Глава 12. Кто заменил Тайвина?
После того, как Санса сумела разговорить Пса и многих других участников и зрителей расправы над северянами в Тронном зале, Джон и пришедший ему на помощь хитрый Тирион нашли более действенные методы обращения с Серсеей, Мизинцем и прочими обвиняемыми. И в ходе следствия выяснилось очень много важных вещей.
Раскрытие преступлений началось с рассказанных Псом и другими свидетелями слов Бейлиша и Серсеи при аресте Эддарда и убийстве его людей. Оказалось, что в ночь смерти Роберта Эддард обращался к Мизинцу, а к Эддарду обращался Ренли, о чем рассказали слуги, хотя ничего об их разговоре узнать не удалось. От Слинта, потерявшего лицо при первом же жестком допросе, удалось узнать, что Бейлиш ходил к Серсее в ночь смерти Роберта. Из показаний слуг и Серсеи также выяснилось, что Эддард встречался с Серсеей в день убийства Роберта, подробности которого охотно изложил перепуганный Лансель, которому за сотрудничество со следствием был обещан Ночной дозор, разумеется, без рыцарских шпор, заработанных в постели Серсеи. К сожалению, содержание разговора Эддарда с Серсеей из ее малоправдоподобных и противоречащих друг другу рассказов толком выяснить не удалось.
Уже потерявший уверенность в себе Бейлиш, услышав подробный рассказ о своих преступлениях, совсем сник, стал суетливым и разговорчивым, и перед следствием предстала картина убийства Джона Аррена Бейлишем и Лизой, и заодно выяснились многие подробности отношений Лизы, Кэт и Петира в давнюю пору. Но в то, что Петир обесчестил Кэт, на чем тот настаивал с дрожью в голосе, Джон не поверил – Джон не любил Кэт, даже почти ненавидел ее, но она была слишком правильной, да и в рассказе Петира были явные нарушения логики событий. Впрочем, через некоторое время Мизинец опять слегка осмелел, стал рассказывать о том, как мудро вел финансовые дела, помогал людям, радел о нуждах казны и даже робко и неуверенно пытался давать финансовые советы Джону, в том числе и весьма неплохие.
Массовый опрос слуг позволил выявить нескольких шпионов Вариса, Мизинца и Серсеи, и, к удивлению Джона, показал, что почти никто из них, кроме самых доверенных служанок Серсеи, не знал об ее отношениях с Джейме. О других ее любовниках, кроме Джейме и Ланселя, ни одна служанок ничего не сообщила, но впрочем Джон особо не выяснял — двух постоянных любовников было достаточно, чтобы ее опозорить, а имена случайны любовников ему были просто неинтересны.
Книга, о передаче которой Старку рассказал Пицель, дала понять, как Эддард догадался об их измене, а до него, по-видимому, к такому же выводу пришел Джон Аррен. Прижатый к стенке показаниями его бывших помощников Пицель долго держался и выкручивался, но выдал свое участие в убийстве Аррена после того, как Джон пригрозил повешением за его роль в открытии ворот Тайвину 16 лет назад, обнаруженную из рассказов Вариса. Пицель пытался отговориться тем, что он не знал планов Тайвина, на что Джон ответил, что любая, даже самая глупая, собака знает повадки своего хозяина, а великий мейстер, получается, глупее самой глупой собаки. Дружный смех стражников с цепями в руках выбил из Пицеля остатки силы духа, и он рассказал, что понял намеки Серсеи, а также настаивал на том, что понимает любые намеки получше самых умных собак.
Преступления Джоффри в силу его глупости и трусости были раскрыты при первом же допросе, и с тех пор лишь выяснились подробности, но ничего серьезного не добавилось. А его попытки снять вину с себя и переложить на всех прочих, перемежаемые словами про то, что он король, могли вызвать только насмешки.
Письмо Робба с показаниями Кэт выявило роль Бейлиша в разжигании войны – убийство Аррена, обман Кэт в письме Лизы, обман Эддарда и Кэт про кинжал убийцы Брана, подстава Эддарда Джейме (до конца не доказанная) и, наконец, его роль в перевороте, совершенном Серсеей. Было даже удивительно, как этот мелкий человечишка смог так сильно навредить Семи королевствам и погубить столько хороших людей. Впрочем, по мере выяснения масштаба его воровства стало понятно, что человечек не такой уж мелкий, а по сотворенному вреду ближе к крупным разбойникам, чем к мелким крысам.
Куда более загадочным оказался Варис, с трудом пойманный в первый день в одном из тоннелей, где он пытался превратиться в тюремного стража Рюгена. Его заковали особо прочно, а главное, что ему удалось предъявить – это доносы, которыми питалась страсть Эйриса к огненным казням, и поход в темницу к Эддарду, неизвестно зачем. Но явно это был неполный список, и вообще его поведение было непонятно – он же спас Джендри от расправы Серсеи и сделал еще несколько добрых дел. Но методы его были ужасны – малые дети с вырезанными языками, которых убивают, когда они более не нужны Варису. Основную часть пташек удалось поймать и отправить в специальный приют, где их готовили в Безмолвные сестры и помощников Безмолвных сестер. Удалось поймать и значительную часть более взрослых информаторов Вариса, хотя далеко не всех.
Джон не понимал точно, в чем причина столь удачного захвата Красного Замка. Его главная версия состояла в том, что от провала их отряд спасли лишь хорошая память Арьи, отказ Джона от репетиции прохода, план Красного замка, нарисованный по сверенным между собой рассказам Арьи, Тириона, Кивана и других западных лордов, а также просто везение, позволившее им быстро и незаметно выбраться из подземелья со скелетами драконов во двор замка.
Но была и другая версия. Варис, наблюдая бездарность Серсеи, Джоффри и Слинта в защите города, неудачи Ланнистеров на всех фронтах войны и слишком медленное движение Ренли, пришел к выводу, что город Ланнистерами уже потерян, не додержится до приближения армии Ренли, решил пустить дело на самотек или даже сдаться армии Джону, и поэтому так слабо охранял проход через сточный тоннель и так легко сдался победителю. Но в этой версии, несмотря всю ее правдоподобность, были зияющие дыры. Прежде всего, почему он тогда не перешел открыто на сторону Джона? Неужели ему нравилось сидеть на цепи, есть тюремную похлебку и отвечать Джону и его людям на бесконечных многочасовых допросах? Или у него была какая-то иная цель, ради которой он был готов перенести даже тюремное заключение?
Вообще с ним было связано много загадок. Одной из удивительных вещей оказалась шевелюра Вариса. Выяснилось, что он вовсе не лыс, а имеет красивую лисенийскую шевелюру. Хотя глаза у него не были фиолетовыми, а имели синий цвет с чуть лиловым оттенком, и даже не отличались яркостью и красотой, как подобало бы Таргариену, Джон заподозрил в нем связь с Таргариенами, которую тот всячески отрицал, но так и не убедил Джона. Допросы самого Вариса, слежка за его пташками, многократные проходы и простукивание стен позволили составить практически точный план тайных проходов в Красном замке и тоннелей под городом, который потом использовался для реконструкции канализации и водоснабжения. Те проходы, о которых Варис упорно умалчивал, были специально заложены или перенаправлены в другие места на случай, если сеть Вариса начнет работать без его участия. Кроме того, в узловых точках проходов внутри дворца и в подземельях поставили посты скрытых вооруженных наблюдателей, службу которых отделили от всех остальных структур городской и дворцовой стражи.
Кроме того, Джон Сноу и Джон Амбер отделили охрану Красного замка от охраны города, и дворцовую охрану составили из оставшихся людей Винтерфелла и Последнего Очага, которым оба Джона безусловно доверяли и хорошо платили. Никакой королевской гвардии Джон заводить не стал, заявив, что толку в ней очень мало. Три лучших гвардейца, включая лорда-коммандера, бросили Эйриса, а смертельный удар Эйрису нанес именно королевский гвардеец. Тот же королевский гвардеец спал с женой следующего короля и выдавал своих бастардов за принцев, а остальные занимались в основном тем, что били и унижали Сансу и безуспешно ловили в лесу Арью. Последний лорд-коммандер сидит в плену в Риверране, а бывший лорд-коммандер, единственный настоящий гвардеец, был беспричинно изгнан, и нынешнее его местонахождение неизвестно. Охрана Джона состояла из его верных людей, вместе с ним сражавшихся с Тайвином и вошедших в Королевскую гавань по вонючему туннелю. Там не было выдающихся мечников, лучники и алебардники преобладали над фехтовальщиками, и самым главным ее членом был Призрак, безошибочно чуявший отношение прошеных и непрошеных гостей к Джону.
Джон приказал не казнить Вариса, а содержать на цепи в камере, допускать к нему любых посетителей, а разговоры записывать. Было странно наблюдать, что Варис упорно молчал и даже проникновенно врал об одних вещах и при этом легко выдавал многие другие тайны, которые было очень трудно раскрыть без его участия. У Джона осталось впечатление, что самого главного они так и не узнали, ибо не нашли зацепок и не задали правильный вопрос. Джону еще из рассказа Арьи, а потом из воспоминаний старых придворных стало понятно, что его загадочным гостем был Иллирио из Пентоса, но что-то в своей деятельности вместе Иллирио Варис явно скрывал, опутывая ответы на простейшие вопросы длинными и ненужными подробностями.
Кроме всего прочего, Джон в основном из чистого любопытства выяснял, кто же принимал решения у Ланнистеров, то есть с кем он на самом деле воевал после пленения Тайвина, Кивана, Джейме и Тириона, и на что защитники города рассчитывали. Ответы были достаточно интересными — оказывается, идею о нападении на Север высказала Дженна Фрей, сестра Тайвина. Она же переписывалась с Бейлоном, обещая ему независимость от Железного трона, половину Севера и миллион золотых драконов, и добилась его согласия на немедленную совместную атаку Севера, а отвозил золото и вел войска Ланнистеров на Север Давен Ланнистер, троюродный брат Серсеи, в то время, как его отец Стаффорд готовил в Ланниспорте новую армию. Как понял Джон, основной план состоял в том, чтобы вместе с железянами захватить Винтерфелл и сделать Брана и Рикона заложниками и, главное, выманить армию Робба на север, где она надолго бы застряла и понесла бы большие потери около рва Кайлина и в болотах Перешейка. В это же время новая армия Стаффорда должна была напасть на армию Джона с тыла и совместно с защитниками города ее уничтожить. Впрочем, в этот план вмешивались Серсея и Джоффри с самыми дурацкими идеями, например, силами Золотых плащей разбить армию Ренли или взять Харренхолл, так что окончательный вид план так и не приобрел вплоть до падения города.
Еще Джону было интересно, почему умный и хитрый Мизинец оставался в осажденном городе, обороной которого руководили невежественные и самоуверенные Джоффри и Серсея. Джон не получил четкого ответа, но по различным намекам можно было предположить, что Мизинец рассчитывал, что город продержится до подхода армии Ренли, руками верного ему Слинта распахнет перед ней городские ворота, торжественно встретит нового короля, сдаст победителю своих прежних хозяев и сохранит место мастера над монетой или фактически хозяина той части казны, которую он еще не украл. Что планировал Варис, почему он не спрятался и не сбежал, Джон мог только предполагать, и его предположения неоднократно менялись.