг.
- Умеешь же ты просить, когда надо, - сказал он с довольной улыбкой.
Лу стоял, тяжело дыша, прижимая ладони к животу. Лицо горело, в глазах стояли слёзы - от смеха, от неожиданности, от чего-то ещё, чему он не мог подобрать названия.
- Ты... идиот, - выдохнул он.
- Твоя правда, - согласился Мариус. - Пошли уже, Клара заждалась.
Он развернулся и продолжил спускаться, но Лу заметил, как краем глаза Мариус наблюдает за ним - проверяет, идёт ли он, не упал ли, не слишком ли сильно это его задело.
Лу пошёл следом. И почему-то улыбался всю дорогу до машины.
---
Машина у Клары была старенький универсал, пахнущий внутри кофе и ванилью. На заднем сиденье валялся плед и несколько книг в мягкой обложке. Лу сел сзади, инстинктивно выбирая место подальше от всех, но Мариус залез следом за ним, а не на переднее сиденье.
- Ты чего? - спросил Лу, когда Мариус плюхнулся рядом, практически прижав его к двери.
- Хочу смотреть в окно, - беззаботно ответил Мариус. - А на переднем обзор хуже.
Клара ничего не сказала. Она завела двигатель и вырулила со двора, и в салоне повисла тишина - не тяжёлая, а какая-то уютная, почти домашняя.
Лу смотрел в окно на проплывающие мимо деревья, но руки его жили своей жизнью. Он начал перебирать край толстовки - той самой, Мариуса. Тесьма на капюшоне, швы, резинка на рукаве. Пальцы ходили по ткани, как слепые, ища опору.
Мариус что-то рассказывал Кларе - Лу не вслушивался, только ловил отдельные слова: «вчера», «он упал», «я подхватил». Голос Мариуса был ровным, почти скучающим, будто он описывал что-то обыденное вроде погоды.
А потом Мариус замолчал. Лу почувствовал на себе взгляд - тяжёлый, внимательный. Поднял глаза.
Мариус смотрел на его пальцы. На то, как они перебирают край толстовки, снова и снова, в одном и том же ритме.
- Мил-л-лый, - вдруг протянул Мариус, специально растягивая имя, превращая его в ласковое мурлыканье. - Ты какой милый сегодня, Лу-у-у.
Лу вздрогнул от неожиданности. Он не заметил, как Мариус пододвинулся ближе. И не заметил, как указательный палец Мариуса ткнул его в ребро - в то самое место, которое только что щекотали на лестнице.
- Прекрати, - сказал Лу, отодвигаясь к двери. Но отодвигаться было некуда.
- Прекратить? - Мариус ткнул снова, в другое ребро. - А что такого? Я просто констатирую факт. Ты милый.
- Мариус, - голос Лу стал выше на полтона, но больше это было похоже на мурлыканье. - Я серьёзно.
- И я серьёзно. - Тычок. - Какой. - Тычок. - Ты. - Тычок. - Милый.
Лу попытался закрыться руками, но Мариус был быстрее. Он ловко проскользнул ладонями под локти Лу и снова начал водить пальцами по рёбрам - но теперь медленнее, почти гипнотически.
- Перестань, - Лу уже не говорил, а почти смеялся, извиваясь на сиденье. - Перестань, я сейчас дверь открою и выпаду!
- Выпадай, - спокойно сказал Мариус, не прекращая. - Я тебя поймаю. У меня рефлекс, помнишь? Ты сам говорил.
Лу закусил губу, пытаясь не рассмеяться в голос, но смех всё равно вырывался - короткими, прерывистыми выдохами.
- Мариус, пожалуйста, - выдохнул он, и в этом «пожалуйста» уже не было ни капли притворства.
Мариус остановился. Но вместо того чтобы убрать руки, он слегка сжал пальцы на талии Лу - так, что тот замер.
- Уговорил, - сказал Мариус тихо. И вдруг щёлкнул Лу по носу - коротко, звонко, не больно.
Лу моргнул. Потом потёр нос тыльной стороной ладони.
- Ты ненормальный, - сказал он беззлобно.
- А ты только что заметил?
Клара на переднем сиденье тихонько рассмеялась. Она смотрела в зеркало заднего вида, и в её глазах было что-то тёплое, почти счастливое.
- Вы как маленькие, - сказала она. - Прям как мои племянники, когда им было по десять.
- Мы просто не выспались, - парировал Мариус. И вдруг, не спрашивая разрешения, откинулся назад и положил голову на колени Лу.
Лу замер. Всё его тело окаменело в одну секунду. Плечи подскочили к ушам, спина выпрямилась, а руки повисли в воздухе, не зная, куда себя деть.
Мариус устроил голову у него на бёдрах, закрыл глаза и вздохнул с театральным облегчением.
- Так-то лучше, - пробормотал он. - Твои колени мягче, чем подголовник.
Лу сидел, не дыша. Он чувствовал вес головы Мариуса - тяжёлый, тёплый, живой. Волосы Мариуса щекотали его пальцы, которые так и застыли в воздухе.
- Ты... - начал Лу и замолчал. Голос предательски дрогнул.
- Что? - не открывая глаз, спросил Мариус.
- Ничего.
Клара снова тихонько засмеялась, но ничего не сказала. Только добавила громкость радио, давая им пространство.
Мариус лежал на его коленях, и это было так неправильно - и так правильно одновременно. Лу смотрел вниз, на его сомкнутые веки, на длинные ресницы.
- Расслабься, - пробормотал Мариус. - Ты трясёшься, как осиновый лист.
- Я не трясусь.
- Трясёшься.
Лу глубоко вдохнул и выдохнул. Плечи чуть опустились. Он всё ещё не знал, куда деть руки, и они так и висели в воздухе, пока Мариус не открыл один глаз.
- Руки давай, - сказал он.
- Что?
- Руки. Дай сюда.
Лу непонимающе опустил ладони, и Мариус тут же перехватил их. Схватил за запястья, поднёс к своему лицу и начал... играться.
Он сжимал пальцы Лу, разжимал, переплетал со своими, крутил кисти, как будто это были не живые руки, а какая-то забавная игрушка. Большим пальцем Мариус надавил на центр ладони Лу - тот дёрнулся, но не отнял.
- У тебя руки холодные, - заметил Мариус, всё ещё не открывая глаз. - И костлявые. Тебя надо кормить.
- Ты уже говорил, - тихо ответил Лу.
- Я повторю. На всякий случай.
Мариус продолжал водить пальцами по его ладоням - изучал каждую линию, каждый шрам, каждую косточку. Лу смотрел на это заворожённо. Никто никогда так не делал. Никто не трогал его руки просто так, не для того, чтобы ударить или удержать.
- У тебя здесь мозоль, - заметил Мариус, проводя по подушечке указательного пальца. - От чего?
- От ручки, наверное, - сказал Лу. - Пишу много.
- Пишешь? Чьо?
Лу замялся. Но Мариус не давил, просто продолжал водить пальцами по его рукам, и от этого прикосновения слова выходили сами собой.
- Стихи, - тихо сказал Лу. - Иногда.
- Серьёзно? - Мариус открыл оба глаза и посмотрел на него снизу вверх. - Надо же. А я думал, ты только умеешь огрызаться.
- Не огрызаюсь я, - буркнул Лу, но без злости.
- Вчера был очень похоже.
- Я просто... устал.
Мариус ничего не сказал. Он переплёл свои пальцы с пальцами Лу и сжал - крепко, почти больно. Лу не вырвался.
Они сидели так несколько минут - Мариус с закрытыми глазами, сжимающий ладони Лу в замок, и Лу, смотрящий на их переплетённые руки, чувствующий, как по телу разливается что-то большое, тёплое, почти пугающее.
- Мальчики, - вдруг сказала Клара. - Мы приехали.
Мариус открыл глаза, отпустил руки Лу и сел. Лу моргнул, возвращаясь в реальность. Ладони всё ещё горели там, где их сжимали пальцы Мариуса.
Он спрятал руки в карманы толстовки и вылез из машины вслед за Мариусом.
---
Торговый центр оказался огромным - три этажа, стеклянные лифты, эскалаторы, которые уходили куда-то вверх, в сияние рекламных вывесок. Лу не был здесь никогда. Милд не водил его в такие места. Слишком много людей, слишком много свидетелей.
Клара взяла их под руки - одну свою, вторую Мариуса - и повела внутрь, как цыплят.
- Сначала обувь, - объявила она. - Потом одежда. Потом - мороженое. Это закон.
Мариус закатил глаза, но не спорил. Лу просто шёл рядом, стараясь не отставать.
В обувном отделе он сел на пуфик и смотрел, как Мариус примеряет кроссовки. Клара что-то обсуждала с продавцом, а Мариус прыгал на месте в новых кедах, проверяя, не жмут ли.
- Тебе тоже надо, - сказал он, кивнув на Лу.
- У меня есть обувь, - ответил Лу, пряча ноги под пуфик. Старые кеды, которые он нёс из прошлой жизни, были стоптаны и порваны сбоку, но он к ним привык.
- У тебя дыра на подошве, - бесцеремонно заявил Мариус. - Я видел. Ты вчера, когда ноги на диван закидывал, дыру было видно.
Лу покраснел. Ему казалось, что никто не заметил.
- Не надо, - сказал он.
- Надо, - Клара возникла рядом с коробкой в руках. - Вот, примерь. Сороковой?
Лу кивнул, не глядя. Он взял кроссовки - тёмно-синие, мягкие внутри - и надел их, не снимая старых. Пришлось переобуваться под насмешливым взглядом Мариуса.
- Тебе идёт, - сказала Клара. - Берём.
- Я потом отдам, - быстро сказал Лу. - Когда... ну, когда у меня будут деньги.
Клара посмотрела на него так, что Лу захотелось провалиться сквозь землю.
- Ничего ты не отдашь, - сказала она спокойно. - Это подарок. Подарки не возвращают.
Лу открыл рот, чтобы возразить, но Мариус наступил ему на ногу - новой кроссовкой, не больно, но ощутимо.
- Скажи «спасибо», - прошептал он.
- Спасибо, - выдохнул Лу. - Спасибо большое.
Клара улыбнулась и пошла оплачивать покупку. Лу остался сидеть на пуфике, глядя на свои новые кроссовки. Они пахли кожей и фабричным. И были слишком хорошими для него.
Мариус сел рядом. Их плечи соприкоснулись.
- Перестань, - сказал Мариус тихо. - У тебя лицо как у побитой собаки. Тебе новая обувь, а не приговор.
- Я не...
- Знаю. - Мариус пихнул его локтем. - Пошли, пока Клара не решила купить тебе ещё и шапку. Хотя шапка тебе не помешала бы.
---
Магазин одежды Лу ненавидел. Слишком яркий свет, слишком много зеркал, слишком много вариантов. Он ходил за Кларой, как тень, и на все вопросы отвечал: «Нормально», «Любой», «Как скажете».
Клара выбирала ему вещи - простые, удобные, тёмные тона. Свитера, джинсы, пару футболок. Лу молча кивал, хотя внутри всё сжималось от мысли, что это всё - не его. Что он не заслужил.
Мариус тем временем пропал где-то в отделе с толстовками и появился с ворохом вещей на плече.
- Вот, - сказал он, кидая Лу на руки какую-то мягкую, пушистую толстовку персикового цвета. - Это тебе.
Лу уставился на неё. Персиковый. Он никогда не носил ничего ярче серого.
- Это... зачем?
- Потому что у тебя всё чёрное, - заявил Мариус. - Ты как гот из 2007-го. Нужно разнообразие.
- Я не буду это носить.
- Будешь. - Мариус сунул толстовку обратно ему в руки. - Или я сам на тебя её надену. В торговом центре. При людях.
Лу посмотрел на Клару. Клара развела руками - мол, сама не справлюсь.
- Ладно, - сдался Лу. - Но только дома.
- Договорились.
Клара добавила толстовку в корзину, и они пошли дальше.
---
Через час Лу чувствовал себя выжатым. Слишком много решений, слишком много людей, слишком много всего. Он отстал от Клары и Мариуса на полпути между магазином косметики и зоной фуд-корта. Просто засмотрелся на витрину с часами - красивыми, блестящими, ненужными.
А когда обернулся - никого не было.
Сердце ухнуло куда-то вниз. Лу сделал несколько шагов вперёд, оглядываясь по сторонам. Клара в синем пальто. Мариус в чёрной куртке. Никого.
Он попытался успокоиться. Это же просто торговый центр. Не лес. Не подвал. Не дом.
Но нервозность постепенно навораживалась. Лу начал кружить на месте, высматривая знакомые силуэты. Люди проходили мимо - равнодушные, спешащие, никто не замечал мальчика с расширенными зрачками и побелевшими костяшками пальцев, вцепившихся в пакет с новыми вещами.
Он прошёл в одну сторону. Потом в другую. Потом обратно.
Где они?
Лу прижался спиной к стене, чувствуя, как холодок от плитки проникает сквозь толстовку. В ушах зашумело. Он заставил себя дышать - медленно, глубоко, как учила когда-то школьная медсестра. Раз. Два. Три.
- И кого мы тут потеряли?
Лу подпрыгнул на месте. Голос раздался прямо над ухом - такой знакомый, такой издевательский.
Он резко обернулся. Мариус стоял в двух шагах, засунув руки в карманы, и улыбался во весь рот.
- Ты... - выдохнул Лу, и в этом выдохе смешались облегчение и злость. - Ты специально?!
- Нет, - Мариус сделал шаг вперёд. - Мы просто завернули за угол, а ты отстал. Я сказал Кларе, что вернусь.
- Зачем ты подкрался?!
- Я не подкрадывался, - Мариус наклонил голову, рассматривая его лицо. - Ты просто был слишком занят, чтобы меня заметить.
Лу хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Он всё ещё тяжело дышал, и руки тряслись - мелко, противно.
Мариус, видимо, заметил. Он вздохнул, подошёл вплотную и бесцеремонно обхватил Лу за плечи, развернув в нужную сторону.
- Пошли, - сказал он. - Клара вон там, у фонтана. И перестань трястись, ты не в джунглях потерялся.
- Я не трясусь, - автоматически ответил Лу.
- Трясёшься. Но это не страшно. Я тебя нашёл.
Мариус не убирал руку с его плеча, пока они шли через весь этаж. Лу позволял себя вести - впервые без сопротивления. Ему было стыдно, что он потерялся как ребёнок. И в то же время... в то же время тепло от ладони Мариуса, лежащей на плече, было сильнее стыда.
Клара ждала их у фонтана с двумя рожками мороженого в руках.
- А вот и вы, - сказала она спокойно, будто ничего не случилось. - Лу, ты какой любишь? Шоколадный или клубничный?
Лу посмотрел на мороженое, потом на Мариуса, потом на Клару. Глаза всё ещё щипало, но дышать стало легче.
- Шоколадный, - сказал он.
- Правильный выбор, - кивнул Мариус и забрал клубничный себе.
Они сели на скамейку у фонтана - Клара с краю, Лу в середине, Мариус с другой стороны. Лу медленно ел мороженое, чувствуя, как холод тает на языке, и думал о том, что этот день - самый странный в его жизни. Он был напуган, и смущён, и зол, и счастлив одновременно. И он не знал, что делать с этим всем.
Мариус толкнул его плечом.
- Эй, - сказал он тихо, так, чтобы Клара не слышала. - Если тебе страшно - просто держись рядом. Я не потеряю тебя во второй раз.
Лу посмотрел на него. Мариус не улыбался - смотрел серьёзно, почти строго.
Он снова положил руку Лу на плечо - просто так, без причины. И Лу не отодвинулся.
- Видишь? - сказал Мариус, встав за его спиной. - Ты не страшный. Просто никогда не пробовал нормально одеваться.
---
Они вернулись домой, когда солнце уже клонилось к закату. Лу нёс два пакета — в одном лежали новые кроссовки, в другом несколько футболок и та самая персиковая толстовка, которую Мариус выбрал для него. Лу всё ещё не понимал, как на это согласился. Слишком яркая. Слишком заметная. Но возражать не стал — Мариус смотрел на него так уверенно, что язык не поворачивался сказать «нет».
В прихожей Лу аккуратно поставил пакеты у стены, разулся, повесил куртку. Всё делал тихо, почти беззвучно. Клара ушла на кухню готовить ужин, а Мариус рухнул на диван в гостиной, вытянув ноги на журнальный столик.
— Ты как? — спросил он, когда Лу вошёл в комнату.
— Нормально, — ответил Лу и сел на противоположный край дивана.
— Устал?
— Немного.
Лу замолчал. Он смотрел в окно, где уже зажигались уличные фонари, и думал о том, что сегодняшний день был слишком хорошим для него. Слишком правильным. Он не привык к таким дням.
Мариус не лез с расспросами. Он просто сидел рядом, иногда поглядывая на Лу, иногда закрывая глаза. Тишина не была неловкой — скорее усталой, как после долгой дороги.
— Клара сказала, что ужин через час, — сказал Мариус. — Хочешь пока полежать? Ты выглядишь так, будто сейчас свалишься.
— Я не свалюсь, — возразил Лу, но голос его звучал устало.
— Ну-ну, — Мариус усмехнулся. — Помню я твоё «не свалюсь» вчера.
Лу хотел огрызнуться, но не стал. Вместо этого он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза. Мариус не говорил больше ни слова — просто сидел рядом, и этого было достаточно.
Через некоторое время Лу почувствовал, как его голова начинает клониться вбок. Он попытался выпрямиться, но тело не слушалось. А потом он почувствовал, как чья-то рука осторожно направляет его голову, укладывая на что-то мягкое.
Он открыл глаза — Мариус подсунул под его голову подушку, а сам отодвинулся на край дивана, оставляя Лу больше места.
— Спи, — сказал он тихо. — Я разбужу, когда ужин будет готов.
— Я не сплю, — пробормотал Лу, но глаза уже закрывались.
— Конечно, не спишь. Ты просто медитируешь с закрытыми глазами.
Лу хотел ответить, но не успел. Сон накрыл его быстро и беззвучно, как тёплая вода.
---
Проснулся он от того, что кто-то тряс его за плечо. Лу вздрогнул всем телом, мгновенно садясь — привычка, выработанная годами. Сердце колотилось где-то в горле, а в глазах стоял страх.
— Тихо, тихо, — сказал Мариус, не убирая руку. — Это я. Ужин готов. Клара зовёт.
Лу моргнул, возвращаясь в реальность. Гостиная, диван, мягкий свет торшера. Не подвал. Не Милд. Всё в порядке.
— Извини, — выдохнул он, пытаясь унять дрожь. — Я... испугался.
— Вижу, — Мариус убрал руку. — Часто так просыпаешься?
Лу не ответил. Он просто встал с дивана и направился к кухне, стараясь, чтобы ноги не подкашивались.
Клара накрыла на стол — суп, хлеб, салат. Обычный ужин, какой бывает в нормальных семьях. Лу сел на своё место и уставился в тарелку, не зная, с чего начать.
— Ты какой-то бледный, — заметила Клара, наливая ему суп. — Опять не выспался?
— Выспался, — тихо ответил Лу. — Просто... голова немного кружится.
Клара посмотрела на него с беспокойством, но ничего не сказала.
Мариус ел молча — необычно для него. Лу заметил, что старший время от времени бросает на него короткие взгляды, но не комментирует. Это было даже лучше, чем расспросы.
После ужина Клара отправила их в гостиную, а сама осталась мыть посуду.
— Идите отдыхайте, — сказала она. — Завтра рано вставать.
— Зачем рано? — спросил Мариус.
— Я на работу. А вы будете сидеть тихо, как мыши.
Мариус закатил глаза, но спорить не стал.
В гостиной Лу снова сел на диван, поджав ноги под себя. Мариус устроился в кресле напротив и взял какой-то журнал — листал его, но явно не читал.
— Лу, — сказал он через несколько минут.
— Что?
— Ты в норме?
Лу поднял глаза. Мариус смотрел на него серьёзно, без привычной улыбки.
— Да, — ответил Лу. — Всё нормально.
— Ты так говоришь, но смотришь на дверь каждые пять секунд.
Лу не заметил, что смотрит на дверь. Но теперь, когда Мариус сказал, понял — да, он действительно проверял, не войдёт ли кто. Старая привычка. Проклятая.
— Спать хочешь?
— Хотелось бы. — Лу улыбнулся — устало, но искренне.
Они снова устроились на диване — на этот раз без споров, без неловкости. Мариус лёг с краю, Лу рядом. Плед накрыл их обоих.
---
Утром Клара разбудила их рано. Лу открыл глаза и увидел её стоящей в дверях гостиной — уже одетую, с сумкой через плечо.
— Я ухожу, — сказала она тихо. — В холодильнике завтрак. Вы не шалите.
— Мы никогда не шалим, — пробормотал Мариус, не открывая глаз.
— Особенно когда я не вижу, — усмехнулась Клара. — Лу, присмотри за ним.
Лу кивнул, хотя не понимал, как он, младший и более слабый, может присматривать за Мариусом.
Клара ушла. Дверь за ней закрылась, и в доме стало тихо.
Мариус пошевелился, сел, потёр лицо руками.
— Рань, — сказал он. — Кто вообще придумал рано вставать?
— Не знаю, — ответил Лу. — Может, люди, которым нужно на работу.
— Ненавижу...
Мариус встал, потянулся и направился на кухню. Лу пошёл за ним.
Завтрак был простым — батон с маслом, чай. Лу ел молча.
— Чем займёмся? — спросил Мариус, доедая.
— Не знаю, — Лу пожал плечами. — Я могу побыть в комнате.
— Сиди где хочешь. Хочешь — в гостиной, хочешь — у меня в комнате. — Ответил Мариус.
— Ладно, — сказал он. — Останусь в гостиной.
Мариус кивнул и ушёл наверх — за телефоном или ещё за чем. Лу остался на кухне, убирая за ними посуду. Он делал это медленно, аккуратно, как учила Клара. Тёплая вода лилась на пальцы, и это было почти успокаивающе.
Когда он закончил и вернулся в гостиную, Мариус уже сидел на диване с телефоном в руках.
— Иди сюда, — сказал он, похлопав по месту рядом.
Лу сел. Мариус показал ему экран — там был какой-то старый фильм, чёрно-белый.
— Будем смотреть? — спросил Мариус. — Клара говорила, что этот — классика. А я классику не смотрел никогда. Ты?
— Тоже нет, — признался Лу.
— Значит, будем смотреть вместе.
Он включил фильм и откинулся на спинку дивана. Лу смотрел на экран, но не понимал, что там происходит. Слишком много мыслей крутилось в голове — о Милде, о Кларе, о завтрашнем дне, о том, что будет, когда всё это кончится.
— Лу, — позвал Мариус.
— А?
— Ты смотришь или думаешь?
— Смотрю, — ответил Лу.
Лу невольно улыбнулся. Он всё-таки попытался вникнуть в сюжет — и постепенно мысли отпустили. Фильм оказался странным.
---
Весь день они провели дома. Мариус читал что-то в телефоне, иногда комментируя вслух. Лу сидел рядом, смотрел в окно, листал книгу, которую нашёл на полке. Ничего особенного не происходило — и это было прекрасно.
Клара вернулась под вечер, усталая, но улыбающаяся.
— Как вы тут? — спросила она, снимая пальто.
— Нормально, — ответил Мариус. — Лу почти не огрызался. Я почти не шутил.
— Почти? — переспросила Клара.
— Ну, иногда я не удерживался.
Клара покачала головой и ушла переодеваться.
Лу смотрел на Мариуса и думал о том, что этот день — один из самых тихих и скучных в его жизни — был именно тем, что ему нужно.
— Мариус, — позвал он.
— Что?
— Спасибо.
— Ты уже говорил.
— Я повторю.
Мариус усмехнулся, но ничего не сказал. Он просто положил руку на плечо Лу — на секунду, легко, почти незаметно — и убрал.
---
Лу проснулся от постороннего движения.
Сначала он не понял, где находится — в голове ещё кружились обрывки какого-то спокойного сна без теней. Тёплое дыхание касалось шеи, и это было странно, но не страшно. Он приоткрыл глаза.
Утро. Серый свет сочился сквозь шторы гостиной. Плед сполз на пол, и было прохладно, но сзади было тепло. Мариус спал на боку, прижавшись к его спине, и его рука обвивала Лу.
Он не пошевелился. Только смотрел на пальцы Мариуса, лежащие на его футболке, и не знал, что делать.
Он осторожно попробовал приподняться, но Мариус что-то пробормотал во сне и притянул его обратно, крепче.
— М-м-м, — протянул Мариус сонно, не открывая глаз. — Не дрыгайся.
Лу не ответил. Он просто лежал, глядя в окно. На улице светало, где-то за стеной тикали часы. Тихо. Спокойно.
Мариус не просыпался, но и не отпускал. Его дыхание было ровным и тёплым на шее Лу. Лу чувствовал, как щёки начинают гореть, но он ничего не делал — просто ждал, когда Мариус проснётся сам.
Через несколько минут Мариус вздохнул, пошевелился и приоткрыл один глаз.
— Ты не спишь, — сказал он хриплым спросонья голосом.
— Сплю, — тихо ответил Лу.
— Врёшь.
— Сплю.
— У спящих глаза закрыты.
— Я сплю с открытыми.
Мариус хмыкнул, но не разжал рук.
— Ты странный, — сказал он и снова закрыл глаз.
Лу ничего не ответил. Он продолжал смотреть в окно.
— Ты холодный, — сказал Мариус через минуту.
Лу промолчал.
— Я буду тебя греть.
Лу вздохнул, но не отодвинулся.
Они пролежали так ещё несколько минут. Потом наверху завозилась Клара — послышались шаги, звук открывающейся двери.
— Мариус, — донеслось сверху, — твои кроссовки снова не на месте!
Мариус не пошевелился.
— Она к тебе, — тихо сказал Лу.
— Не слышу, — пробормотал Мариус.
— Слышишь.
— Не слышу. Я сплю.
Лу замолчал. Он не стал спорить.
Клара спустилась вниз, заглянула в гостиную и увидела их: Мариус, обнимающий Лу со спины, и Лу, который смотрел в потолок с выражением терпеливого ожидания.
— Вы уже не спите? — спросила она, улыбаясь.
— Мы спим, — ответил Мариус, не открывая глаз.
— Ты разговариваешь.
— Лунатик.
Клара покачала головой, улыбнулась и пошла на кухню.
Лу снова попробовал приподняться.
— Отпусти, — сказал он тихо.
— Неа.
— Мариус.
— Не отпущу. Здесь тепло.
Лу вздохнул и перестал дёргаться. Он лежал и смотрел в потолок, чувствуя тепло чужого тела за спиной. Ему было неловко, но он не знал, что с этим делать, поэтому просто молчал.
Мариус наконец разжал руки и сел, потягиваясь.
— Ладно, — сказал он. — Пошли завтракать. Я голодный как волк.
— Волки не просыпаются голодными, — тихо сказал Лу.
— Этот просыпается. Иди.
Лу сел, поправил футболку, которая задралась во сне. Волосы спутались, глаза слипались. Он молча встал и пошёл умываться.
---
Когда он вернулся, Клара уже накрыла на стол. Блины горкой лежали на тарелке, от них шёл пар.
— Садитесь, — сказала Клара. — Ешьте, пока горячие.
Мариус тут же взял три.
Лу сел, взял один и начал есть маленькими кусочками.
— Ты как хомяк, — сказал Мариус, глядя на него.
Лу ничего не ответил.
— Хомяк, который ест блины.
Лу поднял глаза, посмотрел на Мариуса и снова опустил взгляд в тарелку.
Клара засмеялась.
— Отстань от него, — сказала она. — Пусть ест спокойно.
— Я не мешаю, — ответил Мариус. — Я восхищаюсь.
Лу продолжал есть, делая вид, что не слышит.
После завтрака Клара собрала тарелки.
— Мариус моет, — сказала он.
— Почему я? — спросил Мариус.
— Потому что.
Мариус вздохнул, взял губку и пошёл к раковине. Лу встал рядом с полотенцем.
Мариус мыл медленно, с видом великомученика. Лу молча вытирал и ставил на сушилку.
— Ты сегодня молчаливый, — сказал Мариус, протягивая тарелку.
Лу ничего не ответил.
— Даже огрызаться не хочешь?
Лу вытер тарелку и поставил на место.
— Ну и ладно, — сказал Мариус. — Я буду говорить за двоих.
Он говорил всё время, пока мыл посуду — про погоду, про то, что Клара пересолила суп вчера, про то, что пора бы купить новые наушники. Лу молчал. Только иногда уголки его губ чуть приподнимались, но он сразу прятал улыбку.
Когда посуда была готова, Мариус выключил воду и повернулся к Лу.
— Молодец, — сказал он и вдруг обнял его.
Лу замер. Руки повисли вдоль тела. Он стоял не дыша.
Мариус обнимал недолго — секунд пять — и отпустил.
— За отличную работу, — сказал он и вышел из кухни.
Лу постоял ещё немного, потом повесил полотенце и пошёл в гостиную.
---
Клара сидела на диване. Мариус уже развалился рядом, положив ноги на журнальный столик.
— Иди сюда, — сказал он, похлопав по месту рядом с собой.
Лу сел в кресло.
— Сюда, — повторил Мариус, показывая на диван.
— Мне и тут хорошо, — тихо сказал Лу.
— Нет, не хорошо. Иди сюда.
Лу не пошевелился.
Мариус вздохнул, встал, подошёл к креслу и взял Лу за руку. Лу не сопротивлялся — просто встал и позволил увести себя на диван. Мариус усадил его рядом и тут же обнял, прижав к себе.
— Так-то лучше, — сказал он.
Лу сидел с прямой спиной, смотря перед собой. Плечи у него были напряжены, но он не отодвинулся.
— Ты как статуя, — заметил Мариус.
Лу ничего не ответил.
— Статуя, которая иногда дышит.
Лу вздохнул.
— Вот, — сказал Мариус. — Ожила.
Клара, наблюдавшая за ними из-за книги, улыбнулась. Она ничего не сказала — просто смотрела и улыбалась.
Мариус не убирал руку. Он сидел, положив ладонь на плечо Лу, и листал телефон другой рукой. Лу смотрел в окно. В комнате было тихо — только тикали часы и иногда Клара переворачивала страницы.
Через несколько минут Мариус убрал руку с плеча и начал щекотать Лу под рёбра.
Лу дёрнулся. Он прижал локти к бокам и попытался отодвинуться, но Мариус держал его за плечо.
— Пусти, — тихо сказал Лу.
Мариус не остановился. Лу закусил губу, стараясь не улыбнуться, но улыбка всё равно прорывалась. Он отвернул лицо, пряча её.
— Сдавайся, — сказал Мариус.
Лу молча отпихнул его руку. Мариус тут же засунул пальцы с другой стороны.
Лу коротко выдохнул — что-то среднее между вздохом и смешком. Он попытался стряхнуть руку Мариуса, но тот был быстрее.
— Ладно, — сказал Лу тихо. — Хватит.
— Скажи «я ёжик».
— Нет.
— Скажи.
Лу промолчал. Мариус продолжал щекотать. Лу закрыл лицо рукой, плечи его тряслись от беззвучного смеха.
— Сдаюсь, — прошептал он.
— Громче.
— Сдаюсь.
Мариус убрал руки. Лу опустил ладонь и посмотрел на него. Лицо у него было красное, глаза блестели.
— Ты ненормальный, — сказал он тихо.
— Ненормальный, но весёлый, — ответил Мариус.
Лу покачал головой и отвернулся к окну. Но убраться на край дивана не попытался.
Клара засмеялась — тихо, чтобы не смущать Лу.
---
Они сидели так с час. Мариус то обнимал Лу, то убирал руку, то снова придвигался. Лу сидел молча, иногда отодвигаясь, но Мариус каждый раз находил способ прикоснуться — положить ладонь на колено, задеть плечом, тронуть за руку.
Лу не отвечал на это. Он просто сидел и смотрел в окно. Но он не уходил. Он хотел этого, но пытался не показывать. И Клара заметила это.
— Мариус, не приставай, — сказала она.
— Я не пристаю, — ответил Мариус. — Я выражаю тактильность.
— Выражай тише.
— Тактильность не может быть тихой.
Лу чуть улыбнулся — краешком губ, почти незаметно. Мариус заметил.
— Ага! — воскликнул он. — Ты улыбаешься!
— Нет, — сказал Лу, пряча улыбку.
— Врёшь. Я видел.
— Тебе показалось.
— Моим глазам не кажется.
Лу промолчал.
---
Ближе к обеду Клара ушла готовить. Мариус и Лу остались вдвоём.
— Пошли ко мне, — сказал Мариус, вставая.
Лу посмотрел на него.
— Посидим. У меня там кровать мягкая.
— Я не хочу спать, — сказал Лу.
— А кто говорит про спать? Лежать можно и с открытыми глазами.
Лу встал и пошёл за Мариусом наверх.
В комнате Мариуса было тепло и пахло знакомым — домом, чистотой и ещё чем-то, чему Лу не знал названия.
— Ложись, — сказал Мариус.
— Не хочу.
Мариус не стал ждать — он взял Лу за плечи и мягко, но настойчиво опустил на кровать. Лу не сопротивлялся. Он лёг на спину и уставился в потолок.
Мариус устроился рядом.
— Ты всё время смотришь в потолок, — сказал он. — Там что-то интересное?
— Ничего, — ответил Лу.
— Тогда почему?
— Не знаю. Привычка.
Мариус помолчал. Потом повернулся на бок и положил руку на живот Лу.
Лу напрягся, но промолчал.
— Ты всегда такой напряжённый? — спросил Мариус.
— Я не напряжённый.
— Врёшь.
Лу ничего не сказал.
Мариус убрал руку и взял Лу за пальцы. Начал перебирать их, сжимать и разжимать, как игрушку. Лу смотрел на свои руки в руках Мариуса и ничего не говорил.
— У тебя пальцы холодные, — заметил Мариус.
— У меня всегда холодные.
— Я согрею.
И он сжал ладони Лу в своих. Лу не вырывался.
Они лежали так с полчаса. Мариус молчал, Лу молчал. Иногда Мариус поглаживал большим пальцем тыльную сторону ладони Лу. Лу смотрел в потолок.
— Мариус, — тихо позвал Лу.
— М?
— Ты всегда такой?
— Какой?
— Ну... тактильный...
Мариус усмехнулся.
— Только с теми, кто не умеет просить, когда хочет.
Лу замолчал. Он подумал, что, наверное, это правда. Он никогда ни о чём не просил. Даже когда болел. Даже когда плакал в подушку, чтобы Милд не услышал.
— Ладно, — сказал он.
— Что «ладно»?
— Ничего.
Мариус не стал спрашивать. Он просто продолжал держать Лу за руки.
---
Вечером Клара позвала их ужинать.
Они сели есть. Мариус всё время пытался задеть Лу ногой под столом, наступая ему на тапок. Лу отдёргивал ногу, но не огрызался. Просто каждый раз переставлял ногу подальше.
Клара видела это и улыбалась.
— Вы как котята, — сказала она. — Один дразнит, второй терпит.
— Я не терплю, — сказал Лу тихо.
— А что ты делаешь?
— Ничего.
— Вот и терпишь.
Лу опустил глаза в тарелку.
Мариус снова наступил ему на ногу.
Лу вздохнул и посмотрел на него.
— Перестань, — сказал он.
— Не перестану.
— Мариус.
— Что Мариус?
Лу ничего не ответил. Просто убрал ногу под стул и больше не высовывал.
Клара засмеялась.
---
После ужина они снова поднялись в комнату Мариуса. Лу лёг на кровать, Мариус сел за стол и начал что-то писать.
— Что ты пишешь? — спросил Лу.
— Ничего, — ответил Мариус. — Просто так.
Лу не стал спрашивать. Он взял телефон — старый, который дала Клара — и начал листать. В телефоне почти ничего не было, но он открывал и закрывал приложения, просто чтобы чем-то занять руки.
Мариус писал, иногда останавливаясь и глядя в окно. Лу смотрел на него из-под полуопущенных век, но ничего не говорил.
В комнате было тихо.
Лу почувствовал, как веки тяжелеют. Телефон выскользнул из пальцев и упал на грудь. Он не заметил, как закрыл глаза.
Мариус обернулся, увидел спящего Лу с телефоном на груди, и усмехнулся. Он встал, аккуратно убрал телефон на тумбочку и накинул на Лу плед.
Внизу хлопнула дверь.
Мариус замер, прислушиваясь. Голоса — тихие, спокойные. Клара. И... Милд.
Мариус выдохнул и посмотрел на Лу. Тот спал крепко, даже не шелохнулся.
В дверь постучали — тихо, аккуратно. Мариус подошёл и открыл.
Клара стояла в коридоре с двумя шоколадками в руках.
— Милд принёс, — сказала она шёпотом, улыбаясь. — Сказал, что для вас.
Мариус взял шоколадки. Одну положил на стол, вторую покрутил в руках.
— Милд принёс шоколад? — переспросил он. — Может, он заболел?
— Не болен, — ответила Клара, сдерживая смех. — Просто у него сегодня хорошее настроение.
— Надо запомнить этот день, — сказал Мариус и улыбнулся. — Ладно, скажи спасибо.
— Скажу.
Клара посмотрела на спящего Лу.
— Он уснул?
— Да, — кивнул Мариус. — В телефоне. Теперь спит.
— Ты его укрыл? — спросила Клара.
— Укрыл. Я заботливый.
— Очень заботливый, — согласилась Клара. Она посмотрела на них обоих — Мариуса, стоящего в дверях, и Лу, свернувшегося калачиком на кровати. Улыбнулась. — Сладких снов.
— И тебе, — ответил Мариус.
Клара ушла. Мариус закрыл дверь, подошёл к кровати, сел на край. Посмотрел на Лу — тот дышал ровно, лицо было спокойным.
— Спи, ёжик, — тихо сказал Мариус. — Завтра снова буду тебя дразнить.
Он лёг рядом, накрылся краем пледа и закрыл глаза.
В комнате было тихо. Только тикали часы да иногда за стеной слышались шаги Милда. Но Лу спал, и Мариус спал, и никто их не трогал.
———————
если честно, похоже на чат гпт, но он там есть, потому что я ему постоянно закидываю текст, что-бы он исправлял ошибки и он ставит правильно запятые и т.д., поэтому не надо думать на всякий, что полностью текст придуман гпт...
в кратце, я по-моему уже в норме, но все же лень присутствует, но мотивация возвращается, поэтому больше не будете ждать, что прода не выходит так долго:]