ПОКА ТЫ НЕ РАСТАЕШЬ

Глава 31

Я начал приходить в себя, когда мои руки завязывали у меня же за спиной. Голова ещё немного гудела, а в груди жгло от клофелина... Меня похитили. И, если не ошибаюсь, это сделала Дженнифер. Со всех сил старался сделать вид, что всё ещё без сознания, и сдержать улыбку. Меня аж трясло от того, как сильно я скучал и как хочу сейчас обнять. Но не подавал виду.

- Да твою мать, что за руки у тебя такие, даже связать нормально не могу.

Ворчала она, мучаясь с верёвками у меня за спиной.

Не знаю, сколько времени прошло, но, наконец-то закончив связывать меня, она куда-то отошла. Я приоткрыл глаза, осматриваясь. Был в каком-то подвале. А передо мной стол с разными инструментами. Похоже, она собирается меня пытать. Весёлое начало.

Вот так и доверяй девушкам. На вид ведь слабая, а смогла как-то такого амбала, как я, оттащить до подвала. Надо же, не думал, что моя Дженнифер такая сильная. Стоп, она не моя. Она целовала Дарио, я должен злиться. Но, блядь, какая же она красивая.

Заметив, что я открыл глаза, она шагнула ко мне. Она уже не скрывала своё лицо. Я ясно видел её. А она видела меня.

- О-о, любимый Даниэль очнулся. Знаешь, я сначала думала устроить нам догонялки. Заставить тебя убегать. Но потом подумала, это слишком много пафоса. Легче будет попытать тебя.

Дженнифер маниакально улыбнулась и взяла нож со стола. Медленными шагами она подошла ко мне. Сев на корточки, поправляя свой красный плащ, наклонилась к моему лицу. Прядь волос выпала, и я заметил, что сзади есть несколько седых прядей.

Моё сердце сделало кульбит. Она поседела? Что такого произошло, что она стала седой на задней части волос? Что с ней случилось? Неужели те пытки сделали её седой? Только сейчас я вспомнил, почему был задумчив на тренировках. Точно. Я вспомнил всё... пытки, много пыток Дженнифер.

Мне стало невыносимо больно. Вспоминая обо всём, что в ту ночь случилось.

- Джен.

Она не отреагировала.

- Я бы предпочла, чтобы ты назвал меня жрицей.

- Жрицей?

Что она имеет в виду? Я смотрел на неё в недоумении, пока она проводила лезвием ножа по пальцу, но не до такой степени, чтобы порезаться. Теперь её глаза снова были зелёный и карий. Похоже, в тот раз она надела линзы.

- Да. Знаешь, мне отлично сидится на месте самой главной особы секты.

Она что?! Тошнота подступила к горлу при мысли о том, что она делала в этой секте. Мне дядя Эван рассказал. Здесь убивали людей, вырывали у них сердца, выпивали их кровь. Делала ли это Дженнифер?

Она наклонилась ко мне и резко провела лезвием по моему предплечью. Кровь тут же выступила наружу. Жгучая боль раздалась в теле. Я подавил стон боли. А она улыбнулась, лезвием ножа сгребая кровь с моей кожи и облизывая её.

- Я вырву твоё сердце. Оно будет моим, Даниэль.

Прикусив щёку, я улыбнулся. Видимо, это разозлило её, и ещё раз - она опять провела лезвием по моей руке.

- Моё сердце и так твоё. Что бы ты ни сделала и сколько бы боли ни причинила.

Она начала злиться ещё сильнее. Её злость затмила ей глаза, не давая заметить, как я за спиной освобождался от верёвок.

И вот она замахнулась рукой, готовая вонзить в меня нож, как я обхватил руками её талию и притянул на себя. Она удивлённо ойкнула, а мои губы накрыли её.

Я целовал страстно. Глубоко. Жадно. Руки сжимали её волосы, притягивая ближе. Углубляя поцелуй. Мой язык ворвался ей в рот. Дженнифер пыталась освободиться, царапая меня ногтями и ножом. Мне было всё равно. Я сжимал только крепче.

С каждой секундой хотелось всё больше и больше. Руки опустились на её бёдра, заставляя садиться ко мне на колени.

Дженнифер

Как бы сильно я ни пыталась освободиться от его поцелуя, у меня ничего не получалось. У меня на губах всё ещё была его кровь. Пыталась бить его по груди и царапать, но он лишь постанывал в поцелуе, придвигая меня к себе. В голове словно был какой-то стоп-кран. Который говорил, что поцелуй - это запрещённое что-то.

У меня началась паника. Мне нельзя. Это запрещено, нет, нет, нет, нет, нельзя целовать... Я начала плакать и вырываться.

Дженнифер//

- Я люблю тебя, Дженнифер. Люблю, люблю.

Он перестал целовать и прижимал к себе крепче. Он даже не обращал внимания на свою кровь, которая капала из его предплечья. Я кричала и вырывалась, но Даниэль обнимал. И говорил, что любит. В моей голове словно что-то крутилось. Какие-то шестерёнки. Мне не хватает воздуха...

Больно укусила, я вырвалась из его рук и убежала.

Мне срочно надо очистить своё тело. Я грязная, я грязная, грязная!

Забежав в комнату очищения, я включила воду. Моё тело дрожало, мне было... страшно. Голова гудела. Холодная вода словно врезалась в кости. Мне надо очиститься. Мне надо быть чистой. Воздуха стало не хватать, но я не выходила из воды. И вот, когда моё сознание начало теряться, кто-то схватил меня за руку и вытащил.

- Дженнифер...

Я закашлялась и, когда открыла глаза, увидела дядю Эвана. На нём была чёрная мантия, как и на остальных, кто подчинялся мне. Он был здесь? Я злилась на него так же, как и на всех, но не помнила почему.

- Отпусти мою руку!

Но он не слушался. Все должны слушаться меня!

- Я подозревал, что ты здесь. Мне надо было догадаться, что мы не всё уничтожили. Кто три главы?

- С чего ты думаешь, что я буду тебе говорить? Секта - мой дом. Мне здесь хорошо!

Он застыл, словно я ударила его чем-то. Его хватка стала сильнее.

- Ты хоть знаешь, что ты говоришь? Ты знаешь, скольким пожертвовала твоя мама, твой папа? Знаешь, что отдал взамен я, чтобы ты жила спокойно?! И сейчас ты мне утверждаешь, что это твой дом?!

Я никогда раньше не видела дядю Эвана таким. В его зелёных глазах была ярость.

- Вы все меня предали! Вы все хотели мне зла!

Он смотрел на меня в недоумении, словно не понимал, о чём я говорю. Но я знаю, они все хотели меня убить, только все, кто хотел меня защитить.

- Я повторять не буду. Кто три главы? Они должны умереть. Должна умереть и ты, но этого я не смогу сделать. Ты моя семья... ещё одного родного человека я не потеряю.

Я вырвалась из его хватки и встала. Вода капала с моего плаща. Он перевёл взгляд на мою седую прядь и слегка нахмурился, но ничего не сказал.

- Я тут власть. И не вернусь домой. Я уже говорила, что мой дом здесь. Мне плевать, кто там чем пожертвовал. Скажи спасибо, что я не позвала остальных и тебя сейчас не лишат сердца.

Сказав эти слова, я покинула комнату очищения. Что-то непонятное во мне поднимало тревогу, но я не могла понять, что. Не могла вспомнить. Но после слов Даниэля, что он любит меня, словно что-то сломалось во мне. Словно что-то пыталось вырваться наружу, но была какая-то блокировка, которая не позволяла это сделать.

Проходя мимо комнат, моё внимание привлекла комната Роберта Кастиэля и Зака. Она у них была блочная. Что-то меня туда тянуло. Сегодня они были на жертвоприношении, так что их не будет в ближайшее время. Я знала, что нарушаю правила. Но всё же шагнула внутрь.

Дверь за мной тихо закрылась. Комната была тёмная. На стенах висели картины женщин в крови. Изрезанных и распятых на камне жертвоприношений. Здесь не было ни капли живого растения. Или чего-то наподобие того. Всё было серое, и чёрное, и бордовое. Ни капли ясности.

Но почему-то больше всех меня привлекала именно комната Зака. И я зашла туда.

Подойдя к дубовому столу, пыталась найти что-то, что может зацепить моё внимание. И вот нашла. Огромная картина во всю стену - картина моей бабушки. Чем-то она напоминала меня. Сколько тогда лет Заку на самом деле? Он не мог так долго жить. Значит, он соврал, что это была его любовь. Не любил мою бабушку. Чисто физически это невозможно.

Вот бы ещё помнить детали. Но они были как в тумане. Повернув голову обратно к столу, я увидела ящик, похожий на тот, что у моего папы. Может, там тоже есть потайной?

И да. Я не ошиблась. Там были письма и фото. Моя бабушка стояла рядом с мальчиком лет двенадцати. Он был похож на неё. Они держались за руки. А внизу была подпись: «Дженнифер и Зак Гемелио». Гемелио? Но я из семьи Холмс. Возможно, это бабушкина девичья фамилия. А кто тогда приходился им Джеймс?

Я пыталась вспомнить ещё какие-то детали, но ничего не получалось. И рука взялась за письмо.

«Для дорогого брата Зака. Сегодня я выхожу замуж за Джеймса. Он страшный человек. Но у меня нет другого выбора. Ты ещё совсем маленький. Может, ты и не мой родной брат, но для меня ты как часть меня. Наши родители умерли, мне надо как-то прокормить семью. Нет другого выбора, как выйти за него замуж. Он говорит, что любит меня. Но у него страшные глаза. Возможно, я недолго проживу после свадьбы. Ты будешь моим любимым младшим братиком».

Зак - родной брат моей прабабушки? От переизбытка информации моя голова начала болеть. Он как-то связан с моей семьёй... Чёрт, не могу вспомнить... Он мне что-то рассказывал...

Но не успела я погрузиться в мысли, как услышала звук открывающейся двери. Быстро закрыла ящик и подбежала к окну. Я уже проделывала такой трюк, когда сбегала от Даниэля. Только вот здесь нет трубы. Только балкон, метра четыре внизу.

- И что ты искала в моей комнате?

Послышался позади хриплый голос Зака.