Найти Вишню

Амелия

Наконец домыв пол во всей квартире, сижу на кухне и пью зеленый чай с лимоном, доедая пачку печенья с джемом. Бабушка ушла с гости к своей знакомой, с которой она часто видится. Я знаю что её не будет до вечера, поэтому могу спокойно посидеть без неловких молчаний, а также впустить в эту комнату Фею, ведь бабушка катигорически против собак на кухне. А пока её нет можно не следовать этим глупым, по моему мнению правилам, так как собака у меня всегда чистая и ничего никогда не портит.

Сижу в телефоне и чищу память, которая уже практически закончилась. Удаляю ненужные фото и видео, по типу товаров в магазине, название собачьей мази для зубов, которую выписал ветеринар и случайное фото ноги.

Листаю галерею и в который раз натыкаюсь на совместные фото с Даней, где мы счастливо улыбаемся в камеру и нам тогда казалось, что всегда будем вместе. Хотя возможно так казалось только мне.

Несколько раз я заходила в мессенджер и перечитывала наши старые переписки, от которых щимит сердц. Палец сам тянулся к кнопке разблокировать, но каждый раз я буквально заставляла себя выключить телефон и не делать глупостей. Хватит с меня, второй раз я на это не поведусь. Последний раз мы виделись с ним почти месяц назад и по крайней мере сейчас я не хочу с ним разговаривать. И не знаю буду ли когда то готова когда нибудь вообще.

Отвечаю на сообщения Даши, которая присылает фото с пляжа. Они с родителями вместе с семьей Кирилла сейчас все вместе в отпуске на море и вот уже две недели подруга хвастается красивыми фото в купальнике. Я улыбаюсь, глядя на то, какая Белова здесь счастливая. За время проведённое в отпуске она успела загорать, а её волосы выгорели на солнце и стали ещё светлее, что ей очень идёт. Я тоже иногда делюсь с ней фотографиями красивых мест в которых бываю, по типу достопримечательностей, так как здесь очень красивая архитектура, по моему мнению. За это время я успела сильно соскучится по подруге и родителями и с нетерпением жду осенних каникул, которые, правда, наступят ещё не скоро, чтобы увидеть их.

Делаю глоток чая, пока вокруг меня прыгает Фея и тихо тяфкает.

- Ну что такое, ты же видишь я переписываюсь? - говорю я, глядя на неё, но милые чёрные глазки не позволяют раздражаться. - Что ты хочешь, Фея?

Смотрю на собаку, пытаясь понять что она пытается сказать своими движениями. Поворачиваю голову и смотрю на её миску, стоящую на коридоре, так как бабушка не разрешила поставить её на кухне. Кажется, она совсем пустая.

- Точно, ты хочешь кушать, я же тебя не покормила. Сейчас, малышка.

Встаю со стула, оставляя телефон на столе. Открываю нижний шкафчик и достаю от туда пачку корма. Иду к миске, а вокруг меня прыгает белый комочек меха, который успел подрасти и стать почти в два раза больше.

- Фея, не крутись под ногами, пол скользкий!

И прямо в этот момент нога соскальзывает и я падаю. Корм высыпается на пол, который я только недавно помыла, а колено пронизывает острая боль. Вот блин!

- Фея, ну я же просила! - шеплю я, потирая место ушиба.

Ну вот, теперь придётся перемывать пол. Бабушка не выносит запах собачьего корма и будет опять меня упрекать и ходить недовольная, почувствовав хоть малейший его запах. И как назло в этот момент раздаётся звонок в дверь, при чем довольно настойчивый.

- Ну кто там ещё?! - со злостью выкрикиваю я.

Встаю на ноги и направляюсь к входной двери, оставляя рассыпаный корм в коридоре. В дверь продолжают нетерпиливо звонить. Поворачиваю ключ и открываю ее.

Сердце пропускает удар. По телу пробегают мурашки, и кажется, я даже на секунду забываю как дышать, хватая ртом воздух. Ноги подкашиваются, а перед глазами темнеет. Может это сон и мне только кажется?

На моем пороге, в бабушкиной лондонской квартире, стоит Громов. Я нервно сглатываю, не в сил сказать ни слова. Что он здесь делает? Это похоже на какой то странный сон. Ладони потеют а сердце учащенно бьётся.

- Тише, спокойно, тебе нельзя нервничать. - говорит он, касаясь моей руки.

Я даже никак на это не реагирую. Медленно и глубоко дыша, я постепенно успокаиваюсь.

Поднимаю голову и смотрю в его глаза. Карие, глубокие они смотрят в ответ, от чего осколок в сердце шевелится, освежая рану. За месяц разлуки его глаза затуманились в памяти, а увидев их вновь воспоминания становятся яркими как никогда.

- Что ты здесь делаешь? - спрашиваю я, так чтобы голос звучал как можно увереннее.

- Давай поговорим. Пожалуйста. - говорит он, голосом наполненным какой то болью и одиночеством.

Сердце больно щемит, я стискиваю челюсть, пытаясь думать яснее, но мозг не слушается. Хочется обнять его, сказать как мне его не хватало и забыть этот дурацкий выпускной и все что на нем было. Внутри снова появляется надежда. Он прилетел ради меня. Это что-то значит. Так ведь?

- Что произошло? - говорю я дрожащим голосом, к глазам начинают поступать дурацкие слезы.

- Можно зайти? Я все объясню, обещаю, давай поговорим? Я клянусь, все не так как ты думаешь. - говорит он.

Я ничего на это не отвечаю. У меня не получается сдержаться, внутри будто что-то надламывается, по щекам начинают бежать слезы, стекая на футболку.

- Я скучала. - выкриваю я против воли. Хочется со всей силы обнять его, но я сдерживаю себя.

- Я тоже, очень сильно. Давай поговорим, мне многое нужно сказать. - мягко говорит он умоляющим тоном. - Только не нервничай, тебе нельзя.

- Проходи. - говорю я и отступаю в сторону.

Мы идём на кухню, забыв про рассыпаный корм, и садимся за стол, на котором все ещё стоит мой недопитый чай и лежит телефон.

- Будешь чай или кофе? - спрашиваю я.

- Нет, спасибо. - говорит он.

Мой взгляд задерживается на его руке, на которой я замечаю тот самый браслет с бусиной, на которой нарисована вишня. Я улыбаюсь, а сердце болезненно сжимается. Свой я со злостью разорвала ещё дома, а он носит до сих пор.

- Ты до сих пор? - тихо спрашиваю я.

- Кончено, а как же ещё? - улыбается он. И от этой улыбки у меня что-то щёлкает в сердце.

А дальше следует долгий разговор, который полностью меняет моё представление о последнем месяце...