Глава 15
Лёд скользил под коньками ровно и привычно. Илья заходил на очередной прыжок — отталкивание, вращение, приземление. Чисто.
— Перерыв, — раздался голос отца.
Илья кивнул и съехал к бортику, тяжело дыша. Снял перчатки и направился к трибунам, где лежали его вещи. Телефон загорелся в тот момент, когда он взял его в руки. Куча уведомлений, и среди них — новое сообщение от Эммы. Он открыл чат.
Эмма: Ты это видел?
Илья нахмурился. Он быстро вышел из диалога и открыл уведомления. Их было слишком много. Сообщения, отметки, ссылки.
Первый же пост — и он замер.
Фото. Он и Эмма. Рядом с его домом вчера.
Илья будто на секунду перестал дышать. Пальцы медленно пролистнули вниз. Он читал комментарии. С каждым новым сообщением лицо становилось всё жёстче. Илья резко выдохнул и провёл рукой по лицу.
— Чёрт...
В груди поднималась злость. Резкая. Глухая.
Он сжал телефон сильнее и на секунду закрыл глаза.
Эмма. Она уже это видела. И написала ему. Илья вернулся в чат, но пальцы зависли над клавиатурой.
Что сказать? Как сказать? Слишком много мыслей. Слишком много раздражения.
Илья: Видел.
Он отправил сообщение и почти сразу выключил экран. Малинин сидел, глядя в одну точку. Растерянный. Злой.
— Илья? — раздался рядом голос отца.
Он поднял голову.
Роман стоял у бортика и внимательно смотрел на него.
— Ты чего выпал?
Илья медленно встал и подъехал ближе, протянул телефон.
— Посмотри.
Роман взял его, быстро пробежался глазами по экрану. Его лицо стало серьёзнее.
— Эмма написала. Она это уже видела, — тихо сказал Илья.
— И что ты ей ответил?
Пауза.
— Я не знаю, что ей сказать, — глухо произнёс парень. — Меня это бесит.
Он сжал кулаки.
— Кто-то за нами следит. Снимает. Выкладывает. И теперь это обсуждают все.
Роман кивнул, возвращая телефон.
— Успокойся, — спокойно сказал он. — Сейчас эмоции — плохой помощник.
Илья усмехнулся без радости.
— Легко сказать.
— Знаю, — ответил отец. — Но тебе нужно думать не только об этом. Сейчас ты на тренировке, поэтому сосредоточься на катании. Дома всё решим.
— Она сейчас там одна со всем этим, — опустив глаза, сказал Малинин. — Она увидела все комментарии. Все эти заголовки. Как мне её поддержать?
Роман молчал. А спустя минуту холодно и резко сказал:
— Заканчиваем перерыв. Выходи на лёд.
Илья кивнул.
Но, выезжая обратно на лёд, он уже понимал, что теперь заканчивать тренировку будет сложнее.
------
Дом встретил Илью и Романа тишиной. Они зашёл, сняли кроссовки. Илья бросил сумку у стены и на секунду просто замер в прихожей.
— Рома, Илья? — из кухни выглянула мама и с улыбкой произнесла. - Лизу я отпустила на ночевку к подруге, а вы проходите, ужин готов.
Илья опустился на стул за обеденным столом, устало провёл рукой по волосам. Несколько секунд никто не говорил.
— Что-то случилось? — поинтересовалась Татьяна.
— Выложили еще одно фото Ильи и Эммы. Это уже не случайность, — ответил Роман. — Кто-то целенаправленно выкладывает такие вещи.
Илья кивнул. В голосе прозвучала глухая злость:
— Значит, за нами следят. Эмма из-за меня теперь во всём этом...
Роман чуть подался вперёд.
— Послушай, — спокойно начал он. — Сейчас такое время, когда любая мелочь раздувается до невозможности. Тем более перед Олимпиадой. И это не закончится завтра.
Илья тяжело выдохнул.
— Я понимаю.
— Хорошо, — кивнул отец. — Тогда важно другое. Чтобы это не выбило тебя из колеи.
Татьяна мягко коснулась руки Ильи.
— И чтобы ты сам себя не загнал. — добавила она. — Ты сейчас злишься, переживаешь... это нормально. Но ты не должен в этом утонуть.
— Мы разберёмся с этим, — продолжил Роман. — Найдём, откуда идут фото.
В голоса отца голосе появилась твёрдость. А Татьяна улыбнулась:
— А с остальным мы справимся вместе.
Илья на секунду замолчал. Напряжение внутри чуть отпустило.
— Спасибо, — тихо сказал он.
— И ещё, — добавил Роман. — Не делай громких заявлений, резких движений сейчас. Ни в спорте, ни по отношению к Эмме.
— Иди отдохни, — мягко сказала Татьяна. — Тебе нужен перерыв.
Илья поднялся.
— Да... я к себе.
Комната встретила тишиной. Илья сел на кровать и сразу взял телефон. Открыл чат с Эммой. Несколько секунд он просто смотрел на экран. От нее больше не было новых сообщений. Наконец он написал.
Илья: Не обращай внимания на это. Я разберусь.
Отправил. Откинулся на кровать. Ответ пришёл через пару минут.
Эмма: «Не обращай внимания»? Ты серьёзно?
Илья резко сел.
Илья: А что ты хочешь, чтобы я сказал?
Эмма: Не знаю. Может, поддержал бы? Успокоил бы? Мы вместе что-нибудь бы решили?
Пальцы сжались. Малинин и так весь вечер пытался держаться спокойно. Но внутри снова начала подниматься злость.
Илья: Я сказал, что разберусь. Этого мало?
Пауза.
Эмма: Да.
Одно слово. И почему-то именно оно задело. Илья провёл рукой по лицу.
— Хорошо...— тихо выдохнул он.
И написал, уже не сдерживая эмоций и не следя за словами.
Илья: Ты же понимала, с кем начинаешь общаться. Я публичный человек.
Сообщение ушло. Нервы были на пределе:
Илья: Я не виноват, что тебе это непривычно.
Илья: У тебя просто не было такого уровня. За тобой не следят, не обсуждают каждый шаг.
Илья: Ты не стала профессиональной фигуристкой — поэтому и не сталкивалась с этим.
От последнего сообщения сердце защемило. Он перегнул. Это точно. Но уже было поздно.
Эмма сразу все читала. Она перечитала сообщение один раз. Потом ещё. И ещё. Слова расплывались, но смысл от этого не менялся. Каждое из них било точно в цель.
Сначала — непонимание. Она даже нахмурилась, будто пытаясь убедить себя, что просто неправильно прочитала.
Потом — резкое, неприятное ощущение внутри, словно что-то оборвалось. Горло сжалось.
Он правда это написал?
Не просто сухо ответил. Не просто не поддержал. А... вот так?
Эмма резко села на кровати, прижимая телефон к ладони. В груди стало тяжело, а глаза защипало.
В голове вспыхивали обрывки воспоминаний:
Как он смотрел на неё.
Как говорил, что она красивая.
Как держал за руку.
Как целовал.
Пальцы дрогнули. Она уже почти открыла диалог, чтобы ответить. Написать всё, что чувствует. Но остановилась. Медленно выдохнула. Ещё раз посмотрела на экран.
И просто выключила его.
Комната стала слишком тихой.
Эмма закрыла глаза, затем медленно подтянула колени к себе.
Обида никуда не исчезла. Но теперь поверх неё появилось другое чувство — упрямое, холодное и очень чёткое.
Цель.
Она опустила взгляд, снова вспоминая разговор с родителями Ильи. Тренировки. Лёд. Шанс.
«Ты не стала профессиональной фигуристкой...»
Хорошо. Она еще покажет, на что способна.