10 часть
две недели были для Николаевой очень тяжелыми. работа, дом, работа дом. ее будни скрашивала лишь вечерняя прогулка с сопровождением телефонного разговора с Адель.
Шайбакова рассказывала о своих новых шмотках, которые сама сшила, рассказывала, как ей нравится танцевать, рассказывала о хореографии, поставленной на этот конкурс, даже рассказывала как молоденькие девочки гонялись за ней с просьбой о росписи на лице.
а Вика в свою очередь слушала, слушала и еще раз слушала кудрявую. она запоминала каждую малейшую деталь в ее рассказах.
ведь если любимая таким делиться, значит все это важно.
их разговоры не были короткими. они длились бывало по часу. просто обсуждали прошедший день. просто разговаривали.
для Николаевой просто услышать голос дорогого ей человека уже было достижением. Вика целыми днями ждала вечера, чтобы услышать заветный звук звонка, доносящегося из кармана брюк.
так она и проводила эти дни, отсчитывая каждый день до приезда.
вторник. утро. сообщение на экране телефона.
Аделька-«я приехала на вокзал, напиши адрес;)»
Вика улыбнулась сонной улыбкой, потирая глаза. она спешно написала адрес, параллельно надевая футболку и шорты.
этот день обещает быть хорошим.
Николаева тут же двинулась на кухню, думая, что можно приготовить на завтрак. обычно она бы просто сделала чай и с мыслей «на работе нормально поем» пошла бы собираться на работу, но сегодня ей не на какую-то работу не надо, она взяла выходные на эти дни и поменялась сменами с другой сотрудницей.
но все же она решила не выпендриться и сделать простую яичницу с мелко-нарезанной колбасой и конечно же чай.
Николаева не понимала, как можно начинать утро не с чая. она конечно после выпитого чая еще пила кофе для бодрости, но чай обязателен.
пятнадцать минут, готовая яичница поделенная на двоих, чашки с кипятком и сообщение от Шайбаковой.
Аделька-«я подъехала»
Николаева направилась к входной двери, слыша звонок домофона. пара минут и Адель была уже на ее этаже.
Вика открыла дверь, тут же чувствуя на плечах объятия.
они были настолько нежными, мягкими, трепетными и... теплыми. Николаева сначала была удивлена, но, растаяв под руками важного для нее человека, обняла ее в ответ, прижимая к себе за талию и зарываясь носом в кудрях Адель.
– спасибо большое, что так скажем приютила меня на эти деньки,– Шайбакова слегка отстранилась, заглядывая в эти любимые зеленые глазки. смотря в них дольше секунды, почему-то сразу же хотелось сказать «я тебя люблю».
– да не за что,– смущенно улыбалась Вика.
они бы так стояли вечность, просто смотря друг другу а глаза, но им помешало одно маленькое существо.
– Пики, моя маленькая девочка-припевочка!– запищала Шайбакова, увидев знакомую мордочку в проходе.
кошка в свою очередь, вспомнив знакомый запах, подбежала к кудрявой. Адель подхватила кошку на руки, тиская и обнимая.
– ты чего какая легенькая? не кормят тебя что ли? ну мы накажем с тобой эту злую Николаеву, будет знать как не кормить такую красивую девочку,– она гладила Пики по голове, хмурясь на Вику.
а Вика лишь улыбалась, ведь именно этого детского озорства рядом с собой ей и не хватало.
к яичнице они приступили не скоро. пока Адель наконец отпустила пушистое создание на пол, еда успела остыть.
– короче, раз ты деньги у нас не принимаешь, расплачиваться буду конечно не натурой, но билетиком на мое выступление,– говорила Адель, ковыряясь в яичнице,– я сама ахуела от цен, полторашку отложила за один билет. ну вообще, я тебе нормальное место раздобыла, в центре зала.
Николаева улыбалась, наблюдая за движением татуированных рук.
– ахуенная яичница,– сказала Адель, съедая последний кусочек пищи.
она снова посмотрела в столь манящие глаза, будто они заставляли смотреть и смотреть, возвращая в одиннадцатый класс, когда они любили друг друга до невозможности, когда смотрели вместе фильмы по рейву или у Вики дома, когда оторваться и на секунду не могли.
день проходил идеально, Адель не могла оторваться от Пики и глаз Николаевой, вечером две девушки прогулялись по Питеру, Вика устроила свою собственную экскурсию по центру города, а Адель с вниманием слушала каждое слово.
уже дома Вика разложила диван в гостиной для девушки.
Адель долго думала перед сном, все же некое волнение присутствовало от завтрашнего дня. завтра конкурс на котором нельзя облажаться, как минимум потому что там будет Николаева.
***
утро среды было суетливым. будильник на семь утра заставил подняться и с огромной скоростью начать собираться. Николаева же, в то время пока Адель подготавливала всё к конкурсу, приготовила вкуснейший кофе для них.
– давай я тебя отвезу? на мотике покатаю,– Вика улыбалась во все тридцать два,– свобода, скорость, все такое. и вечерком могу тоже забрать, там еще лучше будет, гонять по ночному Питеру - это восьмое чудо света.
Вика так воодушевленно все это рассказывала, что Адель самой уже не терпелось прокатиться на мотоцикле.
– ну давай,– согласилась она, отпивая глоток горячего напитка,– только мне уже меньше чем через час нужно быть там.
– ну щас выстроим маршрут, у нас, не как в Москве - в центре интернет не отключают. так что долетим с тобой быстрее, чем на такси с каким-нибудь таджиком.
улыбка с лица Вики не сходила на протяжении всего их разговора.
«странно»,– подумала Адель, но ничего не сказала на этот счет.
уже спустя несколько минут девушки были готовы.
они вышли на улицу, где их встретило утренние солнечные лучи, пробивающиеся сквозь облака.
Николаева провела Адель к мотоциклу, предварительно захватив из дома два шлема.
одев на себя шлем, а затем и на адель, ведь та не до конца понимала, как затянуть крепеж, Вика села на мотоцикл. Шайбакова последовала ее примеру.
– смотри, Адель, мы похерачим, как не в себя, поэтому держись за меня крепко, а то слетишь с твоей-то массой тела,– говорила Вика. ее голос был приглушен за счет шлема, но речь была понятна.
Шайбакова кивнула девушке, а после, ухватившись за талию Николаевой, почувствовала, как они медленно начинают выезжать из двора. но уже спустя время, когда ехали по улице, ощутила все прелести мотоцикла. то как мотоцикл снует между рядами машин, пробиваясь вперед и не задерживаясь в определенной точке утренней пробки, давало чувство этой обещанной свободы.
она вжималась в спину Николаевой, будто это спасет ее в случае аварии или еще какой-то непредвиденной ситуации на дороге.
дома и соседние машины проносились с бешеной скоростью.
чувство времени пропало, казалось будто этот момент длится вечность. точнее хотелось, чтобы так казалось...
хотелось просто вжиматься в любимую спину Вики, хотелось чувствовать, как колотиться сердце под ребрами, хотелось, просто хотелось.
скорость стала убавляться, а впереди виднелось шикарное большое здание, где проходил конкурс. на переполненной машинами автостоянке Вика кое-как нашла свободное место. множество машин из разных регионов страны стояли в несколько рядов.
спешившись, Вика сняла с себя шлем и подкурила сигарету.
– вот какой даун придумывает конкурсы в среду, а если бы ты сейчас на такси ехала?– возмущалась Николаева, получив в ответ лишь пожатие плечами.
– ну вообще мой танец будет часа в четыре, а так рано приехали, потому что нужно будет еще отрепетировать, ты прикинь если каждый так будет репетировать?– Адель, стянула шлем, поправляя кудри на голове.
– ну что ж, ладно, удачи тебе, я верю в тебя, как тогда в школе,– Вика улыбалась своей привычной доброй улыбкой.
она будто специально напомнила то выступление, когда все в зале с завороженными лицами смотрели, не смея пошевелиться. хотя сейчас Адель уже привыкла к такой реакции на свои выступления, тогда это было для нее высшей степенью поддержки.
Адель ничего не ответила на слова Вики, лишь коротко улыбнулась и удалилась в здание, где, как писала хореограф, уже ждет ее.
Шайбакова прошла в здание, где реально ждала ее женщина. она быстро прошла осмотр и вместе с хореографом проследовала до гримерной. в костюм переодеваться еще рано, ведь ее номер чуть ли не один из самых последних, а значит у нее еще предостаточно времени на смену одежды.
гримерная была не большая, старые кресла, которые будто украли у старой бабушки, столы, которые были заняты под вещи. помимо Адель были еще пару девочек примерно ее возраста и их тренера.
– Адель, у тебя есть немного времени перед прогоном, рекомендую тебе подготовить костюм...– женщина не успела договорить, как сама себя же перебила,– зачем я вообще тебе это говорю? ты все прекрасно знаешь, не маленькая уже. в общем, время у тебя есть. я пока пойду познакомлюсь с организаторами.
хореограф вышла из комнаты. в этот же момент и без того маленькое помещение стало еще меньше.
точнее так казалось.
мысли одна сменялась другой. все они были разными, но их объединяло одно.
Николаева.
та зеленоглазая брюнетка с туннелями в ушах и тугим пучком, гоняющая на мотоцикле не давала ей покоя. Вика будто сама залезала ей в мысли, умоляя думать только о ней. и Адель выполняла эту мольбу.
время вновь потеряло значение, казалось, что сидя на этом старом кресле, время остановилось. ну или длилось очень медленно.
но нет. в кабинет зашла тренер.
– Шайбакова! бегом на сцену, у нас время прогона!– кричала женщина, проводя рукой перед глазами Адель.
кудрявая направилась за хореографом. на сцене они пытались прогнать весь танец, но без музыки будто все было нескладно. она делала движения слишком ломаными для их плавности, и наоборот.
– Шайбакова, что с тобой?– после очередной неудавшейся попытки спросила тренер,– ты какая-то не своя. приводи сейчас себя в порядок, а я пока договорюсь, чтобы мы смогли еще в конце прогнать танец. иначе мы не сможем...– женщина не договорила, как ее перебили.
– сможем, все сможем,– голос Шайбаковой звучал чересчур твердо, для такого подавленного состояния.
она прошла за кулису, где стояли следующие девочки на прогон, они что-то перешептывались между собой, но Шайбаковой было не до них.
кудрявая направилась к уборной, чтобы умыться и привести все мысли в порядок. она умылась холодной водой, а после, подняв взгляд на отражение в зеркале, улыбнулась себе. в этот момент она все решила.
***
Николаева уже час смотрела на выступления разных девчонок и мальчишек с разных регионов страны. ведущий вставлял бездарные шутки между номерами и называл участников. и вот после очередной неудавшейся шутки, с которой никто даже не попытался посмеяться, он объявил.
– а следующей у нас выйдет,– он взял сценичную паузу,– Адель Шайбакова, город Москва! поприветствуем!
он захлопал постепенно удаляясь за кулису. в зале все начали бурно реагировать, видимо это одни из тех самых девочек, про которых рассказывала Шайбакова.
началась музыка, плавная, но одновременно с некой дерзостью. как и образ Адель. розовая рубашка в крупную клетку повязанная на поясе сразу бросалась в глаза, белая майка с каким-то мелким рисунком, который было сложно разглядеть с такого расстояния; черные широкие брюки в привычном стиле Адель и черные кроссовки на высокой подошве.
движения были идеальными. каждый взмах рукой, каждый шаг по сцене казался настолько правильным, что после выступления музыка, под которую Адель танцевала, казалась странной без представления перед собой танцующей Шайбаковой.
как только музыка прекратилась, девушка поклонилась со сцены, принимая аплодисменты в свою сторону. многие в зале после выступления встали со своих мест, хлопая и свистя.
среди этих «многих» была и она. Николаева.
она с восхищением смотрела на девушку, хлопая громче всех.
– спасибо, спасибо,– вновь вышел ведущий, переманивая все внимание на себя, пока по залу пронослись огорченные вздохи и всхлипы.
***
перед награждением был перерыв. Николаева вышла из зала, проходя мимо толп людей, которые пришли поддержать своих близких. она искала Адель среди этих людей.
и спустя некоторое время, она сумела отыскать глазами родные кудряшки.
– Адель!– крикнула она. к ней обернулась Шайбакова с потерянным взглядом, ища кто ее позвал, а потом, увидев сияющие зеленые глазки, направилась к ней,– ты так круто танцуешь! Адель, это реально божественно! я сидела затаив дыхание.
Николаева прижала к себе Адель за плечи, а после, ослабив хват, отстранилась.
– я просто собралась с мыслями,– сказала Адель, улыбаясь. в мыслях у девушки был лишь один вопрос «сейчас или потом», но она понимала, что это «потом» перерастет в «никогда»,– пойдем-ка звездочки обсудим.
это слова уже были, как особый шифр, который понимают только они.
девушки вышли на улицу, где было еще несколько участников и зрителей, которые вышли подышать свежим воздухом. они отошли чуть в сторону, присаживаясь на лавочку.
– в общем, я долго не могла собраться перед выступлением, я даже прогон завалила, хореограф уже думала, что вообще сдуюсь и не смогу нормально оттанцевать,– Адель говорила это смотря в глаза Вике, те самые зеленые глаза, от которых хочется никогда не отлипать,– но я собралась с мыслями и поняла, что все что мне нужно, это не выигрыш, не первое место и авторитет у тренера. все что мне нужно это ты и твои зеленые глазки.
в голосе слышалась решительность и та детская наивность.
– Вика, только ты мне нужна, никакая "лучше",– она выделила пальцами в воздухе скобки,– мне не заменит тебя.
Вика смотрела в глаза Адель, в карие глаза, где читалось лишь «ответь мне взаимностью», ну или Вике хотелось, чтобы там это читалось.
– Адель,– прошептала она,– я люблю тебя,– она смотрела в глаза Шайбаковой, не отрываясь,– и всегда любила.
кудрявая обняла Вику за плечи, прижимая к себе со всей силы, будто если отпустит, то она тут же пропадет.
– я тоже,– прошептала она.
***
– а первое место занимает,– снова пауза для поддержания интриги. Вика сидела в зале, сжимая кулаки в карманах,– и-и-и это Адель Шайбакова, город Москва! все дружно поздравляем Адель!
крики, свист, аплодисменты смешались в один сплошной шум, но Шайбакова слышала лишь одного человека.
***
работа Николаевой стала еще лучше, ведь теперь не только с Женьком можно поговорить, но и с Адель, которая каждый день приходит на работу, заказывая какой-нибудь тортик и кофе.
– вот как бы вы, голубки мои, без меня бы справились?– Женя поставил тарелку с кусочком чискейка и кружку кофе перед Адель, а после этого, отнеся поднос, сел рядом с девушками.
– Жень, помолчи, пожалуйста, я хочу быть самой лучшей в глазах своей дамы,– сказала Вика, смущенно улыбаясь.
– во-первых, не Женя, а высокоуважаемый Евген,– сказал парень, задирая нос,– а во-вторых, она только взглянет на тебя и сразу думает «какая у меня прекрасная девушка»,– пропел он.
– это правда,– согласилась Адель, заглядывая в глаза Николаевой.
со временем девушки решили все свои проблемы вместе, а их отношения стали крепче металла.
в их жизни остались лишь самые близкие люди, которые всегда поддержат.
они сошлись на мысли, что лучше жить в Питере из-за работы Вики. в Москву они часто ездили к маме Николаевой, которая была только рада за них.
Адель стала шить вещи не "просто для себя и Вики", а под заказ.
*****
ну что ж, хотелось бы сказать пару слов. вот и закончилась эта прекрасная история любви на хорошей ноте. сейчас я ощущаю какую-то тоску, потому что к счастью или сожалению мне пришлось закончить этот фанфик. я наверно буду скучать по этой истории.
очень хочу получить от вас реакцию на всю историю в общем, что понравилась, что не понравилось?
всех с окончанием учебного года!