Влюбилась
Лера стояла у машины, глядя на стеклянные двери аэропорта, за которыми скрылась Вика. Ещё минуту назад она была здесь. Такая невероятная тёплая, живая, с руками, которые держали её ладонь. А теперь холодный ветер, чужие люди с чемоданами и светящаяся вывеска.
Девушка села за руль, но не завела двигатель. Просто сидела, сжимая руль мёртвой хваткой, и смотрела в одну точку. Глаза защипало. Она не хотела плакать, но слёзы пришли сами.
Первая упала на руку, Лера вытерла её тыльной стороной ладони, но следом пришла вторая, третья.
— Чёрт, — прошептала она.
Она уже скучала, с ужасающей физической болью. По тому, как Вика смотрела на неё, по теплу её ладони, которая лежала поверх её руки на рычаге передач и голосу, когда она сказала: «Ты делаешь меня счастливой». Лера закрыла глаза и снова почувствовала губы на своей коже.
Но Вика улетела в свой холодный город. Так нужно, но расстояние убивало её. Оно было ножом, который входил под рёбра.
Лера завела двигатель, выехала с парковки. Первые километры почти не смотрела на дорогу, перед глазами всё плыло. Она ехала на автомате, переключая передачи и не замечая машин вокруг. Ей хотелось кричать. Или остановиться посреди шоссе, выйти и просто лечь на асфальт, глядя в небо.
— Я схожу с ума, — сказала она вслух. Голос прозвучал хрипло.
Она взяла телефон на светофоре. Открыла диалог с Викой. Последнее сообщение, которое она отправила перед вылетом: «Береги себя». Ответа не было — Вика уже была в самолёте, скорее всего, выключила телефон.
Лера убрала мобильник, сжала руль и поехала дальше. В квартиру, где Вики не было и где пахло только её духами.
В самолёте было темно и тихо. Пассажиры вокруг дремали, стюардессы давно разнесли напитки и погасили свет. Вика сидела у окна, смотрела на чёрное небо и редкие огни внизу, которые казались маленькими.
Она не могла уснуть. Рядом на сиденье лежала её рука, которой всего час назад сжимала Лерину ладонь. Вика поднесла её к лицу, вдохнула. Запах почти выветрился, но цветы осталось.
Она закрыла глаза и увидела улыбающуюся её, которая сказала: «Я никуда не ухожу». Сердце сжалось от нежности или боли. Вика не умела разбираться в этих чувствах. Она привыкла к скорости, к чётким действиям. В её голове была лишь Лера. И то, как она смотрела на неё в машине, когда Вика целовала её.
«Ты делаешь меня счастливой», — прошептала Вика в темноту салона, повторив свои слова.
Девушка никогда не была уверена в таких вещах. Но знала одно: от мысли, что Леры нет рядом, внутри становится пусто и холодно. Как будто кто-то выключил свет. И только когда она думает об их встрече, об Америке, о том, что скоро они увидятся снова — появляется крошечный огонёк.
— Месяц, — прошептала она себе. — Всего месяц.
Через пару часов самолёт пошёл на снижение. Внизу засверкал Питер, холодный. Девушка смотрела на него без привычного чувства возвращения. Дома ей всегда было спокойно. Здесь были её стены и тренировки, но сейчас она впервые подумала: «Хорошо бы, чтобы меня там кто-то ждал».
Она вышла из самолёта, прошла паспортный контроль, взяла багаж. В такси сидела молча, глядя на убегающий ночной город. Водитель что-то говорил про погоду, но Вика не слушала. Она смотрела в телефон. Диалог с Лерой был пуст — новые сообщения не приходили.
«Спит уже», — подумала Вика.
Она знала, что завтра начнётся обычная жизнь: встреча с механиками, разбор ошибок и подписание бумаг. Питерский этап приближался, и нужно было быть в форме. Но сейчас, она хотела только одного — лечь в кровать и представить, что Лера рядом.
Девушка зашла в квартиру, бросила ключи на тумбочку, поставила чемодан в угол. Прошла на кухню, включила чайник. Потом передумала — не хотелось ни чего, только спать.
Она забралась под холодное одеяло и уставилась в потолок. В голове прокручивалось всё: прощание в аэропорту, Лерины слёзы, её улыбка, и губы.
— Вика, ты влюбилась, — сказала она себе в пустоту.
Девушка закрыла глаза, натянула одеяло до подбородка и провалилась в сон.
А Лера тем временем ехала по ночной Москве и не могла перестать плакать. Слёзы текли сами, от того, что она вдруг поняла, как долго ждала этого чувства. Девушка долго запрещала себе даже думать о том, чтобы кого-то впустить. Теперь впустила и боялась, что это отнимут.
Она вспомнила Кирилла. Его смех и обещание, что они поедут в Америку вместе.
— Нет, — сказала Лера вслух, отгоняя воспоминания. — Не сейчас.
Сегодня она не хотела думать о прошлом. Только о Вике. О её глазах, когда она смотрела на звёзды, о голосе, который дрогнул, когда она сказала: «Я не умею быть в отношениях».
— Я научу тебя, — прошептала Лера, вытирая слёзы. — Я научу тебя всему, чему ты не умеешь. Главное позволь...
Девушка посидела в машине ещё несколько минут, глядя на тёмные окна. И наконец поднялась к себе.
Через два дня телефон Жени завибрировал. Сообщение от Марка: «Всё сделано. Номер для отправки дай».
Женя сидела в своей квартире, глядя на экран. Сердце колотилось, она знала, что переступает черту. И если Лера когда-нибудь узнает правду, она её не простит. Однако девушка также знала, что если ничего не сделать, Лера уйдёт к Вике. А этого нельзя было допустить.
Она отправила Марку номер Леры. И текст, который придумала сама — короткий, бьющий в самое больное место.
Через минуту пришёл ответ: «Отправлено».
Женя выключила телефон, легла на диван и закрыла глаза. В голове крутилась одна и та же мысль: «Прости меня, Лер. Но ты же знаешь, я люблю тебя больше всех. Это ради твоего блага».
P.S. Максимально оттягиваю момент. Пристегнитесь, мы взлетаем.