Silent nights

Внимание! Многие персонажи отличаются от канона, а точнее, их характер, и манера поведения/общения, так же, не будет дуэлей! И множества других событий, которые происходили в сериале. Сами главы, будут иметь  износилования, панические атаки, соперничество, и будет немало стекла. Надеюсь на то, — что вам понравится написание фанфика, и его личная история>3

Автор НЕ пропагандирует наркотики, и курение сигарет, все это — лишь образ наших героев! Для более приятного чтения, добавила от себя много разных своих выдуманных персонажей, которые понесут за собой отдельный мотив в истории! Всем всех длаг, и приятного чтения фанфика❤️

                                     ***

— Ну Ника-а! — канючила Олеся, пока мы прогуливались в хорошую погоду, по парку, — Ну вот скажи: что ты собираешься делать на домашнем обучении?

Я глубоко вздохнула, не желая отвечать на однотипный вопрос в миллионный раз. Олесе — не дает покоя то, что я не хочу ходить вместе с ней в школу, оставаясь на домашнем обучении. Честно, я не боялась ходить в школу с младшей сестрой, провожать её до младших классов, да и в принципе — это, было мне лишь в удовольствие. Я боялась окружение которое там было. Я наслышана о том, как многие поменялись в характере, — и что вообще происходит в том городке.

— Олесь, — я потянула младшую на ближайшую скамейку, ведь ноги уже невыносимо ныли, — Я не думаю что я смогу найти себе там друзей, ты ведь помнишь, что последние года, только Егор к нам ездил.

Олеся огорченно опустила свой взгляд в землю, начиная теребить края своей ветровки. Я понимала её огорчение. После смерти бабушки, мы и вовсе перестали ездить в городок под названием Коктебель. Тогда — для меня это было провалом, во всей моей жизни, — да настолько, что я даже жить дальше не хотела. Почти все семейство вытягивало меня с этого апатичного состояния, и после этого, — Егор, наш двоюродный брат, и вовсе стал на каникулы приезжать лишь к нам.

— Найдешь! — громко воскликнула младшая, вытягивая меня из мыслей, — Я уверена, ты же, очень интересная! Классная, и красивая!

Я хмыкнула на слова Олеси, понимая — что она еще достаточно мала для моих объяснений о жизни. Да, Олесе всего девять лет, и она слепо верит во всем на свете. Даже в мои глупые россказни, в которые, я кстати, сама особо не верю, — младшая же, безусловно верит каждому слову, взрослой, по её мнению, старшеклассницы.

— Эх, Олеся, — я ласково улыбнулась, аккуратно поправляя два небрежных хвостика сестренки, — Ну вот скажи: что мне делать то в школе? Меня, не уж то, забыли все давно, я честно даже не удивлюсь, если это так!

— А вот и нет! — сестренка хихикнула, прикрывая свой рот, маленькой ладошкой, — Я не думаю, что тебя могли забыть, мы же были там... — младшая замялась, а я лишь вновь хмыкнула, — Три года.

— Ну знаешь, — моя ласковая улыбка не слезает с лица, давая понять младшей, что все в порядке, — Три года, тоже срок. Если нас помнит Егор, это не значит, что нас помнят все.

— Помнят-помнят! — запричитала младшая свой детский лепет, а я лишь звонко рассмеялась.

— Да не думаю, — отмахнулась я, — Нам для начала, нужно, хотя-бы приехать туда, а потом уже посмотрим, кто нас помнит, а кто нет.

— Рита помнит! — теперь, заулыбалась уже Олеся. Рита — лучшая подруга семейства, и по совместительству — моя главная подруга детства. Так получилось, что мы потеряли все контакты, после смерти моей бабушки, оно и понятно: ведь я в своем апатичном состоянии, выкинула все свои старые вещи, заводя абсолютно новые, так и получилось, что у меня новая симка, и старых номеров, кроме Егора, у меня не было, — Рита нас очень-при-очень ждет! Я в этом уверена!

Я усмехнулась со слов младшей, и улыбчиво смотрела в голубое небо. Как никак, все таки уже почти конец ноября — и должно холодать, но нет — не в нашем регионе. Да и в Коктебеле, не особо холодно, — хотя, кому я вру? Температура там, немного, но все же ниже нынешней. Я в принципе, привыкла ко всем температурам, — ведь в каких городах я только не бывала.

— Ну ла-адно, — протянула я, осматривая зеленые газоны, вокруг меня, — Может быть, Рита и помнит нас, ну а кто дальше?

— Не знаю... — опечалено вздохнула младшая, а я почувствовала укор совести.

Она младше.

Думай что ты говоришь, бестолочь.

— Ну, чего ты? — я притянула к себе сестру, затаскивая её, в свои собственные тиски, — Найдем мы себе там, намного больше лучше, и новых друзей!

— Правда-правда? — младшая подняла на меня свои искренние голубые глаза, в которых, я увидела надежду. Ну и как ей соврать?

— Конечно! — радостно воскликнула уже я, — Наверняка, там будут люди, которым мы приглянемся.

— Я вот, очень рада что мы уезжаем от сюда!

— Почему? — я вопросительно выгнула бровь, смотря на радостную младшую.

— Знаешь, тут все, какое-то... — та замялась, наверное, подбирая нужные слова, — Ненастоящее что-ли, кажется, будто ты живешь в иллюзии, а не в реальности.

И даже тут наши мнения слились в одно целое. Мне этот городок, всегда казался каким-то ненастоящим... Серым что-ли? Люди здесь тоже, не отличаются от атмосферы города конечно. Такие же фальшивые, и ненастоящие. И это было давно понятно: как только я переехала сюда, я сразу поняла, что настоящих искренних друзей, здесь ты толком не обретешь. Поэтому, лишь бы не стать последним изгоем, пришлось давиться тем — что имеется.

— Ты права, — я грустно хмыкнула, пиля своим взглядом дерево, — Я думала что только я, замечаю что-то странное, ведь, даже мама не пыталась заговорить на эту тему.

— Будто мама заговорит с нами на подобные темы, — буркнула младшенькая, смешно надувая свои губы.

— Ты кстати, уже собралась? — аккуратно перевела тему я, лишь бы, не портить и себе настроение, и Олесе.

— Ну... — Олеся вновь задумалась, вызывая у меня волну положительных эмоций, — В принципе да! Игрушки только осталось запихать в рюкзак, и я готова!

— Тогда все отлично, — я вновь улыбнулась, наблюдая, за серыми лицами людей, — Я тоже почти все собрала, думаю, все самое необходимое, утром запихнуть.

— Вот-вот! — поддакнула младшая, и в один момент, мы засмеялись.

***
Егор.

— Да тихо вы! — рявкнул Егор, на присутствующих людей в базе, показно закатывая свои глаза.

— Я те щас всеку блять! — заорал во всю глотку Киса, шутливо подставляя свой кулак, к лицу Хенка, — Не беси меня, ментёныш хуев!

— Киса!— пискнула Рита, возмущаясь с этой глупой стычки двух давних друзей, выражение её лица нужно запоминать, ведь оно: до нельзя смешное, — Что же вы как маленькие а? Трактор игрушечный не поделили?

— Ой, завали Ритка! — отмахнулся Киса, даже не взглянув на негодующую подругу детства.

— ТИХО! — заорал во всю глотку Егор, привлекая к себе абсолютно все внимание друзей. База резко утихнула, погружаясь в тишину, — У меня интересная новость, Киса, можешь не слушать.

— Это еще почему? — возмущенно буркнул кудрявый, зарываясь в свою куртку носом, а дальше и всем лицом, оставив на вид только свой мрачный взгляд.

— Потому что, все равно не поймешь, о чем идет речь, — пояснил Егор, присаживаясь на ближайший стул, — Завтра приезжает Ника.

— Да ну нахуй! — заорал Хенк, подпрыгивая со своего отсиженного места, — Реально чтоль?

— Какая еще Ника? — с вопросительной интонацией спросил Киса, сложив рядом с собой руки, — И почему я не вкурсах того, что вы, — он выделил последнее слово, стреляя во всех, подозрительным взглядом, — Третесь не понятно с кем, а я даже знать не знаю её блять!

— Киса, ты можешь помолчать уже а? — глубоко вздохнула Рита, закидывая ногу на ногу, — Ника, наша давняя подруга детства, ну вот, что тебе дала эта информация?

— Ну. что не левая девка, — он усмехнулся, принимая позу «Царя», выныривая из своей излюбленной куртки.

— Ну вообще, — подал голос Гена, выпивая свое честно заслуженное пиво, — Ника такая ахуительная! Вот правда! Че вы зырите на меня как таракан на тапок? Она мне как сеструха!

Теперь, все внимания было приковано к полупьяной туше Зуева. Тот, выглядел действительно плохо. Нет, не в плане внешне, в плане — пьянства. Его состояние не особо было понятно даже самым близким людям, ведь, только черт его знает! Пьет не просыхая, барыжит наркотиками, и его уже даже пытались посадить за это! Ну вот, что с ним не так? Хороший же парень... Был, ключевое слово в этой ситуации. Но сам по себе Гена, очень даже хороший парень, который наверняка не бросит своих людей в беде.

— Бля, ты кому свои речи читаешь то, фраер? — усмехнулся Киса, подхватывая свою гитару, себе на колени, — Ес че, как я понял, вы все тут за неё шарите, как обычно обделяя меня.

— Ой завали еблет, — Хенк показательно закатил глаза, заранее высовывая язык наружу, — а увидев недовольную рожу Кисы, глупо рассмеялся, — Ника хорошая пиздец! Я уже представляю как мы проведем время... А она на сколько вообще собирается приехать?

— Навсегда, — с каплей безразличия ответил Егор, а все взгляды вокруг стали удивленными.

— Ахуеть! — вскрикнула первая Рита, расширивая свои глаза.

— Еба-ать, — поддержали её, Гена и Хенк. И только один Кислов, сидел недовольный, как ребенок без любимой игрушки.

— Кис, чего рожу такую делаешь, будто огурцов объелся? — усмехнулся Егор, проверяя разные болты в своей ладони.

— Отъебись а, — буркнул вновь тот, опять заныривая лицом в куртку. Ну точно будущий водолаз, — Я даже малейшего представления не имею, с кем мне прийдется тут вариться еще, а если она фифа городская приедет, и будет тут нами потыкать?

— Да с чего такие выводы? — недовольно отозвалась Рита, а её веселый настрой покинул девушку, в ту же секунду, — Вы лично не знакомы, ты как можешь её уже осуждать? Вот меня прям раздражает эта черта твоего характера в тебе!

— Кисуля у нас любит обсирать людей, — усмехнулся сзади Гена, вновь делая жадный глоток пива, — Потом сам влюбится в неё, и будет под ногами ползать! Клянусь бля-я! — Гена загоготал, чуть не падая со спинки дивана.

— Завали еблет! — рявкнул тот, вызывая у друзей волну смеха, — Я щас тут всем всеку, если бесить меня не перестанете, поняли меня?!

***

Очередная тряпка летит в мой огромный чемодан, который был куплен для переездов. Ну вот кто же знал что меня настигнет аж очередной переезд? Вновь сборы вещей, половина из которых, кстати, полетит в мусорку.

И откуда у меня столько тряпок? Мне же вечно нечего носить! Оказывается, нужно почаще перебирать свой старый и запыленный шкаф в углу комнаты. Мне было до боли жалко, выкидывать такие красивые вещи, но, места в чемодане уже не хватало на остальное тряпье, поэтому мой выбор был более чем очевиден.

— Вероника, ты долго? — строгим голосом спросила мать, вплывая в мою комнату. Все как обычно: нахмуренные брови, недовольное лицо, и на плече, небрежно повешенное полотенце, — Скоро отбой, завтра подъем рано, выезжаем в пол пятого утра.

— Я помню мам, — отмахнулась я, от очередного разговора с мамой, — Ты это, повторила уже раз десять только за сегодня.

— Не перечь матери! — рявкнула женщина, схватывая со своей руки полотенце, — Ишь какая взрослая нашлась! Выросла на мою голову, теперь думаешь матери перечить можешь?! Да щас!

— Мам, — устало выдохнула я, поворачиваясь всем туловищем к лицу матери, — Прекрати пожалуйста.

— Больно надо, — махнула рукой та, поворачивая свою голову в сторону, — Я не за этим пришла.

— А зачем же еще? — я усмехнулась себе под нос, не отрывая взгляда от моей мамы.

— Я настаиваю на том, чтобы ты пошла в школу, — сразу с козырей, выдала та, наконец серьезно посмотрев на меня.

— Это еще почему? — я вопросительно выгнула бровь, складывая очередной свитер в чемодан.

— Кто будет приглядывать там за Олесей? Я что-ли? — она усмехнулась, скорее, сама себе, нежели надо мной, — Да и к тому же, подготовку к экзаменам тебе никто не отменял, в твоей онлайн школе не подготовят тебя так, как подготавливают в школах! Это не обсуждается Вероника.

— Хорошо, — безразлично ответила я, замечая как мать все же удосужилась уйти с моей комнаты.

Настроение было убито в ноль. Последняя надежда на лучшую жизнь, была стерта только что, моей собственной матерью, спасибо! Очередная нервотрепка с домашним заданием, и с домашкой младшей еще! Опять эти ранние подъемы с утра, невкусная каша с комочками от матери, и нудный школьный день. Не такую сладкую жизнь я себе представляла. Все же с матерью спорить себе дороже, поэтому — лучше послушать её без лишних раздумий, ведь потом — это еще обернется против тебя.

Да и если посмотреть под другим углом, школа — не такое плохое слово как кажется только со стороны. Я ощущаю себя всегда дегустатором, ведь слово «школа», — я каждый раз пробую как будто на вкус, жадно смакуя привкус на языке, пытаясь понять, какие же эмоции у меня от одного названия?

В принципе, если завести хороших друзей, школьные дни как минимум скрасятся, и не будет однотипных будней! Да и я не буду, настолько часто, видеть недовольную физиономию своей любимой матери каждый божий день. В принципе, все не так уж и плохо как я думала, в конце концов — у меня есть та же самая Рита с Егором, они, уж точно поддержат меня во всем.

Да и я думаю, и более чем уверена в том, что Рита с Егором особо рады моему приезду. Как никак, с детства все же дружим. Иногда мне становится очень интересно, как изменились все мои друзья аж за три года моего отсутствия? Наверняка все подросли, и черты лица поменялись!

У меня не было особо надежд на то, что я заведу по настоящему много друзей, которые будут мной дорожить. Как никак, Коктебель числится одним из самых криминальных городков в России, ведь — на каждом шагу тебе продают наркотики, где-то за подворотней, тебя прирежут, в принципе, жизнь там явно не скучная.

Главное в очередной раз привыкнуть к новой среде.

Мне не привыкать.

***
— Ну! Подъем! — мать ходила пять минут, крича на всю квартиру, и параллельно громки хлопая в ладоши — для более быстрого процесса пробуждения всего семейства.

Я выглядела мягко говоря... Не очень. Растрепанные волосы, помятая пижама, опухшие глаза, и до невозможности у меня болел живот. Я даже малейшего понятия не могу иметь, от чего конкретно, у меня заболел живот именно сейчас. Говорить маме — повторяю еще раз, это как пойти на смертную казнь, бездействуя, и не протестуя такому исходу событий.

Мать опять начнет свою лекцию о том, какие сейчас ужасные продукты, и о боже! Одна химоза в еде, которую я ем каждый божий день! Сейчас, у неё явно не было позитивного настроения, и даже заикаться про свои боли, — я не планирую. Себе дороже будет вся эта суматоха, думаю, будет попроще перетерпеть эту боль, особо не зацикливаясь на ней.

Выйдя из своей комнаты в коридор, я быстро направилась в ванную комнату приводить себя в божеский вид. Встав напротив раковины с зеркалом, я разглядела насколько у меня было опухшее лицо. Это выглядело так, будто я вчера пришла с драки, а не собирала пол ночи свои вещи, перебирая абсолютно каждый шкафчик в своей комнате. Включив воду, я быстрыми движениями стала умывать свое лицо, и переходить к чистке зубов.

Ехать нам в этот раз, около восьми, а то двенадцати часов! Я, честно, даже не представляю: отсижу ли я столько вообще в машине? Если представить картину, которая, скорее всего и будет, то это выглядеть будет примерно так: недовольная мать, которая будет рявкать на каждое слово отца, Олеся, которая со слезами на глазах будет пытаться сама себя успокоить, смотря в экран планшета, и я с недовольным лицом, и за это собственное лицо, — я получу отдельный выговор.

Мама все решила еще месяца три назад, договариваясь о переезде в новый городок. К великому удивлению, бабушка, все же переписала свою огромную квартиру на маму, — и именно в этой квартире, мы будем проживать оставшееся время. В какой-то степени, я даже жалею что не ушла после девятого класса, оставаясь до одиннадцатого. Могла бы себе уехать в другой город, позабыв навсегда, о своей матери. Но, вот как же была бы тут Олеся? Она наверное, сошла бы с ума.

У меня не было предвкушения о предстоящей поездке, была лишь одна надежда на ближайшие часы — чтобы к тебе лишний раз не лезли, и не копались в твоей черепушке. Леся, наверняка не станет лезть ко мне в процессе переезда, и просто будет смотреть свои мультики в планшете. А что буду делать я? Ответ, уж очень прост: я буду лишь спать, и слушать бесконечный поток музыки в своем телефоне. Другого счастья мне и не надо будет, если еще ко мне и не пристанут сегодня с глупыми вопросами, это отныне будет мой самый идеальный день на свете!

— Вероника, хватит попросту лить воду! — гаркнула мать, за дверью ванной комнаты, — И давай побыстрее, каша уже остывает.

Только не эта поганая каша...

У меня всегда были странные ощущения по поводу конкретной маминой готовки. Я пробовала разную еду, — от абсолютно разных личностей. И везде, получался какой-то деликатес, который хочется пробовать с каждым разом все больше и больше, а мамина готовка — это, мягко говоря, ужасно. Всегда я думала о том, что мать, готовит — лишь бы мы не умерли от голода, ведь было невооруженным глазом видно, что женщина даже не старается сделать блюдо, вкуснее.

— Вероника! — вновь рявкнула мать, выводя меня из собственных раздумий.

Я быстро выключила кран с водой, выходя из ванны, переходя в кухню. И увидела там полный семейный сбор. Мать, — у которой, уже были нахмуренные брови, глава семьи, который, судя по всему, уже умудрился попасть под раздачу от мамы, и заспанная Олеся. Уж очень интересная картина. Я быстрым шагом преодолела порог кухни, присаживаясь на свободной стул, рядом с младшей. Напротив меня, было все тоже угрюмое лицо матери, которое не желало лучшего.

— Ну? — вопросительно спросила мать, а все незаинтересованные взгляды, наконец, были переведены на неё, — Я для кого готовила? Для святого духа что-ли? А ну ка, быстро наложили себе еды!

Я глубоко вздохнула, понимая, что день — и сама поездка пройдет уж очень «весело», с таким то настроением у мамы. Встав из-за стола, я быстрым шагом направилась к плите, где стояла ненавистная манная каша. И да, я была права что изменений с каждым днем, все меньше и меньше. Каша, — все так же с комочками, а запах от неё, с каждым разом все, хуже и хуже пахнет.

Достав вымытую тарелку, я быстрыми и ловкими движениями принялась накладывать кашу, в свою тарелку. Сзади меня аж выстроилась очередь! Недовольный отец, который явно не выспался, а уже получил выговор от матери, и Олеся, что ждала своей очереди, плотно о чем-то задумавшись. Я быстро опомнилась, достав ложку из кастрюли, я быстрым шагом направилась к столу, есть это блюдо.

И о боже! Каша и вовсе не меняет свою структуру, и вкус. Все такая же противная, и серая. В каше уже давно не было вкуса по моему, личному мнению. Сейчас, я будто питалась ради галочки от матери, которая, всеми силами старалась накормить, вечно недовольную семью. Вскоре к моему горю, присоединились отец с сестрой, которая выглядела уже веселой. Явно папа рассказывал, ей очередной анекдот, — от которых сестра просто без ума! Да и чего греха то таить, я и сама люблю послушать разные анекдоты папы...

— Так, все в сборе, — дала отчет мама, скорее всего, самой себе, — Ну значит, пришло время послушать, план нашего пути.

Ну только не сейчас!

Можно дать спокойно поесть?

— Мы не будем останавливаться в разных магазинах, кафе, и той прочей ерунде! — быстро отчеканила мать, будто, готовила эту речь на выступление, а не своей семье, — Туалет, еда, и все ваши прочие дела, делайте дома.

— Аня! — подал голос уже отец, наверное, устал молчать, — А если я ссать захочу?! Я не могу контролировать этот процесс в конце концов, ты вся какая умная, будет сидеть на милую душу, и контролировать кто чем занимается, а про меня подумала хотя бы? Мне ехать восемь часов!

— Сережа! — рявкнула в ответ мать, — А что, я что-то не правильно говорю?! Сначала: газировки, чипсы, и прочая химия, а потом что? Ой, мам, пап, мы хотим в туалет! И что нам делать?! На каждом шагу останавливаться что-ли?!

Ну началось.

Каждое утро в нашей семье — начинается одинаково, и это, уже как грустный анекдот. Ведь, действительно, в нашей семье утро начинается с громких криков, а заканчивается слезами младшей. Родители, уже совсем потеряли совесть, начиная ссориться в разных углах квартиры, абсолютно не интересуюсь тем, а как же сейчас их дети? И никого не колышет то — что каждое слово, я между прочим слышала! И именно я, а не кто-то другой, успокаивает младшую, давая надежду, на лучшую жизнь.

— Хватит! — отец ударил кулаком по столу, а мать все же, немного отошла от стола назад, — Не вари мне сейчас мозги! Я еще раз повторяю, пока ты, — он указал пальцем на мать, — Будешь сидеть, и смотреть сериалы, я буду следить за дорогой все чертовы часы!

И это помогло.

Помогло заткнуть мать.

Я не горжусь этими словами отца, не горжусь в конце концов уже своей семьей. Я привыкла к тому, что живем да живем, никому нет дела то ментального состояния друг-друга. И это стало порядковой нормой. Я все так же продолжала сверлить взглядом свою тарелку, с уже давно остывшей кашей. Я не надеялась на то — что после переезда, моя жизнь изменится на все сто восемьдесят градусов, как это бывает в основном в фильмах. Я лишь надеялась на оставшуюся спокойную жизнь в этом городке.

— Доедайте, и проверьте свои сумки, — с ноткой расстройства сказала мама, удаляясь с кухни прочь.

Искренне маму было жалко, ведь, она далеко не хотела такую жизнь. Вечно переезжать из-за отца, по разным городам, жить с двумя детьми, за которыми тоже нужно приглядывать, успевать все делать, — и главное, держать на своем лице улыбку. Я не ненавижу мать, но и особой любви у меня к ней нет. Она полностью поменялась после рождения Олеси, начиная всячески истерить, и винить во всем, всегда окружающих. Как бы я ни старалась, я никогда не смогу понять, что творится у неё в голове?

***
— Ну-ну! — верещала мать, бегая с одного конца квартиры, в другой, — Быстрее собираем свои сумки, и на выход!

Я говорила что жалею свою мать?

Забудьте эти слова как страшный сон.

Я быстро схватила с тумбочки свою косметичку, и выдернула с розетки свою проводную зарядку. Аккуратно все сместив в свой и так увесистый портфель, я стала проверять наличие важных мне вещей: телефон в кармане, зарядка, ноутбук, наушники, повербанк, жвачка... Ну в целом, я вполне даже собрана! Папа уже давно отнес мой чемодан вниз, прямо к машине, которая разогревается, для нашего пути.

Взяв портфель с пола, я быстрыми движениями накинула его к себе на плечи, все же выбираясь из своей комнаты. И я бы сказала, что зря я так громко хлопнула дверью, даже не подумав об последствиях этого, вроде, не особо важного действия. Мама смерила меня очень злым взглядом, руки были по бокам, а сама фигура женщины, не предсказывала ничего хорошого. Можно было надеяться только на такой, злой взгляд, — и на этом, я бы сказала спасибо.

— Вероника! — громко рявкнула мать, а младшая от такого выпада матери, уронила свой портфель, — Сколько раз я говорила не хлопать дверьми? Это разве так сложно, аккуратно закрыть дверь? Бегом на улицу!

Мой мозг не успел переварить очередную тираду матери, поэтому, меня хватило лишь на неудовлетворенный кивок. Я аккуратно взяла сестру за её ладошку, и быстро потянула младшую в сторону прихожей. Квартира заметно опустела, да так, что там аж появилось эхо. Было очень не привычно, от такого вида, — вроде не старой квартиры. Бегом обувшись в сапоги, и коричневую куртку, я помогла Лесе надеть на её макушку шапку, и застегнуть куртку.

Мы быстрыми шагами вышли из квартиры в подъезд, подходя к старому, — и измученному лифту. Я перекидывала вес со своего тела с одной ноги, на другую, — со стороны, это выглядит так, будто я от чего-то очень волнуюсь, но нет! В принципе со стороны, все это, выглядит как побег из дома, двух детей, которым не оплатили очередную дорогую хотелку, ведь спешили мы действительно, очень подозрительно. Ну а что поделать? Лишнего времени у нас явно не будет, а вот уже и лифт приехал.

Выйдя как можно быстрее из душного подъезда, ведь, одеты мы к слову очень тепло, в лицо сразу ударил холодный уличный воздух, я вдохнула полную грудь воздуха, и сразу, стало намного легче. Найдя глазами знакомую перегруженную машину, я потянула младшую за ладонь, к главе семье. Отец выглядел куда уставши чем утром. Огромные синяки под глазами, и морщины на лбу, — давали понять, что человек устал.

— Вы все? — спросил отец, доставая из кармана куртки пачку его любимых сигарет, — Садитесь в машину, сейчас уже поедем.

Я быстро кивнула, открывая дверь на заднем сидении, машина у нас достаточно просторная, поэтому, — проблем со сном я не вижу от слова совсем. Сев на мягкое сидение, я достала из багажника теплый, большой, плед. Аккуратно разложив плед, по всей длине салона, я начала снимать с себя куртку, и ботинки. Как никак, в салоне, было намного душнее чем в том же самом подъезде. Олеся сидела рядом, и уже успела достать свой планшет.

Увидев в окно мать, я сразу же глубоко вздохнула, понимая, — какая будет интересная поездка. Мама спешила, таща в своих руках свои вещи. По одной физиономии женщины, было понятно: её настроение упало ниже бездны, значит, будет куда сложнее терпеть её подначки. Наверняка, мама пристанет ко мне, с очередной ерундой, лишь бы поругаться, ей богу! Мне хотелось лишь, напиться сока, и объесться сладостей на пару с Олесей.

— Ну? Сереж, когда едем? — подозрительно ласковым голосом, спросила мать.

— Погоди Ань, — спокойно ответил ей отец. У меня что, галлюцинации?

Я встретилась с вопросительным взглядом сестры, понимая, — что это вовсе не моя бурная фантазия, и уж тем более не галлюцинация. Олеся, видимо, тоже удивилась происходящему. Кажется, уже все видели какие недоуменные лица были у нас с сестрой, ведь, мама с папой стали общаться намного реже, если они общаются: то это исключительно ссоры, где вечно все виноваты, но не они одни, в более частом случае, они просто игнорируют друг друга, и стараются намного меньше пересекаться в общей квартире.

Папа быстро кинул бычок в урну, и быстро сел за руль машины. Мы с младшей уселись поудобнее, ведь, ехать нам все же не мало. Я сразу достала из кармана своих спортивных штанов телефон, начиная листать уведомления которые пришли мне за ночь, и совсем недавние. Большинство, была лишь реклама, либо назойливые парни с Вк, которые, все горят желанием узнать меня поближе. Мне же оно не надо, ведь, я уже уезжаю, и как мы узнаем друг друга поближе? По переписке что-ли?

Но мои глаза, зацепились за одно интересное уведомление.

«Егор Меленин:
— Ника привет! Вы уже выехали? Мне мама говорила, что вы сегодня приедете. У меня для тебя небольшой будет сюрприз, думаю, ты обрадуешься) Очень жду тебя. — »

«Вероника Шевченко:
— Приветик братец, выехали с горем по полам, я тоже оче-еень, жду когда приеду, да бы потискать вашего кота!) — »

Я улыбнулась, ведь знала, — что у меня действительно, идеальные родственники. Тётя Света, прекрасная женщина, которая понимала меня еще с далекого детства. Честно, я даже не вспомню, когда наши простые разговоры, переходили в более взрослые темы, которые, по моему мнению, было рано обсуждать. Хоть, Тётя Света и работает в катакомбах, я уверена, — она знает малую часть базы психологов, каждая её лекция, была очень полезная для той же самой Олеси.

Олеся безмерно любила Тётю Свету, и Дядю Влада. Хоть Дядя Влада особо не было выловить в наши приезды, я уверена, — после переезда, наши семьи начнут видеться в разы больше, а семейные посиделки будут чуть ли не каждый вечер, ведь живем мы, достаточно близко друг от друга. Так выходило, когда бабушка была еще жива. Тётя Света, специально купила квартиру рядом с моей бабушкой, чтобы на всякий случай, она была рядом, и предприняла любые возможности для помощи. Я всегда удивлялась человечности своей Тёти, ведь, на первый взгляд, она выглядела хуже моей разъяренной матери. Думаю, по этому придумали такую важную поговорку, как: не суди человека, только по одному внешнему виду.

Детство с Егором, наверное, — было самое лучшее что могло произойти в моей жизни. Брат был очень понимающим, и сочувственным. Он мог понять любую мою печаль и боль, и всегда мог сказать важные слова, в худший период твоей жизни. Я каждый божий раз благодарила бога, за то, — что у меня есть такой понимающий человек в жизни. Но самое интересное, это то — что Егор, способен вытащить любого человека из апатичного состояния, помочь всеми своими силами, и сделать абсолютно невозможную вещь в мире. Егору было до всех, кроме себя самого. Он даже не пытается помочь себе, искренне отдавая себя людям, и как бы я не пыталась помочь ему в тяжелой ситуации, он при любой возможности отказывался, выстраивая по его мнению, «Логическую цепочку событий».

Мысли ушли далеко в детство, вспоминая, — как же было хорошо... Тогда, в нашей семье все было хорошо, и по нормальному. В те времена, только появилась на свет маленькая Олеся, которую, все безумно любят. Тогда, не было ссор в семье, и все понимали друг друга с полуслова, тогда, не было глупых конфликтов между двумя родителями, тогда было легче жить. Мама была по своему добрая, с легкой и ласковой улыбкой на своем красивом лице. Я не могу точно знать, когда все пошло не по той дороге, что свернуло в это русло. Если бы мне сказали, что я буду жить примерно так: я бы не поверила, и глупо рассмеялась с такой «шутки», крепко обнимая свою любимую маму.

В какой-то степени я даже была рада что переезжаю конкретно в Коктебель. Да, там умер самый близкий человек в моей жизни, но это не значит что я вовсе перестану туда ездить, из-за этой трагедии. Да и в принципе нету там никакой трагедии. Бабушка не болела смертельной болезни, по типу рака, не страдала деменцией, и прочим таким болезням. Бабушка умерла от старости, в возрасте восемьдесят лет. Иногда, ночью, на ночевках в старой квартире бабушки, я слышала тихие молитвы бабушки богу, о том — как она хочет в мир иной, к своей маме, к своему любимому мужу... И только одна эта мысль, заставляла меня глупо расплакаться в своей комнате, заглушая свои всхлипы подушкой.

Взглянув в окно, я наблюдала за расплывающимися силуэтами в окне, город быстро менял улицы, да и трасса сама по себе была пустой, — оно и понятно, время то, пять утра! Какой нормальный человек, в пять утра, будет куда-то собираться если не мы? Если только на работу, или на учебу... Вообщем, кому это надо? Людей на улице не было от слова совсем, даже, было мелкое ощущение того: что мы одни выжившие в мире, и как можно быстрее, спасаемся от зомби апокалипсиса. Я мысленно хмыкнула с этой глупой мысли, что не могла не заметить моя мама, папа же был сосредоточен только на дороге, не обращая внимания на звуки вокруг себя.

— Ник, — Леся тихонько потрясла меня за плечо, пытаясь привлечь к себе, мое внимание, — Давай поговорим... Или поиграем! Мне ску-учно, — начала канючить Олеся.

— Ну и во что ты хочешь поиграть? — незаинтересованно спросила я.

— В города! Давай в города? — кажется, у младшей, даже в глазах появились искры счастья, когда я повернула голову в её сторону.

— Дава-ай, — протянула я, снимая со своих ушей наушники, — Начинай.

— М-мм... — задумалась младшая, глядя в пол, — Москва! Тебе на «а»!

— Так не честно! — возмутилась я, — Ты сразу с козырей идешь, это не справедливо! — младшая лишь хихикнула на мои возмущения.

— А-аа... — протянула я, задумываясь о различных названиях городов на данную букву, — Архангельск!

— Киров!

— Владивосток!

— Кострома!

— Астрахань!

— Новосибирск!

— Курск!

— Ника! — шуточно рявкнула сестра, надувая свои щечки, — Ты специально?! Это какое-то жульничество! Ты вечно говоришь города, с окончанием «к»! Я не знаю больше!

— Коктебель, — подсказала мама, усмехнувшись с нас.

— Точно... — младшая ударила себя по лбу, а я лишь засмеялась, — А мы же туда едем? Точно?

— Туда-туда мы едем, — подключился к разговору уже папа, — Ты там давно не была, да и особо уже наверное ничегошеньки не помнишь то.

— Вранье! — выкрикнула сестра, привлекая к себе все внимание, — Я до сих пор помню хорошую подругу Ники, Рита её зовут...

— Рита... — задумчиво сказала мама, скорее для себя. Женщина будто пробовала это имя на вкус, пытаясь понять какие эмоции вызовут у неё это имя, — Припоминаю её, хорошая девочка.

— А как её не помнить то? — усмехнулся папа, — Помню: как-то раз прибегает к нам девочка с Вероникой, вся заплаканная, а её одежда запачкана в какой-то грязи, обе пытаются что-то нам донести, да мы разобрать ничего не можем с этого балагана! Завели мы Ритку к нам домой, умыли, напоили, да до сих пор помню её счастливое лицо, когда она увидела свои идеально выстиранные вещи.

Тут уже я и вовсе не сдержалась, начиная смеяться во весь голос. Как никак — это было в далеком детстве, когда воспоминания были закрыты ото всех, любыми замками в мире. Да только родители такого забыть точно не смогут, ведь друзья с Коктебеля, — отдельный вид искусства, который еще нужно полностью изучать. Но на удивление, мама с папой, Риту помнят хорошо, как и её мать. Ну конечно, как её мать не забыть? Честно, по одним только рассказам блондинки, мне было не по себе.

Мама Риты достаточно странный персонаж в моей жизни. Тётя Лена, — только выглядела хорошей и обычной матерью одной девочки, да вот совсем это наоборот оказалось. Рита рассказывала, что её мать: не такой ангелочек как только кажется. Тёте Лене, стало вообще не до маленькой Риты, она вечно пропадала либо на своей работе, либо ходила по разным свиданиям с мужчинами, да бы найти мужика в семью. Но если у неё не получалось найти мужа, — становилось страшно даже мне. Тётя Лена, заходила в страшный запой, виня во всем конкретно себя. Днем она была на работе, вечером в обнимку с бутылкой. И на удивление, даже моя мама об этом знала, и абсолютно всегда сочувствовала маленькой и наивной Рите, которая надеялась на хороший исход событий.

Вот сейчас: было до безумия хорошо ехать в такой идиллии. Я всегда забываю про то: что когда мы выдвигаемся в любимый Коктебель, у мамы на душе, будто спадает камень, и все цепи что её сковывают, резко теряют значение на теле женщины. Мама сразу становится развязной, с тем самым огоньком в глазах, и доброй улыбкой на лице. Олеся в ближайшее время, наверняка не отстанет от родителей, которые ведут себя как в старые добрые времена, они поддерживают диалог, о чем-то глупо смеясь, — да так, что на моем лице тоже появляется глупая улыбка от данных обстоятельств.

Все таки, мое мнение по поводу семьи — очень переменчивое.

Разговоры семьи, для меня идут скорее всего фоном, нежели основным звуком. Я слушала болтовню Олеси в пол уха, засматриваясь в окно, на котором уже появлялся рассвет. Солнце которое светило мне в глаза, заставляло лишь зажмуриться от такого ослепительного света в свои глаза. Наверное, еще бы час назад — я бы очень разозлилась на солнце, и надеялась бы на смену погоду, — желательно на облачную. Но сейчас, я только была счастлива от появившегося солнца, которое так и пыталось согреть всё и всех.

— Вероника, — прикрикнул отец, выводя меня из моих мыслей, — Задумалась?

— Есть такое немного, — я почесала свою ладонь, оглядывая родителей, на лице которых: были добрые улыбки. Даже и не верилось что это, происходит вокруг меня! — Вы что-то спрашивали?

— Мы спрашиваем, куда ты собралась поступать после окончания школы? — сразу же в лоб спросила мама.

Ну я бы еще знала!

Я честно, до сих пор особо не определилась кем точно хочу быть в своей жизни, — но знала точно, я хотела работать на такой работе, которая точно будет лежать в моей душе. Меня безумно тянуло пойти на кондитера, — это была моя мечта, с далекого детства. Да и с готовкой у меня всегда все было прекрасно: за что бы я ни взялась, блюдо всегда выходило шедевральным. Многие люди с моего окружения, всегда нахваливали меня, и мою готовку: а в особенности нахваливали мои блины! Да и навык готовки блинов, у меня выработался с самых десяти лет.

— Я не знаю, — честно ответила я, — Но, очень хочу пойти на кондитера там... — по правде? Я уже ждала осуждающих взглядов от мамы, и серьезного взгляда мамы, но так и не получила их, они лишь кивнули на это, и только мама открыла рот, чтобы что-то ответить, как её сразу же перебила Олеся.

— Да! Это будет очень-очень круто! — завопила Олеся, тараторя, — У Ники всегда очень вкусная еда, мне очень нравится её готовка! В особенности блины!

Да опять эти блины!

— Это точно, — усмехнулся папа.

— У тебя все получится дочь, — на лице мамы появилась ласковая улыбка, а я, даже и не поверила что это происходит именно со мной, было ощущение, что я в сладко приторном сне, в котором идеально абсолютно все до мелочей, — Оценки у тебя очень даже отличные! Я уверена, многие экзамены, ты сдашь на отлично! И поступишь куда ты так давно хотела.

— Полностью поддерживаю вашу мать! — Олеся на это громко засмеялась, — Вероника у нас, очень талантливая девочка, Олеся, тебе есть с кого брать пример в будущем!

— А я уже сейчас беру в пример Нику! — честно созналась Олеся, — Ника для меня, слишком крутая!

— Ой, ну что вы... — я сделала голос писклявым, и все до единого из семейства засмеялись.

***
Мы остановились на заправке, далеко за городом. Почти все два часа, мыс родителями проводили за разговорами, и постоянно хихикали с глупых историй папы из жизни. Впервые в жизни, у меня с утра было отличное настроение, а улыбка с лица — и вовсе не хотела слезать с моего лица. Да, я могла громко сказать на всю страну, что именно сейчас: я счастлива как никогда, и этот момент, хотелось растянуть как можно дольше, чтобы никогда этот момент не заканчивался, а если даже он будет иметь свойство «закончиться» — я до последнего буду оттягивать момент его окончания.

— Олеся! — громко воскликнула мать, — Мы еще не скоро остановимся как сейчас, сходи лучше в туалет!

— Я не хочу! — противилась Олеся, стоя рядом со мной, на улице.

— А потом захочешь! И что мы с твоим папой будем делать?

— Остановимся, и я схожу в туалет, — я громко засмеялась со слов сестры, и с её храбростью.

— Вот у тебя все так легко? — мама посмотрела на младшую хитрым взглядом, — А если папа не захочет останавливаться?

— Захочет! — воскликнула младшая, — Папе салон машины, кажется, важнее нас самих, он не допустит...

— Мы поняли! — вскрикнули мы с мамой в один голос, глупо улыбаясь с этой ситуации.

Папа же в этот момент стоял в круглосуточном магазинчике, где расплачивался за бензин. И вот наконец! Папа появился в поле зрения, в его руках было два стаканчика с кофе, а на локте: был не маленький пакет разнообразной еды. И даже дураку будет понятно, что это нам с Олесей. Да и чего отмалчиваться то? Я уже очень даже проголодалась после последнего приёма пищи, еще в нашей кухне...

— Вероника, — подошедший папа, быстро всунул мне увесистый пакет, который был набит всякой «дрянью», — Твоя миссия: незаметно это пронести, возле вашей матери!

— Что пронести? — вмешалась мама, сразу замечая пакет, — Это еще что?! Сережа!

— Что? — сказал отец, заправляя автомобиль, — Я тут вообще не при делах!

— А чье это?

— Да черт его знает, — я видела как папа сдерживал улыбку на лице, — Походу скомуниздили у бедных прохожих деньги, да и накупили себе всякого!

Ветер поднялся с новой силой, начиная трепать мои уложенные волосы. Я усмехнулась с выдуманной истории папы, а рука, уже начала немного изнывать от веса этого долбанного пакета! И что же он там нам набрал? Краем глаза я заметила мой любимый энергетик, чипсы, мармелад... Вот уж не думала, что сам папа будет мне спонсировать энергетики. Не было бы в руке папы два стаканчика с кофе, я бы предположила что он это купил для себя, закидывая в наш пакет, но нет. Это наверняка было куплено именно мне. Подняв свой взгляд, я уже видела как улыбается папа, и подносит указательный палец с губам. Я быстро кивнула, и запрыгнула назад, на свое излюбленное место.

Дальше дорога была куда скучнее, Олеся уснула буквально сразу же, оно и понятно: ведь младшая болтала буквально без умолку, стараясь как можно больше рассказать всего родителям, что накопилось за последнее время. Я уже сама не была в рассудке все нормально обсуждать, а музыка в наушниках стала становиться лишь спокойнее, будто, почувствовав мое уставшее настроение. И даже не было понятия почему я так вымоталась? Вроде, ничего такого не сделала, по улыбалась, поговорила, поиграла с Олесей в разные игры, но по ощущениям: я провела целый день на стройке, таская самые тяжелые железки с одного конца города в другой. Думаю, у меня случился переизбыток эмоций, всего за несколько часов проведенных с семьей, ведь: давно такого откровенного счастья я не испытывала находясь рядом с той же самой мамой. Такое настроение, из всей семьи, было направлено лишь одной маленькой Олесе, которая, безмерно любит меня всем сердцем. Её глаза, абсолютно всегда сдавали младшую. Своими глазами, она отражает всю искренность, и доброту в такой маленькой душе.

Мои глаза стали медленно закрываться, а я: определенно попала в сон.

Открыв свои глаза, я почувствовала как что-то щекочет мое бедро, руку, и лицо... Привстав на локти, я огляделась вокруг, и на мое удивление, я оказалась на поляне. Солнце уже начало уходить за горизонт, оставляя после себя красивый закат. Но даже с тем фактом, что уже наступает вечер: на улице все равно было достаточно тепло. Теплый ветер дул мне в лицо, а пряди волос лишь назойливо лезли в мое лицо, бездумно, я сразу стала заплетать волосы в косу, все так же анализируя где я нахожусь. Рядом с поляной, находилась речка, да какая! Было ощущение, что там хрустальная вода, и если я попробую зайти в воду: все резко разрушится, а вода помутнеет.

— Ника! — я подпрыгнула на месте от неожиданности, а ко мне, бежала Олеся, — Мы тебя вообще-то потеряли!

— Что? — я сонно потерла глаза своими ладонями, вставая с поляны.

— Мама с папой ждут на ужин, — сестра ласково улыбнулась, а мы пошли прочь с поляны, прямо к нашим родителям, — Они приготовили та-акую вкусняшку! Сказали: без тебя пробовать никто не будет, ну, и я быстро побежала за тобой, ты же всегда тут сидишь...

— Да ну? — я ласково улыбнулась, а Олеся взяла меня за ладошку, сцепляя вместе наши руки, — А ты хотела без меня попробовать?

— Нет-нет! — начала оправдываться та, а я засмеялась во весь голос, не стесняясь вообще ничего, — Но вкус там... М-мм, очень вкусный! Нам, желательно нужно поторопиться, Егор наверное, уже слюни пустил...

— Егор тоже тут что-ли? — я вопросительно выгнула бровь, смотря на младшую.

— Ника, ты чего? — спросила сестра, замедляя свой ход, — Ты, может, на солнце сегодня перегрелась? Егор у нас уже неделю!

— А-аа, — протянула я, а мы с сестрой пошли дальше.

Тут все было очень легко. Приветливые соседи, которые улыбались при виде нас, хорошая летняя погода, и самое главное: никакие плохие мысли не забивают твою голову, сейчас, я чувствую такую свободу... Это просто не передать словами, как все стало легко в одно лишь мгновение! Олеся что-то лепетала под моим ухом, но, я не слушала что мне пытается рассказать сестра. Я наслаждалась теплой атмосферой летнего вечера, где все идеально.

Так мы и дошли до нашего дома, на удивление — он был не то что большим, он был огромным! Высокие потолки, два этажа, где куча разных комнат! Большой зал, просторная кухня... И самое главное, это наверное то — что тут безумно вкусно пахнет курицей, вместе с картошкой. Сглотнув накопившуюся слюну, я посмотрела в сторону стола, который на удивление был накрыт кучей разных лакомств на данный вечер. Сам дом был не то что просторный, он был, как улица что-ли... И самое интересное то, что весь дом был сделан в белых тонах, которые гармонично сочетались с разными картинами, растениями, статуэтками... Повернув голову вправо, в сторону лестницы, моя челюсть буквально отвалилась, ведь, на всей стене между лестницей, был огромный портрет нашей семьи, я, мама, папа, Олеся... Посмотрев по сторонам, я еще больше удивилась от разного декора, и дорогих безделушек, пока я все тщательно разглядывала, я и не заметила как сзади меня, ко мне подкрался брат.

— Бу! — негромко прикрикнул парень, все же заставляя меня пискнуть от удивления.

— Дурак! — воскликнула я, все же улыбаясь с глупого выражения лица моего брата.

— Сегодня будет вообще грандиозный день! Мама с папой приедут, и некоторые люди тоже может приедут, я не знаю, и не могу ничего сказать, мне лишь сказали: вы будете не одни, да я еще так удивился! Мол, как это не одни? — я внимательно слушала рассказы брата, улыбаясь.

— Ну, — я задумалась, все так же осматриваясь по сторонам, — Наверняка вместе, будет веселее?

— Ты тоже права, — парень расплылся в добродушной улыбке, и схватив меня под локоть, быстрым шагом повел к торжественному столу.

— Вероника! — крикнула радостно мать, подбегая ко мне, — Ты где была? Мы очень сильно волновались за тебя!

— Да я загулялась, — я неловко улыбалась, а мать притянула меня в свои объятия, осторожно поглаживая меня по голове.

— Бери с собой хотя-бы телефон, — женщина все же, через не хочу, отпустила меня из её хватки, — А то, не хочу лишний раз волноваться, ты же сама знаешь положение в этом поселке.

— Какое? — спросила я, а мать лишь вопросительно оглядела меня.

— Ты что, действительно перегрелась? — мама приложила к моему лбу, холодную ладонь, — Да вроде нет...

— Ника сегодня особенно вечером странная, — поддакнула сзади сестра, — Ну ничего! Пойдемте к столу, гости уже прибыли!

— Ох, уже? — мама засуетилась, быстро проверяя наличие блюд глазами, пока папа принимал приход гостей, — Все себя ведем адекватно, это очень влиятельные люди!

Мы все кивнули, начиная рассаживаться по разным местам, Егор сел рядом со мной, а сестренка решила сесть напротив нас, показывая нам язык. Конечно, без внимания это никто не оставит! Мы тоже начали дурачиться, корча разные рожицы друг другу, весело хихикая со всего этого.

— Здравствуйте! — басистый мужской голос поприветствовал нас, да так, что со второго этажа было слышно эхо, от его громкого голоса, — Очень рад вас видеть! Как поживаете? — мужчина по джентельменски поцеловал мамину руку, на что женщина, — смущенно улыбнулась.

— Все как обычно, Славка, — усмехнулся папа, усаживаясь напротив нас, — А дочурка то твоя вообще где?

— Моя? — хмыкнул Вячеслав, присаживаясь рядом с моей матерью, — Сейчас подойдет!

— Вероника! — рявкнула женщина, которая сидела рядом с Вячеславом, судя по всему, — его жена, — А ну, не заставляй людей ждать тебя!

— Как интересно получилось, — усмехнулась мама, — У нас тоже Вероника.

— Очень здорово, — цыкнула женщина, недовольно оглядывая меня, — Вероника!

Я сидела, и смотрела на все блюда что были на столе, и было к слову, очень много всего. Морепродукты, фрукты, горячее, закуски, разные виды напитков, я улыбнулась с того, — что Егор уже приступил к еде, начиная накладывать себе как можно больше, но мое внимание привлекло не это, а девушка, что сидела прямо напротив меня, просверливая во мне целую дыру своим взглядом.

Подняв свои глаза, я увидела себя. Только я — выглядела куда хуже, чем сейчас. Растрепанные волосы, потекшая тушь, мятая грязная одежда, и самое удивительное, — так это то, что она начала яростным взглядом сверлить конкретно меня! Я даже не поняла, к чему такой злой взгляд в мою сторону? И почему вообще эта девушка, настолько похожа на меня? У нас никогда не было еще одной сестры в семье!

— Тварь! — заорала девочка напротив меня, начиная брыкаться на своем стуле, — Ты, сука, испортила мне все будущее одним своим существованием!

— Мам!

— Вероника! — рявкнул Вячеслав, ударяя кулаком по столу, — да так, что моя тарелка аж подпрыгнула, — Замолчи!

— Нет! — девушка по истерически засмеялась, а её мать схватила её за руки, наверное, чтобы не вырвалась и не наделала глупостей, — Эта мразь испортила мне всю жизнь, нету ничего лучше, если не прикончить её!

Дальше все было как в замедленной съемке, Вероника вырывается из хватки матери, толкая её со всей силы назад, и перепрыгивая через стол, летит конкретно на меня. На моем лице застыл животный ужас от всей этой картины, ведь гримаса девушки — была не реальной, она была слишком устрашающей для реальности. Улыбка которая растянута в прямом смысле до ушей, жуткий оскал, и огонь в глазах.

Я не успела понять когда конкретно я оказалась на холодном полу, а руки Вероники впились в мою шею, жадно удушивая меня. Я пыталась глотать воздух одним ртом, пыталась брыкаться, но выходило изрядно плохо, но тут, возле меня лежал идеально вымытый нож, и спасение — пришло само по себе. Из последних сил я взяла нож в свои руки, втыкая его в бок сумасшедшей девушке. По всему дому раздался громкий и оглушительный крик Вероники, возле которой уже начала образоваться лужа крови.

Её мать истерично начала кричать, переворачивая все вокруг себя. Она быстро подбежала к своей дочери, падая на колени.

— Я вас всех ненавижу! — орала та, а слезы все текли над бездыханным телом.

— Вероника, ты что сделала?! — орал отец, вцепившись в мои плечи.

— Я... Я...

— Позорище нашей семьи! — подключилась уже мать, начиная смеяться как последний псих, — Надо было делать аборт! И тогда не было бы у нас таких проблем как ты!

— Мам! — крикнула я, начиная задыхаться от слез, — Ты что такое говоришь?

— Ты никчемная! — заорала мать, и все злые взгляды были направлены лишь на меня.

— Позорище! — завопили все в один голос, надвигаясь ко мне, а свет предательски выключился во всем доме.

— Все ненавидят тебя! — вновь хором повторила толпа, не живым голосом.

— Ты умре-е-е-шь...

— Вероника! — я подпрыгнула на месте, жадно глотая воздух. Оглядевшись по сторонам, я увидела что была в машине, которая остановилась где-то на обочине. Мое тело сильно трясло, а с глаз капали слезы. Возле меня стоял обеспокоенный папа, который пытался привести меня в порядок.

— Что случилось? — тихо спросила я, пытаясь вернуть свое сбившееся дыхание в норму.

— Ты кричала во сне, ворочалась много, — начала перечислять моя мама, — А потом начала что-то несвязное орать, мы остановились на обочине, и ты кричала «Мама», ну мы и поняли что нужно тебя как можно скорее будить.

Я повернула свою голову вправо, и увидела расширенные зрачки Олеси, которая была напугана больше всех. Чувство вины захлестало всю мою душу, ведь, именно мой кошмар напугал младшую, — так еще наверное я её и умудрилась разбудить! Я не понимала, к чему мне приснился этот кошмар? Ведь, изначально все было очень даже хорошо... Но даже с этим фактором, чувство страха не уходило от слова совсем, а перед глазами всплывала моя страшная копия, которая, так хотела меня убить.

— Сколько нам еще ехать? — дрожавшим голосом спросила Олеся, начиная ползти ко мне.

— Может, еще часик, — мама откинулась на свое сидение, — Тётя Света нас уже ждет, да и Егорка тоже наверное заждался.

— Ника, а сейчас с тобой все хорошо? — аккуратно спросила сестра, а папа закрыл дверь, попутно доставая со своего кармана пачку сигарет.

— Да, сейчас все отлично, — я старалась придать своему внешнему виду, что все «отлично», и дать понять сестре, что волноваться за меня не стоит. Я осторожно погладила ту по голове, и вроде, младшая маленько успокоилась.

— Сейчас опять куревом вонять будет, — начала возмущаться мама, открывая свое окно, — Сережа! Мы когда поедем? Света нас уже ждет!

— Да подождет твоя Света, не сбежит! — так же ответил отец, а мы с младшей захихикали.

***
— Ну не-ет! — вопила Олеся, играя в какую-то игру на своем планшете, мы ехали уже по более нормальной дороге, и интернет ловил достаточно хорошо.

— Олеся! — возмутилась мама, — Хватит играть в эти игры, скоро уже приедем!

— Влад то дома? — спросил папа, не отрывая свой взгляд от дороги.

— Да вот не знаю, — мама вздохнула, складывая свои руки на груди, — У меня есть подозрения что он ей изменяет.

— Влад то? — папа искренне засмеялся, попивая энергетик, — Когда ему изменять то? И зачем? Сына вон какого хорошего вырастили, ему чё, заняться нечем по твоему?

— Я не знаю! — воскликнула мама, — Света говорит, его дома выловишь вот уж очень редко, и как это понимать?

— Устал мужчина от семейной жизни, — вздохнул уже папа, — Им бы в отпуск съездить, было бы отлично.

И полная тишина после этой фразы, радио ловило достаточно хорошо, — песни были очень даже знакомые мне, Олеся даже пыталась подпевать этим песням, хихикая с моей задорной реакции. Я все так-же продолжала смотреть в окно, вспоминая давно забытую дорогу в Коктебель. Слишком давно я там не была, и наверняка все изменилось радикально, ведь, за три года, — поменяться наверняка должно многое.

Интересно как там Тётя Света? Я же не видела её целых три года, и даже не пыталась с ней поддерживать какой-то малейший контакт... Было откровенно стыдно от такого поведения, я делала вид, что вообще не знаю этих людей, а если знаю, то только Егора. Если бы я выиграла миллион рублей, добрую половину я бы наверняка отдала Егору, ведь, — он внес огромный вклад в мою жизнь, талдыча мне одну и ту же информацию, пока я её не восприму как факт. Хоть Егор был мне двоюродным братом, но я искренне считала его своим родным. Если бы не было его, — я бы наверняка уже давно потерялась в себе, а может еще чего хуже.

Ехали мы очень быстро, и вот уже перед моими глазами появилась выцветшая надпись «Коктебель». Я слабо улыбнулась, понимая, — что все воспоминания резко всплывут в моей голове с новой силой, заставив меня почувствовать всю ностальгию, за все время, — что я не приезжала сюда. В планах было сходить на кладбище, проведать бабушку, убраться... И самое главное, надо подать документы в школу, которая, скорее всего тут была единственная.

Мы махом проезжали улицы в городке, а глаза Олеси, заблестели с новой силой. Она жадно рассматривала свое окно, и расплывающиеся пейзажи старых пятиэтажек. В глубине душе, я так же ненавидела то, — что мне приходится жить в давно забытом поселке городского типа. Самое, наверное больное, — это то, что абсолютно все жители этого городка, знают всех лично, и по рассказам. Значит, про мой приезд уже тоже многие знают?

И как к этому отнесутся многие? И как в принципе ко мне отнесутся? Я боялась того, — что меня совсем не примут, делая меня изгоем в этой среде. Я уже представляла насмешливые взгляды, вымышленных людей, — но и этого хватает, чтобы сильно испугаться. Но а с другой стороны, мне ли не все равно? Мне отучиться десятый и одиннадцатый класс, а потом я еду на все четыре стороны, забывая этот городок как страшный сон.

— Приехали! — громкий возглас от отца, заставил меня вынырнуть из моих мыслей, и вновь взглянув в окно, и не увидела ничего, кроме кромешной тьмы, — Берите только рюкзаки, все равно завтра на квартиру поедем.

Я нащупала руками свой громадный рюкзак, беря его в руки. Сидеть на сидении было уже физически и морально невозможно, ведь, за все время поездки, — я испробовала все позы для более удобного переезда, но, к сожалению, я не смогла найти ту позу, которая лично для меня была очень комфортной. И как бы это глупо не звучало, я очень завидовала Олесе, которая без лишних мыслей и неудобств уснула прям сидя.

— Шевченко! — завопил знакомый мужской голос, где-то на улице, как раз возле моего окна.

Глупая улыбка полезла на мое лицо, заставляя улыбаться во все тридцать два. Я быстрым движением подхватила рюкзак к себе на плечи, все же вылезая из машины. Перед моим взором встал любимый двоюродный брат: румяный, явно торопился перед моим приездом, его громкая отдышка выдавала парня с потрохами, улыбка во все тридцать два зуба, и ярко сияющие глаза. Я не раздумывая быстро ринулась к парню в объятия, буквально начиная висеть на его шее.

— Как же давно мы не виделись... — шепотом произнесла я, а от радости, из глаз полились слезы.

— Да ну, чего ты? — Егор явно почувствовал влагу на своем плече, поглаживая меня по спине, — Всего то может, пол года, сейчас вообще каждый день будем видеться!

— Вероника, отойди ка! — сказал подходящий к нам папа, — Я своего Егорку так давно не видел, скучал жуть!

Я искренне засмеялась, увидев, как папа тискает в своих объятиях бедного Егора, — который стоял одновременно в полном восторге, и недоумении. Дальше к объятиям присоединилась я, и подошедшая мама с Олесей, лишь закрепили наши семейные объятия. Эта картина, заставляла меня быть по настоящему счастливой, ведь, — когда ты еще испытаешь такие положительные эмоции?

***
— Как выросла! Как похорошела! — трещала тётя Света, целуя меня в щеку, — Вероника, ты вообще как поживаешь? От тебя ни привета, ни ответа как говорится! Я уж начала думать себе все самое плохое, а она стоит, улыбается во все тридцать два! — женщина искренно засмеялась.

— Ма-ам, отстань от Ники! — Егор взял меня за плечи, как можно дальше отводя меня от тёти.

— А ну, не указывай мне что делать! — тётя Света пыталась сделать серьезный голос, но выходило у неё, — очень плохо.

— Света! — воскликнула мать, быстро подбегая к женщине.

Мама с тётей начали обнимать друг друга, явно не желая отлипать ни на секунду от своих тел. Я была всегда рада за то, — что у мамы есть тётя Света, и у них существует такая прекрасная дружба. Видя как у них искрятся глаза от счастья встречи, я сама улыбнулась, а женщины уже начали что-то громко обсуждать, наверняка, их соседку-алкашку.

— Та-ак, — протянул Егор, все так же не отпуская свои ладони, с моих плеч, — Сейчас, тебя ждет сюрприз!

— А ну ка, — тётя Света по строгому посмотрела на сына, а хватка на плечах, немного ослабла, — Нам Вероника сама нужна!

— Мам! — по шутливому рявкнул Егор, глупо начиная хихикать, — Это максимум на десять минут!

— Смотри мне! — тётя Света покачала указательным пальцем, — Олеся! — воскликнула та, расплываясь в улыбке, от вида недовольной младшей сестры.

Егор повел меня в самую дальнюю комнату, — и я до сих пор помнила, что это его комната. В квартире поменялось много чего, Меленины переклеили обои, поменяли многие фотографии на стенах, разные любимые растения тёти Светы, были либо выкинуты, либо и вовсе стояли не на своих местах. Многие двери были заменены, и эти только коридор! Я удивилась как многое поменялось за целый три года.

Егор убрал свои ладони с моих плеч, закрывая мне глаза ладонями. Мы приостановились возле двери, — где меня явно ждал сюрприз. Мне было до безумия интересно, что же находится за этой дверью? Голливудский актер, или сам Леонардо Дикаприо? Если действительно, за этой дверью находится Дикаприо, я буду на седьмом небе от счастья!

— Готова? — тише спросил Егор.

— Да.

Парень осторожно открыл дверь, все так же не убирая свои ладони с моих глаз. Мы двинулись вперед, а я краем уха услышала чье то дыхание. Азарт расплывался по моим венам, а улыбка с лица и вовсе не слезала, будто запечаталась на моем лице навсегда, и теперь, — у меня всегда будет эта дурацкая улыбка, которая давно так открыто не появлялась. Егор убрал с моих глаз ладони, а увиденное передо мной, — было будто нереально. Я открыла рот от шока, начиная моргать, да бы понять, это ли не моя галлюцинация?

Перед моими глазами стояла взрослая Рита, и взрослый Хенкин! Я стояла как вкопанная, разглядывая старых друзей. У блондинки пропали те самые пухлые детские щечки, и лицо, — стало более выраженным. Волосы как были блондинистые, так и остались. Но сейчас, волосы девушки выглядели просто идеально. Сама Рита стала очень высокой, макияж очень сильно сменился, как и её стиль в одежде. Подруга ласково улыбалась мне, так же жадно рассматривая меня в ответ.

Боря же был намного проще, — он поменялся, не спорю! Но не так кардинально как Рита. Низкий Боря Хенкин, который раньше плакал от низкого роста, сейчас вытянулся на больше чем сто семьдесят пять сантиметров. Глаза стали более выразительными, щеки и вовсе пропали, — а на замену им пришли скулы. Но самое интересное, что у Риты, у Бори, и у Егора, — ни у одного из них не пропала их добрая, искренняя ласковая улыбка.

Мое сердце забилось куда быстрее от такой теплой встречи, — а моя улыбка, кажется взросла до ушей. Ноги не слушаясь моего тела, со всего размаху полетели на рядом стоящих друзей, — а Егор, что-то быстренько забрал с рук у Риты. Я повалила друзей на пол, буквально укладываясь на них своим телом. Егор же увидев эту картину, — споткнулся об свою же ногу, летя к нашей компании. Мы все засмеялись в голос, показывая свой восторг от встречи.

— Блять Ника! — Рита взяла мое лицо, в её ладони, рассматривая каждый миллиметр моего лица, — Ты... Ты так изменилась! Нам, Егор конечно рассказывал что ты очень поменялась, но я уж не думала что настолько! Ты же... Тебя...

— Её Афродита не только поцеловала, — перебил Хенк, хмыкая, — Она её буквально съела! Ты в кого такая красивая стала?! У меня что, появились конкуренты?!

— У-уу, — я громко засмеялась, падая Рите на плечо, — Цирк уехал, клоуны остались, Хенк ты вообще не поменялся со временем!

— Зачту как комплимент, — он победно улыбнулся, посылая мне воздушный поцелуй.

— Вообщем, — засуетилась Рита, начиная заметно волноваться, — Мы втроем долго думали, что же подготовить тебе к твоему приезду, и... Придумали.

Рита достала сзади себя небольшой бенто тортик, где я уже увидела свое лицо... А рядом со мной, стоял прифотошопленный Дикаприо! Я не назову себя полноценной фанаткой Дикаприо, но я была в полном восторге! Я прикрыла свой рот ладонью, а из глаз, — вновь начали бежать самые настоящие слезы счастья, и полной радости.

— Тебе не понравилось? — с разочарованием спросил Хенк.

— Дураки вы! — воскликнула я, начиная смеяться, и параллельно притягивая всех к себе в объятия, — Я так счастлива никогда не была!

— Не помешала? — осторожно спросила тётя Света, выглядывая из двери, — а все ребята, повернулись на женщину, — Пойдемте посидим что-ли? Ника, не волнуйся, Олеся от усталости сказала мне слова три, и то не связных между друг другом! Она спит, так что, жду вас всех на кухне, в течение пяти минут!

— Я тётю Аню не видел со времен динозавров, — мечтательно произнес Хенк, — Я буду очень рад с ней снова побеседовать.

— Ой, тебя только это и волнует, — Рита закатила глаза, скрещивая руки на груди, — Ника, ты вообще как проводила время? Как новый город? Что вообще у тебя происходило интересного?

— Харе-е! — протянул Егор, оттягивая меня от Риты, — Давайте на кухню пойдем быстрее? Мама не любит долго ждать.

Мы быстро кивнули Егору, поднимаясь на ноги. Вся компания быстро ретировалась на кухню, где уже разговаривали оба семейства. Мама общалась с тётей Светой с таким огнем в глазах, — а папа, явно был заинтересован в их беседе не меньше!

— Ох, ребятки! — воскликнула мама, вставая из-за стола, подбегая к нам, — Как вы все выросли, даже не верится!

— А вы то сами! — воскликнул так же радостно Хенк, прибывая в объятиях моей мамы, — Как вино, с каждым годом все лучше и лучше!

— Хенкалина, завали а! — рявкнул Егор, шуточно толкая друга в плечо.

— Я не поняла! — вмешалась тётя Света, — Это что еще за слова?! А ну ка, быстро, Ника и Егор в магазин сходите за огурцами, и купите сока!

— А ребята? — спросила я.

— Они помогут накрыть стол, — женщина оглянулась на Риту с Хенком, — Обязательно еще купите майонеза, и колбасу!

— Хорошо мам, мы поняли! — мы с Егором уже начали уходить, — А вам удачи, вы последние выжившие... — шепотом произносит Егор, устрашающим голосом.

— Тётя Света, мне Егор угрожает! — завалил Хенк.

— Мы ушли!

***
Ближайший магазин был в целых десяти минутах от дома Егора! Мы с парнем обсуждали все вокруг себя, переигрывая с темы на тему, и мы не замечали что происходит вокруг нас, мы были настолько заинтересованы в нашей беседе, что даже не заметили как подошли к магазину. На удивление, он был даже по своему большим, и разных полок с товаром, было много, — как говорится, все на твой вкус и выбор.

Мы быстро разошлись кто-куда, я быстрым шагом побежала к стенду с овощами, и схватила уже вымытые огурцы, дальше мой путь держался к холодильникам, где были все соусы, — в том числе, находился и пачка майонеза. Найдя по моему мнению, самый лучший майонез среди всех, — я быстро подхватила его к себе в руки, фигура Егора приближалась ко мне, в его руках была колбаса, и сок мульти фрукт, при чем, мой самый любимый между прочим!

— Ну все, на кассу? — спросил Егор, осматривая магазин.

— Бли-ин, — протянула я, — Егор, я очень хочу сейчас газировку, идти на кассу пока, я быстро!

— Я уже знаю такую схему! — выпалил тот, уже начиная возмущаться, — Ты потом меня кинешь, когда уже подойдет моя очередь! Мне там со стыда умирать что-ли?

— Я быстро! — я всунула Егору продукты, ища глазами нужный мне стенд с напитками.

Я лавировала между тележками, и разными стеллажами, с ненужными мне товарами, пока не увидела холодильник с газировкой. Дверцы звякали, люди суетились, а внутри, на самой дальней полке, стояла последняя бутылка колы.

Я потянулась — и в ту же секунду чья-то рука схватила её с другой стороны. Я недоуменно посмотрела на парня возле меня, который, к слову, — тоже не ожидал такого поворота событий. Ну конечно! Последняя бутылка любимой газировки, за которую, я буду даже готова драться!

Мы одновременно дернули.

— Я, вообще-то, первая взяла! — возмутилась я, не отпуская горлышко.

Парень, высокий, в темной куртке, даже бровью не повёл. Но брови он нахмурил, явно оценивая меня взглядом. От этого взгляда, было совсем некомфортно. Парень, будто не зная меня, — уже желал мне смерти, один его взгляд, заставлял мою кожу покрыться мурашками, и я бы нагло соврала, если бы сказала, — что взгляд неизвестного парня, меня совсем не пугает.

— Вообще-то я уже держал её, — раздраженно сказал он, — Она моя! Убери нахуй свои руки, от греха подальше, я её забронировал уже!

— Нет, — упрямо ответила я, закатывая глаза, — Мне она нужна, уж побольше чем тебе.

— Мне тоже она нужна! — рявкнул тот, дергая бутылку на себя, — По хорошему отпусти!

Мы уставились друг на друга, будто знакомы сто лет и уже сто раз ругались. Мимо проехала тележка, кто-то недовольно цокнул, но мы не сдвинулись ни на сантиметр. Я действительно была готова в самом магазине устроить разборку, за какую-то бутылку газировки. И все выглядит так: будто от этой бутылки зависит жизнь всей вселенной.

— В магазине полно напитков, — процедил он, явно стискивая между собой зубы.

— Вот и возьми другой! — огрызнулась я, — Эта моя! Будь джентельменом, уступи даме бутылку!

— Да щас! Бегу и спотыкаюсь!

Он дернул сильнее. Я не уступила. Бутылка скользнула в наших руках, ударилась о край полки, и — бум — глухо упала на плитку. Я с полной растерянностью в глазах посмотрела на то, как бутылка разбилась об магазинный кафель.

Крышка треснула, сладкая пена брызнула во все стороны. Привлекая к себе лишней шум, я даже не посмотрела на незнакомого парня, мои глаза были устремлены лишь на это зрелище. Передо мной, будто не кола разбилась, а человек истекает кровью, ей богу! И, увы и ах, бедной стеклянной бутылке уже явно ничего не сможет помочь.

— Ты че наделала, дурная?! — завопил во всю глотку незнакомец.

— То есть, я еще и дурная?! — возмутилась я, — Ты, козлина, от этой бутылки не переломился бы, взял бы другую, — и бог с ней! Нет, надо было устраивать этот цирк!

— Не переломился бы! — ответил так же резко тот, — Она мне по горло нужна была, а из-за кое-кого, теперь вообще ничего нет!

— Из-за меня?! — завопила я.

— Что тут происходит?! — вмешалась сотрудница магазина, застывая нас врасплох.

— Бутылку колы разбили, — прошипел брюнет напротив, на что я, лишь закатила глаза.

— Господи, — вздохнула сотрудница напротив, — Не надо за колу платить, я очень устала за сегодня, поэтому на милую душу отпущу вас.

Мы одновременно кивнули, и я быстрыми шагами начала уходить с места «трагедии». Ища глазами Егора... Черт! Егор! Я же буквально бросила по его словам на кассе, а если он обидится на это? Хотя нет, Егор не настолько придурошный... Проверив две кассы, я не нашла знакомую макушку, но увидела парня на выходе из магазина.

— Егор! — крикнула я, выбегая из магазина.

— Ника, еп твою мать! — заорал тот, выроняя пакет из своих рук, — Ты где так долго была? Ты там за колу дралась что-ли? — он усмехнулся, но как увидел мой кивок, резко поник, — В смысле?

— Там осталась последняя бутылка, и из-за одного придурка, мы её разбили. Главное, противный такой! Возомнил себя не пойми кем, — начала я свою жалобную тираду, отходя от магазина.

— На твое описание, мне на ум приходит лишь один человек, — усмехнулся Егор.

— Я его знаю?

— Нет, — он достал пачку сигарет, ловкими движениями доставая сигаретку, — Но в скором времени вы точно познакомитесь!

***
— Ну, как обычно, Егор какой ты молодец! — причитала тётя Света, а мы все сидя за столом, лишь хихикали, — Что это вообще за сок? Ты его откуда откопал вообще?

— Ну мам! — начал канючить тот, — Что осталось, то и взял.

— Оно и видно, — фыркнула та.

— Ника, расскажи про жизнь в вашем городе! — воскликнул Хенк, — Нам очень интересно послушать.

— Да... — я замялась, пытаясь выбрать правильные слова, — Там нечего особо рассказывать, — под эти слова, тётя Света быстро ретировалась с кухни.

— Совсем нечего что-ли? — вмешалась Рита, разрезая торт на ровные куски.

— Ну знаете, — начала я, гулко вздыхая, — У меня всегда было ощущение что я и во вокруг меня нереальное. Там настолько все серое, и люди как зомби ходят... Это было действительно очень страшно, город был будто отдельным от всей планеты, и меня очень это пугало. Я каждый раз задавалась вопросом: а живая ли я вообще? Реально ли все то — что происходит вокруг меня? Люди там тоже, не очень то и приветливые... Я не видела ни одну эмоцию на лице, хотя бы одного прохожего.

— Это точно! — поддакнул Егор, — Мне всегда было страшно ехать к вам в город, он действительно выглядит неживым.

— У нас тут тоже, ничего особенного не произошло, — фыркнула Рита, — Одни наркоманы, да алкаши завелись! И самое главное, ничего для города не делают, вот, год назад загорелся туалет в местном клубе, так до сих пор его не починили, ты представляешь?!

— Тут с годами вообще мало чего поменялось на деле, — хмыкнул Хенк, кивая головой, — Цивилизации ноль, культуры ноль, вообщем для такой грации как ты, тебе тут не место.

— Ой, спасибо за комплимент, — я закатила глаза, и хихикнула.

— А ты в какую школу собираешься идти? — спросил Егор, доставая из холодильника разные приготовленные блюда.

— Только хотела у вас спросить, куда можно пойти?

— О-оо! — протянул Хенкин, кидая в свой рот кусочек колбасы, — Это вот уже наша тема, Ритка, айда!

— Завались! — Рита легонько ударила Хенка по спине, улыбаясь, — Вообщем, школ у нас на деле всего две, первая и вторая, в первой учатся вся наша компания, и многие те которых ты не знаешь, — пояснила та, тоже кушая кусок колбасы, — А вот вторая школа... Туда я настолько не рекомендую идти.

— Почему?

— Да там пиздец один происходит! — воскликнул Хенк, получая удар уже от Егора, — Там то ребенка зарежут, то с ножом прийдут, то пожары устраивают! А самое интересное, недавно в школьном туалете, вскрылась девка какая-то.

— Поэтому, если идти, то в нашу школу, — усмехнулась Рита, — Во первых тебе как минимум быстрее до этой школы идти, во вторых, у нас самый дружный класс!

— Это точно! — поддакнул Егор, плюхаясь напротив нас, — Жаль что я в параллельном.

— Это еще почему? — я вопросительно выгнула бровь.

— Да, завуч наша подумала что я гений математик, буду учиться в самом умном классе, меня и перевели в эту залупу.

— Там если что, все на двойки учатся, — пояснил Хенк, а я глупо засмеялась.

Таким образом наши разговоры длились около... Я даже не знаю! Ведь разговаривали мы действительно, очень долго. Я сбилась со счета времени, даже не знаю когда. Хенк глупо шутил, Рита рассказывала разные жизненные истории этого города, а Егор лишь уплетал еду, иногда пуская глупые смешки в сторону Хенка.

И за этот день я поняла одно.

Я окрыленная счастьем.