Связанные не по воли

Т/и провалилась в сон, но он был лёгким, не похожим на ту тягучую темноту, в которой она плавала последние дни. Она слышала, как вокруг неё дышит лес. Слышала далекие голоса, будто кто-то говорил о чём-то важном, но не хотел её будить. Слышала, как мать вернулась, поставила рядом чашу с водой, коснулась её лба и снова ушла.

И чувствовала его руку. Она не разжалась. Даже во сне Нетейам держал её пальцы, и это простое прикосновение было якорем, который не давал ей уплыть обратно в ту тёмную реку.

~~~

Она открыла глаза, чувствуя, как утренний свет пробивается сквозь ветви незнакомых деревьев. Голова всё ещё болела, но уже не так сильно. Тело слушалось лучше, и в груди было тепло.

Т/и повернула голову. Там, где вчера сидел Нетейам, держа её за руку, теперь была только пустая земля. След от его тела уже почти исчез. Угли костра догорали, и тишина вокруг казалась слишком громкой.

Она попыталась сесть. Получилось. Медленно и с трудом, голова закружилась, но она удержалась.

Лагерь оживал. Народ ходил туда-сюда, кто-то носил ветки, кто-то разводил костры, кто-то перевязывал раненых. Дети бегали между деревьями, и их смех такой же, как раньше, пробивался сквозь общую усталость.

— Проснулась. — голос матери раздался рядом. Она опустилась на корточки перед ней, протянула чашу с водой. — Как себя чувствуешь?
— Лучше, — ответила Т/и, принимая чашу. — голова почти не болит.

— Хорошо. — мать улыбнулась. — Мо'ат сказала, что рана заживает. Ты сильная.
— Мам... — Т/и помедлила, не зная, как спросить. — А где Нетейам?

Мать посмотрела на неё с мягкой улыбкой, которую Т/и знала с детства.

— Он ушёл на рассвете. Джейк забрал его помогать. Он не хотел тебя будить. Ты так крепко спала. Он сказал, что вернётся.
— Я принесу тебе поесть, — сказала мать, поднимаясь. — не вставай пока, тебе нужно отдыхать.

~~~

Т/и сидела, прислонившись спиной к дереву, и смотрела, как люди вокруг неё строят новую жизнь. Женщины сшивали ткани, мужчины строили каркас маруи, дети бегали с палками, изображая битву.

Они не сдались. Они потеряли дом, Древо, половину своих близких. Но они не сдались. И это было сильнее любых слов.

Т/и чувствовала себя бесполезной. Все вокруг работали, а она сидела и не могла даже встать без чужой помощи. Мысль о том, что она обуза, грызла её изнутри.

Она попыталась подняться и чуть не упала. Ноги не держали, мир качнулся. Кто-то подхватил её за локоть, не давая упасть.

— Ты куда? — голос был знакомым, насмешливым, но с ноткой тревоги.

Т/и подняла голову. Лоак стоял рядом, придерживая её за руку, и смотрел с ухмылкой, которую она ненавидела всем сердцем. Или уже нет.

— Хочу помочь. — сказала она, пытаясь выпрямиться.
— Помочь? — Лоак фыркнул. — Ты едва стоишь. Садись.

— Я не могу сидеть, когда все работают. — ответила она с привычной колючкой.
— Можешь. — сказал он, усаживая её обратно. — И будешь. Потому что если ты упадёшь и ударишься головой снова, мой брат меня убьёт.

Т/и хотела возразить, но слова застряли в горле. Она смотрела на Лоака, на его улыбку, которая не была злой. На его глаза, которые смотрели на неё иначе, чем раньше.

— А вот и твой герой идет. — смеясь сказал Лоак. — Только не сюсюкайтесь при всех.
— Лоак! Ты совсем обнаглел. — поворачивая и ворчливо говорила Т/и.

Но его уже не было рядом, он убежал как только в поле зрении появился Нетейам. Он шёл через лагерь, и даже издалека было видно, как он устал. Его плечи были опущены, походка тяжёлой, лицо сосредоточенным. Он о чём-то говорил с одним из воинов, кивая, что-то объясняя. Нетейам заметил её взгляд. Остановился, что-то сказал воину и направился к ней.

— Ты проснулась. — сказал он, садясь рядом. — Я хотел вернуться раньше, но все затянулось.
— Я вижу. — ответила она. — И я хочу помогать другим.

— Ты ещё слаба. — сказал он, с тревогой в голосе.
— Я могу помогать руками. Могу слушать. Могу помогать с организацией. Я не хочу сидеть и смотреть, как другие работают.

Нетейам посмотрел на неё долгим взглядом. Потом тепло улыбнулся.

— Хорошо. — сказал он. — Пойдём. Я покажу, что мы уже сделали. И что ещё предстоит.

Он протянул ей руку. Т/и взяла её, чувствуя, как его пальцы сжимаются вокруг её ладони. Он помог ей подняться, поддерживая за талию.

— Я не упаду. — сказала она, хотя ноги всё ещё дрожали.
— Знаю, — ответил он. — но я хочу быть рядом.

Они пошли вместе, останавливаясь, когда Т/и нужно было перевести дыхание. Он показывал ей новый лагерь, где будут стоять маруи, где разведут костры, где подальше находиться Древо. Т/и смотрела, запоминала, задавала вопросы. Нетейам отвечал, иногда смотрел на неё с той теплотой, которая заставляла сердце биться быстрее.

— Ты тоже нужна нам. — сказал он вдруг. — Не только мне. Клану. Ты сильная, умеешь правильно говорить, когда нужно. Ты умеешь слушать. Мы справимся быстрее, если ты будешь рядом.

Т/и не знала, что ответить. Она никогда не слышала таких слов. Её всегда считали лишней. А теперь он говорил, что она нужна.

— Я попробую. — просто сказала она.

~~~

В следующие дни Т/и работала наравне со всеми. Несмотря на слабость, она помогала с организацией, успокаивала детей, которые плакали по ночам. Она не строила маруи, для этого не было сил. Но она была везде, у костров, у раненых, у взрослых, которые обсуждали планы.

Нетейам был рядом всегда. Они работали вместе, ели вместе, засыпали рядом, не касаясь друг друга, но чувствуя тепло, которое шло от одного к другому.

Однажды, когда солнце уже клонилось к закату, Т/и сидела у костра и смотрела, как люди танцуют. Кто-то заиграл на барабанах, кто-то начал петь. Дети смеялись, взрослые улыбались. Впервые после трагедии они чувствовали себя живыми.

Нетейам сел рядом, протянул ей чашу с водой.

— Ты устала? — спросил он.
— Немного, — ответила она. — но это хорошая усталость.

Он улыбнулся.

— Я горжусь тобой. — сказал он тихо. — Ты помогаешь людям. Даже тем, кто раньше называл тебя Тсахой.
— Я делаю это не для них. Я делаю это для себя. И для тебя.

Он ничего не сказал. Лишь сжал её руку и посмотрел на танцующих. В этот момент Т/и поняла, что, возможно, всё будет хорошо. Что они справятся. Что у них есть дом, не место, а люди. И что она, наконец, перестала быть пустым местом перед всеми.

~~~

Ночь была тихой. Т/и не могла уснуть. Что-то мешало, не боль, не страх. Просто чувство, что она стоит на пороге чего-то важного, но не может сделать шаг. Она лежала на спине, смотрела на звёзды, пробивающиеся сквозь ветви, и слушала дыхание леса.

Нетейам спал рядом на своем гамаке. Его рука всё ещё касалась её, будто он боялся, что она исчезнет, если он отпустит. Т/и смотрела на него в темноте и думала о том, как странно устроена жизнь.

Она выросла с мыслью, что никогда не будет никому нужна. Что её место на краю, в тени, там, где её не замечают. Она привыкла быть одна. Она научилась не ждать, что кто-то придёт, не надеяться, что кто-то останется. А теперь он был здесь. И она не знала, что с этим делать.

— Ты не спишь, — сказал он, не открывая глаз.
— Откуда ты знаешь? — спросила она.
— Ты дышишь иначе.

Т/и усмехнулась.

— Ты что, считаешь моё дыхание?
— Да. — ответил он, открывая глаза. — Я считаю всё, что связано с тобой.

Ответа у неё не нашлось. Просто лежала и смотрела на него в темноте.

— О чём ты думаешь? — спросил он.
— О том, что я не знаю, как быть с этим. — ответила она честно.

— С чем?
— С тем, что ты здесь. — сказала она. — С тем, что ты не уходишь. С тем, что я...не знаю, как быть не одной

Он повернулся к ней, приподнялся на локте, глядя на неё сверху вниз.

— Ты не должна знать. — сказал он. — Ты просто должна быть. А всё остальное мы узнаем вместе.
— Ты не боишься? — спросила она.

— Чего?
— Того, что я не смогу. Что я сломаюсь. Что я не та, кого ты видишь. — сказала она с угрызением своей совести.

Он смотрел на неё долго. Так долго, что Т/и начала сомневаться, правильно ли она спросила. Потом он улыбнулся улыбкой, которая принадлежала только ей.

— Ты уже сломалась. — сказал он. — И ты выжила. Ты уже была не той, кого я видел. И ты стала сильнее. Я не боюсь тебя. Я боюсь только одного, что ты решишь, что я не нужен тебе.
— Ты нужен. — прошептала она. — Ты всегда был нужен.

Он не ответил. Тихо перебрался на её ложе, наклонился и поцеловал, почти невесомо. Т/и чувствовала его дыхание на своих губах, его тепло, его руки, которые бережно касались её лица. Когда он отстранился, она открыла глаза.

— Я люблю тебя. — сказала она. — Я не знала, что это такое. Я никогда не любила. Но я тебя вижу, Нетейам.

Он смотрел на неё с такой теплотой, что у неё перехватывало дыхание.

— Я знаю. — ответил он. — И я люблю тебя.

Они лежали рядом, глядя на звёзды, когда лес пел свою тихую песню. И в эту ночь, Т/и наконец поняла одну простую истину, которую искала всю жизнь. Она не была пуста. Она была домом. Для себя, для него. Для тех, кто наконец научился её видеть.

А Нетейам, чувствуя, как её дыхание становится ровным и спокойным, улыбнулся в темноте. Он знал, что теперь ничто не сможет их разлучить, ни небесные люди, ни расстояние, ни сама судьба. Потому что они выбрали друг друга. И этот выбор был сильнее любых связей, подаренных Эйвой.

Звёзды смотрели на них, а они просто были — вместе. И когда утром они проснутся рядом, никто из них не будет знать, что ждёт их завтра. Но они будут знать одно, они не одни. И этого достаточно, чтобы идти дальше.

the end.