Поколение пекла♤

От лица Киры
Я не знала...Сколько просидела на кухне.
Пять минут.
Полчаса.Или целую вечность.
Плита продолжала тихо шипеть.
Курица начала подгорать.
По квартире уже разносился запах горелого масла.
Но мне было всё равно.
Я смотрела в одну точку.
Перед глазами снова и снова всплывали его слова.
"Какая же ты... дура."
"Перестань цепляться за меня."
"Не лезь туда, где тебе не место."
Я медленно поднялась.Будто каждое движение требовало невероятных усилий.Выключила газ.
Переложила испорченный ужин в кастрюлю.
Даже не попробовав.
Аппетита больше не было.
Совсем.

...

Дверь снова открылась.
Вернулась Флора Борисовна.
- Я дома! - устало сказала она, снимая пуховик.
Я быстро вытерла лицо рукавом.
Поздно.
Она сразу всё заметила.
- Кирочка...
Она подошла ближе.
Несколько секунд внимательно смотрела на мои красные глаза.
- Ты плакала?
Я натянула улыбку.
Получилось ужасно.
- Нет...
- Не обманывай меня.
Она осторожно коснулась моей щеки.
Большим пальцем вытерла оставшуюся слезу.
И тихо спросила:
- Он опять?
Я опустила голову.Ответ был очевиден.
Флора тяжело закрыла глаза.
Будто именно этого и боялась.
- Где он?
- У себя...
Она молча направилась к его комнате.
Я резко схватила её за руку.
- Не надо.
Она остановилась.
- Почему?
- Пожалуйста...
Я покачала головой.
- Не сейчас.
Она долго смотрела на меня.
Потом тяжело вздохнула.
- Хорошо...
Она не стала ничего говорить.Только крепко обняла меня.Совсем как мама.
Именно этого мне сейчас не хватало.
Я больше не смогла сдерживаться.
Снова расплакалась. Уткнулась лицом ей в плечо.

- Всё будет хорошо...
Тихо повторяла Флора.

Хотя сама, кажется, уже не верила своим словам.

Из своей комнаты Петя слышал всё.
Каждый всхлип.
Каждое слово матери.
Он сидел на полу, прислонившись спиной к кровати.
Кулаки были сжаты так сильно, что ногти впивались в ладони.

- Иди...
Прошептал он самому себе.
- Иди и извинись...

Но ноги словно приросли к полу.
Перед глазами опять всплыла разбитая машина.Кровь.Крики.Бессознательная Кира.
Если бы тогда...
Если бы он не познакомился с ней...
Ничего этого не случилось бы.
- Так будет лучше...
Повторил он уже в сотый раз.

Только почему тогда было так больно?

За ужином никто почти не разговаривал.
Руслан вернулся уставший.
Юра тоже пришёл позже обычного.
Он сразу почувствовал напряжение.
Перевёл взгляд с Киры на закрытую дверь комнаты Пети.
Потом посмотрел на мать.
- Что случилось?
Флора только покачала головой.
- Потом.
Юра всё понял без слов.

Кира сидела молча.Ковыряла вилкой картошку.Практически не ела.
Руслан нахмурился.
- Вкусно же получилось.
Она слабо улыбнулась.
- Просто не хочется.
Юра внимательно посмотрел на неё.
- Голова болит?
- Немного...
Он не поверил.
Но промолчал.

...

Посреди ужина дверь комнаты наконец открылась.
Петя вышел.
Молча прошёл на кухню.
Открыл холодильник.
Будто никого вокруг не существовало.
Флора первой нарушила тишину.
- Петя.
Он не ответил.
- Сядь.
- Не хочу.
- Я сказала - сядь.

Он медленно повернулся.
По её голосу было понятно.
Она злится.
По-настоящему.
Петя сел.

Флора несколько секунд молча смотрела на сына.
Потом спокойно спросила:
- Ты ничего не хочешь сказать?
Он прекрасно понял, о чём речь.
Но сделал вид, что не понял.
- Нет.
- Совсем?
- Мам...
- Петя.
Она перебила его.
- Я один раз спрашиваю.Что произошло?

Он бросил короткий взгляд на Киру.
Она тут же отвернулась.
- Ничего.
Флора медленно кивнула.
- Значит, ничего...
Её голос вдруг стал холодным.
Таким Кира его ещё никогда не слышала.
- Тогда объясни мне.Почему девочка, которая за последние месяцы стала мне почти дочерью...
Полчаса плакала у меня на плече?

Петя промолчал.
Руслан опустил глаза.
Юра тоже ничего не сказал.
Флора продолжила.

- Я не знаю, что между вами произошло.
И не хочу лезть.Но...

Она посмотрела сыну прямо в глаза.
- Запомни одну вещь.Больнее всего делают не враги..а свои.

Петя сжал челюсть.
- Мам...
- Нет.Теперь слушай ты.

Она впервые повысила голос.
- Она после аварии едва заново ходить научилась.Она ночами просыпалась от кошмаров.Она боялась оставаться одна.
А ты...

Флора покачала головой.
- Ты сейчас добиваешь её сильнее, чем та авария.
На кухне стало совершенно тихо.
Петя смотрел в стол.
Ничего не отвечая.
Потому что понимал.
Мать права.
Каждым словом.

Кира резко поднялась.
- Спасибо за ужин...
Тихо сказала она.
И вышла из кухни.
Никто её не остановил.

Она закрыла дверь комнаты.
Села на кровать.
И только теперь позволила себе снова заплакать.
За окном медленно падал снег.
Большие белые хлопья ложились на подоконник.
Когда-то ей казалось...
Что зима - это начало чего-то нового.
Теперь же...
Она впервые подумала, что даже самый красивый снег не способен закрыть ту боль, которую иногда оставляют люди.

А в соседней комнате Петя сидел, не включая свет.
Перед ним стояла нетронутая тарелка с ужином.Есть не хотелось.
Он всё ещё слышал последние слова матери.
"Ты сейчас добиваешь её сильнее, чем та авария."
Он медленно закрыл лицо руками.

* * *

От лица Киры

На следующий день я пришла в Дом культуры раньше обычного.
Хотелось занять голову хоть чем-нибудь.
Лишь бы не думать.
Не вспоминать вчерашний вечер.
Его слова.
Каждое.
Будто они до сих пор эхом отдавались внутри.
"Какая же ты... дура."
Я тряхнула головой.
Нет.
Хватит.
Сегодня только работа.

Юры сегодня не было.
Он ещё вчера предупредил.
- Завтра меня не жди. - Он улыбнулся, застёгивая куртку. - К Саше поеду.
- К Лебедь?
Он довольно кивнул.
- Ага.
- Ну... счастья вам.
Он тихо рассмеялся.
- Спасибо.
И убежал.
Я только улыбнулась ему вслед.
Пусть хоть у кого-то всё хорошо.

...

В мастерской было непривычно тихо.
Обычно Юра всё время что-нибудь рассказывал.
Напевал себе под нос.
Или спорил со мной, какой оттенок синего лучше использовать.
Сегодня же...
Было слышно только тихое шуршание кисти по холсту.
Я подошла ближе.
Несколько минут внимательно
рассматривала картину.Потом осторожно добавила несколько мазков.
Совсем немного осветлила небо.Подправила снег на крышах.
Сделала тени чуть мягче.
- Так лучше...
Тихо сказала сама себе.

Дверь негромко скрипнула.
Я даже не обернулась.
- Юр, я же сказала, что...
- Это не Юра.
Раздался спокойный мужской голос.
Я подняла голову.
На пороге стоял Родион.
Как всегда в своей короткой чёрной шапке.
Тёмное пальто было расстёгнуто.
Под ним виднелся тёплый вязаный свитер.
Вельветовые брюки были припорошены снегом.
Он снял перчатки.
Улыбнулся.
- Не помешал?
- Нет.
Он медленно вошёл в мастерскую.
Осмотрел картину.
Долго молчал.
Потом неожиданно произнёс:
- Она стала живой.
Я удивлённо посмотрела на него.
- Правда?
- Да.
Он подошёл ближе.
- Видишь...
Он указал рукой на зимнее небо.
- Здесь уже не просто краска.Здесь настроение.

Я невольно улыбнулась.
- Спасибо.
...

Несколько минут мы молча рассматривали работу.
Потом Родион вдруг тихо спросил:
- Ты сегодня какая-то грустная.

Я сразу отвела взгляд.
- Всё нормально.

Он усмехнулся.
Очень спокойно.
Без насмешки.

- Художники никогда не умеют врать.

Я ничего не ответила.
Только снова взяла кисть.
Но рука дрогнула.
На холсте появилась неровная линия.

- Чёрт...
Я быстро попыталась её исправить.
Получилось ещё хуже.
Родион молча подошёл.
Положил рядом салфетку.
- Иногда...Не обязательно всё держать внутри.

Я шумно выдохнула.
- Не хочу об этом говорить.
- Хорошо.
Он кивнул.
- Тогда не будем.

Он сел на старый деревянный стул возле окна.
Достал из кармана потрёпанную тетрадь.
Полистал несколько страниц.
Потом вдруг спросил:
- Помнишь...Я говорил, что пишу стихи?
- Конечно.
- Хочешь ещё один услышать?
Я улыбнулась.
- Очень.
Он несколько секунд искал нужную страницу.
Потом начал читать.
Голос у него был тихий.
Спокойный.
Без пафоса.
Будто он не читал стихи.
А просто рассказывал историю.

Мастерская пахнет краской,
Старым деревом, зимой.
Здесь молчат чужие маски,
Здесь становишься собой.
Здесь на белом полотне
Можно заново родиться.
Если боль живёт во мне -
Пусть сначала растворится.
Пусть останется в мазках,
В синем небе, в белом свете.
Потому что иногда
Нас спасает только ветер.
Или кисть.
Или холст.
Или чья-то тихая улыбка.
Ведь сильней всего мороз
Там, где сердце ждёт ошибку.

Он замолчал.
В мастерской снова стало тихо.
Я долго не могла ничего сказать.
Почему-то именно сейчас...
Мне вдруг захотелось расплакаться.
Не от боли.
От того, что кто-то сумел так точно описать всё, что творилось у меня внутри.
- Красиво...

Едва слышно сказала я.
Он закрыл тетрадь.
- Спасибо.

...

Мы ещё долго сидели возле окна.
Разговаривали обо всём подряд.
О книгах.
О картинах.
О том, почему люди вообще начинают рисовать.
Родион рассказывал смешные истории из библиотеки.
Как однажды мальчишка спрятал между страницами энциклопедии записку с признанием.
Как пенсионер каждый вторник приходил за одной и той же книгой, хотя давно выучил её почти наизусть.
Я даже несколько раз рассмеялась.
По-настоящему.
И только потом поняла...
Впервые за последние дни мне стало немного легче.
Родион не пытался дать совет.
Не спрашивал лишнего.
Не говорил, что всё обязательно наладится.
Он просто был рядом.
Иногда этого достаточно.
...
Когда за окном окончательно стемнело, он поднялся.
- Ладно.
Пойду обратно в библиотеку.
А то читатели подумают, что я сбежал.
Я улыбнулась.
- Спасибо.
- За что?
- Просто...За сегодняшний день.

Он на секунду задумался.
Потом мягко улыбнулся.

- Иногда человеку нужен не ответ.
Иногда ему нужен кто-то, рядом с кем можно немного помолчать.

Он поправил шапку.

- До завтра, Кира.
- До завтра, Родион.

Дверь тихо закрылась.
Я снова осталась одна в мастерской.
Посмотрела на почти законченную картину.
Взяла кисть.
И впервые за долгое время почувствовала, что рука больше не дрожит

_____________________________________

1421 слов

Вчера главы не было....(
График загруженный пиздец..

Надеюсь что завтра будет две главы как ущерб...

Я НЕ ВОЗДУХАНКА!

Ставте звёздочки ☆!