2-художница
Утро было серым, но уже не таким тяжёлым, как вчера.
Кира шла к остановке медленно, почти на автомате, кутаясь в куртку. Город просыпался — мокрый асфальт, редкие прохожие, запах сырости и чего-то железного от рельсов.
Она старалась не думать.
Не получилось.
Каждый звук казался громче, чем должен был быть. Каждый резкий поворот головы заставлял её чуть сильнее сжимать ремень сумки.
— Просто обычный день, — тихо сказала она себе. — Просто утро.
Остановка была почти пустая.
Троллейбус пришёл через пару минут — старый, скрипучий, с запотевшими окнами.
Двери открылись с тяжёлым шипением.
Кира зашла внутрь.
Внутри было тепло.
Пахло электричеством, старым металлом и чем-то знакомым, домашним.
За рулём, как всегда, сидела Тётя Флора.
Она заметила Киру в зеркале сразу.
— О, явилась, художница, — улыбнулась она, не отрывая рук от руля.
Кира чуть выдохнула, как будто только сейчас позволила себе расслабиться.
— Доброе утро, Тёть Флор.
— Какое там доброе, — хмыкнула та. — Утро как утро. Садись давай.
Кира прошла вперёд и села рядом, как часто делала, когда в салоне было тихо.
Троллейбус дёрнулся и поехал по рельсам, слегка покачиваясь.
Несколько секунд они молчали.
Потом Флора посмотрела на неё боковым взглядом.
— Ты какая-то не такая сегодня, — сказала она спокойно.
Кира быстро улыбнулась.
— Просто не выспалась.
Флора прищурилась, будто не поверила, но давить не стала.
— Молодая, а уже «не выспалась», — проворчала она. — Это что, теперь мода такая?
Кира тихо усмехнулась.
И в этот момент напряжение внутри чуть отпустило.
Они ехали несколько остановок.
Флора рассказывала что-то про пассажиров, про начальство, про вечные проверки. Кира слушала вполуха, но сама атмосфера разговора постепенно возвращала её в нормальность.
И вдруг Флора сказала:
— Слушай, Кира.
— М?
— У меня через четыре дня день рождения.
Кира повернулась к ней.
— Правда?
— Ну да, — Флора махнула рукой, будто это ерунда. — Не юбилей, конечно, но всё равно… придёшь?
Кира на секунду растерялась.
— Я?..
— А кто ещё? — спокойно сказала Флора. — Ты же у меня почти как дочь уже. Не отвертишься.
Кира чуть улыбнулась.
И впервые за последние дни это была настоящая улыбка.
— Приду, — тихо сказала она. — Конечно приду.
Флора кивнула довольно.
— Вот и договорились.
Когда троллейбус подъехал к её остановке, Кира поднялась.
— Спасибо, Тёть Флор.
— Давай, художница. И не пропадай.
Кира уже стояла у двери.
— Не пропаду.
Двери закрылись, троллейбус поехал дальше.
Она ещё немного смотрела ему вслед.
И впервые за долгое время в голове стало чуть легче.
ДК встретил её привычной тишиной.
Охранник кивнул ей, не отрываясь от журнала.
— Здравствуйте.
— Здравствуй, — ответил он.
Кира поднялась по лестнице на второй этаж.
Коридор был длинный, знакомый, с выцветшими стенами и запахом краски.
Каждый шаг отдавался эхом.
Она шла медленно, пока не остановилась у знакомой двери.
Постучала три раза.
Пауза.
Щелчок замка.
Дверь открыл Юра.
— О, явилась, — сказал он сразу, как увидел её.
Кира выдохнула чуть спокойнее.
— Привет.
Они коротко кивнули друг другу — не как чужие, но и не как люди, у которых всё нормально.
Кира зашла внутрь.
В комнате пахло краской, бумагой и кофе.
На стенах висели их работы — афиши, эскизы, наброски.
Юра закрыл дверь и сел на стул.
— Короче, новости есть, — сказал он.
Кира сразу насторожилась.
— Какие?
Он провёл рукой по лицу.
— Директор ДК вчера видел наши картины.
— И?
Юра чуть усмехнулся.
— И сказал, что это можно выставить.
Кира замерла.
— Серьёзно?..
— Серьёзно, — кивнул он. — Но есть условие.
Она уже догадалась, что сейчас будет «но».
— Какие?
Юра посмотрел на неё.
— Новая афиша. Для ДК. Срочно.
Кира молчала пару секунд.
Потом медленно выдохнула.
— Ну конечно, — сказала она тихо. — Бесплатный талант по старой доброй схеме.
Юра пожал плечами.
— Зато выставка.
Кира посмотрела на свои работы на стене.
И впервые за долгое время почувствовала не страх и не напряжение.
А что-то похожее на движение вперёд.
— Ладно, — сказала она. — Сделаем.
Юра кивнул.
— Я так и думал.
И в комнате стало чуть легче дышать.
/////
В комнате стало тише.
После разговора повисло то особое состояние, когда вроде бы есть задача, но никто ещё не знает, с какой стороны к ней подойти.
Кира стояла у стола, перебирая листы бумаги. Юра сидел напротив, крутил карандаш между пальцами и смотрел в одну точку — на пустой ватман, который лежал перед ними.
— Ну что, гений, — протянул он наконец. — С чего начнём?
Кира хмыкнула.
— С того, что перестанем делать вид, что это легко.
Она потянула к себе ватман и разложила его ровно, прижимая края ладонями, чтобы не скручивался.
Юра усмехнулся:
— Уже лучше. Хотя бы честно.
Первые минуты они просто молчали.
Это было знакомо — у них так всегда начинались нормальные работы. Сначала тишина, потом спор, потом что-то живое.
Кира взяла карандаш.
— Афиша для ДК… — она задумалась. — Это же не кино и не концерт. Тут должно быть что-то… про нас.
— Про скуку? — сразу вставил Юра.
— Про жизнь, — поправила она.
Он закатил глаза, но не спорил.
Кира начала делать первые линии.
Сначала — фон: мягкий, но не пустой. Она выводила его уверенно, будто уже видела картинку в голове.
Юра наблюдал.
— Ты всегда так делаешь? — спросил он.
— Как?
— Будто уже знаешь, что получится.
Кира чуть пожала плечами.
— Если не знать — ничего не получится.
Он тихо фыркнул.
— Философ.
— Реалист, — спокойно ответила она.
Через полчаса на ватмане уже появлялись первые формы.
Юра подтянул к себе лист бумаги с заметками.
— Слушай, а если добавить что-то… живое? — сказал он. — Людей, движение.
Кира остановилась.
— Давай.
Он встал, подошёл ближе и начал быстро набрасывать силуэты — неидеальные, резкие, но живые. В его рисунках всегда было больше энергии, чем аккуратности.
Кира посмотрела на это и кивнула.
— Вот это лучше.
— Я знаю, — сказал он с лёгкой улыбкой.
Они постепенно втянулись.
Кира работала над композицией, выстраивала баланс, свет и пустоту. Юра добавлял детали — движения, линии, эмоции.
Иногда они спорили.
— Тут слишком пусто.
— Нет, тут дыхание.
— Это не дыхание, это дырка.
— Ты просто не видишь.
— Я вижу.
— Нет, не видишь.
И снова тишина, но уже не напряжённая — рабочая.
Через какое-то время Кира откинулась на спинку стула.
— Странно, — сказала она.
— Что?
— Мы делаем афишу для ДК… а ощущение, будто что-то большее.
Юра посмотрел на неё.
— Потому что у нас всегда всё «что-то большее», — сказал он.
Кира усмехнулась.
— Похоже на правду.
Она снова взяла карандаш, но на секунду остановилась.
Рука чуть дрогнула.
В голове мелькнуло вчерашнее — чёрные машины, резкий звук, бег.
Она моргнула и резко перевела взгляд на бумагу.
— Кира? — Юра заметил.
— Всё нормально, — быстро ответила она.
Слишком быстро.
Он посмотрел на неё внимательнее, но ничего не сказал.
Просто кивнул:
— Давай добьём.
Они работали до позднего вечера.
За окном темнело, свет в комнате становился жёлтым и тёплым.
Афиша постепенно «собиралась» — из разрозненных идей превращалась в цельную вещь.
Когда Кира поставила последний штрих, она откинулась назад и выдохнула.
— Всё.
Юра наклонился ближе.
Молчал несколько секунд.
— Получилось, — сказал он наконец.
Кира слабо улыбнулась.
— Да.
Они сидели рядом, смотря на готовую работу.
И впервые за эти два дня в её голове не было шума.
Только усталость.
И странное чувство, что что-то в её жизни всё равно уже сдвинулось — и назад не вернётся.
///////
Они закончили уже когда на улице стало темно.
Свет в комнате казался слишком тёплым по сравнению с тем, что было за окном. Кира накинула куртку, взяла папку и остановилась у двери.
— Я тебя проведу, — сразу сказал Юра.
Кира покачала головой.
— Не надо.
— Кир, темно уже.
— Всё нормально, — она попыталась улыбнуться. — Я тут недалеко.
Юра посмотрел на неё дольше, чем обычно.
— Точно?
— Точно.
Пауза.
Он всё-таки кивнул.
— Ладно. Но позвони, когда дойдёшь.
— Позвоню.
Она вышла, не оборачиваясь.
Улица встретила холодом.
Фонари горели тускло, асфальт блестел после дневной сырости. Людей почти не было — только редкие силуэты, быстрые шаги, закрытые лица.
Кира шла быстрее, чем обычно.
Сама не замечала, как ускоряется.
В голове снова начало шуметь.
Каждый звук казался подозрительным.
Каждый шорох — слишком громким.
— Спокойно, — прошептала она себе. — Ты просто идёшь домой.
До подъезда оставалось буквально несколько минут.
Она уже видела свой дом.
И именно тогда почувствовала, что кто-то рядом.
Слишком близко.
— Эй, — раздался голос.
Кира резко обернулась.
Мужчина. Лет тридцать, может чуть больше. Взгляд неприятный — цепкий, липкий.
— Чего такая спешка? — сказал он, делая шаг ближе.
— Отстаньте, — быстро ответила Кира и попыталась обойти его.
Не получилось.
Он резко схватил её за руки.
Кира вскрикнула, но звук вышел сдавленный.
Он прижал её к стене.
— Тихо, — прошипел он.
Она начала вырываться.
Сильно. Резко.
— Отпустите! — голос сорвался.
Он не отпускал.
Кира пыталась кричать, но он сжимал её всё сильнее, перекрывая воздух. Паника накрыла мгновенно — резкая, жёсткая.
В голове только одно: выбраться.
Она била его руками, пыталась оттолкнуть, но сил не хватало.
Мир начал сужаться.
И вдруг — свет фар.
Резкий.
Чёрная машина остановилась прямо рядом.
Дверь открылась.
Шаги.
Тяжёлые.
Уверенные.
Мужчина не сразу понял, что происходит.
А потом его резко оттащили.
Кира почувствовала, как давление исчезло, и буквально сползла вниз, на колени.
Она жадно вдохнула воздух, пытаясь восстановить дыхание.
Перед глазами всё плыло.
Она слышала только звуки — короткие, резкие. Удары. Глухие.
Не смотрела.
Не могла.
Когда всё стихло, стало слишком тихо.
Кира всё ещё сидела на земле, сжимая руками куртку, пытаясь успокоиться.
Шаги приблизились.
Она подняла голову.
Перед ней стоял парень.
Высокий. Тёмные кудри, лицо резкое, но спокойное. Слишком спокойное для того, что только что произошло.
Он смотрел на неё внимательно.
— Живая? — спросил он коротко.
Кира кивнула, всё ещё тяжело дыша.
— Да…
Он протянул руку.
— Вставай.
Она на секунду замялась, но всё-таки вложила свою ладонь в его.
Он помог ей подняться легко, будто она ничего не весила.
Кира не сразу отпустила его руку.
Слишком страшно было снова остаться одной.
— Спасибо… — тихо сказала она.
Он чуть кивнул, как будто это было чем-то обычным.
Потом посмотрел куда-то в сторону, на лежащего мужчину.
— Запомни, — сказал он спокойно. — В таких районах по вечерам лучше не ходить одной.
Кира сглотнула.
— Я… недалеко живу…
Он перевёл взгляд обратно на неё.
И в этот момент что-то щёлкнуло.
Знакомое ощущение.
Она его уже где-то видела.
Не лицо.
Силуэт.
Движения.
Холод внутри стал сильнее.
— Тебя проводить? — спросил он.
Кира замерла на секунду.
Перед глазами вспыхнуло вчерашнее.
Чёрные машины.
Люди.
И один из них…
Она резко отвела взгляд.
— Нет, — сказала она быстрее, чем хотела. — Я сама.
Он прищурился, будто заметил эту реакцию.
Но ничего не сказал.
— Как хочешь.
Кира сделала шаг назад.
Потом ещё один.
— Спасибо… ещё раз.
Он кивнул.
Она развернулась и быстро пошла к подъезду.
Не оборачиваясь.
Хотя чувствовала — он смотрит.
А за ней потянулся приятный шлейф духов.
Когда она зашла в подъезд, руки всё ещё дрожали.
Она прислонилась к стене и закрыла глаза.
И только сейчас позволила себе подумать:
«Это он».
Она не знала имени.
Но она знала точно.
Она уже видела его.
Там.
У воды.
И теперь он стоял перед ней.
------------------------------------------------------------
1714 слов
Вот и вторая глава подъехала.
Надеюсь эта история вам понравится)
Ставте звёздочки ☆