Глава 15 - Бесшумная сила
Самолёт приземлился в Лондоне поздним вечером, и уже по дороге домой, сквозь тёплый свет уличных фонарей, Киара смотрела в окно машины как будто в новое зеркало.
Шамони оставило внутри неё странное ощущение, не отдыха, а какого-то тихого взросления.
Тренировки в зале курорта, снег, разговоры с родителями, и присутствие всей семьи ощущалось так душевно, что Киара пыталась сохранить то душевное спокойствие, возвращаясь к своей жизни в Лондоне.
Утро после перелёта встретило густым туманом и влажным холодом, который всегда висел над Лондоном зимой.
Киара по будильнику. Она потянулась, почувствовав в мышцах лёгкое, и приятное натяжение.
Шесть утра. Встреча с реальностью.
Академия Хартманн открывалась в семь сорок пять, Киара уже ждала под дверью.
Мама оставила её у входа, пожелала удачи и сказала:
«Я буду рядом, если что-то нужно».
Охранник у входа увидел её уже за десятки метров.
— Доброе утро, спортсменка, — добродушно сказал он, когда Киара прикладывала карту к сканеру. — С Новым годом!
— С Новым годом, мистер Вэстли! Как вы отпраздновали? —поинтересовалась Киара.
Охранник радостно рассказал, как провёл время с сыновьями и Киара рассказала о своей поездке, оба с теплом на душе обсуждая праздник.
Внутри академии пахло холодным льдом, каучуком и чистотой. Пустые коридоры, свет от потолочных ламп отражался на белом полу.
Она переоделась в раздевалке в чёрные тренировочные леггинсы, поверх шорты с подкладкой, чтобы было мягче падать, и бирюзовая кофта-флис, которую подарили родители, затем собрала волосы в тугой пучок.
На носу лёгкое покраснение, как напоминание о постоянном холоде в академии.
Она зашла в зал ОФП первой.
Тишина. Только гул вентиляции.
Киара расстелила коврик, включила на телефоне музыку произвольной программы, ту самую: Esther Abrami - "La Valse d'Amélie".
Мелодия была светлой, прозрачной, будто дразнила сердце маленькими прыжками и огоньками.
Она наполнила зал хрупкой энергией.
Киара разогрелась так тщательно, будто сегодня был день соревнований, растяжка, спина, плечи, двойные наклоны, фиксации корпуса, прыжки на месте, заходы на воображаемые прыжки.
Её тело двигалось в ритме вальса, будто повторяя все изгибы музыки.
Через двадцать минут дверь открылась.
— Добро пожаловать обратно, — послышался мягкий голос Саймона Холденa. — Как Франция?
Он вошёл с чашкой кофе и спортивной сумкой через плечо.
Волосы чуть растрёпанны, на нём чёрные спортивные брюки и кофта с эмблемой Академии.
— Здравствуйте, там было очень красиво и так... спокойно, — ответила Киара, продолжая наклоны.
— Ты хотя бы отдыхала? — приподнял он бровь.
— Иногда, в перерывах между тренировками, — она смущённо улыбнулась.
— Я так и думал, — усмехнулся он, прислоняясь к стене. — Позже поговорим о нагрузках. Не хочу, чтобы ты возвращалась в сезон переутомлённой.
Он говорил как человек, который очень тщательно следил за её состоянием.
Это было приятно и безопасно.
К восьми утра в зал ОФП вошли Эмили и Ребекка, обе громкие, с сияющими и загорелыми лицами. Их семьи выбрали отпраздновать зимние каникулы на Мальдивах, знакомые между собой уже многие годы.
— Кииииаара! — прокричала Эмили, бросая сумку. — Я уже успела соскучится!
— Да, видели фотки в инстаграм. Прям настоящая зимняя сказка, — добавила Ребекка, делая смешной выпад.
— Было невероятно красиво, я всего пару раз упала. — смеялась Киара.
— На лыжах? — глаза Эмили округлились.
— И на лыжах, и на сноуборде.
Девочки засмеялись.
— Ладно, у тебя официально самый крутой отпуск, — заключила Ребекка.
— Ну не скажи, вы приехали с загаром. Я видела, что вы были в круизе и с дельфинами плавали. Это просто невероятно! — Киара восторгалась.
Они начали разминаться вместе и смех, и разговоры, и лёгкие подколы снова сделали атмосферу живой.
***
На льду было свежо и ярко, как будто на катке только что поменяли все лампы.
Лёд блестел, будто стекло.
Лора уже во всю отрабатывала программу. Стройная, в тёмно-фиолетовом комбинезоне, с тугим пучком и глазами, полными напряжённой энергии.
Она входила в заход. Её корпус собрался, шаги стали короткими и быстрыми.
Четверной риттбергер.
Разгон.
Прыжок.
Жесткое приземление, но выезжает.
— Да что ж такое! — сорвалось у Лоры, и её голос разодрал тишину.
Саймон Холден чуть нахмурился.
Луиза Хартманн опустила руки в карманы пальто.
— Лора, — спокойно сказала она. — Ещё один шаг в сторону, и ты сама себе выбьешь плечо. Держи корпус ровнее, когда выезжаешь.
— Не получается, тогда выходит медленно. — фыркнула Лора.
— Тогда учись слушать свое тело.— жёстко ответила Луиза.
Лора резко отвернулась.
Когда Киара вышла на лёд, Лора только бросила короткий взгляд.
Не враждебный, но голодный.
Киара спокойно разогревается .
Тройной флип выходит мягко, легко.
Тройной лутц получается чисто, высоко.
Луиза наблюдает молча, глаза узкие, очень внимательные.
Когда Киара подходит к бортику, чтобы сделать глоток воды, Холден обращается к ней.
— Как настрой?
— Хорошо, я готова работать над лутцем.
— С удочкой?— Ферри вскидывает бровь.
— Нет, мне больше удочка не нужна.— отвечает Киара.
Она делает небольшой разгон, вход на внешний ребро, корпус собирается.
Прыжок.
В воздухе четыре оборота, тело вытягивается, руки прижаты.
Приземление жёсткое.
Выезд есть, но шаг неровный.
Почти.
Саймон поднимает брови.
— Хороший заход, — говорит он. — Но тебе нужно больше контролировать ось. Не спеши.
Лора, стоящая в стороне, закатывает глаза.
Киара снова заходит на лутц.
И снова.
И ещё раз.
Пять попыток подряд.
Две чистые.
Одна с выездом на два ребра.
Две с небольшой помаркой, но без падений.
Каток постепенно наполняется звоном лезвий.
Когда Киара заканчивает серию, только тогда она слышит голос Лоры позади.
— Может нужно было с тулупа начать, лутц явно не твое. — фыркает Лора.
— Спасибо за совет. — отвечает Киара.
Лора закатывает глаза.
Киара резко разворачивается, и снова погружается в программу.
Лора смотрит ей вслед, затем снова возвращается к прыжкам.
***
Когда наступает время прогона произвольной программы, Саймон Холден подходит к Киаре прямо на льду, и кладёт руку ей на плечо.
— Не думай слишком много перед прыжком. Отнесись к нему, как к двойному с холодной головой.
Киара медленно, принимая слова тренера.
Она коротко выдыхает и замирает в начальной позе.
Мелодия "La Valse d'Amélie" расходится по арене.
Каток превращается в маленький Париж.
Первые шаги медленные, мелодичные.
Переходы воздушные.
Корпус мягкий и гибкий.
Напряжение нарастает.
Разгон.
Заход.
Прыжок чистый и высокий. Приземление мягкое, ровное.
Выезд чистый.
Все вокруг замирает.
Саймон Холден выдыхает.
Майкл сжимает кулак, празднуя удачный четверной лутц в начале программы.
Луиза Хартманн коротко улыбается и облегченно выдыхает.
Киара продолжает программу без остановки.
Тройной лутц.
Комбинация шагов.
Затем четверной лутц в каскаде с тройным тулупом.
Пируэты.
Она заканчивает программу лёгким наклоном головы, с изогнутой спиной назад.
Тишина.
И вдруг хлопок в ладоши от Саймона Холдена.
Лора, стоя у бортика, смотрит с напряжением, которое могло бы прорезать лёд.
— Почему... почему у неё всё выглядит так легко и невесомо? — тихо шепчет она Луизе Хартманн.
— Потому что она не сравнивает себя... даже с тобой.
Лора тут же отворачивается от тренера и всматривается в облегченное выражение лица Киары.
***
Когда мама приходит за Киарой после тренировки, она находит ее сидящей на скамейке в кафе, уже в тёплой куртке, с аккуратно собранными волосами и учебниками в руках.
— Привет, дорогая. Готовишься к контрольной? — спрашивает мама, присаживаясь рядом.
— Да. У меня тест по английскому в четверг.
Киара завершает задание и они с мамой отправляются домой.
Они идут по коридору, и в этот момент рядом оказываются Саймон Холден и Луиза Хартманн.
Саймон останавливается.
— Добрый вечер. Ваша дочь сегодня показала невероятную работу.
Мама улыбается.
— Здравствуйте. Правда? — она улыбнулась Киаре. — Она очень старается.
— Её произвольная развивается быстрее, чем мы ожидали. — добавляет Хартманн.
Мама кивает, взгляд становится серьезнее.
— Это чудесно. Уже жду не дождусь увидеть выступление в Братиславе.
Саймон смотрит на Киару.
— Мы ещё не решили окончательную версию программы для Братиславы. Возможно, оставим тройной тулуп. А лутц, пока на собственное усмотрение. Если будет стабилен до соревнований, то сможешь показать его.
Киара кивает.
Она не спорит.
Она не просит.
Она просто слушает.
Когда они выходят из Академии, вечерний воздух холодит щеки.
Лёгкий туман висит над дорогой.
Мама кладёт руку на плечо дочери.
— Ты счастлива?
Киара смотрит на свет из окон Академии. На туманную ночь.
— Очень.
Она тихо улыбается, но так по-настоящему.