зеленые глазки

– Пики!– закричала Вика, подбирая кошку на руки,– маленькая моя девочка, я так по тебе скучала,– девушка гладила, тискала, целовала мурлыкающее создание. Пики изо всех сил вжалась в шею хозяйки, трясь мокрым носиком о мочку уха.

– и тебе привет,– сказал сонным басом Женя.

парень стоял в домашних шортах и футболке, на которых остались давние пятна от кофе, шоколада и кажется сока, облокотившись на стену в коридоре и потирая усталые глаза. на его белоснежной коже сразу контрастировали темные мешки под глазами.

– Женя, ты лучший, спасибо огромное, что с ней посидел,– щебетала Николаева, не позволяя себе отпустить из рук любимую кошку.

– проходи уже,– выдохнул Женя, проходя в глубь квартиры.

с последнего ее визита изменилось лишь количество шерсти на мебели и полу.

– ты прикинь, я лежу вчера, уже собираюсь спать. думаю водички попить перед сном, иду на кухню,– рассказывал парень, усаживаясь за стол, где предварительно стояли чашки с слегка остывшим чаем,– а там эта мелкая на столе развалилась. она всегда у тебя такая?– возмущался Женя, помешивая чай ложкой.

Вика села рядом с другом, наконец поставив кошку на лапы.

– ну и пусть лежит, ты ее прогнал?

– а что мне оставалось делать? я ее поставил на пол, потом прихожу к кровати, а там она уже разлеглась посередине,– Женя кивал на кошку, на лице которой читалось полное безразличие ко всей ситуации,– мне пришлось с краю ютиться.

Николаева склонилась к кошке, придерживаясь за край стола, чтобы почесать ее за ушко, а та в свою очередь начала возиться на полу, перекатываясь с боку на бок.

– ну ты взгляни на нее и подумай, как на нее можно злиться?– сказала Вика, улыбаясь кошке.

– в этом-то и дело,– выдохнул парень, делая последний глоток чая.

он взглянул на чашку подруги, к которой так и не притронулись.

***

– ладно, я пошла, спасибо что последил за кошкой, я завтра выхожу на работу,– говорила Вика, уже стоя в коридоре с рюкзаком за плечами и переноской с кошкой в руке.

– бывай. жду завтра, а то заебался одним быть, даже не с кем поговорить,– Женя открыл запертую дверь, пропуская девушку вперед.

– пока,– Вика вышла в подъезд, слыша, как за спиной проворачивается замок.

Николаева шла по улицам города, наслаждаясь свежим после недавнего дождя воздухом. родные улицы, родной район, родной город, родной Питер. как же Вика любила это всё. но знакомый район в Москве, где она провела несколько лет своей жизни стал ей в разы роднее.

размышляя о Москве, о маме, по которой она уже соскучилась, о Шайбаковой, к которой она вновь смогла привязаться, она даже не заметила, как дошла до дома, где ее уже наверняка заждалась Ира.

та противная Ира, которая порушила ей всю жизнь, которая в тот злополучный день приставала к ней, липла, которая шептала каждый вечер пошлости, после которых мурашки шли, которая ненавидела любое слово о мотоцикле, если оно не в ключе «давай покатаю», которая...

Вика поняла, что стала обвинять Зыгарь во всем.

«какая же я эгоистка»- подумала Николаева, поднимаясь по лестнице на свой этаж.

рука с ключами, сжатыми крепко в ладони, предательски дернулась перед замком, оставляя неприятное эхо скрежета.

неуверенный поворот ключа в замочной скважине.

щёлк.

дверь открылась, встречая Вику не привычным затхлым запахом вперемешку с табаком, а приятным запахом свежести и легкого цитрусового аромата. проходя в глубь коридора, а затем и квартиры, Николаева приятно удивилась аккуратно разложенным вещам, чистой, не захламленной мебели и новой расстеленной скатерти на кухне.

она прошла в спальню, где калачиком спала девчушка.

на момент она даже забыла, что собиралась выяснять с Зыгарь отношения.

«не буду ее будить»,- подумала Вика, медленно двигая собачку на молнии рюкзака.

она не спеша доставала вещи, раскладывая их по своим местам. в один момент на спине чувствовался пристальный взгляд. Николаева, развернувшись, увидела Зыгарь.

темные мешки под глазами, будто сегодня она впервые за всю неделю решила поспать, красные глаза, белая линия на щеке от слюны, размазанный по всему лицу макияж, часть которого осталась на белоснежном постельном белье.

«блять, стирать придется».

– э, привет,– протянула сонно Зыгарь, поджав губы.

– доброе утро,– прохрипела Вика неожиданным басом.

Николаева не смела сделать движения. она стояла как в копаная, будто боялась, что если шагнет на встречу девушке или наоборот отступит, то мир в миг пропадет, а она сама попадет в вечную темноту, падая в бесконечную бездну из которой выбраться никогда не подучится.

– ты была с ней?– голос, что еще секунду назад был мягким от недавнего сна, тут же стал жестоким с четкой ноткой собственнической ревности,– ты виделась с Адель?– это имя было произнесено с особой ненавистью.

от такого напора Вика нахмурилась. уж точно не такой встречи она ожидала.

– я думала мы не будем это обсуждать в такой обстановке,– попыталась отшутиться Николаева, но голос будто специально дрогнул, делая девушку сразу слабее.

– ты была с ней? отвечай.

Вика поморщилась интенсивности в речи Иры.

– естественно, мы бывшие одноклассницы, я на встречу выпускников ездила,– закатила глаза девушка, повысив на полтона голос.

– ты мне не говорила об этом, откуда же я должна была знать, что ты поедешь на встречу?– пищала Зыгарь, надувая губы в своей привычной манере.

обычно на этот жест Вика ответила бы чем-то ласковым, оставляя мимолетный чмок в уголке губ. но в этот раз все было не как обычно при споре «кока кола или пепси лучше?».

– а ты и не слушаешь!– прикрикнула Николаева, хватаясь пальцами у висков,– ты никогда не слушаешь меня! я хочу тебе что-то рассказать, но ты даже не пытаешься сделать заинтересованный вид!– она сделала сценичную паузу, показывая, что еще не всё высказала, что давно таилось в глубине души,– я думаю ты понимаешь, что этот разговор будет одним из последних наших разговоров,– уже более спокойным голосом сказала девушка.

Вика опустила взгляд куда-то в пол, рассматривая Пики, которая пришла на весь этот шум.

– я хотела бы все это покончить на спокойной ноте, чтобы тебе не казалось, что я такая мразь,– тихо, почти на гране с шепотом, говорила Николаева,– и чтобы себе доказать, что я не мразь.

на удивление Зыгарь не пыталась вставить свои пять копеек, перетаскивая на себя одеяло жертвы. наверно потому что оно и так было на ней. Ира только удивленно хлопала глазами.

– я честно старалась тебя полюбить. я пыталась,– продолжала свою речь девушка, с тембром провинившегося ребенка перед мамой, умоляющего не ставить в угол, но при этом с четкостью кандидата в президенты на дебатах,– знаешь, ты точно не самая худшая девушка, которую я когда-либо встречала, нет. но знаешь, ты не тот человек с которым я бы хотела прожить всю свою жизнь в гармонии, как минимум, потому что гармонии у нас не будет. думаю, ты это понимаешь.

Вика смотрела в голубые глаза Иры, в которых медленно появлялась стеклянная пелена из слез.

– Ир, ты очень хорошая девушка, ты точно найдешь свою любовь, которая тебя будет любить и понимать с полуслова, но это буду не я.

из глаз Зыгарь полились тоненькой струйкой слезы, не смея больше сдерживаться.

в обычной ситуации девушка бы начала рыдать, кричать, все разрушать, что мешает ей на пути. но Ира слишком устала от мыслей об этом, она была готова все это время, она знала, что этот момент наступит, если не сегодня, то завтра, но наступит.

– прости, Ир, надеюсь ты поймешь меня,– голос не дрогнул, не одна мускула на лице не соизволила дернуться.

она была серьезной.

не злой. серьезной.

за весь долгий монолог Николаевой, Зыгарь наконец собрала в себе последние силы что-то ответить.

– я сегодня соберу все вещи и уеду к маме,– резкая дрожь в голосе слышалась отчетливо, отдаваясь легким покалыванием в груди Вики.

– я не стану тебе мешаться, я уйду,– как бы ей не было жалко девушку, Николаева не позволила себе растопить весь этот холод в речи, что она строила так долго.

Вика, уже выходя из комнаты оглянулась, смотря на брюнетку, макияж которой уже полностью смысля под обильным потоком слез.

– поцелуй меня на прощание,– всхлипывала Зыгарь, умоляющим взглядом смотря на Николаеву.