Глава 22
Глава 21
Стоит ли мне объяснять, что я чрезмерно счастлив? Думаю, нет. Тот факт, что Дженнифер согласилась быть моей девушкой, будоражил всё изнутри. В какой-то момент меня даже перестала волновать моя больная спина - настолько сильно её согласие залечило что-то во мне.
Я открыл глаза и повернул к ней голову. Не знаю, кому и сколько заплатили, чтобы ей разрешили остаться со мной в палате.
Пускай хоть у нас и была VIP-палата с двуспальной кроватью, и спать вдвоём на одной было удобно, но то, что ей позволили остаться, довольно странно.
Хотя я подозреваю, чьи это проделки. Мир устроен так, что всё решают деньги. Должно быть, родителям заплатили, чтобы она осталась со мной.
Солнечные лучи нежно освещали аккуратные черты лица Дженнифер. При таком освещении она выглядела словно ангел, сошедший с небес. Волосы были разбросаны по постели, а некоторые даже лежали на моей груди...
А в моей руке была её рука, забинтованная. В какой-то степени я злился, что она так глупо поступила - сбрасывала балку с моей спины. Хотя сам не лучше: заставил мою девочку переживать. Чёрт, ведь я могу назвать её своей!
Я восхитился этой мыслью и улыбнулся так счастливо, словно ребёнок, который получил игрушку, давно желанную.
Но моё счастье продлилось недолго. В палату зашла медсестра лет тридцати пяти, с каштановыми волосами, собранными в гульку на голове, в белом халате.
- Мистер Родриго. Время перевязки.
Женщина бросила взгляд на Дженнифер.
- Надеюсь, она не помешает, - сказал я, нахмурив брови, потому что не хотел будить мою принцессу.
- Нет, не помешает, - ответила женщина, подходя ко мне и помогая поднять больничную рубашку. Так бесило, что я не мог самостоятельно поднимать руки - потому что натягивалась кожа.
Когда медсестра закончила перевязывать мой ожог, она покинула палату, снова аккуратно лёг рядом с Дженнифер. Но всё же разбудил её. Она открыла глаза и посмотрела на меня.
- О, ты уже не спишь.
Дженнифер попыталась подняться.
- Полежи ещё немного. Ты ведь теперь моя девушка, мне хочется провести с тобой больше времени.
Она нахмурила брови.
- Девушка? - переспросила она сонным тоном.
А мне захотелось притянуть её к себе и обнять.
- Да, ты же сама вчера согласилась.
Она рассмеялась:
- Я согласилась дать тебе шанс, а не стать твоей девушкой.
Да, чёрт. Какая разница? Я всё равно не перестану считать её своей. Но всё же укол разочарования и лёгкой обиды больно сжал сердце.
- Тебе совсем не жалко меня?
- Неа.
Она встала с кровати и направилась в ванную.
---
ДЖЕННИФЕР
Месяц спустя Даниэля наконец-то выписали из больницы. Ожог всё ещё оставался, и к тренировкам он сможет приступить только через полтора месяца.
А сезон открывается почти сразу, как только он выходит с больничного. Это ударило по нему, но он не показывал. Ну, по крайней мере, он нормально может ходить - это уже огромное везение. Будь та балка тяжелее, он мог бы остаться инвалидом на всю жизнь.
Начали ли мы встречаться? Наверное. Я не знаю, как описать наши отношения.
За месяц мы довольно сильно сблизились. И время, которое я проводила с ним, помогало мне забыть о некоторых проблемах, которые преследовали меня.
Начиная от нового исчезновения вдохновения и заканчивая странными сообщениями, которые не переставали приходить на мой телефон. Я не понимала этот язык - он был каким-то странным, не латынью, но что-то очень похожее.
Эти дела с сектой словно выжигали изнутри. Я пыталась отогнать эти мысли. Ведь я пообещала себе в тот день, когда увидела человека в мантии, который чуть не убил меня, что больше не полезу в это дело.
Так что, думаю, мне стоит перестать копать информацию, которую я собиралась - ради безопасности себя и своих близких.
Я зашла в квартиру Даниэля. Как повезло, что Даниэль тоже не любит основной свет в квартире. Как только открыла дверь, тут же почувствовала вкусный запах еды.
Зайдя на кухню, я увидела его стоящим спиной ко мне, и передо мной открывался вид на его широкую спину. Меня всегда возбуждали мужчины, которые умеют готовить.
Я тихо подкралась и похлопала его по плечу. Он повернул ко мне голову, и глаза Даниэля так сильно засияли, как только он увидел меня.
- Что готовишь? - спросила я, заглядывая ему за плечо.
- Паэлью.( рис с морепродуктами, курицей или овощами. Одно из самых известных блюд Испании.)
Откуда он узнал о моём одном из самых любимых блюд? Я же вроде только один раз говорила. Неужели он так легко запомнил такую маленькую деталь?
- Пахнет невероятно вкусно.
- Ты тоже пахнешь невероятно вкусно, чертёнок.
- Когда ты перестанешь меня так называть? - спросила я, нагло воруя одну креветку.
- Тогда, когда ты станешь моей девушкой.
- Ого, ты захотел.
Он выключил плиту и подошёл ко мне, нависая.
- Вполне себе сбывается желание. Ты ведь почти сдалась мне. Если я ещё чуть-чуть поднажму, ты наконец-то будешь моей. Что мне ещё для тебя сделать? Убить кого-то - я убью. Спрыгнуть с моста - спрыгнул. Побороть свой главный страх - я шагнул в огонь. Опустить свою гордость - я опустил.
Он говорил, с каждой фразой шагая ко мне всё ближе, а я отступала, пока не упёрлась спиной в столешницу. Он взял меня за талию и поднял на стол.
- Что же мне ещё сделать?
Чёрт. Ну вот же наглый чёрт. Мне стало трудно дышать после такого. Я смотрела в его серые, как пасмурное небо, глаза.
- Тебе нельзя поднимать тяжёлое, если ты не забыл.
- А ты и не тяжёлая, Дженнифер Холмс, - сказал он строгим тоном. - Либо ты сейчас соглашаешься стать моей девушкой, либо...
Я усмехнулась:
- Либо что? Найдёшь другую?
- Либо я перестану спрашивать твоего мнения, а просто стану считать тебя своей без твоего согласия.
Что-то внизу живота кольнуло. Возбуждение. Я, похоже, совсем с ума сошла, если меня возбуждает мысль, что он может просто взять меня без моего спроса.
- Ты не посмеешь.
- Да?
Не говоря больше ни слова, губы Даниэля накрыли мои в жадном поцелуе. Его руки сжимали моё лицо, придвигая ближе, углубляя и углубляя поцелуй.
Одна его рука спустилась к моей заднице, сжимая её и придвигая меня к его бёдрам. Я чувствовала его возбуждённый член - это делало меня чертовски мокрой. Губы жарко спустились к моей шее: он целовал, всасывал мою кожу и зализывал языком, оставляя багровые следы. Даниэль словно помечал меня.
Из меня вырвался стон.
- Тебе нравится, да? Я мог бы трахнуть тебя, но не буду. Я не хочу секса без отношений. Так что это ещё один повод согласиться стать моей девушкой.
Дыхание сбилось, и появилась пустота, когда он начал отстраняться.
- Это нечестно. Ты уже манипулируешь. И к тому же ты не сможешь меня трахнуть ещё полтора месяца из-за спины.
Он улыбнулся, заправляя выпавшую прядь мне за ухо:
- Ты правда думаешь, что мой член - это единственное, чем я могу довести тебя до оргазма? У меня есть умелый язычок, которым я хочу вылизать тебя так, что ты забудешь своё имя.
Он убьёт меня такими словами. В последнее время меня пугало желание, которое я испытывала к нему. И странные сны преследовали меня с ним. В этих снах он был... очень страстным.
- Ого, раз ты не согласна, то ладно. Садись есть. Я голодный.
Всё внутри кричало, чтобы я наконец-то согласилась стать его девушкой и смогла утолить это желание к нему. Но гордость не позволяла так просто сдаться.
За ужином он не отводил от меня ни одного взгляда. И без слов было понятно, как сильно он хочет меня. Мы хотели друг друга. Но проблема была именно во мне. Я не хотела сдаваться, словно чего-то боялась.
- Ты ведёшь себя нечестно, Даниэль.
- Может быть.
Он ел с невозмутимым видом, а потом снова заговорил:
- Я пообещал тебе вернуть вдохновение, помнишь?
Сердце больно заныло: рука у меня зажила намного быстрее, чем спина у Даниэля, но небольшой шанс всё же оставался.
- Помню.
- Сегодня вечером я хочу тебе кое-что показать.
---
---
Кэролайн лежала на груди своего мужа. Он аккуратно поглаживал её волосы и что-то напевал - что-то успокаивающее.
Она посмотрела на него такими влюблёнными глазами. Сколько лет они были вместе, но их любовь была настолько прочной, что чувства до сих пор оставались сильными, как никогда.
Те проблемы, которые они пережили, забрали у них слишком много времени и слишком много счастья, которое они не могли испытать вместе. И сейчас они не упускали ни мгновения, желая наверстать упущенное.
У Каина было всё, о чём он мог только мечтать: друзья, которым он мог доверять, любимая жена, взрослая дочка, ради которой он был готов на всё.
Словно мир приобрёл краски. Он так много отдал, чтобы испытывать такое счастье. Каин был безумно рад, что секта была уничтожена и что его дочка в безопасности. Но чувство тревоги время от времени не покидало его.
Он видел, что происходит с его женой. Она пыталась скрыть свои панические атаки, не хотела беспокоить его и Дженнифер. Только вот Каин видел каждую.
После того, что она пережила, невозможно оправиться полностью. Может, раны излечиться, но шрамы остаются навсегда и будут напоминать о себе до самой смерти.