Глава 10
Надо поговорить
Айла
Лекция закончилась, и мы, как обычно, пошли на следующий урок, который проходил в другом конце корпуса. Та ситуация с Али не давала мне покоя. Меня удивило его поведение — а точнее, его благодарность в нашу с Эмилией сторону. Но судя по ней, я бы так не сказала. Она всё и делала, что возмущалась из-за того случая. Её возмущения длились до того, как мы дошли до кабинета.
Али хоть и обратился к Эмилии более ласкательно, мне это показалось достаточно забавным и даже в какой-то степени милым.Я просто тот человек, который может по одному случайному моменту придумать целый роман. Да, именно роман, не какую-то там историю.
— Ты хоть представляешь всю суть ситуации? — возмущённо, уже сотый раз повторяя одну и ту же фразу, обратилась ко мне Эмилия.
— Ну если так подумать, то это было и мило с его стороны. Мне кажется, он не специально так сделал. Это получилось весьма специфично, — ответила я ей. Но ей моя теория показалась весьма неубедительной.
— Нет, не думаю. Он специально играет на наших эмоциях, решил позлить, — с ещё большим возмущением ответила она.
— Ну ничего, он у меня ещё попляшет. Я с ним поговорю насчёт этого.
— Ты серьёзно? И зачем тебе это? — задала я ей вопрос, но он прозвучал достаточно глупо.
— Как это зачем? Я с ним поговорю, выясню, что он этим хотел сказать, — ответила Эмилия.
Она была полна решимости. Я знала, что в такие моменты её уже не остановить. Это же все такая Эмилия Салах — если она что-то решила сделать, то добьётся своего. Она и в детстве была такой.
— Хорошо, как тебе кажется, так и поступай, — сказала я, полностью доверяя ей, что она лишнего не скажет.
— Ты всегда сможешь поддержать, — с лёгкой улыбкой на лице проговорила она.
— А ты всегда найдёшь выход из ситуации, — посмеявшись, сказала я.
— Этот перерыв большой. Я пойду, наверное, помолюсь, пока есть время. Ты не пойдёшь со мной? — спросила я у неё.
— Извини, но я не могу. У меня эти дни, так что я прямо сейчас, наверное, пойду с ним поговорю, — проговорила она.
— Ты уверена? Может, пойдём потом вместе? — сказала я, ожидая её ответа.
— Не знаю, но я хочу побыстрее понять, зачем он так сказал. Думаю, я пойду одна, — сказала она, но была не сильно уверена в своих словах.
— Ну смотри. Но главное — будь аккуратна. Всё-таки ты моя единственная лучшая подруга. Вряд ли я найду тебе замену, — не успела договорить я, как она тут же набросилась в объятия.
— И ты моя самая любимая. Но я пойду, — проговорила она.
— Хорошо. Тогда я пойду с Анисой и Фатимой, — сказала я, уже отстранившись от объятий с ней.
— Договорились, — проговорила она, и мы пошли в противоположные стороны.
У нас есть места, где мы совершаем молитву. Они расположены рядом с университетом — женское и мужское, но в разных концах. Это сделано для того, чтобы девушки не пересекались с парнями во время пути на молитву. Конечно, туда заходят всего пара людей. Многие делают намаз дома, а тут собирается максимум человек двадцать.
Конечно, бывает грустно, что не все понимают: своевременный намаз лучше того, который мы совершаем с опозданием, тем более, когда есть такая возможность.
Вот я уже вижу два знакомых силуэта — Аниса и Фатима. Они помахали мне рукой — скорее всего, ждали меня с Эмилией.Я направилась прямиком к ним.
Они меня встретили, спросили: «Где же Эмилия?» Я им всё подробно объяснила — почему и куда она пошла. Но у них это её поведение не вызвало никакого удивления, так как мы все трое прекрасно знаем, какая Эмилия.Вот мы, сделав омовение, направляемся в место, где можно помолиться. Мы все трое встали на коврик и принялись читать суру Аль-Фатиха.
Хотя мы тут бываем почти каждый день, делая молитву, мне всегда это напоминает джамаат-намаз — коллективную молитву. Когда ты не только воссоединяешься со Всевышним, но и делаешь это не одна.Многие, наверное, скажут: это же вообще нельзя сосредоточиться на намазе, когда вокруг другие люди.
Честно скажу — да, сначала эта проблема была и у меня. Но встретив людей, которые мне стали близки, я поняла, каково это — всем вместе просить прощения у Всевышнего, обращаться с мольбой к Нему. Это не только правильно, это ещё и вселяет в тебя веру, делать намаз и не останавливаться. Как говорится: ищи друзей по вере, ведь они укрепляют её, и ты вскоре сама это осознаёшь.
***
Вот мы закончили молитву. Выйдя из молитвенного места, мы пошли в магазин неподалёку от университета. До звонка было ещё минут двадцать, так что мы успевали. Но интересно, как там дела у Эмилии?
Эмилия
Я бродила по коридорам в надежде найти Али. Я даже забыла тот факт, что он тоже, скорее всего, пошёл молиться. Подождала ещё несколько минут у лестницы и неподалёку увидела его. Али, закончив молитву, выходил из того места вместе со своим другом — Давудом.Я направилась к ним, но, не подходя слишком близко, окликнула Али по имени. Он сразу повернулся в мою сторону.
Я показала рукой, чтобы он подошёл к тому месту, на которое указываю.Он сказал другу идти к одногруппникам, а сам направился ко мне.
Честно, не буду врать — я очень сильно нервничала. Хотя я без проблем язвила ему на уроках, то без присутствия свидетелей я попросту не могла сосредоточиться. Зря я отказалась от идеи Айлы пойти со мной.Он уже подходил.
— Эээ, ну как бы ассаламу алейкум, — сказал Али, сам не понимая, зачем.
— Ва алейкум ассалам. Не будем церемониться, давай сразу к делу. Мне нужно с тобой поговорить, — сказала я, не подавая виду, что очень нервничаю.
Ну, это было понятно — ведь в таком виде я ещё с парнями не общалась. Я, конечно, придумала, как начну разговор, но не думала, что он заговорит первым.
— Знаешь что? Вот хорошо, что мы встретились. Мне тоже нужно у тебя что-то спросить, — без какой-либо наигранности ответил он. — Но давай ты первая, я уступаю.
— Щас не делай из себя джентльмена, я знаю, ты не такой. Но я всё же начну. Зачем там, в кабинете иностранного языка, ты обратился ко мне именно так? Нельзя было просто поблагодарить? Что это за «Эми»? — сказала я.
Хотела задать только один вопрос, но задала сто разных, но с одним смыслом.
— Слушай, насчёт этого… Я скажу, что мне правда стыдно. Это вышло само собой. По-другому оправдаться не смогу — ответил как есть. А прав я или нет — решай сама, — сказал он с ноткой досады. Похоже, ему и вправду было стыдно за тот поступок, и это вышло спонтанно.
— Хорошо, допустим, это так. Но ты не собираешься извиниться за такое обращение? — сказала я, желая услышать его ответ.
Но тут Али включил свою истинную натуру.
— За что? Я же сказал, что случайно. Но извиняться, увы, не собираюсь, — сказал он, насмехаясь надо мной.
— И у меня тоже вопрос.
— В смысле, ты не будешь извиняться? — задала я банальный вопрос, и так зная, что он ответит — опять начнёт огрызаться.
— Да, в прямом смысле. Может, я хочу тебя так называть. Ты же не можешь мне командовать. Так, мой вопрос: с чего это ты вдруг с Айлой решили мне помочь? — сказал он, поставив меня в шок.
— Слушай сюда: ты не будешь меня так называть, если мне неприятно — не будешь. Меня даже родители так не называют. С чего это такое звание должно достаться тебе? Не неси чушь, иначе пожалеешь, — сказала я, показывая на него пальцем. Признаю, выглядело это глупо — он выше меня, и мне приходилось смотреть на него снизу вверх.
— С тобой спорить глупо, Фейсал. Я-то думала, у тебя есть голова на плечах, но увы — хоть она есть, но мозгов точно нет, — ответила я и уже собиралась уходить прочь, но он остановил меня.
Он остановил меня, потянув за край шарфа.Это было не сильно, но достаточно, чтобы привести меня в шок.
— Что ты творишь? Мало того, что не извинился, так ещё смеешь меня дёргать? — сказала я, будучи в полной ярости.Он, поняв, что до сих пор держит край моего шарфа, отдёрнул руку и отступил.
— Прости, не заметил, как так получилось, — сказал он с чувством вины. — Но ты не ответила на вопрос…
— Тебе правда интересно? Так спроси у директора. А если он уже тебе сказал, то что он ответил — это и есть правда. Не думай ничего лишнего. Просто я хотела как-то помочь — у меня же есть совесть. Я думала, ты будешь благодарен. Да, не отрицаю — ты поблагодарил, но в чём проблема извиниться за такую манеру общения? Мне не понравилось, как ты тогда обратился ко мне, — всё это выпалила я от злости.
— Хорошо, понял ошибку , извини. Такого больше не повторится. И да, это было не фальшивое спасибо — я и вправду искренне благодарен вам за это. Это будет глупый вопрос, но… мир? — сказал он и протянул руку.
Я поняла , что немного переборщила и явно не должна была так себя повести:
— .... Ладно...извини и ты , я вспылила. Но это и вправду была грань. Хорошо, я принимаю и твои извинения. Мир, — сказала я и коротко кивнула ему.
— Ладно, — сказал он и улыбнулся, указав на свою руку, которая до сих пор была протянута ко мне.
— Не думай, что я буду её пожимать. Всё-таки ты сам знаешь, что такое неприемлемо в исламе, — проговорила я, ожидая, что он ответит.
— Знаю. А я и не прошу пожимать. Просто подай свою, но сделай вид, что пожимаешь, не прикасаясь к моей руке, — сказал он. — Ну давай.
— Это глупо. У тебя точно что-то с головой, — сказала я, изображая на лице полную серьёзность.
Но всё-таки протянув руку, я рефлекторно сделала вид, что пожимаю его руку, хотя на самом деле её трясла, чтобы было реалистично.
— Кто тебя этому научил? Очень глупо, — сказала я, заинтересовавшись.
— Да никто. Я просто смотрел цирковое выступление, когда ехал с родителями и сестрой в Турцию. Там были клоуны — они и показывали такие номера. С тех пор мы с сестрой постоянно повторяли этот манёвр, — сказал он, заставив меня улыбнуться.
— Смешно, однако, о таком слышать. Я сама из Турции, но впервые слышу. Надо бы там побывать, — сказала я, сама не заметив, как наш напряжённый разговор сменился на совершенно безобидную тему.
— Скоро будет звонок, через минут пять. Я пошла в кабинет, — сказала я.
— Не заметил, как время быстро пролетело . Я пойду к Давуду, — сказал он.
— Хорошо, но мне не нужно отчитываться. Иди куда хочешь, — сказала я, помахав ему рукой и с равнодушным взглядом, и направилась в корпус.
Айла
Мы уже сидели в кабинете, ждали звонка. Но меня волновало одно: «Где же Эмилия?»
Как говорится, вспомнишь человека — вот и он. Эмилия зашла в кабинет с безразличным взглядом, но, увидев нас, тут же помахала рукой и улыбнулась.
Она села на своё место рядом со мной.
— Ну, как поговорили? — спросила я, предвкушая её историю.
— Поговорили и даже переговорили многое, — загадочно ответила она. — У нас типа мир.
— Что? Как это? Не говори загадками, скажи прямо, — завалила я её вопросами, ожидая рассказа.
Эмилия всё рассказала. Звонок был три минуты назад, но учитель так и не зашёл, и она успела мне всё объяснить в подробностях. Сказать, что я была рада — ничего не сказать. Я не могла представить, как два этих огня сумели помириться (точнее, у них мир).
— Всё, теперь я знаю, что писать в своём новом романе, — отшутилась я.
— Айла, не неси чушь. Просто поговорили, вот и всё, — сказала она с " типо" серьёзным лицом.
Вдруг в кабинет зашёл Али. Он направился к своему месту перед нами.
— Айла, я должен извиниться за всё — за то, что постоянно тебе мешал на уроках. С Эмилией уже извинился, прошу прощения и у тебя. И спасибо за вашу помощь.
— Ничего страшного, я тебе прощаю. Приятно, что ты понял свою ошибку, — сказала я ему.
Он кивнул головой, улыбнулся нам за понимание и сел на своё место. Я улыбнулась и посмотрела на Эмилию. Она в недоумении посмотрела на меня.
— Что? — спросила она.
— Да нет, ничего, — сказала я, открывая тетрадь.Учитель вошёл в класс, чуть опоздав, но мы начали урок истории.
Он так на неё посмотрел.