ПОКА ТЫ НЕ РАСТАЕШЬ

Глава 28.

Я словно перестала дышать, вспомнив то, что когда-то в детстве говорила мне мама. Чтобы вычислить, отравлена ли еда, можно использовать китайскую технику - металлическую тонкую иголку.

Я начала подниматься наверх, не обращая внимания на дрожь в ногах. Зашла в одну из комнат. Там стояло некоторое оружие - мамино и папино. Для безопасности я взяла пистолет и одну иголку, а затем быстро спустилась вниз.

«Хоть бы это было неправдой, хоть бы это было неправдой, хоть бы это было неправдой», - повторяла я про себя, поднося тонкую иголку к еде. Подождала несколько секунд и начала вытягивать её. Еда отравлена. Мама пыталась меня отравить?

Слёзы начали капать из глаз, скатываясь по щекам. Мама, которую я так любила, пыталась меня убить? Этого не может быть. Почему сегодня происходит что-то непонятное? А папа знал? Знал ли папа о том, что мама хочет меня убить?

Иголка упала на мраморный пол, а слёзы текли всё быстрее. Мне хотелось, как раньше в детстве, прибежать к ним в объятия и сидеть там до утра. Я хотела, чтобы они снова защищали меня от монстров, которые, как мне всё время казалось, сидят в моём шкафу. Неужели вся эта мамина любовь была ложью?

Я сжала пистолет, когда услышала позади себя шаги. Мама остановилась в ступоре. Её слегка седые волосы были заплетены в пучок. Она смотрела на меня так, словно видела в первый раз.

- Милая, это разве не должна была пройти через час?

Этот мягкий взгляд... она обманывала меня.

- Мама, почему ты хочешь меня убить?

Она замерла, словно поняла, о чём я говорю. Её взгляд медленно опустился на тонкую иголку на полу. Она всё поняла. Моя мама поняла, что я знаю.

- Джен, милая... я должна была сказать тебе раньше.

Но не успела мама договорить, как вошёл папа.

- Что тут случилось?

Его волосы были мокрыми - словно он только что вышел из душа. Папа положил руку на плечо мамы, притягивая её ближе.

- Ты знал, что она хочет убить меня?

Карие глаза папы встретились с моими. Словно он хотел убедиться в том, что услышал.

- Милая, что ты такое говоришь? Мама бы никогда тебе не навредила.

- Не навредила? Моя еда отравлена! Как ты это объяснишь?!

Я посмотрела на маму. Её глаза были опущены, а руки дрожали. Папа словно что-то понял и прижал маму к себе.

- Тебе надо отдохнуть. Джен, иди в комнату. Я помогу маме дойти до спальни и приду к тебе.

Вот так просто?

- Ты знал?! - я крикнула, и мама вздрогнула.

- Дженнифер, иди в свою комнату, - сказал папа твёрдо. Он никогда прежде так со мной не говорил. Он тоже предатель. Я направила на него пистолет.

- Вы пытались убить меня.

Папа прикрыл маму собой.

- Не глупи, Дженнифер. Твоей маме плохо. Положи пистолет.

Моя рука дрожала, и я плакала, ничего не видя перед собой. Всё за сегодня так накопилось, словно волна обрушилась на меня.

Руки дрожали, и я сама того не осознавая, случайно нажала на курок. Папа мгновенно среагировал и прикрыл маму собой - пуля поранила его плечо. А я застыла, слыша лишь крик мамы. Она опустилась на колени, удерживая его, и посмотрела на меня.

Пистолет с грохотом упал на пол.

- Я не хотела... папа... папа, прости.

Я начала отшагивать назад. Я опасна. Опасна для всех. Я стала убийцей тогда и останусь ею сейчас. Мама судорожно звонила кому-то по телефону - должно быть, в скорую. Всё было словно в тумане. Я отшагнула и побежала из дома.

Выбежала на ночной город, бежала сквозь людей, не замечая никого перед собой. Мне не хватало воздуха, было нечем дышать. Это всё моя вина. Как я могла навредить папе? Надо было дать маме договорить. Какая же я дура.

Если бы я этого не сделала, если бы не полезла в дела секты, ничего бы этого не случилось. Я обещала дяде Эвану... я подвела всех. Предала Даниэля, предала Эм... я предала всех.

Я остановилась лишь тогда, когда больше не было сил бежать дальше. Зашла в небольшой переулок, чтобы передохнуть. Надо дойти домой.

Я рукой вытерла слёзы и встала, чтобы снова пойти, но вдруг услышала позади себя шаги. Затем кто-то подбежал сзади и приставил тряпку к моему рту. Я начала сопротивляться и царапать руку человека, но всё было бесполезно - я потеряла сознание.

---

Очнулась уже на каменном полу. Голова гудела, а в груди жгло. На стене висел прожектор. Место выглядело как подвал, но в центре стоял камень с пентаграммой. Вокруг ходили люди в чёрном, а рядом на кресле аккуратно лежала красная мантия. Где я нахожусь?

Я начала открывать глаза и увидела рядом с собой трёх людей в чёрном. Они заговорили, и я узнала их голоса.

- Наконец-то очнулась?

Это голос Роберта. Я бы этот голос ни с кем не спутала. А как же благотворительный вечер, когда я видела его в последний раз? Теперь он передо мной? Он был в секте... так вот она что.

- Мы уж думали, ты никогда не очнёшься, Дженнифер.

От этого голоса по спине пробежали мурашки. Я думала, он хороший человек. Кассиэль, по папиным рассказам, очень сильно помог в прошлый раз. Помог избавиться от секты. Так почему он теперь один из них?

Я перевела взгляд на третьего - он всё ещё молчал. Мне не потребовалось много времени, чтобы догадаться, кто это. Зак. Тот старик, который никак не сдохнет, и он как-то связан с моей семьёй.

Теперь я вспомнила один день. Когда я была на пробежке, я встретила их, и они начали мне угрожать. Потом в моей квартире, когда я зашла, они уже были там и взяли кассету. Только вот почему я это забыла?

- Что вам от меня надо? Я уже повторяла этот вопрос.

- Нам нужна ты. Думаю, это очевидно, - сказал Зак. Паршивый старик.

Я перевела взгляд на стену, куда указывал прожектор - включилось видео. Место было очень похоже на это. На камне лежала моя мама... точнее, Эла, так вроде её звали. Как дядя Эван подносит нож к её сердцу... к горлу подступила тошнота, я старалась не выблевать всё, что съела за сегодня. Это видео из последней кассеты.

Меня начало трясти. Появился мой дедушка в красной мантии... он выпил кровь, слизывая её языком с губ. А затем был взрыв. Из меня вырвался сдавленный крик.

- Почему ты так пугаешься? Это же твоя кровь. Я лично принёс это видео Каину. А дедушка твой был нашим жрецом. Знаешь, если искоренять секту, то искоренять до конца. Нам нужен новый жрец. И это будешь ты, - говорил Кассиэль, наклоняясь и сжимая моё плечо. Я всё ещё не могла прийти в себя после увиденного.

- Я не буду таким монстром. Никогда в жизни.

- Это был не вопрос, - ответил Роберт, вставая со стула.

- Только есть одно «но»: ты грязная. А жрецам нельзя иметь отношений. Но мы можем тебя очистить. У тебя есть два выбора: либо убить Даниэля, либо пройти три испытания.

- Я никогда в жизни не причиню вред Даниэлю.

- Тогда автоматически ты выбираешь три испытания.

В помещение втолкнули связанного Даниэля. Моё сердце пропустило удар. На его щеке был синяк.

- Даниэль!

Он не смотрел на меня. Скорее всего, он был всё ещё очень зол. И мне хотелось просто кричать. Он даже не был в сознании - его просто швырнули на пол.

- Не смейте его трогать!

- А то что?

Люди в чёрном, окружившие камень, подошли ко мне и начали поднимать. Я сопротивлялась, но они были слишком сильны. Я не могла просто так сдаться.

Меня начали привязывать к камню. Затем я увидела раскалённую плеть и рядом раствор с солью. Я начала судорожно дёргаться, пытаясь освободиться, но они лишь начали говорить на каком-то непонятном мне языке. Первый удар раздался болью. Тело словно горело, а солёная вода делала всё только хуже. Я закричала что есть сил.

Затем последовал ещё один удар плетью.

- Мне больно! Хватит!

Но никто не собирался останавливаться. Они начали всё быстрее кружиться, читая какие-то заклинания. Я плакала и умоляла, пока удары становились всё сильнее. Моя одежда окрасилась в красный. Переведя взгляд на всё ещё бессознательного Даниэля, мне становилось только хуже.

И вот они остановились, подошли и разрезали верёвки. Я упала на каменный пол, ударившись коленями. Зашипев, я поползла к нему, размазывая свою кровь по полу. Эти трое больных лишь наблюдали. Что они имели в виду под тремя испытаниями, я не знала...

Но мне надо к нему. Мне наступили на руку тяжёлым ботинком, и мои крики вышли на новый уровень. Я укусила человека за ногу, и он отпрянул. Я дала сдачи другому, который ударил меня в лицо - из носа хлынула кровь. Зак дал знак отступить этим двоим, и они отошли.

А я поднялась с колен, вытирая лицо, и просверлила его взглядом. Я убью его. Но не успела я подойти, как дали знак, что начинается второе испытание.

В комнату занесли какую-то коробку с водой. Я отступила, но меня опять потащили к ней. Я кусалась и вырывалась - сил у меня было намного меньше, чем у них, учитывая, что всё тело было в ранах.

Моё тело начали погружать в ледяную воду. Она пробирала до костей. Мне уже казалось, что я разучилась плакать - выплакала всё, что могла. И сил сопротивляться больше не было. Стеклянную коробку начали закрывать. Я могла дышать, только поднимая голову. Было так холодно.

Меня вытащили только тогда, когда я начала уже отключаться, и швырнули на пол. Но я не останавливалась - моей целью был Даниэль. Я не могла даже встать, но последних сил ползла к нему. И вот я уже возле него.

Дрожащими руками я коснулась его синяка. Возможно, я вижу его в последний раз и хочу хотя бы прикоснуться. Я безумно рада, что у него всё получится. Будет отлично, если он уедет далеко. Возможно, он влюбится. Возможно, он найдёт кого-то другого. Может быть, изначально нам не было предначертано быть вместе.

Слёзы капали на его лицо, и я вытирала их пальцем.

- Я так люблю тебя.

Я легла на его тело, слыша его дыхание.

- Вы его отпустите, если я пройду последнее испытание и стану жрецом. Я стану. И дайте мне гарантии, что все, кто мне дорог, будут в безопасности.

- Отпустим. И гарантия будет. Нам нужен жрец, новые жертвы нам ни к чему. Они не подходят под наши стандарты.

Даниэль начал открывать глаза. Его взгляд остановился на мне и на моём окровавленном лице.

- Какого чёрта здесь происходит? - сказал он хриплым голосом и попытался встать, но он был связан.

Я медленно поднялась с него и пошла в центр. Люди в чёрном начали снимать с меня одежду. Мне было плевать, что они делают, лишь бы спасти их.

Взгляд остановился на котле, где разогревали какую-то печать. Это был символ секты - змея, кусающая свой хвост, и шипы. Они собираются поставить на мне метку...

Я задрожала. Меня уже совсем не волновало, что я совершенно голая перед всеми этими людьми. Я смотрела на Даниэля, а он - на меня. Он не мог отвести взгляд от моего израненного тела и пытался развязаться, но верёвки были слишком крепкими.

Один из людей подошёл ко мне с этим символом, который был ярко-оранжевым, а двое других держали меня.

- Дженнифер! - кричал мне Даниэль.

Я улыбнулась ему, закрывая глаза.

И боль... адская боль по всему телу, особенно на спине. Я закричала так громко, как только могла. Открыв глаза, я увидела плачущего Даниэля, который от бессилия не мог ничего сделать...

- Джен...

И мир потух.

---

Я пришла в себя спустя несколько дней. На мне была тёмно-красная мантия, которую я видела в углу у того камня. Я встала с мягкой кровати и вышла из комнаты. Стояли около пятидесяти человек, и все склоняли головы передо мной.

- Приветствуем вас, жрец Великого Когтя Дьявола.

Боль в спине всё ещё была адской. Но я больше ничего не чувствовала - ни любви, ни злости. Я начала ненавидеть Даниэля.

- Вы готовы убить Даниэля Родриго?
- Да. Я готова.

---

---

Кэрр плакала на плече у мужа. Каин нежно поглаживал её волосы. Рана была совсем несерьёзной - только слегка задела плечо.

- Тише.

- Это моя вина, что я не сказала ей раньше. Я должна была объяснить ей, для чего это. С того времени, как она родилась, она стала для меня моей маленькой версией. Я боялась, что она переживёт то же, что и я. Я должна была подготовить её ко всему. Каждый раз я добавляла в её еду по маленькому количеству яда, чтобы выработать у неё иммунитет. Я так боялась, что они снова вернутся... моя Джен.

Каин не мог смотреть, как его жена плачет. С тех пор как она вернулась, он беспокоился о каждой её слезинке.

- Всё хорошо, дорогая. Она вернётся, передохнёт, успокоится и вернётся к нам. Мы всегда будем её любить. Она всегда будет нашей маленькой девочкой.

---

---

Эмилия всё ещё не могла справиться со своим гневом. Она сидела на коленях у Дарио, который пытался её успокоить. Она верила парню, что он не хотел её целовать - ведь на видео было видно, как грубо он её оттолкнул. Но в голове не укладывалось, что её лучшая подруга поцеловала его.

- Как Дженнифер могла так поступить? Я же верила ей. Мы вместе с детства! Как она могла предать меня так?

- Милая, не злись, хорошо? Всё уладится. Иногда лучшие друзья предают.

Она спрятала лицо у него в шее, вдыхая его запах, пытаясь успокоить тревогу внутри.