Проект «Восстание»

Кайла не опустила пистолет, её взгляд прожигал Линдгрена насквозь. Я чувствовала напряжение девушки, её ярость, которая витала в воздухе, словно наэлектризованная буря.

– Не трать время на этот цирк, – процедила Кайла, не сводя глаз с Тира. – Ты знаешь, зачем мы здесь.

Линдгрен пожал плечами, не меняя своей самодовольной ухмылки.

– Боюсь, я не понимаю, о чём вы говорите, милая Кайла, – произнёс он отстранённым тоном. – Или вы имеете в виду ваших приятелей? Зика и Магнуса? – Мужчина усмехнулся.

На миг его слова выбили меня из колеи. Он явно не просто так упомянул Нильсена.

В этот момент я заметила едва уловимое движение за спиной у Тира. Его взгляд ненадолго скользнул вбок, словно предупреждая кого-то. Инстинктивно я подняла пистолет чуть выше, направляя его прямо в голову Линдгрена.

– Не советую испытывать наше терпение, – сказала я, стараясь придать своему голосу уверенность, которой не чувствовала. – Говори сейчас же, что с ними.

Мужчина вздохнул, будто мы его сильно утомили. Я осмотрелась вокруг. Мой взгляд упал на какую-то странную панель, находящуюся у стены недалеко от меня. В следующее мгновение я поймала взгляд Линдгрена, направленный туда же. Он тяжело сглотнул. Было заметно, что мужчина занервничал.

Я решила подойти ближе и посмотреть, как изменится его реакция, но не успела ступить и шагу, как в коридоре раздались шаги. Тяжёлые и уверенные.

Звук приближающихся ног становился всё отчётливее, наполняя коридор угрожающей атмосферой. Сердце билось в бешеном ритме, отражая такт приближающихся шагов. Лоб покрылся испариной, а Линдгрен ехидно улыбнулся.

Мы оказались в ловушке.

– Вы же не думали, что в самом деле сможете застать меня врасплох? – Он встал со своего места, обошёл стол и встал перед нами. В руках у мужчины был какой-то небольшой пульт. Тир нажал на одну кнопку, и входная дверь его кабинета открылась. Внутрь ввалилась толпа солдат. Они вели за собой Зика и Магнуса, заломив им руки.

Присутствие здесь наших мужчин означало, что всё действительно не под нашим контролем. Я знала и была уверена на все сто процентов, что наш план был очень плохо продуман, но основная идея Кайлы заключалась в том, чтобы ворваться в лабораторию Линдгрена, используя эффект неожиданности. Он не должен был знать о нашем присутствии, но, как показал опыт, среди наших союзников были самые настоящие крысы.

Эта встреча заставила мои ноги подкоситься, руки начали дрожать, пистолет пополз вниз. В моей голове начали носиться самые разные мысли. Я не понимала, в какой момент их поймали. Учитывая, что Магнус был сотрудником этого центра, я была ещё более удивлена тому, что сейчас он находился здесь со заломленными руками, ведь мужчина знал все потайные ходы, способные вывести на пути к спасению.

– Вам наверняка интересно, что забыли здесь ваши друзья, – произнёс Линдгрен, намеренно растягивая слова. – Так давайте я сейчас поясню. Они пытались подорвать одну из наших основных лабораторий, но это не укрылось от скрытых камер, доступ к которым есть только у меня. Ровно в тот момент, когда они планировали это в одном из потайных ходов, я направил туда своих людей, чтобы они ждали наших дорогих гостей.

– Ты чёртов ублюдок, – прохрипел Зик, после чего моментально получил прикладом автомата по челюсти.

– Вы знали, что должен был раздаться взрыв, – продолжал мужчина, не обращая внимания на выпад Зика. – Который послужил бы для вас командой к старту. Именно поэтому я сделал так, чтобы он всё-таки произошёл, но не принёс тех разрушительных последствий, которые должен был принести по вашему плану. Охрана повязала Зика, когда он был готов заложить бомбу. С Магнусом пришлось повозиться, всё-таки он один из наших лучших бойцов.

Линдгрен присел на край стола, отложил пульт в сторону и пристально уставился своим пронизывающим ядовитым взглядом в нас с Кайлой.

– Я прекрасно знаю, зачем вы сюда пришли. Почему в досье на некоторых из вас приписана буква «В». Учитывая, что сегодня, возможно, последний день в вашей жизни, думаю, вы имеете право знать всю правду.

Его слова о том, что сегодня мы, по его мнению, умрём, заставили меня поднять пистолет и более уверенно наставить его на самого Линдгрена. Опять же, я понимала, что против толпы хорошо обученных профессиональных солдат нам не выстоять. Но и сдаваться без боя я не могла. Линдгрен продолжал говорить:

– Вы относитесь к одному из самых редких поколений, выпускаемых нашими программами. Буква «В» в вашем индивидуальном коде означает, что вы – поколение тех, кто ранее вышел за пределы проекта. Вы родились и выросли вне этих стен, но каждый этап вашей жизни продолжал контролироваться нашими экспертами. Некоторое время назад у нас практиковалась программа, согласно которой непригодных к высшей интеллектуальной деятельности сотрудников мы подвергали частичному обнулению и выпускали в реальный мир, дабы посмотреть, насколько легко и быстро они смогут адаптироваться к условиям нестабильного центра. Собственно, после этого у нас сформировалась новая программа, по которой мы отслеживали, насколько смогут измениться гены высокоинтеллектуальных людей при смене поколений и как их потомки смогут реагировать на различные внешние стрессовые факторы, такие как внезапная потеря родителей, наркозависимость, – он обратил внимание на Зика, впервые за вечер удостоив его своим взглядом. – В ходе наших экспериментов, со сменой поколений, дети наших выпускников становились более эмоциональными, независимыми, они были готовы отстаивать свою позицию до конца. И вы – лишнее тому доказательство. – Он усмехнулся с удовлетворением. Он наслаждался нашим унижением, каждым словом.

Мои дрожащие руки сжимали пистолет, мысли кружились в голове бесконтрольным вихрем.

Магнус стоял на коленях, склонив голову. Его лицо было бледным и искажённым болью. Как он, человек, знавший центр как свои пять пальцев, мог быть пойман словно мышь в мышеловку? Как? Где он мог просчитаться?

– Я выложил вам всё начистоту, это вы хотели знать, – снова заговорил Тир. – А теперь расскажите мне: неужели вы действительно думали провернуть ваши дела, оставшись при этом незамеченными?

Я молчала. Что тут можно было сказать? Это был очень глупый поступок, равноценный самоубийству. Но молчание тоже не выход. Линдгрен не из тех, кто терпит неповиновение.

Тир холодно усмехнулся.

Внезапно в моей голове пронеслась мысль. Магнус. Он знал центр лучше всех. Может быть, он что-то знает ещё.

Я посмотрела на него, пытаясь поймать взгляд. Но мужчина не отвечал. Его лицо было маской безразличия. Или это была игра? Мастерская игра на выживание?

Линдгрен отвернулся и подал руками несколько знаков своим сотрудникам. В комнату вошли ещё солдаты. Двое вели с собой девочку примерно девяти лет. У неё были плавные детские черты, русые волосы, но несмотря на то, что она была ребёнком, не заметить сходство было просто невозможно. Девочка была точной копией своей матери, за исключением шрама.

Малышка была напугана, но продолжала идти с солдатами.

– Камилла! – громко крикнула Кайла, опуская пистолет. Она сделала шаг к дочери, и на её голове сразу появилась куча меток прицелов от автоматов.

Девушка остановилась.

В этот момент я поняла, что наш план провалился полностью и безвозвратно. Оставалось только одно – принять свою судьбу и надеяться на чудо. Но чудо, оказалось, было на нашей стороне только в мечтах. А реальность была жестокой и неизбежной. Эта реальность заключалась в том, что мы попали в лапы Линдгрену. Человеку, которого мы не могли остановить.

Камилла подошла к Тиру, он повернул девочку лицом к нам, будто нарочно дразня мою подругу, и положил руки на её маленькие плечи. Несколько сотрудников охраны прошли мимо нас и встали, перекрыв нам дорогу к потайному ходу. В следующее мгновение Магнус опустил руки на пол, привстал и громко крикнул:

– Пора!

В ту же секунду он бросился к своей дочери, выхватил её из рук Линдгрена и остановился возле нас, пряча девочку за спиной. Солдаты сняли свои автоматы с предохранителей и направили оружие на своего начальника. Зик подошёл к нам, доставая пистолеты и нацеливая их на Линдгрена.

– Ты не учёл одного, – произнёс Магнус, делая шаг вперёд, чтобы лучше прикрыть собой ребёнка. – В этом центре слишком много людей, которые тебя ненавидят.