Глава 7
План помощи Али
Айла
Мы с Эмилией сидели в кабинете арабского языка. Был перерыв между занятиями, но мы решили никуда не выходить. В кабинете оставались и другие студенты, тихо переговариваясь.Вдруг дверь открылась, и в кабинет вошёл Али.
Его лицо было в свежих ссадинах — следы недавней драки были очевидны. Выражение лица у него было такое, будто он готов вот-вот ввязаться в новую потасовку.К нему сразу подошёл друг и, обеспокоенно глядя, спросил:
— Брат, ну что сказали-то хоть?— Да как всегда, — устало ответил Али. — Родителей позвали. Теперь точно из дома не выпустят — только в универ и обратно.
— Но как так? Ты же не виноват, я сам видел, что тебя подтолкнули. Скажи им об этом, — настаивал друг, явно ища способ выбраться из ситуации.
— Хех, брат, это же я — Али Фейсал. Думаешь, у меня есть что им доказать? Они всё равно не поверят, — сказал Али. Он слегка улыбнулся, но улыбка тут же угасла.
Друг нахмурился и продолжил:
— Брат, если бы позвали только родителей в школу, ты бы себя так не вёл. Что-то ещё есть?
Али, который в это время собирал книги в рюкзак, внезапно сел за парту, опустил голову на руки и тяжело вздохнул.
— Они сказали, что после этого меня отчислят за такую выходку, — тихо произнёс он.
Я замерла. Отчислят? Али хорошо учится, почему именно из-за одной драки? Мне его даже стало немного жаль.
— Что? В смысле? Это же несправедливо, — шепотом отозвалась Эмилия, словно прочитав мои мысли.
— Брат, не шути так. В смысле, отчислят? Это же глупо. Ты отличник, и из-за одной драки — отчисление? Не верю, — сказал друг Али.
— Думаешь, я над таким шучу? Они сказали, что это один из престижных университетов Каира, и такое поведение здесь недопустимо, — ответил Али. По его тону было ясно, что он сам понимает всю несправедливость ситуации.
— А что сделали с тем… ну, ты сам понял, — осторожно спросил друг.
— У него только родителей позвали. Он оправдывался как мог. Всё-таки это типа я его поднос обронил, — объяснил Али.
— Да они издеваются? И где тут справедливость!? — возмутился друг, чуть повысив голос.
— Ладно, забей уже на это. Я пошёл, мне ещё к врачу заскочить надо, — сказал Али, поднимаясь.
— Мне и так тут больше места нет. Исключат же.
Он бросил на меня короткий взгляд и вышел из кабинета.Если честно, как бы он мне ни нравился, ситуация была явно несправедливой. Ну судите сами. Думаю, здесь замешан тот парень, с которым он подрался. Идрис, да , где то я слышала это имя .
Идрис — сын одного из известных прокуроров Каира. Теперь всё понятно, почему Али отчислят.
— Айла, я знаю, что нужно сделать, чтобы Али не отчислили! — вдруг воскликнула Эмилия у меня за спиной.
— Вайй, астагфируллах, Эмилия, что так пугаешь-то? — вскрикнула я, вздрогнув.
— Ой, извини, я не думала, что ты испугаешься, — сказала она виновато.
— Ничего страшного. И как ты хочешь помочь Али? — спросила я.
В этот момент зазвенел звонок на занятия.
— Расскажу после лекции, — пообещала Эмилия, доставая тетради из шопера.
***
Урок арабского прошёл идеально. Али не было, и я смогла хорошо ответить на вопросы преподавателя, получив достойную оценку.Это был последний урок дня. Наконец-то можно было идти домой. Я собрала шопер, и мы с Эмилией вышли из корпуса. Аниса и Фатима попрощались с нами и направились в общежитие. Я тоже хотела поскорее покинуть университет, но Эмилия меня остановила.
— Ты куда? — спросила она.
— В смысле? Домой. А ты расскажешь свою идею по дороге, — ответила я.
— Нет-нет, не так. Нужно всё решить сегодня, — твёрдо сказала Эмилия. Я думала, она шутит, но по её лицу было видно, что она настроена серьёзно.
— Стоп, а почему ты вообще хочешь ему помочь? Ты же его недолюбливаешь, сама говорила, он тебя раздражает, — удивилась я.
— Честно, сама не знаю. У меня совесть не успокоится от такой несправедливости, хотя моей вины тут вообще нет. Ты же знаешь, мой дядя — адвокат, он мне много рассказывал о своей работе. Вот, наверное, и меня это не отпускает, — объяснила она.
— Может быть. И какой же твой план? — спросила я, готовая внимательно выслушать.
— Да тут и плана особого нет. Просто они забыли главную вещь — у нас в столовой в углу висит камера. Она старая, конечно, но рабочая, — сказала Эмилия.
— Кстати, и вправду. Просто они никогда не пользовались ею, вот и забыли, — кивнула я. — Ты права, мы должны хотя бы об этом сообщить, чтобы его не отчислили. Надеюсь, после этого он перестанет меня задирать и поймёт наконец, что такое настоящая помощь.
— Надеюсь. Но нам нужно поскорее пойти туда, а то университет по понедельникам закрывается в половине пятого, — напомнила Эмилия.
— Хорошо. Намаз через полтора часа, успеем, — сказала я. — Ну тогда пошли.
Мы вернулись в корпус университета, из которого только что вышли, и направились к кабинету директора.Вот мы нашли его, постучали. Изнутри раздалось: «Входите».
Мы вошли. В кабинете были наша учительница Амира Хатун и Фирузе, заместительница директора. Врать не буду — она для внучка.
— Ассаламу алейкум. Как вы? — произнесла Эмилия.
— Ва алейкум ассалам, — ответили они хором. — У нас всё хорошо, альхамдулиллях. А что вас привело? — спросила Амира Хатун.
— Мы хотели обсудить с вами отчисление Али Фейсала, — прямо сказала Эмилия.
И откуда у неё столько смелости? Ей бы самой стать адвокатом.
— И что вы хотите сказать насчёт этого? — спросил директор.
— Мы бы хотели, чтобы вы не отчисляли Али Фейсала. Он не виноват, и это будет очень несправедливо по отношению к нему, — сказала я, сама не понимая, откуда взяла силы произнести это вслух.
— Вы, конечно, молодцы, что заступаетесь за однокурсника. Но мы всё решили. Он хоть и отличник, но такого поведения мы не потерпим, это испортит репутацию нашего университета — сказал директор. — Да и у вас нет доказательств, что он не виновен.
— А если есть? — уверенно сказала Эмилия, явно довольная своим решением.
— Тогда мы слушаем вас, Эмилия Салах, — сказал директор, заинтересовавшись.
— Ээ… ну при обвинении того, что Али обронил поднос, вы не учли одного. У вас не было доказательств, что это именно он. Вы просто сошлись на мнении большинства. А может, он случайно его обронил, или его подтолкнули. Я хочу попросить вас, директор, посмотреть записи с камер наблюдения и убедиться, что же произошло на самом деле, — произнесла Эмилия уверенно.
По её лицу было видно, что она сама в шоке от своих слов.
Если бы мы ещё учились в школе, я бы заставила её пойти на юридический. Но, похоже, она и сама поздно поняла о своих талантах адвоката.
Директор и Амира Хатун переглянулись в недоумении — они явно забыли о камере. Фирузе просто смотрела на нас одобрительно. И вдруг их осенило.
— Оо , камера , я даже забыл, что она у нас есть в столовой. Хорошо, я вас послушаю и проверю её, — сказал директор.
— Завтра сообщу вам.
— Хорошо, спасибо, директор, — сказала я. Мы попрощались и вышли из кабинета.
— Эмилия, ну ты даёшь! Я в шоке. Ты как на судебном приговоре с ними разговаривала, — сказала я, обращаясь к подруге.
— Да я сама в шоке, не меньше чем ты, — ответила она и улыбнулась.
— Мы молодцы.— Да. Но в большей степени ты. Теперь мне кажется, что ты в Али влюбилась, — поддразнила я.
— Ага… стоп… что? Нет, Айла, опять за своё? — сказала Эмилия и надула губы, притворившись обиженной.
— Ну извини. А если вправду? Если он тебя отблагодарит за это? — сказала я, извиняясь за свои догадки. Но правда же — странно.
— Мы щас точно про одного и того же говорим? Тебе он самой не нравился, — парировала она.
— Ну не знаю. Вы, кстати, неплохо смотритесь вместе, — проговорила я.
— Эээ… Айла, напрашиваешься на подзатыльник. А ну иди сюда, — сказала она, догоняя меня.
— Всё, ладно, извини. Но только не твои щекотки! — засмеялась я.
Она поняла намёк и тоже рассмеялась. Мы дошли до общежития Каира и попрощались — мне нужно было домой в Гизу.
— Ты завтра обратно приедешь? Жду не дождусь, — сказала Эмилия, улыбнувшись.
Ей явно было скучно там без меня.
— Да, моя дорогая, завтра, — ответила я, улыбнувшись.Мы обнялись и разошлись.
Я направилась к автобусной остановке.
***
Уфф, спустя целую вечность я наконец добралась до дома. До азана оставалось ещё полчаса, и я решила перекусить.Вошла в прихожую — дома был Керем. Я поприветствовала его и спросила:
— Где все?
Он ответил, что мама осталась ночевать у подруги, к которой отнесла свой заказ. Вернётся завтра утром. Папа с Тариком уехали по делам насчёт работы. Так что мы с братом пока одни дома
— Что, как дела в школе? — сразу спросила я.
— Да так, как обычно. Ты же знаешь, — ответил он, не отрываясь от игры на телефоне.
— А ну хорошо тогда, — сказала я и направилась на кухню.Я взяла из холодильника вчерашний суп и начала его разогревать. Когда он нагрелся, я принялась есть с аппетитом. А что? Из-за всей этой ситуации с Али в столовой нормально поесть не удалось.Покушав, я пошла в ванную, сделала омовение и вернулась в комнату. До азана оставалось две минуты, и вдруг пришло уведомление.
1 уведомление:
Ваш баланс пополнен. Вам начислено *** фунтов.
+1 уведомление:
От неизвестного контакта.
Неизвестный: Ассаламу алейкум, Айла, это ты?
Я: Ва алейкум ассалам. Да, я. А это кто?
Неизвестный: А это я, Лейла. Вспомнила? Я хотела убедиться, дошли ли тебе эти деньги на карту ?
Вот кто мне скинул деньги. Теперь всё ясно.
Я: Да, да, вспомнила. Дошли, но не стоило, правда.
Неизвестный: Ну что ты. Я всё ещё у тебя в долгу. Мне ты очень понравилась. Ты тоже живёшь в Каире?
Я: Да, я из города Гизы, но учусь в Каирском университете.
Неизвестный: А, понятно теперь. Я, наверное, пойду делать намаз, откладывать не буду. Поговорим вечером, если ты не против?
Я: Да, конечно. Давай. Я тоже пошла .Мы попрощались. Азан уже прокричал — самое время для молитвы. Я постелила коврик и начала намаз.Закончив, убрала коврик в шкаф и спустилась вниз. В кухне достала телефон и написала:
Я: Ассаламу алейкум, Тарик. Вы когда с отцом домой приедете? И как там дела с работой?
Тарик : Ва алейкум ассалам и тебе, сестрёнка. Да мы уже через час с половиной дома будем. Насчёт работы — меня приняли
Я: Да, поздравляю, Тарик! Хорошо тебе сработаться с новой компанией.
Тарик: Спасибо, Айла. Скоро будем дома. Тебе что-то купить? А нет, не говори — опять эти карамельные леденцы?
Вот опять он всё знает.
Я: Да, конечно их.
— Ээ, скажи ему пиццу с колбаской купить тоже, — отозвался Керем, услышав наш разговор.
Тарик: Значит, с колбаской. Понял, понял
Я: Хорошо, спасибо, Тарик. Хорошей дороги домой )
Тарик: Всегда пожалуйста.Спасибо.
Я немного посидела в телефоне. Вместо «неизвестный» поменяла контакт на «Лейлашка :)».
Так лучше.Я решила приготовить отцу с Тариком что-то вроде стейка из говядины.Закончив ночной намаз, я спустилась вниз накрывать на стол. Керем, на моё удивление, уже всё приготовил.
— Эй, это ты так всё накрыл? — радостно спросила я.
— Нет, президент Египта, — пошутил он.
— Ну конечно я, кто же ещё.
— Молодец, конечно. Но ты чего хочешь от меня? — погладила я его по голове.
— Нет, что ты, ничего. Но скажи, где мама спрятала пахлаву с орехами? — сказал он, глядя на меня умоляющими глазами.
Я разразилась смехом. Мама постоянно прячет от него эти сладости — если он их ест, то не остановится, а потом у него появляется сыпь на лице из-за большого количества сахара.
— Ну только одну. Если мама узнает, что я тебе дала, нам обоим не поздоровится, знай, — с лёгкой улыбкой ответила я.
— Хорошо, хорошо. Спасибо, Айла, ты лучшая! — улыбнулся брат и принялся накладывать стейк.
Дверь открылась — пришли Тарик и отец. Я направилась к ним, обняла, и мы все вместе сели ужинать.
— Как у тебя дела в университете? — заинтересованно спросил отец.
— Всё хорошо, пап. Как и всегда. По тесту арабского языка получила высшую оценку, — ответила я.
— Молодец, дочка. Я тобой горжусь. В отличие от некоторых, — сказал отец и уставился на Керема.
— Я-то что? Я, конечно, не отличник, но тоже хорошо учусь. Вот вырасту — стану миллиардером, как арабы в Дубае, — серьёзно сказал Керем.
Мы все залились смехом.
— Эй, не смейтесь! Скажите хоть, вы придёте на мой матч, который состоится на днях в школе? — спросил Керем, ожидая ответа.
Я говорила, что Керему нравится футбол, но не сказала, что он играет в школьной сборной, которая несколько раз занимала призовые места.
— Конечно, придём, сынок. Я уж точно, — ответил отец.— А ты, Тарик? — спросил Керем у брата.
— Братан, я ещё не видел, как ты играешь. Конечно, приду, чтобы окончательно убедиться, что ты нуб в футболе, — сказал Тарик и засмеялся.Но он долго не смеялся — Керем дал ему свой фирменный пинок, с которым обычно бьёт по мячу на поле.
— Ладно, шучу. Дай пять, мой брат — настоящий Роналду, — сказал Тарик, протягивая руку.Керем засмеялся.
— А то то же! — сказал он и дал пять.— А ты, сестра? — обратился он ко мне.
— Ты ещё спрашиваешь? Конечно. Мы же семья, — сказала я, обнимая брата.
— Только можно я буду с подругами? Эмилии тоже очень нравится футбол.
— Да зови кого хочешь, хоть весь университет. Я стану популярным! — сказал Керем.
Мы посмеялись над его шуткой и принялись за еду.Все закончив кушать, уселись смотреть бой извечного бойца. Как всегда, запивая пиццу, которую купил Тарик. Я же, убравшись на кухне, пошла в свою комнату собирать вещи — завтра обратно в общежитие.
После сбора вещей я села за уроки, параллельно уплетая любимые карамельные леденцы.
***
Я встала рано утром, сделала намаз и даже успела плотно покушать. У меня был небольшой чемодан, который нужно было отнести в общежитие. Поэтому я поднялась спозаранку и уже выходила во двор.Тарик решил помочь — одной в автобусе с таким багажом будет трудно. К тому же ему нужно было забрать маму у подруги.Керем ещё спал. У папы был выходной, он остался дома и согласился разбудить Керема в школу.
Я поцеловала отца в щёку, мы сели в машину Тарика и отправились в путь.Мы добрались до общежития. Тарик помог донести чемодан до двери.
Я написала Эмилии, чтобы спустилась помочь с вещами, но она, как назло, не отвечала — прочитала, но молчала.
Я уже хотела позвонить, но дверь открыла Фатима. Она меня обняла, мы поздоровались.Я спросила, почему Эмилия не пришла. Она сказала, что они с Анисой подбирают парные луки для лекций , и вместо неё спустилась Фатима.У Эмилии всё по-своему, как всегда.
— Давай я тебе помогу, — предложила Фатима.Я согласилась и хотела взять чемодан у Тарика, но заметила, что он пристально смотрит куда-то. Его взгляд был прикован к Фатиме.
— Тарик, ты в порядке?.. Ау, — я щёлкнула пальцами перед его носом. — Тарик, спасибо, но ты можешь идти.
— Да, Тарик! — чуть повысила я голос. Фатима вздрогнула.
— Ааа, да? Ой, извини, я задумался, — сказал он, улыбнувшись нам обеим, и собрался уходить.— Что с тобой? — спросила я, приблизившись.
— Она тебе понравилась? — улыбнулась я, ожидая ответа.
— Айла, не неси чушь. Я просто… задумался. Всё, давай, мне ещё маму забирать, — заторопился он.
— Ну давай, давай, — сказала я и подмигнула ему на прощание так, чтобы Фатима не увидела.
До этого момента, после случая с его первой любовью, Тарик всегда вёл себя отстранённо с девушками. Отводил взгляд при виде них, как настоящий мужчина. А тут он так посмотрел на Фатиму — таким… влюблённым взглядом.
Не считайте меня сумасшедшей, я знаю своего брата.
Похоже, кто-то влюбился.