Глава 19: Эхо тишины
Прошло три дня. Три дня, за которые Баку для Адриана превратился в серый, безжизненный макет.
Адриан сидел в «Obsidian», сжимая в руке стакан с виски. Лед давно растаял, разбавляя дорогой алкоголь, но он не замечал вкуса. На месте за барной стойкой стоял другой парень — незнакомый, слишком вежливый, слишком «правильный». Он не умел делать тот самый кофе, который Ян готовил в начале смены, и не смотрел с тем самым вызовом, от которого у Адриана внутри всё переворачивалось.
— Он не придет, — раздался рядом голос Али.
Адриан вздрогнул. Али стоял у стойки, и на его лице не было ни капли сочувствия. Только холодная, выжженная ненависть.
— Ты же сам это сделал, Сардаров. Собственными руками вышвырнул его из жизни. Зачем ты здесь? Ждешь, что он выйдет из подсобки и скажет «шутка»?
— Проваливай, — глухо бросил Адриан, не поднимая глаз.
— Я-то провалюсь. А вот это — забери. Ему это больше не нужно. Он сказал, что в его «новом мире» нет места мусору из прошлого.
Али швырнул на стойку тот самый альбом с рисунками сестры. Потрепанный, с вырванными когда-то Адрианом страницами, но всё еще хранящий запах Яна.
— Он уехал сегодня утром. Даже мне не сказал куда. Просто оставил ключи от квартиры и этот альбом. Сказал передать тебе, что ты был прав: «Прошлое превращается в пыль».
Али развернулся и вышел, оставив Адриана наедине с этим альбомом.
Дрожащими пальцами Адриан открыл первую страницу. Там, где раньше была надпись «Для братика», теперь красовалось неровное, размазанное пятно от слез. А на последнем, чистом листе, был сделан набросок карандашом.
Это был Адриан. Но не тот «принц» в идеальной рубашке, которого видел весь Хазар. На рисунке он был изображен со стороны, через лобовое стекло «Гелендвагена», когда он отвернулся от Яна в ту роковую минуту в кабинете отца. Рисунок был подписан одной фразой:
«Самый дорогой трус в моей жизни».
Адриан закрыл альбом и с силой прижал его к груди. В горле застрял крик, который нельзя было выпускать. Он уничтожил империю отца в своих мыслях, но в реальности он уничтожил единственного человека, который видел в нем не банковский счет, а душу.
Телефон в кармане завибрировал. Сообщение от отца: «Инвесторы довольны. Вечером жду на ужине».
Адриан смахнул телефон со стола. Он смотрел, как экран трескается, превращаясь в паутину, точь-в-точь как его собственное сердце.