Глава 53
— Нет... не надо... отпусти... — срывающимся голосом шептала Виктория, мечась во сне.
Всю ночь ее терзали кошмары.
Александр сидел рядом, не сводя с нее глаз. Капли холодного пота выступали на ее лбу, лицо было напряжено, губы едва слышно шевелились. Он смотрел на нее и невольно возвращался к собственным мыслям той ночи — тягучим, темным, почти безумным. Сначала ему хотелось воскресить тех тварей, чтобы уничтожить их снова, медленно, до последнего. Затем — понять, как сказать ей правду... как объяснить произошедшее так, чтобы она не сломалась окончательно.
Но теперь он видел: даже обрывки воспоминаний причиняли ей боль.
Врач был прав.
Память должна вернуться сама.
И до тех пор — ни слова.
Александр глухо постучал пальцами по столу, сдерживая нарастающее раздражение.
Скорее всего, этот страх... был неизбежен.
Она никогда прежде не сталкивалась с подобным.
Монстры, кровь, погоня... попытка похищения.
Ее разум просто не выдержал.
— Черт... — едва слышно выдохнул он.
По донесениям рыцарей, монастырь был разрушен до основания. Паладины отступили, но демоны еще долго бродили там, уничтожая все на своем пути. Возвращаться туда было невозможно.
Почти все жители погибли.
Людям Александра удалось спасти лишь одну женщину и дюжину детей.
Он сжал челюсти.
Значит, лучше... пусть Виктория считает, что он просто нашел ее и привез сюда. Пусть думает, что он сошел с ума. Что угодно — лишь бы не знала правду.
К полудню следующего дня Виктория проснулась. На этот раз — без криков.
Она выглядела спокойнее, но в ее взгляде все еще была растерянность. Оставшись одна, девушка долго сидела в тишине, пытаясь собрать мысли воедино.
Она знала только одно:
она — на вилле Александра.
Как она здесь оказалась — оставалось пустотой.
Поднявшись, Виктория подошла к окну и распахнула створку. В лицо ударил холодный ветер. Перед ней раскинулась чужая, незнакомая равнина, за которой темнело озеро.
Все было чужим. И слишком реальным.
«Все это время... он искал меня».
Она прикусила губу.
Как? Как он смог ее найти?
Мысль, что он снова может запереть ее, как раньше, заставила сердце болезненно сжаться.
Нет.
Нужно уйти.
Сейчас.
Виктория быстро подошла к двери и распахнула ее. Коридор оказался пуст. Не раздумывая, она направилась к лестнице.
Это шанс.
Единственный.
Но стоило ей спуститься почти до конца, как он появился.
Александр.
Он стоял внизу, неподвижный, как преграда, и молча смотрел на нее.
— Пожалуйста... отпустите. Я возвращаюсь. — голос Виктории звучал твердо, но едва заметно дрожал.
— Куда ты идешь в таком виде? — спокойно спросил он, перекрывая путь.
— Туда, где жила раньше.
— Тебе туда нельзя.
— Я ухожу.
Она прошла мимо него.
И он... не остановил.
Лишь тихо пошел следом.
Виктория добралась до входной двери, распахнула ее — и тут же отшатнулась от резкого порыва ледяного ветра. Холод пробрал до костей.
В следующую секунду на ее плечи легло тяжелое пальто.
Она обернулась.
Александр.
Не говоря ни слова, она сняла его и бросила обратно.
Сделала шаг вперед.
И в тот же миг он перехватил ее за запястье, развернул и снова накинул пальто, уже крепче, почти насильно. Его руки сомкнулись вокруг нее, удерживая ткань.
— Куда бы ты ни пошла — решай сама, — тихо сказал он. — Но на Святую Землю ты не вернешься.
Виктория нахмурилась.
— Как вы узнали, где я?
Прошел год.
Она не просто ушла — она исчезла.
— Священник из монастыря. Мы проследили за ним.
«Генри.»
Виктория часто заморгала, сбитая с толку.
«Значит... он знает?»
Она с усилием выпрямилась:
— Даже если так, у вас не было причин возвращать меня. Я вам больше не нужна.
Александр посмотрел на нее пристально.
— Ты все еще моя жена.
Виктория тихо рассмеялась.
Холодно.
— Правда? — она подняла взгляд. — Вы забыли, как обращались со мной?
Его слова, его взгляды — острые, как ножи.
Он не щадил ее.
Никогда.
— Я помню, — ответил он после паузы. Голос стал тяжелее. — Я помню все.
Тишина.
— Я знаю, что не был тебе мужем. И... — он с трудом выдохнул, — я сожалею. Каждый день.
Он опустил взгляд.
— Я был неправ.
Виктория замерла.
На мгновение.
Но затем ее лицо снова стало спокойным. Чужим.
— Я вам не верю.
Для нее он всегда был одним и тем же человеком. Холодным. Безжалостным.
Такие люди не меняются.
— Мне не нужны ни извинения, ни сожаления, — продолжила она. — Я больше не ваша жена.
Когда-то она любила его.
До боли. До дрожи.
Но то сердце... она оставила там. В замке.
— Если вам действительно жаль — отпустите меня.
Она отвела взгляд.
— Забудьте обо мне. Я забуду о вас.
И шагнула прочь.
Но не успела.
Александр резко притянул ее к себе.
Их лица оказались слишком близко.
Она вздрогнула.
В его глазах не было прежнего холода. Только усталость. И что-то... почти сломанное.
— Я знаю, что ты не хочешь меня видеть... — прошептал он. — Но я больше не отпущу тебя.
Его пальцы сжались сильнее.
Слишком сильно.
— Почему...? — Виктория попыталась вырваться.
Безуспешно.
Он перехватил и вторую ее руку.
— Не уходи... — его голос сорвался. — Пожалуйста.
Она смотрела на него и впервые видела не герцога.
А человека, который... тонет.
— Я...
Но договорить она не успела.
Александр наклонился — и, не давая ей возможности сопротивляться, поднял ее на руки.