Осколки нас.

я иду по улице на очередной сеанс с олей,

сегодня четырнадцатое ноября. завтра день рождения у лизы, они с ней не помирились и даже не пересекались.

утром после той ночи я её дома не увидела, зато была кира. она сидела раздраженная, но, увидев меня, сразу расслабилась.

— садись, разговор есть.

я киваю и сажусь напротив неё.

— что случилось?

я смотрю на неё, приподняв одну бровь, она отпивает глоток кофе и, встав, идет молча с кухни, но через минуту приходит с листиком в руках и ручкой.

— пиши.

я всё так же смотрю на неё, не понимая ничего.

— заявление пиши на моего батю.

мои глаза расширяются, я поднимаю взгляд на киру. она смотрит на меня без единой эмоции, будто она ждала этого уже много времени.

— но..

— никаких «но», крис, пиши.

её тон грубый и холодный, я сжимаю губы. трясущейся рукой я беру ручку и пишу.. пишу всё в мельчайших деталях, выделяя всё самое важное..

когда заявление было сдано и анализы были получены, у меня выяснили педикулез.

бабушка, узнав, что со мной произошло, попала в больницу.. я очень винила себя в этом... но дедушка поддерживал меня, обещал, что они с бабушкой сделают всё, чтобы я была счастлива. брату я рассказала про изнасилование по телефону, он с командой был в другом городе, я сказала, что заболела, поэтому не могла поехать..

— почему ты не рассказывала раньше?

он шмыгал носом, я слышу, что он будто плачет.

— он пригрозил.

я шепчу, сдерживая слезы. он сжимает губы.

— прости меня..

я улыбаюсь, а слезы предательски текут из глаз.

— я не обижаюсь.. я просто нуждалась в тебе.. как в старшем брате.

— я обещаю, я приеду, я буду с тобой время проводить. кристин, я..

— поздно, ден. мне уже не пять, мне и одной хорошо.

я сбрасываю трубку, а оля подходит ко мне и обнимает меня..

сейчас я подхожу к её кабинету, чтобы она мне прописала ещё одни таблетки. у меня закончились кошмары, я больше не боюсь прикосновений, я больше не плачу ночами каждый день.. но я становлюсь овощем.. потихоньку, и я это чувствую. я захожу к ней в кабинет и вижу её. оля сидит и пьет чай.

— привет, кристин.

она улыбается.

— привет.

я сажусь напротив.

— как твои дела?

— пойдет, ты как?

мы начинаем разговаривать. я узнаю, как её день, как выходные, она узнает про меня.. так проходит около двадцати минут, она начинает спрашивать про кошмары, про брата, про бабушку. я рассказываю ей всё сухо и вкратце. не хочу вдаваться в подробности, особенно про бабушку..

— так, кристин, вот новые таблетки тебе, если опять будут сниться кошмары — звони.

я киваю, беру листик и ухожу.

***

— здравствуйте, я к захаровой.

я стою с пакетом мандаринов в руках и сжимаю их, покусывая щеку изнутри. я до сих пор боюсь смотреть на бабушку.. до сих пор боюсь разговаривать с ней и приходить сюда.

— проходите.

меня пропускают, и я иду.

— девушка!

я оборачиваюсь.

— бахилы на ноги.

***

я захожу в палату и вижу её... лиза сидит возле кровати и держит мою бабушку за руку. она извиняется перед ней.. за отца.. за себя.. за всех.. я хмурюсь и подхожу к ней.

— ты что тут делаешь?

произношу шёпотом. она отпускает руку бабушки и поворачивается ко мне, её глаза красные, опухшие.

— ничего. ухожу уже.

она встает и, взяв свою сумку, уходит, даже не прощается. я смотрю ей вслед и сжимаю кулаки. мы окончательно перестали с ней общаться.. на этом всё..

я сажусь на стул, где сидела только что она, и беру бабушку за руку, она спит. я аккуратно поглаживаю морщинистую кисть и смотрю на неё.

— я люблю тебя, ба..

произношу тихо.

— прошу.. поправляйся скорее.. я скучаю.. дед скучает..

я шмыгаю носом и улыбаюсь слабо. она просыпается. бабушка открывает глаза и смотрит на меня.

— кристиночка.

она хочет приподняться, но я не даю ей этого.

— лежи, всё хорошо, ба, я тоже рада тебя видеть.

я целую её в щеку и аккуратно приобнимаю.

— как ты, моё солнце? всё хорошо? как школа? психолог? как дед? ден?

она задает вопросы, а я усмехаюсь.

— всё хорошо, я.. я в порядке, хожу к оле, она мне выписала новые таблетки, всё хорошо в школе, недавно пять по английскому получила.

она улыбается и сжимает мою руку, она рада за меня.. её глаза блестят.

— с дедом всё хорошо, он дома отдыхает, ден приедет в субботу.. как ты? что говорит врач?

— а врач говорит, что скоро ваша бабушка будет бегать, прыгать и скакать.

я улыбаюсь, поворачиваясь, и вижу врача.

— здравствуйте, спасибо вам.

он кивает головой и подходит к нам.

— анна сергеевна, почему вы не говорили, что у вас такая внучка взрослая? на вас похожа.

кристина чуть смущается и опускает взгляд.

— спортсменка небось?

спрашивает он, а кристина кивает головой.

— футболистка, капитан команды..

мужчина удивляется.

— а не случайно в двести первой школе ты учишься?

— случайно в ней.

усмехается кристина.

— у меня там внучка учится. юля чикина фамилия.

— знаю, она у нас нападающий.

— моя гордость.

я улыбаюсь, пока бабушка гладит меня по волосам. нас оставляют вдвоем, и мы начинаем просто общаться, ведь обе соскучились друг по другу..

я иду по грязному району, своем, осматривая стены, подъезды, грязные и мокрые площадки. осень — не моё любимое время года, но только из-за неё я полюбила осень.. блять, я слишком часто думаю о ней.. у меня есть девушка. точно, девушка. я сажусь на бетон возле подъезда и, достав телефон, набираю вику, гудки идут, но никто не берет. я звоню второй раз.. третий.. на пятом звонке она отвечает, я слышу тяжелое дыхание и хриплые мужские вздохи.

— я видимо помешала?

я начинаю включать ревность.. блять, а сердце бешено стучит. я сжимаю скулы, слушаю оправдания, но после сбрасываю, молча кидая вику в чс. а вот и нету девушки. я злюсь и решаю идти прогуляться, я надеваю капюшон на голову и, достав из кармана запутанные наушники, вставляю их в уши и иду..

«на заре, на расстрел, от воды, от огня, я умру, я умру, я умру за тебя, я умру, я умру за тебя..»

я подпеваю себе в голове строчки алены швец и улыбаюсь слабо.. я снова думаю о ней, её янтарные глаза, они не выходят у меня из головы.. я ищу глазами только её.. только сейчас. на улице уже темнеет, я до сих пор гуляю по городу, слушаю музыку про любовь, расставания и ревность. это всё у меня ассоциируется с ней.. лиза, она слишком много у меня в голове.. надо перестать о ней думать. я останавливаюсь у моста и смотрю на время. двадцать три пятьдесят девять.. я разблокирую телефон и захожу в телеграм, в закрепе — она. я захожу в чат с ней и пишу короткое:

«с днём рождения».

ровно в ноль-ноль отправляю. она сразу заходит в сеть и читает моё сообщение. она долго молчит, я сжимаю губы и тяжело вздыхаю, хочу выключить телефон, как тут получаю сообщение от неё.

вы: «с днём рождения»
00:00

лиза: «спасибо, ты, как всегда, самая первая поздравила. я благодарна тебе»

я улыбаюсь, читая её строчки, и из глаз капает слеза на экран телефона. я ставлю реакции на сообщения и выхожу из сети, улыбаясь..

я сижу на последней парте на уроке английского языка и сплю. целую ночь я гуляла, я думала о жизни. о будущем. о том, что же будет после того, как я умру.. я не думала о смерти. я думала, что будет, если я умру..

целый день в школе я только спала. мне не хотелось ничего, кроме как выспаться. лизы сегодня не было, но кира рассказала, что та просто не спала целую ночь, поэтому не пришла. ну, она именинница, имеет право решать, что ей делать сегодня.

я лежу на парте, до сих пор тут слышу кашель возле себя. встав и открыв глаза, я вижу перед собой анну евгеньевну.

— захарова, давай к доске, расскажи о своей любимой музыке.

я расстерянно встаю и иду к доске под строгий взгляд учителя.

— и так.. назови своего любимого исполнителя.

— алена швец.

я называю сразу и без раздумываний. моя большая мечта — побывать у неё на концерте.. я знаю её песни наизусть, каждую от строчки до строчки.

— с скольки лет ты её слушаешь?

— с девяти лет.

я отвечаю ей, смотря на класс.

— твоя любимая песня?

— две..

я застываю и смотрю на анну евгеньевну, она ожидает ответа.

— две девочки.

— пропой нам пару строчек.

я приоткрываю рот и немного переживаю.

— ну, кристин, мы ждем.

я сжимаю губы и начинаю проговаривать текст медленно, чётко и уверенно, но немного с дрожащим голосом.

— хочешь, я имя твоё набью, а сверху еловые веточки, мир так жесток, если вдруг любовь чувствуют между две девочки..

***

я иду домой, сжимая лямки от рюкзака, как тут меня догоняют пацаны с нашего класса.

— захарова, ты чё, тоже пиздолизка?

они усмехаются и прижимают меня к дереву.

— чё? с чего ты взял?

я чуть напрягаюсь и сжимаю скулы, страх.. он нарастает с каждым его дальнейшим словом.

— ну, ты же за андрющенко бегаешь, как верный пёс, её.

— я не бегаю за ней. мы с ней не общаемся больше, она мне нахуй не нужна.

я повышаю тон, смотря прямо в глаза, а у самой руки трясутся. он усмехается.

— ну смотри.. ты же знаешь, что мы не любим радужных.

они уходят в сторону, а я выдыхаю, замечая лизу, та смотрит на меня разочарованно и уходит. а я не догоняю её.. я смотрю ей вслед..

я лежу на кровати и пытаюсь думать, что делать дальше. с лизой общение уже не вернёшь, тут в мою комнату стук. я встаю, открываю её и вижу дена.

я запрыгиваю к нему на плечи, можно сказать, обнимая брата крепко, как только могу.

— тихо, упадёшь же. как ты, мелочь?

он усмехается.

— всё хорошо, а ты чего так рано? должен же в субботу приехать.

— а, мы освободились раньше.

он улыбается.

— идёмте на кухню, чай пить.

говорит дедушка, и мы с денисом идем на кухню.

— как вы выиграли чемпионат?

я сжимаю губы и трясу коленом.

— выиграли.

я срываюсь с места, набрасываясь на брата и обнимая его.

— как я рада! боже. в следующей игре мы их размажем, и я вместе с вами буду.

— вместе с нами? тебе врач что сказал?

— он мне сказал, что я могу вернуться в спорт, но продолжать принимать витамины.

денис кивнул головой.

— тогда завтра на тренировку.

— без проблем.

я усмехаюсь и пью чай. дед с улыбкой смотрит на нас и тяжело вздыхает.

— отец бы гордился вами..

— отец пил не просыхая, а мать повесилась.

сказал денис раздраженно и закурил. я сжала губы, я не помнила маму вообще, но отца до восьми лет знала.. дедушка сжимает губы и опускает взгляд вниз.

— ден, хорош.

я смотрю на брата, что подходит к окну и курит.

— что хорош?

— то и хорош, ты приехал сюда говорить, какой отец и мать хреновые, а сам не лучше!

я повышаю тон и ударяю кулаком по столу, чашки с чаем падают на пол и разбиваются. хрусталь.. она разбивается на осколки, в которых можно увидеть своё отражение... я тяжело вздыхаю, денис смотрит на меня в шоке. бычок, что между пальцев сжат, догорает, обжигая кожу парня.

— простите.

тихо говорю я и, сжав губы, начинаю убирать осколки.

— кристиночка.. не извиняйся. дениска, прости ты меня, что тему поднял.. такую.

дед сжимает губы и дрожащим голосом говорит, я шмыгаю носом.

— дед, я не обижаюсь. это вы простите меня.. и ты прости, крис, правда.

я киваю головой.

— я прощаю.. я всегда тебя прощаю.

шепчу и, встав, выбрасываю осколки в мусор.

я выхожу с денисом из подъезда и иду в сторону его дома. решаю провести его.

— прости ещё раз.

— забыли. прошло четырнадцать лет.

я кусаю кожу на губах и шмыгаю носом. он отводит взгляд и идёт молча. ему стыдно.. он очень сожалеет, а я молчу.. ведь в возрасте семи-восьми лет я бы ещё простила. но когда тебе вот-вот восемнадцать лет, тут надо думать, а потом делать.. мы проходим мимо подъезда лизы. я кидаю на него мимолетный взгляд.

— андрей сел, ты знаешь?

я смотрю на него и киваю головой.

— ага. знаю.

— за лизкой кто следит?

— не знаю.. мы не общаемся.

— а чего так?

— личные причины.

я тяжело вздыхаю и, остановившись, достаю сигареты.

— вы поссорились? чего вы так резко перестали дружить, вы же всегда были не разлей вода.

кристина затягивается и смотрит на звезды.

— просто.. мы обе выросли.. мы обе поняли, кто мы... мы как солнце и луна.. несовместимы.

— ошибаешься, кристина.

он смотрит на меня и берет бычок из моих рук, затягиваясь.

— знаешь легенду про солнце и луну?

я мотаю головой, продолжая глядеть в небо. он усмехается и продолжает смотреть на меня, затягиваясь сигаретой.

— легенда гласит: что солнце и луна всегда были влюблены друг в друга. но никогда не могли быть вместе, так как луна всходила после захода солнца, поэтому бог в своей бесконечной благости сотворил затмение как доказательство того, что в мире нет невозможной любви.

кристина приоткрывает рот и смотрит на небо.

— ден... я, кажется, вижу затмение..

он поворачивает голову и усмехается.

— а ты говоришь, что вы несовместимы.. вот тебе и доказательство.

я с открытым ртом смотрю на небо, пока вокруг всё покрывается мраком и тьмой..