Опасная близость

Джейн

С того прекрасного дня прошло полгода. Время пролетело так быстро, что я даже не заметила, как мы полностью погрузились в подготовку к свадьбе. То мне не нравился оттенок белого, то цветы были не те, то платье сидело совсем не так, как я представляла. Арес соглашался буквально со всем, и иногда мне казалось, что он вообще меня не слушает. Тогда я начинала плакать, устраивать маленькие истерики, а потом сама же смеялась над собой. Всё это были гормоны. Маленький карапуз внутри меня заставлял плакать из-за любой мелочи.

Мы давно говорили о детях. Я очень хотела ребёнка именно от него. Если бы кто-то рассказал той Джейн, которая когда-то подписывала контракт, что однажды она будет мечтать о малыше от этого мужчины, она бы никогда не поверила.

Но долгое время у нас ничего не получалось.

Я выбросила, наверное, тысячу тестов. Каждый раз, когда была хоть небольшая задержка, я надеялась, что именно сейчас увижу две полоски. Но снова и снова была только одна. Врач объяснял, что после всего пережитого моему организму нужно время. Стресс, постоянное напряжение, лекарства — всё это не проходит бесследно. Я понимала его слова... но сердце понимать не хотело.

Потом в какой-то момент я просто перестала ждать.

Перестала считать дни.

Перестала делать тесты после каждой задержки.

И именно тогда всё произошло.

Мы гуляли с Рейн, и меня тошнило буквально от всего. Даже запах моего любимого кофе вызывал отвращение.

— Джейн, ты точно не просто отравилась? — подозрительно посмотрела на меня она. — Купи тест.

Я только закатила глаза, но всё-таки согласилась.

Когда приехала домой, закрылась в ванной и сделала тест.

Прошло несколько бесконечных минут.

Я посмотрела на него...

И увидела едва заметную вторую полоску.

Я замерла.

Потом посмотрела ещё раз.

Ещё.

И ещё.

Руки начали дрожать.

— Господи... — только и смогла прошептать я.

Я не могла поверить своим глазам.

Сделала ещё три теста.

Все оказались положительными.

Мне так хотелось сразу выбежать к Аресу, броситься ему на шею и закричать, что у нас будет малыш. Но я слишком долго мечтала об этом моменте.

Я хотела сделать всё красиво.

Поэтому дождалась особенной даты. А когда получила первый снимок УЗИ, окончательно придумала, как расскажу ему.

Правда, последние дни выдались тяжёлыми. Во время одной из перевозок груза на парней напали прямо в порту. Завязалась перестрелка, и Майка ранили. Мы все были на нервах, но больше всего я переживала за Рейн. Их недоотношения окончательно разрушились. После той ночи они будто стали совершенно чужими людьми. Они больше не шутили друг с другом, не цеплялись по пустякам, не ловили взгляды. Осталась только холодная вежливость, словно они никогда не были так близки. Но самое страшное было в том, что Рейн сама перестала понимать себя. Она не раз приезжала ко мне с красными, заплаканными глазами, садилась рядом и говорила, что больше не знает, что делать. Она призналась, что впервые в жизни потеряла контроль над своими чувствами. Всю жизнь она смеялась над любовью, избегала привязанностей, была уверена, что сможет уйти первой и никогда не позволит себе влюбиться. А теперь всё получилось наоборот. Майк причинил ей боль, оттолкнул её, и между ними будто выросла огромная стена, но она всё равно продолжала переживать за него. Когда его подстрелили, Рейн, забыв обо всех своих обидах, практически поселилась в больнице. Она спорила с врачами, следила, чтобы он ел, не отходила от его палаты и делала вид, что находится там просто потому, что так правильно. Но я слишком хорошо её знала. Она любила его. Даже если сама больше не хотела себе в этом признаваться.

В тот вечер Арес вернулся домой уставший. Последние дни окончательно вымотали его. Я уже стояла на кухне, крепко сжимая в руках небольшую коробку, перевязанную белой лентой. Сердце билось так сильно, что мне казалось, он сейчас услышит его ещё с порога.

— Любовь моя, ты уже дома? — улыбнулась я.

Он подошёл ко мне, поцеловал в лоб и только потом заметил коробку.

— Это что?

Я нервно улыбнулась.

— Открой.

Он вопросительно посмотрел на меня, но всё же медленно потянул за ленту. Снял крышку...

Внутри лежали маленькие белые носочки, первый снимок нашего малыша и четыре положительных теста.

Несколько секунд он вообще не двигался.

Будто перестал дышать.

Его взгляд метался от снимка к тестам, потом снова к носочкам, словно мозг отказывался верить в то, что видел.

Медленно подняв на меня глаза, он прошептал:

— Правда?..

Я уже не могла сдерживать слёз и только кивнула.

— Правда... У нас будет малыш.

Он резко закрыл коробку, поставил её на стол и за секунду оказался рядом со мной.

— Господи... — его голос дрожал. — Правда?

Я снова кивнула, улыбаясь сквозь слёзы.

Арес осторожно взял моё лицо в ладони, будто боялся, что это окажется сном.

— Я стану папой...

В его глазах тоже появились слёзы. Впервые за всё время я видела, как этот сильный, всегда спокойный мужчина совершенно не пытался их скрывать.

— Ты сделала меня самым счастливым человеком на свете, — прошептал он, крепко обнимая меня.

Он медленно опустился передо мной на колени и дрожащими руками коснулся моего ещё совсем незаметного живота.

— Привет, малыш... — тихо сказал он, улыбаясь сквозь слёзы. — Папа уже любит тебя больше собственной жизни.

Я познакомилась с его семьёй. С Леоном мы по-прежнему не были близки. Он действительно старался вернуть моё доверие, и иногда мы могли спокойно поговорить, но внутри меня всё ещё оставалась стена, которую я пока не была готова разрушить.

Вот я сейчас и стояла за закрытыми дверями в белом платье своей мечты.

Рядом стояла Рейн, крепко держа меня за руку.

— Ты у меня самая красивая девочка, — улыбнулась она.

Я посмотрела на неё и почувствовала, как сердце болезненно сжалось.

Она похудела. Под глазами залегли тени, а улыбка стала какой-то чужой, будто она надевала её только ради меня. За последние недели она словно перестала жить для себя. Она продолжала работать, улыбаться, шутить, приезжать ко мне вечерами, но я слишком хорошо знала свою подругу, чтобы не видеть правду.

Она умирала внутри.

И самое страшное — она молчала.

Я знала её секрет. Тот, который она прятала от всего мира, носила в себе каждый день и каждую ночь. Иногда она приезжала ко мне поздно вечером, садилась рядом на диван и долго молчала.

И каждый раз в такие моменты мне хотелось найти Майка.

Хотелось ударить его.

Хотелось заставить его почувствовать хотя бы десятую часть той боли, с которой каждый день просыпалась моя подруга.

Не потому что я его ненавидела.

А потому что я видела, во что превратилась Рейн.

Теперь между ними была лишь холодная тишина, недосказанность и взгляды, от которых становилось больно даже мне.

А он... он даже не представлял, насколько сильно уже всё изменилось.

Рейн продолжала хранить свой секрет, улыбаясь всем вокруг так убедительно, что никто, кроме меня, не замечал, как по ночам она собирает себя по кусочкам.

Я никогда не выдам её тайну.

Когда она будет готова — она сама всё расскажет.

И если ей придётся пройти через этот путь одной, то рядом с ней хотя бы буду я.

— Милая моя, всё пройдёт, — тихо сказала я, обнимая её. — Может, воды?

Она быстро вытерла слёзы и покачала головой.

— Нет... Не думай обо мне. Сегодня ты должна быть самой счастливой невестой.

Я лишь крепче обняла её.

— А ты обязательно снова станешь счастливой, слышишь? Я не позволю тебе пройти через это одной.

Она ничего не ответила.

Лишь ещё сильнее сжала мою ладонь.

В этот момент мой маленький карапуз снова толкнулся, заставив меня улыбнуться сквозь собственные слёзы.

Животик уже заметно округлился, поэтому от первоначального фасона платья пришлось отказаться. Я не хотела, чтобы малышу было тесно, и, если честно, именно таким оно нравилось мне даже больше.

Я осторожно погладила живот и глубоко вдохнула.

За дверью меня ждал мужчина, которого я любила всем сердцем.

А рядом со мной стояла девушка, которой я всем сердцем желала такого же счастья. И я очень надеялась, что однажды жизнь всё-таки перестанет испытывать её на прочность.

Когда дверь наконец немного открылась, я на мгновение замерла. Сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить волнение, которое переполняло меня, и медленно пошла к нему.

Он стоял там — такой красивый, что на секунду весь мир вокруг будто перестал существовать. На нём был невероятный костюм, идеально подчёркивающий его силу и элегантность, но больше всего меня покорял его взгляд. Такой нежный, тёплый и родной. В его глазах было столько любви, что мне больше ничего не нужно было видеть, чтобы понять — я именно там, где должна быть.

Когда я подошла к нему, он улыбнулся.

— Самая прекрасная невеста, — тихо сказал он, глядя на меня так, будто я была самым ценным человеком на свете. — Ну как мой мальчик? Не сильно маму мучает?

Я рассмеялась, положив руку на живот.

— Он скоро мне все органы отдавит, — сказала я со смехом.

Его улыбка стала ещё шире. В этот момент я поняла, что именно такие маленькие моменты и делают жизнь настоящей. Не громкие обещания и красивые слова, а вот это — его забота, его шутки, его рука, которая всегда тянется ко мне.

К нам подошёл регистратор, и настал тот самый момент. Момент, о котором я когда-то даже боялась мечтать.

Я посмотрела на человека передо мной и почувствовала, как внутри становится спокойно.

— Я благодарна жизни за то, что она послала мне тебя, — начала я, стараясь сдержать эмоции. — Я благодарна тебе за то, что ты научил меня любить и снова научил доверять. Спасибо тебе за то чувство дома и спокойствия, которое я обрела рядом с тобой. Спасибо за нашу семью... и за маленького мальчика, который сейчас снова переворачивается внутри меня.

Вокруг раздался смех. Я тоже засмеялась, потому что в этот момент единственная мысль, которая пришла мне в голову, была о том, что мой сын явно решил выбрать самый неподходящий момент, чтобы напомнить о себе... и что мне снова хочется в туалет.

Но даже это было прекрасно.

Он посмотрел на меня с такой любовью, что моё сердце сжалось.

— Я благодарен тебе за то, что ты появилась в моей жизни и сделала её хоть немного, но ярче, — сказал он. — Я благодарен тебе за то, что ты дала мне шанс и поверила в мою любовь.

Он осторожно положил руку на мой живот и улыбнулся.

— И я благодарен тебе за то, что ты терпишь, как наш сын пытается перекрутить тебе все органы.

Смех снова наполнил зал. Но это был не просто смех — это было счастье. Настоящее, живое, наше.

Регистратор улыбнулся и продолжил:

— Итак, молодые люди. Готовы ли вы, Джейн Колин , стать женой Ареса Рокки?

Я посмотрела на него. На человека, который когда-то был просто частью моей жизни, а теперь стал всем моим миром.

— Да, — ответила я уверенно.

— А вы, Арес Рокки, готовы взять в жёны Джейн?

Он даже не задумался.

— Конечно.

— Тогда вы можете обменяться кольцами и поцеловаться.

И мы сделали это.

В этот момент я почувствовала, что запомню каждую секунду. Его руки, его взгляд, улыбки наших близких, тепло вокруг нас. Это был один из самых счастливых дней моей жизни.

Я знала, что впереди нас ждёт ещё много таких дней. Будут новые моменты, новые радости, возможно, новые трудности. Но теперь я больше не была той девочкой, которая жила в страхах и сомнениях.

Теперь рядом со мной был мой муж.

Моя любовь.

Моя семья.

И наш маленький мальчик, который уже начинал свой путь внутри меня.

Я больше не боялась будущего.

Потому что теперь я знала — где бы мы ни были, пока мы вместе, у меня всегда будет дом.