глава 21
Мариела Берллини
Маттео спал рядом, обнимая меня за талию, а я лежала на его груди, уткнувшись носом в его шею, как котёнок.
Может, вчера он и говорил правду, что изменять не собирается, но я ему не верила. Хотя где-то в глубине души хотелось верить: может быть, после свадьбы он и не изменял... а может, и да.
Я не понимала, зачем мы спим вместе. Да, может быть, это ради моей безопасности от того сумасшедшего. Но зачем мы занимаемся сексом? Возможно, чтобы удовлетворить желание. Ведь ясно, что мы надолго застряли в этом браке. И то, что я на противозачаточных...
Даже когда Маттео спросил, принимаю ли я таблетки, я не уточнила, что он детей не хочет.
Если мы проживём в браке всю жизнь, рано или поздно эта тема всплывёт. Но я не хочу родить в сорок лет, пока кто-то решит.
Детей я обожаю. Особенно Марселу - дочь Димира и Милисы. Она прямо ангелочек в свои четыре или пять месяцев. Эта маленькая крошка, которая ничего не понимает, что ей говорят... Я готова месяцами сидеть с ней. Она как котик - послушная, милая. С этой улыбкой, которая дороже всего на свете.
Милая девочка с карими глазками, как у её мамы Милисы.
Милиса иногда рассказывает, что с её матерью отношения были натянутые и такими остались. Да, бабушка, конечно, прекрасная. А что касается Милек, её сестры, - она уехала в другую страну.
Я уже не спала примерно час, просто думала, копаясь в своей голове: прошлое, будущее... и всё это бессмыслица.
Я ревновала к его сестре. Как низко я пала... Это ведь просто фиктивный брак, сделка, не больше. Объединение компаний, ничего такого. Просто выгодная сделка. Я не должна ревновать Маттео к его девушкам, любовницам, тем более к тем, с кем он спит.
- Долго уже не спишь? - спросил Маттео хриплым голосом, от которого я вздрогнула и напряглась.
Подняв на него глаза, я посмотрела в его зелёные, затуманенные от сна глаза.
- Нет, - сказала я.
- Солнышко, я тут понял одну вещь: от тебя нужно держать подушки подальше. Будем спать без подушек - опасно. А то так ты и дом сжечь можешь случайно, - сказал он, улыбаясь, и я невольно сама улыбнулась.
То тапком в него кину, то подушкой, то ворота умудрюсь сломать, а теперь вазу разбила за сорок миллионов.
- Это тебя не спасёт, - сказала я, улыбаясь, глядя в его зельоные глаза, где было смеха и веселья.
- Я тут вспомнил, что и гроб сожгла. Так что тебя нужно изолировать от людей, - сказал этот придурок, выпендриваясь. Он думает... Я цокнула языком, и меня потянуло сделать очередную глупость по жизни.
Наклонившись к его шее, я впилась зубами в кожу. Он напрягся, но не оттолкнул. Только дыхание выдавало нервозность. Через секунду я отстранилась, увидев следы своего укуса - покраснение кожи. Я улыбнулась.
- Змея ядовитая, - сказал этот чукумбер, поднимаясь на локтях и обнажая торс, где виднелось спортивное тело.
Но когда до моей головы дошло, что этот сукин сын назвал меня змеёй ядовитой, я недолго думая схватила подушку, швырнула ему на лицо и начала давить.
И плевать было, что я села на кровати и обнажила своё тело. Силы были неравные, и он легко отбил подушку с лица, как и мои руки. Всё же эта макака смеялась. Но когда его глаза полезли вниз, на моё тело...
Бросив в его тупую и смазливую морду подушку, я накрылась одеялом, чтобы эта малфа ничего не видела.
- Что я там не видел, солнышко? - сказал Маттео, отбрасывая подушку в сторону и наклоняясь ко мне так, чтобы мы смотрели друг другу прямо в глаза.
- Твою смазливую морду, - прошептала я, как ядовитая змея, ему в лицо. Он улыбнулся.
- Если бы это была смазливая морда, ты бы не ревновала к моей сестре, - начал этот придурок.
И что? Я же не знала, что это его слова. Тем более я никогда о ней не слышала, и Маттео о ней не рассказывал. А я и не спрашивала.
- Каюсь, грешна я, - сказала я с сарказмом и хитрой улыбкой. Я хотела уже ляпнуть что-то дурное, но его телефон зазвонил. Он протянул руку к тумбочке и принял звонок.
А я воспользовалась шансом и свалила в ванную комнату. Там осталась моя одежда, а голой ходить по дому было как-то идиотски.
Включив тёплую воду в душе, я залезла в кабинку и начала смывать с себя вчерашнюю ночь. Ванесса оставила мне тут шампунь и гель для тела.
И я начала тереть кожу, мыть её, пока чужие руки не обхватили мою талию, и я вскрикнула, когда они прижали меня к тёплой груди.
А нос, зарывшийся в мои мокрые волосы, заставил меня напрячься, понимая, что это сзади меня - Маттео, голый.
- Маттео... - тихо прошептала я, не оборачиваясь.
- Что, солнышко? - спросил он, пока его руки нагло спускались вниз к моему клитору. Я затаила дыхание, понимая, что он собирается делать.
- Я собираюсь принять душ, - ответила я, пытаясь убрать его руки от себя, но он только сильнее прижал меня к себе.
- Потом, - сказал он, кусая мою шею и оставляя следы, показывая, что останавливаться не собирается. Если я сейчас ему не откажу, он продолжит, и из ванной мы вряд ли выйдем.
- Маттео, руки убери от меня! - сказала я, отталкивая его руки. Он их убрал, и я продолжила мыться, спросив: - Кто тебе звонил?
- Виола, моя сестра, - ответил Маттео.
Через полчаса мы вышли из ванной. Я оделась в вчерашнюю одежду. Маттео после разговора с тем, кто ему звонил, ничего не сказал. Мы спустились на первый этаж.
- Уходите, - сказала Ванесса, глядя на меня. Маттео не обратил на неё внимания и вышел из дома. Она удивлённо подняла бровь.
- Да, уходим, - сказала я, посмотрев на дверь, которая закрылась за Маттео.
- Вы поссорились? - спросила она.
- Нет, я ему отказала в сексе, - сказала я, идя к двери.
- Муж и жена - одна сатана, - сказала она. Я закатила глаза и вышла из дома. Маттео ждал возле своей машины, открыл мне дверь на переднее сиденье.
- Садись, - сказал он. Я кивнула, пошла к машине и залезла внутрь. Маттео сразу закрыл дверь, я пристегнулась ремнём безопасности, пока он обходил машину, сел за руль, пристегнулся и завёл двигатель. Мы поехали.
- Через пару дней мы пойдём к моему отцу на ужин. Он хочет увидеть тебя, - сказал он, напрягая руки на руле и прибавляя скорость.
- А твоя мать? - спросила я.
Я ничего не знала о семье Маттео: ни об отце, ни о сестре, ни о самом Маттео. Я не знала ничего.
- Она в другой стране, - сказал он раздражённо.
Оставшуюся дорогу мы проехали в полной тишине. Я ничего не спрашивала, а Маттео был не очень разговорчив про свою семью. Я просто не лезла не в своё дело.
Приехав на территорию дома, он вышел, открыл мне дверь с моей стороны, пока я расстёгивала ремень, и подал руку. Я взяла её и вышла из машины. Он закрыл дверь, и я первой пошла в дом.
- У моей сестры язык такой же ядовитый, как у тебя. Надеюсь, вы друг друга не убьёте, - сказал он, открывая дверь и пропуская меня внутрь.
- То есть у меня язык ядовитый? Прекрасно. Лучше, чтобы этот ядовитый язык тебе ничего не наговорил. Говорить я не буду, - сказала я и пошла на второй этаж по ступенькам, цокая каблуками. В нашей спальне я бросила сумку на туалетный столик.
Сняла каблуки, пошла в гардероб, достала новую одежду - шорты и футболку - и пошла в ванную переодеться. Надела свои любимые пушистые тапки. Нужно будет этими тапками Маттео зубы выбить.
Когда я вернулась из ванной, Маттео что-то делал в ноутбуке, уже в спортивных штанах и футболке. Я легла на кровать и уткнулась в телефон, игнорируя его. В спальне стоял его рабочий стол, где он занимался делами.
Я листала ленту Инстаграма, не думая ни о чём. Его стол стоял возле стены, но если поднять взгляд, он был направлен прямо на кровать.
В комнате было тихо, иногда только шуршание бумаг и цоканье клавиатуры.
Так прошёл час: он работал, я листала ленту Инстаграма. Может быть, я ему отказала в сексе, но делать вид, что меня не существует, было как-то по-детски.
Он оторвался от своей работы. Хоть я и ничего не знала о его делах, только то, что он бизнесмен. Мне было наплевать: бизнес есть бизнес, зачем мне знать о том, в чём я ничего не понимаю.
- Солнышко, иди поешь, - сказал Маттео, бросив на меня взгляд и оторвавшись от бумаг. Его голос был командующий.
- А ты? - спросила я, оторвавшись от телефона. Он даже не соизволил поднять взгляд, читая какие-то бумаги. Это меня ужасно злило - ноль реакции, серьёзно.
- Я занят. Потом иди, - сказал он. Мне уже хотелось возмутиться, но я сдержалась. Бросила на него последний убийственный взгляд, встала с кровати, оставила телефон и вышла из комнаты, хлопнув дверью.
Но, вдохнув, я подумала: может, у него много работы, а тут я со своими закидонами. Спустившись по лестнице, я пошла на кухню. В доме было тихо, не знаю, где ходили дворецкий и остальные.
Я зашла в просторную и холодную кухню, где никого не было. Или у кого-то был отпуск, или они просто думали, что мы не вернемся к вечеру. Хотя Лилиана и оставила еду, я не собиралась её есть.
Поэтому, открыв холодильник, я взяла кетчуп, майонез, колбасу и сыр. Будем жить на бутербродах - плевать, не в первый раз.
Положив всё это на кухонный остров, я нарезала хлеб, который нашла в хлебнице.
Смешала на хлебе майонез и кетчуп, нарезала колбасу и сыр. Потом поставила чайник, чтобы приготовить кофе: сделаю этому бомжу кофе и поесть, а то вдруг этот сумасшедший сталкер объявится. Кто меня спасет, блять? Этот - на пустой желудок? Пришлось и Маттео делать бутерброд.
- Лилиана говорила, что ты не умеешь готовить, - раздалось за моей спиной.
Я автоматически напряглась. Это был женский голос, неприятный и со злорадством. Я обернулась, держа в руке нож, которым резала сыр.
- А может, мне просто лень готовить, - сказала я ядовито и свысока.
Как я поняла, это была сестра Маттео. Он даже не удосужился сказать, как её зовут. Я вернулась к нарезанию сыра.
- Ой, бля, я не представилась. Виола, сестра Маттео. Как я поняла, ты его фиктивная жена. Как тебя там звать? - сказала эта стерва своим отвратительным голоском.
Может, этот нож нужно было не в сыр воткнуть, а ей в шею? За пять секунд она смогла вывести меня из себя. И, надо же, сказала «фиктивная»... Ну ты и мразь. Как будто у Маттео есть еще одна жена.
- Мариела, - сказала я свое имя, не поворачиваясь к этой маленькой сучке.
- Точно, Мари... ела, - протянула эта сучка, растягивая мое имя так, будто оно было самым ядовитым.
В голову полезло только одно: Мари меня называет Ванесса, а Ела - Димир, но я его отучила. Эта маленькая курица меня разозлила. Если бы не свистнувший чайник, этот нож точно оказался бы в её шее. Я обернулась и посмотрела на эту Виолу.
- Не Мари и не Ела, а просто Мариела. И не нужно растягивать мое имя на два слова, надеюсь, это понятно, - сказала я, помахивая ножом в её сторону.
Хоть это и выглядело так, будто я ей угрожаю, и хоть она мне ничего такого еще не сказала, моя злость взялась ниоткуда.
Её глаза округлились, когда я это произнесла и покрутила ножом в её сторону, набрав в легкие побольше воздуха.
Но в голову внезапно полезла такая мерзкая и отвратительная мысль, которая никогда еще не появлялась: пойти и убить её. В мыслях уже прокрутилось, как я наношу удар за ударом и убиваю её.
Но, моргнув пару раз, я отвернулась и продолжила резать уже колбасу.
Уходя в свои мысли, я осознала, что в своей голове уже убила невинную девушку, которая мне ничего не сделала. Но в мыслях всё было так реально, что я закусила губу до крови. Мне нужно было успокоиться.
- Маттео рассказывал о Диларе? - спросила она, когда я уже выкладывала сыр и колбасу на хлеб.
Я повернулась к ней и подняла бровь. Я не понимала, о ком она говорит, и мне уже было насрать на бутерброд.
- Нет, а должен? - так же спросила я, беря чашку для кофе Маттео. Пусть этот паскуда примиряется.
- Ну как же, Дилара - бывшая твоего мужа. Они долго встречались... ну, вернее, спали вместе. Но вроде сейчас у неё кто-то другой. Она просто любит деньги. Короче говоря, она ищет, с кем переспать, только ради выгоды, - сказала она.
- Как шлюха, - ответила я.
На эту Дилару мне было плевать, потому что мой муж сказал, что сейчас он ни с какими девушками не спит, кроме меня.
- В точку, - с усмешкой произнесла она.
Я быстро сделала Маттео кофе и забросила бутерброды в микроволновку.
- А где Лилиана? Никого в доме нет, - спросила я, поворачиваясь к ней, скрестив руки на груди и глядя на сестру Маттео.
Девушка выглядела красиво: каштановые волосы и зеленые глаза, черты лица похожи на Маттео.
- У неё что-то случилось, вернется к вечеру. А остальные быстро убрали дом и ушли, - начала объяснять она, и я кивнула.
- Зачем ты рассказала мне про Дилару и про то, что Маттео с ней спал? - спросила я, подняв ровную бровь и постукивая по цепочке - моя любимая привычка, постукивать пальцами по шее.
- Я думала, ты знала. Тем более, неужели тебе не интересно, с кем Маттео спал? - спросила она.
- Нет, не знала. И мне всё равно, с кем Маттео спит или спал. У каждого из нас была личная жизнь до этого брака, - отрезала я.
И я выключила микроволновку, вынула бутерброды, взяла поднос и поставила кофе, на свою тарелку - свои два бутерброда, а на другую - Маттео.
- Маттео сказал, что у тебя есть какой-то псих, который присылает тебе угрозы, - сказала Виола.
- Да, есть, так что в случае чего он подумает, что я - это ты, и убьет тебя, - с сарказмом ответила я, проходя мимо нее, довольная, аккуратно придерживая поднос.
- Как мило, буду спать с ножом под подушкой, - дерзко ответила она.
Я закатила глаза, поднялась на второй этаж и пошла в комнату. Открыла дверь локтем. Маттео даже не удосужился поднять взгляд.
Я понесла поднос к кровати и поставила свою тарелку с бутербродами на тумбочку. А кофе Маттео и тарелку для него отнесла к его столу и поставила там.
Он соизволил посмотреть сначала на поднос, а потом на меня.
- Спасибо, - ответил он и вернулся к своим документам. Это меня вывело из себя.
- Не подавись случайно, - ядовито бросила я и пошла к кровати.
Я села на свою половину постели, и мне уже было плевать.
☆☆☆
Мои хорошие, ну как вам глава, понравилась? Если да, поставьте ЗВЁЗДОЧКУ, пожалуйста. Надеюсь, у вас всё хорошо.
Мой телеграм-канал - Моргана Вельм 💋. Напишите в поисковике ТГ, и он вам найдёт.
Также жду ваши комментарии, очень-очень сильно.
Люблю вас, мои хорошие 🩷