Покорённый одержимостью

POV: ISABELLA

— Какие же вы сладкие. — в комнате прогремел режущий голос Невио, что явно насмехался надо мной и Алессио, что держались за руки. Я подняла свой взгляд сначала к старшему наследнику Фальконе, а затем перевела взгляд на наши руки. Знал бы он, что ей приходится это делать. Алессио явно пытается расположить её к себе, заставить привыкнуть к его физической близости и...
— Трахнул шлюшку-Витиелло и вы уже стали голубками? Разве она так хороша?

Я промолчала. Если я открою свой рот, то мой язык только ухудшит положение дел, что и без того было скудным. Невио презрительно окинул меня взглядом. В нём читалась такая ненависть, словно я была врагом народа номер 1.

— Может, дашь и мне попробовать? Хотя, не думаю, что она сделает из меня такого паиньку. — Эти слова перешли границу дозволенного ещё больше, но я даже слова не успела вставить, как Алессио ответил Невио. С жестокой и мрачной улыбкой. Меня это напрягло. Сквозь некую маску проскакивали огоньки раздражения и злости.
— Только подумай об этом и я отрежу тебе член, Невио. Ты станешь грёбаным евнухом из-за одной прискорбной мысли, не жалко ли? — последнее предложение было изложено максимально насмешливым тоном, и почти заставило меня улыбнуться. Я закусила внутреннюю сторону губы, сдерживая эмоцию, и всё ещё возясь с этой застёжкой.
— Уверен, что хватит силы, Лесс? Ты никогда не побеждал меня в поединках. — тот засовывает руки в карманы. Чёрные глаза адски горят, стараясь прожечь дыру в бошке Алессио.
— Не побеждать – не равно проигрышу. По такой же логике можешь судить и ты, Нев. Дай мне повод и ты останешься без своего хозяйства. — опасно прошептал кучерявый, сжимая мою руку сильнее. Проклятье, я для него грёбанный шарик с орбизами внутри или что?
Я сжала его руку также крепче, намекая, чтобы он расслабился, дабы не оторвать мою конечность. Парень немного ослабил хватку, поэтому ощущения перестали быть болезненными. Славно, уже хоть что-то.

— Защищаешь эту рыжую бестию? Она Витиелло, Алессио. Ебучая дочь нашого врага, что забрал Грету. Неужели тебе не противно вообще касаться её кожи? — Невио скривился, глянув на наши руки. Я бы тоже скривилась, честно. Но не хочу(?). Я не хочу привлекать особого внимания к себе, с его стороны.
— Она теперь Фальконе. Вбей эту информацию в свой отбитый мозг. — Алессио поводит бровью, возвращая холодное, но всё ещё опасное выражение лица. Клянусь, он перенял подобное поведение от своего отца. Их мимика, словно две капли воды — одинакова.
— Какая нахуй Фальконе? Это простая бумажка, чтобы позлить её противную семейку. Ты серьезно? — максимально возмущенный тон возникает в холле. Я бросаю попытки расстегнуть туфли, бессмысленно. Слушать как ругаются чихуахуа и йоркширский терьер гораздо интереснее.
— Я взял за неё ответственность, дал клятву. В отличии от некоторых, я держу их и выполняю.

Между ними всё сильнее воцарялась враждебная и невысказанная атмосфера. Что-то точно произошло и Алессио обвиняет в этом Невио. Возможно, стоит запомнить данную информацию. Она может быть важной.
Нечто внутри меня позлорадствовало, словно маленький ребёнок натворил гадость. Когда узнаю больше подробностей, использую это, чтобы надавить. Невио явно замолчал после сего комментария. Это ударило по нему, особо заметно. Впервые я вижу в этом человеке слабину. Думаю, что такие моменты происходят редко. Или вообще никогда. Знаменательное событие.

— Пошел нахуй, Лесс. Трахай свою рыжую суку, сколько влезет, но смотри, чтобы это никак не помешало плану. Она должна страдать. — тёмно произносит брюнет, разворачиваясь и направляясь в противоположную сторону от нас.
— Непременно. — негромко бросает Алессио своему кузену, поворачивается ко мне, опускается на одно колено, решая наконец помочь мне освободиться от обуви. Он явно раздражен. Мне даже показалось, что его глаз дёргается.

Но по мне всё ещё проносится наслаждение от капитуляции Невио. Даже день стал лучше, когда этого ублюдка поставили на место.
Алессио мастерски освобождает меня от чёрных джимми чу, и я хочу выдохнуть, когда Фальконе тянет меня в сторону лестницы, а дальше по бесконечным коридорам. Мои ноги переплетаются, не поспевая за его шагами.

— Эй! — мой голос достаточно громко разносится по коридору, пока я продолжаю пытаться нагнать темп шагов этого парня. — С такими темпами я упаду.

Алессио не слушал меня . Тот нёсся, словно разъяренный бык, не видящий преград. В итоге я зацепилась за свои босые ноги, чуть не организовав акробатический номер посреди коридора. Я тихо выругалась, даже не успев почувствовать, как парень успел меня поймать и схватить за талию. Мы были в странном положении, он поддерживал меня одной рукой за живот, а другой продолжал держаться за мою ладонь. Я тяжело дышала после несостоявшегося падения, совершенно замерев под касаниями Фальконе.

Алессио пускает меня, так ничего и не сказав. Он играет в молчанку? Ну и хорошо, я даже спасибо ему не скажу. Наверное...
Приятно, когда в жизни есть человек, который может просто так поймать тебя, помогая избежать травм.
Нечто приятное зашелестело в груди, и я чуть не улыбнулась. Ну уж нет, этого не случится. Никаких улыбок, подаренных Алессио Фальконе. Он не заслуживает подобного. Его действия ничего не значат.

Мы продрожали нестись по коридорам, но парень делал это более нежно, аккуратно и учитывая мой темп. В один миг, двери комнаты открываются, а затем закрываются. Кучерявый проходит некоторое расстояние и садится на кровать. Я же остаюсь стоять на месте, всё ещё держа с ним телесный контакт.
Алессио проводит рукой по лицу, тяжело выдыхая. Он позволил каким-то эмоциям выйти наружу? При мне? Удивительно.
И снова он куда-то тащит меня. Везде и всегда, не смотря на ситуацию.
Парень достаёт виски, а затем хрустальный бокал, мастерски используя лишь одну руку.

Он выпил это залпом. Всё до капли. И снова принимается за новую порцию.

— Эй, всё нормально? — Я прислоняюсь к шкафчику. Скрещивая ноги, мой взгляд падает на мои ноги. Я старалась игнорировать взгляд в мою сторону, пытаясь понять зачем я вообще задала этот вопрос?
— Да, всё нормально, — натянуто, словно струна говорит тот. — не считая того факта, что после пропажи Греты, Невио стал ебаной занозой в заднице. Это выводит меня из себя, особенно, когда он срывается на членах семьи.

Членах семьи? Я разве вхожу в этот круг? Вроде лишь косвенно и фиктивно. Скорее, Алессио имеет ввиду себя, да и другие случаи. Мой мозг просто разыгрался из-за давления всей текущей ситуации.

— А знаешь что случилось в ту ночь? Я расскажу тебе. — стакан виски с громким стуком оказывается на столешнице. — Крессида мертва, кто-то убил её. И Грета поверила, что мы могли провернуть такое. Фамилья начала войну, а Грета добила ситуацию. Её возвращение может занять долгое время. Возможно даже несколько лет. Хотя, в нашем приоритете сделать это как можно быстрее.

Годы... Грёбаные годы я могу находиться тут, словно в золотой клетке. Меня могут вообще не выпускать на улицу, если что-то пойдёт не так.
Мы с Алессио посмотрели друг на друга глазами, полными невысказанных слов и незнания что будет дальше.
Он снова выпивает виски залпом, наконец оставляет бокал и отрывается от меня. Тот уходит, а я стою на месте, чувствуя тепло его кожи, шершавости пальцев, что часто держат оружие, и немного остатков сожаления.
Фальконе рассказал мне всё, о чём мы договаривались, и на этом контакт закончился. В целом, на сегодня хватит.

— Твои вещи уже лежат в шкафах, ты найдёшь их. — хриплый голос раздался отдалённо, словно нечто за пеленой, окутавшей моё сознание.
По дороге, Алессио стал раздеваться. Сначала пиджак, потом рубашка, ботинки, носки. Его широкая спина показалась в моём поле зрения. Вся израненная, в шрамах и рубцах. Вот она, активная жизнь члена криминальной группировки. Раны, кровь и смерти многих людей, пока ты жив.
Но этот вид заставил меня покраснеть. Низ живота напрягся от давления, и я просто отвернулась, направляясь к шкафам, когда Алессио рухнул на кровать. Мне бы тоже стоило полежать... Но спать я буду на диване. Просто заберу подушку и одеяло. И всё. Проблема решена. Наверное.