Глава 22.
Том ушел, хлопнув дверью. Я стояла посреди гостиной и смотрела на мать, я уже даже не хочу называть ее мамой. Она сидела на диване, сложив руки на коленях, и не поднимала глаз. Билли стояла, все ещё в шоке, от произошедшего.
- Ты в курсе, что ты только что сделала? - спросила я спокойным голосом. - Может, ты добиваешься того, чтобы у тебя больше не было дочери? Так, давай, мам! У тебя супер получается.
- Когда-нибудь ты поймешь, что любая мать делает все только для ребенка и его счастья, ты ещё будешь меня благодарить, - сказала она, подняв на меня глаза.
- Ты походу сошла с ума, - я истерички засмеялась. - Это смешно, это очень смешно. Тебя даже не остановило то, что он при всех схватил меня за подбородок? Поверь, это только малая часть того, что позволял себе твой любимый и любезный Том.
- Он хочет поговорить, дай просто шанс. Я не прошу многого, - мама стояла на своем.
- С кем? Со мной? Или с тобой? Потому что судя по тому, как вы мило беседовали, он уже с тобой поговорил. Так о чем? О том, какая я не благодарная? О том, как вам обоим удобнее меня контролировать?
Мама подняла глаза.
- Ты несешь чушь.
- Несу чушь? - я усмехнулась. - Ты смотришь на меня так, будто я психопатка, которая устраивает скандал на пустом месте.
- Ты кричишь.
- Я не кричу, блять. Это мой нормальный голос, тебя просто воротит от того, когда тебе говорят правду.
Она сжала губы, я ждала, Билли за спиной молчала. Я чувствовала, как она напряжена.
- Зачем ты его пригласила?
- Я его не приглашала.
- Ты дала адрес, ты знала, что он приедет, ты не предупредила меня. Это называется «пригласила».
Мама отвела взгляд. Я смотрела на нее и не узнавала. Женщина, которая когда-то обнимала меня, гладила по голове, говорила, что все будет хорошо... Сейчас она сидела передо мной с пустыми глазами и не могла сказать ничего нормального.
- Ты хоть понимаешь, что ты делаешь со мной?
- Я хочу как лучше, Эли.
- Вот только не надо, мам. Ты не умеешь делать, «как лучше». Ты умеешь делать так, как удобно тебе, соседям, твоему внутреннему чувству правильности. А на меня тебе тотально насрать.
- Не говори так..
- А как говорить? Знаешь, мам... я жалею, что вставала между тобой и отцом, что закрывала тебя собой, что говорила ему, чтобы он шел на меня, а не на тебя. Знаешь почему? Потому что ты не заслужила ни одного моего удара, ни одной моей царапины, ни одной слезы.
- Эли...
- Ты всегда была слабой, мам. Ты не умела постоять за себя, а за меня уж тем более. Я думала, что если я буду сильной, ты увидишь и научишься, но ты не научилась. Ты просто переложила на меня всю свою боль.
- Я люблю тебя.
- Не чувствуется, - я покачала головой. - Извини, но не чувствуется.
- Я не знаю, что тебе сказать, - она посмотрела на меня пустыми глазами.
- Да уже ничего не надо говорить, мне все равно. Я заберу вещи, и пока поживу у Билли, - я развернулась к ней. - Кэтрин, не будет против?
- Нет, конечно, нет, - сказала Билли.
- Ну вот и отлично, я пойду за вещами, потому что тебя мама, я больше видеть не могу.
Я развернулась и пошла к лестнице, Билли направилась за мной.
- С чего начнем? - спросила она, остановившись в дверях.
- Не знаю, давай самое необходимое.
Я открыла шкаф, начала скидывать вещи на кровать. Билли помогала, сначала молча, видимо не хотела меня напрягать, потом вдруг взяла какую-то мою старую футболку и натянула поверх своей. Мне она была великовата, а на Билли натянулась как на детском утреннике.
- Ну как? - спросила она , поворачиваясь.
- Ты идиотка, - сказала я, но улыбнулась.
- Ну, ты хотя бы улыбаешься, помоги стянуть.
Я стянула с нее футболку, бросила в кучу. Мы складывали вещи в пакеты, которые Билли нашла под раковиной в ванной. Я кидала, она ловила. Билли вкидывала какие-то шутки.
- Я просто поднимаю тебе настроение, - сказала она, когда я в очередной раз посмотрела на нее после неудачной шутки. - Ты слишком серьезная, когда злая.
- Я не злая, я в ахуе.
- Это твое нормальное состояние в последнее время, - она взяла шорты, свернула и сунула в пакет. - Надо менять.
Я остановилась и посмотрела на нее.
- Ты как?
- В каком смысле?
- Ну, - я кивнула в сторону гостиной, где сидела мама. - Ты только что видела всю эту херню.
- Я видела, как ты держалась, - сказала Билли. - Это было круто.
- Мне не было круто.
- А выглядело круто.
Я покачала головой, но снова улыбнулась. Билли подошла ко мне, сжав руку.
- Эли, я с тобой, поняла? Всю эту херню мы пройдем вместе, а не ты одна, - Билли чмокнула меня в лоб.
- Спасибо, милая, - сказала я, прижавшись к ней. - Я на всякий случай заберу документы, подожди здесь пару минут.
- Хорошо.
Я зашла в комнату мамы, открыла ящик, забрала все, что мне нужно и сунула в карман. Под документами была какая-то старая потрепанная папка с резинкой. Я хотела закрыть ящик, но резинка зацепилась за край. Я дернула, папка упала на пол, бумаги рассыпались.
- Блять, - прошептала я, наклоняясь.
Я начала собирать их обратно и увидела бланк, шапка больницы, психиатрическое отделение. Дата: два года назад, имя пациентки: Моника Харпер.
Я замерла, села на пол, развернула бумагу, прочитала один абзац, второй, руки начали дрожать.
«Пациента поступила с острым психотическим эпизодом. Выраженная паранойя, бред преследования. В ходе беседы говорила, что за ней следят, муж и дочь хотят причинить вред. На фоне терапии наблюдалась временная ремиссия, однако пациентка самостоятельно прекратила прием препаратов. Рекомендована повторная госпитализация при ухудшении, регулярный контроль у лечащего врача. Контактный номер: доктор Уолесс, + 1929....»
Я прочитала ещё раз и ещё.
- Что это за пиздец?... - прошептала я себе под нос, смотря на бумаги. - Просто класс, вот только этого сейчас не хватало.
Я быстро собрала все листы, сунула обратно в папку, затянула резинку, спрятала под зипку и встала, ноги совсем не держали.
- Эли? - донесся из коридора голос Билли.
- Сейчас, - сказала я, голос не дрожал, но внутри все тряслось.
Я вышла, Билли стояла в коридоре, смотрела на меня.
- Ты чего так долго? - спросила она.
- Ничего, - я прошла мимо нее в свою комнату, переложила папку в пакет. - Нашла документы, можем идти.
Она посмотрела на меня с беспокойством, но ничего не спросила. Взяла пакеты, я взяла свои, мы спустились вниз. Мама все также сидела на диване, в той же позе, когда мы вышли, она даже не подняла взгляд. Я прошла мимо, не обернувшись.
На крыльце я выдохнула, Билли взяла меня за руку.
- Ты какая-то странная, - сказала она. - Что случилось?
- Ничего, пойдем скорее.
Мы пошли к ее дому, я молчала, Билли не давила.
- Эли, ты меня пугаешь....
- Я сама себя пугаю.
Мы зашли в дом, в коридоре горел свет, пахло выпечкой и ещё чем-то вкусным, Кэтрин наверняка постаралась. Билли скинула кроссовки, я тоже, пакеты с вещами мы оставили в прихожей.
Из гостиной донесся голос:
- Ну наконец-то! Я уже думал, что вы пропали.
Ник сидел на диване с банкой колы в руке, закинув ноги на журнальный столик. Он был в футболке и домашних штанах, с растрепанными после душа волосами. Билли сразу подбежала к нему, повиснув на шее.
- Привет, мартышка, - он крепко обнял ее двумя руками и усмехнулся. - Как дела?
- Я скучала, - сказала Билли в его плечо.
- Я тоже. У меня отпуск месяц, бойтесь, я займусь вами, - рассмеялся он.
Билли отпустила Ника и тот посмотрел на меня. Я стояла у входа, не зная, что делать, просто улыбалась. Он выглядел настолько спокойно, после всего произошедшего.. аж непривычно.
- А ты чего стоишь? - спросил он. - Иди сюда.
Я подошла, он тоже обнял меня, потрепав за волосы.
- Тяжелые у тебя пакеты, - сказал он, кивнув в сторону лестницы.
- Есть такое...
Он посмотрел на нас обеих и прищурился.
- Вы, две мартышки, ничего не хотите мне рассказать?
Билли покосилась на меня, я не нее, мы рассмеялись.
- Когда я все выложу, - сказала я. - Ты будешь в шоке.
- Ооо, сплетни, - Ник засмеялся и потер руки. - Обожаю, я весь во внимании.
- Не сейчас, - Билли села рядом с ним. - Давай сначала введем тебя в курс дела.
- Введи, я в отпуске, у меня времени вагон.
Тут из кухни вышла Кэтрин, вытирая руки полотенцем.
- Девочки, вы вернулись, - сказала она. - А я как раз праздничный ужин приготовила. - Она посмотрела на пакеты в коридоре. - Что это?
- Мам, не спрашивай. Можно Эли пока поживет у нас?
- Конечно, - сказала она. - Сколько нужно, столько и живи. Место есть.
- Она будет со мной в комнате, - ответила Билли.
- Кто бы сомневался, - подмигнула Кэтрин.
Ник снова посмотрел на нас.
- Вы точно обязаны мне все рассказать!
Мы с Билли снова рассмеялись.
- Вы голодные? - спросила Кэтрин.
- Очень, - сказал Ник. - Я тут без вас уже оголодал.
- Ты то оголодал? - Кэтрин усмехнулась. - Ты час назад суп ел.
- Боже.. как же давно это было.
Билли закатила глаза, но улыбнулась. Я смотрела на них: Ник треплется, Кэтрин смеется, Билли рядом. Я поймала себя на мысли, что наконец могу выдохнуть.
- Давайте ужинать, - сказала Кэтрин. - Потом разберетесь с вещами.
- И с рассказом, - добавил Ник, подмигнув мне.
Кэтрин уже приготовила лазанью, салат, разлила сок. Мы начали ужинать, Ник рассказывал про очередного клиента, Билли его подкладывала, Кэтрин смеялась. Мы болтали почти час.
После ужина мы убрали со стола. Ник мыл тарелки, Кэтрин убирала еду в холодильник, я вытирала со стола, а Билли ушла выкидывать мусор - дружная команда.
Ник вытер руки, кивнул в сторону лестницы.
- Пойдем наверх. Я ещё не видел, что Билли сделала со своей комнатой.
- Ничего я не делала.
- Вот и посмотрим.
Мы поднялись наверх, Ник зашел в комнату первым и свистнул.
- Бардак, - констатировал он.
- Это творческий беспорядок.
- Это беспорядок, сестра.
Он плюхнулся на кровать, похлопал рядом. Билли села слева, я справа. Ник вытянул ноги, закинул руки за голову.
- Ну, - сказал он. - Выкладывайте.