глава. 8.
— Я, как всегда, оказался прав, когда послал Эду будить тебя, — победно говорил Галиев.
— Я могу поспать хотя бы дома?! — нахмурился я, оглядывая компанию бодрых людей.
Я работаю по 20 часов в сутки, 4 часа я сплю, вы о чём вообще говорите?!
Я уже жалею, что потащил Рама с собой.
— Можешь, но спать надо ночью, — проговорила эта чокнутая ведьма.
— Ты можешь прекратить разговаривать? У меня голова болит от твоего голоса!
— Нет, не могу! — нахмурилась и ушла куда-то вместе со своей подругой.
— Ты болван?! — воскликнул Галиев, подходя ко мне. — Ты же своим родным должен показать, как ты её любишь, придурок!
— Как я покажу то, чего нет!
— Постарайся!
В какой-то части он прав: мне нужно вести себя, как эти сопливые парочки в ресторане или где-нибудь ещё. Но я не могу так.
Когда наступило время ужина, мы с Рамом зашли в столовую, где собралась вся семья и...
С ума сойти!
Семейка Фатимы. Только не это! Где там эта чокнутая ходит?!
— Где эта ненормальная? — шёпотом спрашиваю у Рамиля.
— Сейчас подойдут.
В столовую заходят Эда и её подружка Дилара. Обе в летних платьях.
— Эда, — позвал я девушку, на что она покорно подошла.
Удивлён.
Но, видимо, она тоже поняла, что тут происходит что-то не то.
Я приобнял её и подошёл к своему месту, усаживая рядом Эду.
Фатима прожигала Эду взглядом, словно ещё несколько секунд, и она подлетит к ней, вырывая все волосы.
— Демир, мы чего-то не знаем? — нахмурившись, спрашивает отец Фатимы.
— Да, не знаете. Хочу познакомить со своей невестой Эдой. — Я мягко улыбнулся девушке, на что получил тёплую улыбку.
— А как же Фатима?! — громко произнёс Ахмед.
Он явно ничего не понял. Это даже весело.
— Я разве обещал ей, что женюсь на ней?! — нахмурился я, обнимая Эду, ясно давая понять, что Фатима мне не нужна. — Я что, виноват, что стал героем её больных фантазий?!
— Вы были лучшими друзьями!
— И не более, но сейчас мне рядом с ней даже находиться противно!
— Она не предавала тебя! Это ты предал вашу дружбу и будущую совместную жизнь.
— Извините, но вы крайне странный человек! — уже с нотками стали добавил я, ясно давая понять, что его слово тут ничто. — Это Фатима сожгла мои готовые документы для полёта в Европу, она знала, что у меня там контракт! Она сделала это специально! И я не намерен связывать свою жизнь с таким человеком.
— Как ты смеешь! Ты себя-то видел?! Даже она от тебя сбежит через неделю. — Он указал на Эду.
Всё, я сейчас вышвырну этого придурка отсюда.
Я уже встал со своего стула, но за мной встали и Эда с Рамилем.
— Тише. — Девушка взяла меня за руку и заставила сесть обратно.
Рамиль наклонился ближе к моему уху и тихо, чтобы услышал только я, произнёс:
-Рано.
— Почему ты, Саид, молчишь?! — продолжал говорить повышенным голосом Ахмед. — Распустил сына, уже кого попало в жёны берёт!
— Тон ниже, и невестку мою не тронь, — произнёс папа таким голосом, что Ахмед вздрогнул. — За последние слова ответишь. А ты дочь свою не распустил? То, что она всем причиняет зло и не знает, что такое доброта? Почему она думает только о себе? Хочешь сказать, я сына распустил?! Он пример всем в этом городе, и его знает каждый, он добился успеха, а ты только и можешь, что орать. И невестка у меня прекрасная!
— Папа! — всхлипывая, произнесла Фатима.
— Да о моей дочке каждый мечтает!
— Вот пускай эти каждые и берут её в жёны, а мой сын стоит выше этих лиц. Я прошу покинуть мой дом.
Семейка резко встала со стульев и покинула столовую так быстро, что от них и следа не осталось.