Глава 10.
Утро снова было серым, холодным и каким-то особенно пиздецовым. Вилена сидела на пассажирском сиденье, грела руки о стаканчик с кофе, который Адель купила по дороге, и слушала, как Шайбакова травит очередную байку про вчерашний звонок Николаевой.
— ...и она говорит: «Адель, я видела вашу фотку, вы чо, реально встречаетесь?» А я ей: «Вика, отъебись, мы просто трахаемся». Она замолчала на три секунды, а потом выдаёт: «Ну и правильно, блять, Валиева заслужила нормальный секс».
Вилена поперхнулась кофе.
— Ты чо, реально так сказала?
— Ага, — Адель усмехнулась, довольно жмурясь. — А что? Это правда. Ты заслужила.
— Ты ебанутая, Шайбакова.
— Ты это уже говорила.
Они засмеялись. Вилена чувствовала, как напряжение последних дней отпускает, как внутри разливается то самое тёплое, почти забытое чувство — когда рядом с человеком легко, даже если вокруг пиздец. Она откинулась на сиденье, посмотрела на Адель. Та сидела в чёрной футболке, кожаная куртка расстёгнута, татуировки на руках, свежий засос на шее — её работа, — и улыбалась краем губ.
— Ты сегодня красивая, — сказала Вилена, сама не ожидая этих слов.
— Я всегда красивая, — парировала Адель, но в глазах мелькнуло что-то тёплое.
Они смотрели друг на друга, и Вилена поймала себя на мысли, что не хочет отводить взгляд. Не хочет, чтобы этот момент заканчивался. И в этот момент Адель опустила руку.
Не на плечо. Не на колено. На внутреннюю сторону бедра Вилены. Прямо на джинсы, но так близко, что Вилена почувствовала тепло даже через ткань.
— Что ты делаешь? — голос Вилены сел до шёпота.
— Ничего, — Адель пожала плечами, но пальцы не убрала. — Просто отдыхаю.
— Так блять, Шайбакова...
— Тсс, — Адель кивнула в сторону лобового стекла. — Смотри.
Вилена подняла глаза. По тротуару к колледжу шла Кира. Сегодня она была в своей обычной чёрной куртке, с рюкзаком за плечами, и её лицо было каменным. Она ещё не заметила их.
— Придвинься ко мне, — сказала Адель, и её голос стал серьёзным. — Сделаем вид, что мы целуемся.
— А может без поцелуев? — Вилена приподняла бровь.
— Она смотрит, блять. Давай.
Вилена придвинулась. Их лица оказались в нескольких сантиметрах друг от друга. Адель обхватила её затылок свободной рукой, а вторая всё ещё лежала на бедре, пальцы чуть сжались. Вилена чувствовала её дыхание — тёплое, с запахом кофе и мяты.
— Смотри на меня, — прошептала Адель. — Не на неё.
— Я и смотрю, — ответила Вилена.
Их губы почти соприкасались. Вилена видела, как Кира поднимает голову, как её взгляд упирается в лобовое стекло, как она замирает на полшага. И в этот момент Адель наклонилась и не поцеловала — она припала губами к шее Вилены, прямо к тому месту, где ещё оставались следы от вчерашних засосов. И начала новый.
Вилена почувствовала, как её тело прошивает током. Губы Адель были влажными, тёплыми, они втягивали кожу, и боль была — острая, сладкая, пиздец какая приятная. Вилена не сдержалась — из горла вырвался тихий, почти беззвучный стон.
Она зажала рот рукой, но было поздно. Адель отстранилась, довольно улыбнулась, посмотрела на свежий засос — ярко-красный, который скоро станет фиолетовым.
— Готово, — сказала она. — Ещё один.
Вилена перевела взгляд. Посмотрела в окно. Кира стояла в трёх метрах от машины, уставившись на лобовое стекло широко раскрытыми глазами.
— Ты бы её видела, ты гений, Аделечка, — Сказала Валиева.
— Я знаю.
Они сидели в машине, смеялись, и рука Адель всё ещё лежала на её бедре. Вилена посмотрела на неё, потом на свою шею — новый засос алел на коже, рядом со вчерашними.
— Ты специально это сделала? — спросила она, кивая на засос.
— Конечно, — Адель пожала плечами. — Для убедительности.
— Для убедительности или потому что хотела?
Адель замолчала. Её пальцы на бедре Вилены дрогнули, но не убрались. Она посмотрела на Вилену долгим, тяжёлым взглядом.
— А если я скажу — потому что хотела? — тихо спросила она.
Вилена почувствовала, как сердце пропустило удар. Внутри всё перевернулось.
— Тогда это уже не игра, — сказала она.
— А если я не хочу, чтобы это было игрой? — Адель посмотрела ей прямо в глаза. — Если я хочу, чтобы это было по-настоящему?
Вилена смотрела на неё. На татуировки, на уверенную улыбку, на свежий засос на своей шее, который только что оставила Адель. И поняла — она хочет того же. Не игр. Не понтов. Не ревности бывших. А просто — быть рядом.
— Тогда, ты дура — сказала она.
— Нет, я не дура , — перебила Адель. — Я уже была дурой один раз, когда согласилась на эту фиктивную хуйню. Больше не хочу.
— Ты уверена?
— Абсолютно, блять.
Они смотрели друг на друга, и между ними больше не было игры. Было только напряжение, которое копилось дни, недели, и которое наконец-то нашло выход. Но прежде чем они успели сделать следующий шаг, Адель вдруг усмехнулась и убрала руку.
— Ладно, — сказала она. — Не будем торопиться. Но имей в виду, Валиева... я серьёзно.
— Я поняла, — ответила Вилена, чувствуя, как внутри всё ещё бушует огонь.
Они вышли из машины. Адель взяла её за руку — как обычно, но теперь это было не «для убедительности». Теперь это было по-настоящему. Вилена чувствовала это по тому, как переплелись их пальцы, по тому, как Адель сжимала её ладонь чуть крепче, чем раньше.
Они вошли в колледж. Коридор встретил их привычным шёпотом, но Вилене было всё равно. Она шла, держа Адель за руку, и чувствовала, как внутри поднимается что-то новое — не азарт, не уверенность, а спокойствие.
В конце коридора стояла Кира. Она ждала. Её лицо было бледным, глаза красными — будто она плакала или не спала всю ночь. Когда они поравнялись, она сделала шаг вперёд и преградила путь.
— Валиева, — сказала она, и голос её дрожал. — Я видела вас в машине.
— И что? — Вилена смотрела на неё спокойно, даже с лёгкой усмешкой.
— Вы там... — Кира сглотнула, — трахались? Прямо перед парами?
Вилена почувствовала, как Адель сжала её руку. Она посмотрела на неё — Шайбакова стояла с каменным лицом, но в глазах плясали черти.
— Ну да, — Вилена улыбнулась. — Мне понравилось.
Кира побелела. Её челюсть сжалась, кулаки сжались, она открыла рот, закрыла, потом развернулась и ушла, даже не сказав ни слова.
Адель не выдержала — рассмеялась. Громко, искренне, запрокидывая голову.
— Ты видела её лицо? — спросила она, вытирая выступившие слёзы. — Она реально поверила!
— А чего ей не верить? — Вилена усмехнулась. — У нас есть доказательства.
Она провела пальцами по засосам на шее. Адель посмотрела на неё, и смех затих. Она взяла Вилену за руку и потянула в сторону аудитории.
— Пошли, — сказала она. — У нас первая пара.
— Пошли, — ответила Вилена.
Они сделали несколько шагов, и тут к ним подбежала Саша. Гастелло выглядела так, будто только что узнала самую скандальную новость недели.
— Вы не поверите, — выпалила она, сверкая глазами. — Кира сейчас у входа споткнулась! Смотрела на вашу машину, шла, не глядя под ноги, и — бац! — чуть не растянулась на асфальте. Я сама видела, блять!
Вилена и Адель переглянулись.
— Да ладно, — притворно удивилась Адель.
— Честное слово! — Саша подняла руку. — Я думала, она сейчас лицом в грязь упадёт. Еле удержалась.
— Бедная, — усмехнулась Вилена. — Наверное, увидела что-то шокирующее.
— Да уж, — Саша посмотрела на засосы на её шее и покачала головой. — И опять засосы новые, ну ты Вараева даёшь.
Она хлопнула их по плечам и убежала вперёд, оставив их стоять в коридоре. Адель повернулась к Вилене.
— Споткнулась, — сказала она с довольной улыбкой. — Это успех.
— Это победа, блять, — поправила Вилена.
Они пошли на пару, держась за руки. Вилена чувствовала, как внутри поднимается что-то новое — не игра, не азарт, а что-то настоящее. И ей это нравилось. Очень нравилось.
Они сели на задние ряды, и Адель снова взяла её за руку — просто так, без причины. Вилена сжала пальцы в ответ и улыбнулась. Впервые за долгое время — по-настоящему.