есть, ради кого меняться.
Утро подступило неожиданно. Кажется, мы могли вечность валяться вдвоем и шептать друг другу различного рода комплименты. Впервые за много лет это утро было добрым и самым лучшим.
Услышав звук включенного телевизора на первом этаже, я выбралась из объятий Лёши в поисках одежды. Вчерашняя ткань лежала где-то на другом конце комнаты, отчего я издала смешок и натянула на себя первое попавшееся.
Дойдя до гостиной я увидела сидящую на диване Каю. С её волос стекали капельки воды, а на лице была маска зеленого цвета. Она сидела ровно и неподвижно, как будто струна гитары. Она не сразу обратила на меня свое внимание, но стоило мне издать один звук, её глаза тут же столкнулись с моими. Кажется, сегодня в них теплился огонек надежды.
— доброе утро, как спалось?— Даже сквозь маску мне удалось разглядеть эту хитрую улыбку обозначающую что-то.— в следующий раз предупредите, когда нужно одеть беруши для сна.
После её слов моё бледное лицо приобрело румянец от смущения. Я лишь отмахнулась и посмотрела, что же девушка так увлекательно смотрела в телевизоре.
Старые прятки на канале Ильи. Как только я повернула голову в сторону плазмы на нём показалось моё лицо. На душе сразу повисло двоякое ощущение. Там я ещё совсем сырая и молоденькая, не подозревающая, с чем мне придется столкнуться лицом к лицу.
— боже, сколько этому видео лет? И ты всё ещё его помнишь?
— конечно, ведь совсем скоро там покажут очень интересный момент.— Она опять улыбнулась и уместила свое внимание на ролике. И как только я взглянула на неё взглядом полного недоумения показался следующий кадр...
Наш поцелуй с Лёшей. Он был в ч/б варианте. Кажется, моё сердце в этот момент остановилось и я забыла, как дышать. Глаза мои стали шире орбиты и я поспешила отключить телевизор, будто это поможет забыть то, что сейчас было показано.
— ахринеть, я даже не знала..— Я не могла найти слов оправдания, но кажется, Кае ничего этого не нужно, она поняла всё по моему взгляду.
— расслабься, это демо версия, Илья отправил чтобы вспомнить былые времена. На его канале нет этого «момента»— Она показательно пальцами поставила скобки и улыбнулась своей лучезарной улыбкой.
За окном слепило яркое солнце, лучи которого игрались на наших лицах. Через минуемое время, когда мы с Каей играли в немые игры, в доме объявился Парадеев. Кажется, он не спал всю ночь. Синяки под глазами, волосы не расчесаны. Прям как абалдуй.
В одной его руке был большой букет белых роз. Это любимые цветы Каи. Знала я это ещё до приезда в Москву.
Саша прошел в гостиную, игнорируя моё присутствие неподалеку. С букета на пол капали маленькие капельки воды, оставляя после себя дорожку, словно слёзы ангела. Эти двое как раз таки и были ими. Светлые. Чистые. Невинные.
Парень с оглаской вручил цветы Кае, после чего та, будто и не бывало, повисла у него на шее, прям как на крючке для одежды.
Я наблюдала за всем этим оперевшись об угол стены, ведущую в гостиную. Кажется, это утро было добрым для всех в этом доме.
Здесь не было напряжения, боли или обиды. Только лишь огромное желание любить и просыпаться всегда рядом.
Знать, как друг у друга дела. Быть рядом в трудную минуту. А самое главное, слушать. Во что бы то ни стало, сесть, всё обсудить и вместе решить проблему, если как таковая имеется.
Кажется, на этом моя красивая, местами непростая и сложная история могла закончиться. Но, всё только начинается...
Его сильная рука обняла меня сзади, и я почувствовала теплое дыхание у себя на шее. Меня не передернуло. Я не оттолкнула. Наоборот, прижалась всем своим телом к Лёше, чтобы ощутить его как можно ближе рядом с собой.
Очень непривычно, но, теперь, мне есть ради кого стараться и меняться. Только в лучшую сторону.
Парень поцеловал меня в висок, будто я была его единственной, кого бы он хотел так целовать каждый день, не переставая.
— кажется, сегодня у всех доброе утро!— Выпалил Лёша. Голос его всё ещё был хриплым после пробуждения.
— ты прав, Леха!— Парадеев тут же повторил тот же жест, что и Лёша.
Кая мгновенно поменялась в лице, будто вот вот испарится на месте.
Я засмотрелась на профиль парня. Такой точный, со всеми скулами и изъянами. Кажется, если бы я была писателем, то моя первая книга была бы об этом парне, из-за которого моя жизнь приобрела новые краски, а я, видение.
Он снился мне каждую ночь. Мне было так хорошо. Но на утро я просыпалась с опустошением, будто от меня оторвали часть чего-то, без чего я больше не смогу жить, забуду, какого это быть собой.
Как только я оставалась один на один со своими мыслями, анализировала, как лучше стоит поступить, но на деле никогда не решалась позвонить или написать. Дать о себе знать.
Ведь он — популярный. А я — никто.
Никто для такого как Лёша. Не востребованная, возможно, местами не совсем симпатичная, но оказывается любимая. Им. Больше никем.
Думаю, я застряла где-то в параллельном мире, где всё так легко и просто. И впервые в жизни я не хочу спускаться на землю.
31 октября
— хочу сегодня съездить к Виоле.— Прожевав надкусанный мною кусочек манника, решила рассказать друзьям о своих планах.
Видимо теперь, я буду отчитываться им о каждом своем шаге. Так безопасней.
— она всегда была рядом в это непростое время. А как только меня положили в больницу от неё ни одной весточки.— Ребята внимательно слушали меня, не упуская ничего.
Кая то и дело успевала поглядывать на стоящие в вазе цветы, то на Сашу, чьи кудри сползали на лоб.
— сегодня Костя позвал нас на концик..— Кая оторвала взгляд от парня и посмотрела сначала на меня, потом на Лёшу, будто не совсем веря своим же словам.
Вот оно, то чувство. Новая вечеринка. Совместная.
Меня окатила волна паники и глаза мои опустились на пол, разглядывая идеально выточенное дерево.
— думаю, это не совсем хо...
— а я считаю, это замечательная идея! Нужно проветриться и позабыть о прошлом, ну только про хорошие моменты стоит не забывать.— Вмешался Лёша, беря меня за запястье, лежащее на обеденном столе, параллельно подмигивая мне, разбавляя обстановку своим оптимизмом.
Я была готова ко всему, но не к совместному мероприятию, где мы с парнем покажемся вместе.
Толпа фанатов, старые знакомые. Именно это и вызывало дрожь в руках и ногах.
— почему ты не выступаешь?— Последовал вопрос от меня.
В памяти до сих пор держались строки его песен, которые когда-то я слушала раз за разом. Позже, боялась услышать даже знакомые мотивы....
— я забросил это дело.— Проговорил намного тише брюнет, будто идя по тонкому бревну над обрывом, где внизу — неизвестность.
— жаль, Верке очень нравились твои песни!— Воскликнул Саша и забросил свою тарелку в посудомойку.— живя с нами, она слушала их чуть ли не каждый день.
Слова Саши вызвали у меня румянец на лице и чувство смущения, а может, немножко и стыда.
— поражен.— Улыбаясь сказал Лёша, и погладил большим пальцем тыльную сторону моей ладони, всё также лежащую ровно на столе.
— ладно, уломали.— Я встала из-за стола и медленно пошагала на второй этаж, прокручивая у себя в голове наш разговор за завтраком.
Он ощущался как что-то обычное, словно ничего и никогда не менялось, а наоборот, осталось на своих местах.
Я взглянула на балкон, где пару недель назад стояла и нагло курила сигарету своих любимых винстонов. Кажется, это был другой мир. С каждой новой затяжкой становилось лучше, но не на душе.
Через мгновение я оказалась в машине, по пути к Виоле, которая настойчиво не хотела брать трубки от меня.
Я чувствовала что что-то может пойти не так, хоть и знала, что женщина боевая, и никакой ствол ей ни угроза. Она ждет меня, и ждет нашей встречи точно также, как этого ждала я.
Голова моя была повернута в сторону окна, за которым пошел первый снег в этом году.
Хлопья его мягко ложились на лобовое стекло автомобиля, тут же тая на глазах. Улицу окутывала шапкой метель, располагаясь на деревьях, дороге и на неоновых вывесках различных магазинов.
Ехали мы так быстро, что казалось, врачебная помощь едет гораздо медленнее, чем мы.
Дом Виолы. Жилой дом с пожилыми людишками и где-то в знакомом окне я видела свет. Он отличался от остальных. Был ярким и светлым. Никакой тусклости и тьмы. Женщина такое любит.
— мы подождем тебя тут, ладно?— Лёша заботливо потрепал меня по волосам, будто передавал мне свой нимб над головой.— только вы там не засиживайтесь так долго, окей?
— я быстро.— Всё что успела сказать я, перед тем как выбежать из машины Каи, хлопая за собой дверьми.
Ключи от подъезда и квартиры у меня были всегда с собой. Их Виола мне вручила первым делом, как только я в первый раз оказалась на пороге её хрущевки.
Тут на сердце накатило новое чувство-тяжести. Как будто мне говорили никуда не идти, но тело не слушалось, душа, тоже.
Я скучала по этой женщине и не хотела больше ждать ни секунды.
Вьюга холодно разносила снежинки за окном, когда я, дрожащими руками открывала дверь, ступила в знакомую квартиру.
Туда, куда меня приютили на несколько дней, помогая оклематься от позывных моментов прошлого.
Я всегда чувствовала себя здесь как дома, несмотря на то, что это было жилье Виолы. Она для меня стала не просто коллегой или подругой, а настоящей матерью, опорой в трудные времена. В этот день я надеялась на тепло и поддержку, которую получала всегда, несмотря на различные невзгоды или происшествия, но вместо этого меня встретила тишина.
Светло-голубые стены, которые когда то были наполнены смехом, разговорами и слезами, теперь казались мрачными и пустыми. Я медленно, будто по осколкам, прошла в прихожую, где на полу лежали старые обувные сапоги и яркая сумка. Всё в стиле Виолы.
Каждая деталь напоминала мне о прошлом, хоть и прошло совсем немного времени. Как мы смеялись и делились вместе с женщиной сокровенными мыслями. Но сейчас в воздухе витала какая-то странная тяжесть, словно саму квартиру охватила печаль.
— Виол?— Тихо произнесла я, но ответом мне была лишь тишина. И я вновь почувствовала, как сердце сжалось сильнее от тревоги. С каждой секундой предчувствие чего-то ужасного нарастало, как давление.
Я направилась в гостиную, и вдруг мой взгляд упал на люстру, ту самую, которая когда то сверкала под светом нашей радости. Но сейчас она выглядела иначе. На ней висела Виола....
Я застыла на месте, не в силах поверить своим глазам. Мгновение казалось вечностью, и все вокруг замерло. Словно время остановилось, и мир вокруг меня распался на куски. Я не могла понять, как такое могло произойти. Внутри меня раздался оглушительный крик, но он остался беззвучным. Мне не удалось поверить в это с первого раза.
Слёзы потекли по щекам, смешиваясь с ужасом и горем. Я сделала шаг вперед, но ноги не слушались. Я потеряла связь с реальностью. В голове стали крутиться мысли. Почему? Как? Что произошло?
Я вспомнила все те моменты, когда Виола поддерживала меня, когда обнимала и говорила « Ты всегда можешь на меня расчитывать, я рядом, Вер.». Но где же была эта поддержка сейчас?
Я подошла ещё ближе. Руки мои дрожали от страха и отчаяния. Я никак не могла представить себе, как Виола могла оказаться в такой ситуации.
Лицо женщины было спокойным, почти умиротворенным, но это лишь усиливало боль в моем сердце. В голове мелькали наши разговоры на работе. О жизни. О мечтах и надеждах. Как же это могло закончиться так трагично? Она не могла, она не могла посметь себе такого.
Словно во сне, я стала искать объяснения. Возможно, это был случайный случай? Или Виола столкнулась с кем то или чем то ужасным? Но в глубине души я всё таки знала правду. Это было самоубийство.
Взглянув на тумбу, стоящую неподалеку от люстры, я заприметила черный конвертик, с шелковой обвивкой. Будто кто-то старался для этого момента. Хотел преподнести это всё красиво.
Я распаковала конверт и стала вчитываться в белый лист, на котором черном по белому от руки были написаны строчки. И после каждой, прочтенной мною строчкой истерика становилась сильней и сильней.
« Я не могу так больше жить.
Моя сестра—монстр воплоти! Гиена! Тварь!
Та, что не заслуживает безнаказанно ходить по земле.
Она совершила непоправимую ошибку.
Ранила ножом частичку меня. Ту, без чьего смеха я не могла продержаться и дня.
Я не хочу жить с мыслью о том, что с этим человеком нас связывает одна кровь.
Если Вера не очнется, то возможно, совсем скоро я окажусь рядом с ней.
Если же свершится чудо, то она будет жить свою лучшую жизнь.
Аня сгниет в тюрьме, а я в могиле, как и положено.»
Это была не единственная записка лежащая в черном конверте. В нем находилась еще одна, предназначенная специально для меня...Её я открывала с особой осторожностью, но слёзы размывали чернила ручки.
— для Веры..— Про себя сказав, я начала читать.
« Моя дорогая девочка! Я знаю, как ты сейчас плачешь...
Но просто поверь, эта ситуация сделает тебя гораздо сильней, чем ты можешь себе это представить!
Прости за эту боль..
Прости, что не попрощалась с тобой
Прости за содеянное мою сестру, за это мне очень стыдно.
Ты знаешь, как я к тебе относилась, с особым трепетом и любовью. К нам даже так родители не относились.
Знаю, через что ты прошла, и невероятно горжусь, как до сих пор ты держишься на плаву.
Не плачь и не реви, всё у тебя будет отлично!
Ты и Лёша, единственные, кого бы я хотела увидеть перед своей смертью. Так и получилось.
С богом, моя девочка!»
Осознание пришло не сразу, оно только потом осенило мою голову.
Глубокая волна боли накатила на меня.
— всё опять из-за меня..— Эта мысль гложила меня изнутри, заставляя выворачиваться наизнанку.
Я спустилась на колени рядом с люстрой, мои слёзы падали на пол, смешиваясь с пылью и прошлым. Я чувствовала себя беспомощной и одинокой. Во мне прямо сейчас убивают что-то своё, родное, трепетное.
В голове звучали слова Виолы написанные в письме для меня «Но просто поверь, эта ситуация сделает тебя гораздо сильней, чем ты можешь себе это представить!». Я закрыла глаза и попыталась представить себе женщину такой, какой она была. Смеющейся и жизнерадостной. Той, кто спасал меня всегда, не прося что-то взамен.
Время словно остановилось в этом моменте утраты и безысходности. Я вспомнила наш последний разговор. Как женщина в трубку кричала мне о чем то хорошем, но я не воспринимала это всё всерьез.
Я подняла голову и посмотрела на лицо Виолы ещё раз. В нём не было страха или боли, только вечный покой. Это было странное зрелище, будто она уснула после долгого дня. В этот момент я ощутила прилив гнева к самой себе за то, что из-за меня покончил жизнь самоубийством дорогой мне человек.
Время шло, а я оставалась сидеть на месте, прижавшись спиной к стене и наблюдая за свисающим телом подруги. Меня шатало из стороны в сторону, но слез больше не было. Я выплакала всё что только можно. На душе теплилось только спокойствие и опустошение. Мне не было страшно находиться здесь, наоборот, очень тепло, словно Виола сидит рядом и обнимает меня за плечи, впитывая в себя всю мою печаль.
Услышав шаги позади себя, мои мышцы напряглись и захотелось ударить того, кто стоит за моей спиной.
— боже мой!— Лёша. Я услышала нотки страха и негодования в его голосе. Он застыл словно каменный. Не шевелился и будто не дышал. Глаза его перемещались по всему пространству комнаты.
Как тень от лежащей табуретки попадала мне на лицо. Или её посиневшие конечности. Он это видел и кажется хотел убежать, чтобы забыть этот ужас раз и навсегда.
— прочитай.— Я протянула Лёше раскрытый конверт, где лежат два письма, написанных черной пастой гелиевой ручки. Красиво и аккуратно, как умеет она.
Он быстро прошелся глазами по строчкам и перевел внимание на меня.
— Аня...— На выдохе выпалил брюнет. Скорей всего, это имя будет преследовать его до конца дней, точно также, как и меня.— я даже представить не мог..
— я потеряла свою главную поддержку...опять из-за меня...— Эти мысли не давали мне покоя ни секунды, из-за чего руки предательски начали вырывать волосы на моей голове.
Парень подбежал ко мне и обнял крепко, противостоя моим нелепым движениям.
— тут холодно, очень.— Он начал целовать мои губы, глаза, шею и лоб, лишь бы я не чувствовала себя одиноко и тошно. Парень находился рядом, как и требовалось.— думаю, она бы не хотела наблюдать за тем, как ты страдаешь. Поэтому, вставай, поедем на концерт, а потом подумаем, что делать дальше.— Лёша поднял меня за локоть и отряхнул с моей юбки пыль, которая уже образовывалась в комки.
Парень вызвал все нужные службы и дождался их со мной. Он не отходил ни на шаг, при этом пытаясь загородить вид в гостиной.
— спасибо что ты есть.— Я мысленно улыбнулось записке Виолы, в которой говорилось про нас с ним. Знаю, она видит нас и улыбается, так лучезарно как она умеет.
Мужчина закрыл молнию черного пакета и вынес тело женщины за порог её квартиры, которая была пропитана любовью и поддержкой. Где всегда был вкусный чай, а иногда находилось что покрепче. Квартира, чьи подушки впитывали мои слёзы и люстра, которая освещала всё пространство. Теперь на ней висела прочная веревка, а под ней лежала деревянная табуретка со следами ботинок.
Я провела рукой по тумбе, где лежало письмо и проводила квартиру прощальным взглядом.
Повесила ключи на крючок для одежды и выдохнула. Тяжело, с болью и скорбью.
Выйдя из подъезда на ресницы начали попадать хлопья холодного снега, перемешиваясь с моими слезами. Метель была такая, что могла снести с места, далеко, туда где никто не сможет до тебя добраться.
— поехали, кажется, нас заждались.— Лёша улыбнулся улыбкой, которая согрела меня где-то внутри, очень близко к сердцу. Переплел наши пальцы в замок и повел к авто Каи, которая ждала нас целую вечность.
— я соболезную.— Как только двери за мной захлопнулись, Кая поспешила одарить меня грустным взглядом и парочкой слов.
— она была для меня всем.— Полушепотом сказала я и стерла последнюю слезу, которая вот вот застыла бы у меня на щеке.—... ничего, живем дальше. Она не должна знать, что мне больно и плохо, ни в коем случае. На концерт, быстрее!— Мне пришлось самой разбавить напряженную обстановку в машине, лишь бы вновь не погрузиться в себя и в свои мысли.
Дорога в клуб казалась вечной. Кажется, сегодняшний вечер ополчился на нас темной дымкой неприятностей, которые преследовали на каждом шагу.
В центре Москвы случилось дтп, никто не выжил. Одна машина была всмятку, другая догорала в пламени огня.
А ближе к заведению, куда мы всё это время держали путь, перерезали горло молодому парню, у которого нашли холодное оружие в правом кармане пальто. Он куда-то спешил и к сожалению, не дошел до места назначения.
— как жаль, что добрым сегодня было только утро..— Прошептала я на ухо Лёше, который безвылазно сидел в своем телефоне, не переставая поглаживать моё бедро.
Он немного поежился от наступающих мурашек по телу, но не убрал телефон от лица. В этот момент он выглядел так привлекательно, что хотелось раздеть его прямо в салоне чужого автомобиля и показать, на что мы оба способны когда влюблены в друг друга по уши.
Иногда, у меня возникают такие порывы страсти, которые приходится удерживать в себе, не подавая виду на что либо. Но только не с ним..Лёшу я хочу всегда и везде.
Чувствовать аромат его кожи у себя под носом. Засовывать пальцы в его мягкие пушистые волосы. Умирать из-за экстаза от его комплиментов мне на ухо.
Я зависима, от него и от любви. Лёша единственный и я надеюсь последний, от кого я буду так безума.
— приехали!— Выкрикнула Кая, расслабляясь на водительском сиденье. Она протяжно вдыхала свежий воздух снежного города, поглядывая на всех нас.— пошлите, нас ждут.— И мы послушались, покорно.
Перед собой я заметила знакомую неоновую вывеску, как пять лет назад. Это место познакомило нас с Лёшей.
Именно тут я впервые услышала как красиво он поет и как умело может динамить кого-то. Тут я почувствовала что-то своё, ещё не догадываясь, что меня ждет впереди.
— ого, тут ничего не изменилось.— Озвучив свои мысли вслух, ребята с усмешкой глянули на меня.
Глаза Каи и Саши горели, а Лёша сохранял спокойный вид, будто заполучив свою награду и насыщается ей сполна.
— зато, поменялись мы.— Вымолвил слова брюнет и мы прошли во внутрь.
Уже вовсю кипел движ. Были слышны возгласы фанатов, просящих у ребят фотографии. А еще, в помещении были и интервьюеры, снимая что-то на свои камеры и разговаривая с ребятами из медиа индустрии.
На душе было тепло и приятно, совсем то, что я и ожидала от этого места и людей. Только теперь, я не хочу бежать от этой толпы, наоборот, хочу быть в центре внимания, рядом с Лёшей.
— Вера? Вот так встреча!— Из-за спины нас позвал Влад. Всё тот же спокойный тембр голоса. Тот же запах сигарет, которые он дал мне когда то. Только теперь, он был вместе с какой-то очаровательной блондинкой, чьи глаза светились при столкновении взгляда с Владом.
— и тебе привет..— Я улыбнулась мягко, чуть скромно, что мне вовсе и не присуще.
— это моя девушка, Юна.— С гордо поднятой головой, Влад указал на девушку, стоящей рядом с ней. Лицо её покрылось румянцем от смущения.— а я так полагаю, вы с Лёшей теперь официально вместе? Поздравляю!
— с недавних пор, да.— Лёша чмокнул меня в висок и вдохнул аромат моих духов с шеи. Думаю, рядом со мной ему очень хорошо.
— скоро выйдет Костя, а пока, предлагаю пойти в гримерку, там уже собрались все, только вас не хватает.— Кудрявый махнул нам рукой и мы пошли за ним вслед. Не отходя с Лёшей друг от друга ни на шаг, держась крепко за руки, к чему я до сих пор не могу привыкнуть.
Та самая черная дверь. Открылась и мы прошли так, будто на самой красной дорожке побывали.
— наконец этот день настал и я увидел этих двоих рядом, и вместе!— Подпрыгнул Костя и подбежал к нам с двумя бокалами безалкогольных коктейлей.— угощайтесь..— Он дружески обнял нас и мы уселись на кожаный диван рядом с Каролиной и Ильей, которые мило ворковали что до нашего появления, что после.
Тут же неподалеку я заметила девушку, сидящую прямо, и смотрящую при этом в пол. Её я не знала, но выглядела она очень неуверенно по сравнению с другими.
— привет, а мы не знакомы?— Обратилась я к ней.
Девушка была эталоном чистой женской красоты. Длинные каштановые волосы и цвета черного шоколада глаза. Цвет кожи бледный, такой, какому я могла только позавидовать, не менее.
Она робко подняла свои глаза и оглядела нас с Лёшей, остановившись на пару секунд именно на нём. Парень тоже словил зрительный контакт с ней и они играли в немые игры.
— привет...я сестра Каролины.— Произнесла она так тихо, будто боялась, что кто-то ещё подслушает наш диалог.
— а из какого ты города?— Последовал следующий вопрос от меня.
—...Электросталь.— Неожиданно для нас двоих выпалил брюнет, который резко убрал от меня свою руку, но продолжал смотреть на девушку, что сидела рядом с ним.
— откуда ты?...
— помню тебя ещё со школы, ты моя параллель..Ника, верно?
— как точно и тонко..— Она смущенно улыбнулась и протянула ему руку для рукопожатия.— а вы встречаетесь?
— да.— Оторвав от сердца произнесла я и отвела взгляд от Ники, лишь бы не подорваться на месте и не залить ей в глаза кислоту.
— пятиминутная готовность!— Крикнул Илья, обращая всё наше внимание на него.
Костя стоял у двери, которая вела прямо на сцену. Я слышала, как народ безумно ждет его на сцену. От этого по телу пошли мурашки и у меня. Будто это я сейчас выбегу на сцену и закричу всему миру « А вот и я, не ждали??! А я здесь, перед вами! Кричите, кричите громко только мне!»