Новая миссия
***
Стефани открыла глаза и сразу же ощутила ноющую боль по всему телу, особенно в области спины. Это было явным напоминанием о том, что она провела слишком много времени за чтением. Девушка медленно приподнялась на локтях, чувствуя, как ее мышцы напрягаются. Первым делом ее взгляд скользнул по скромному помещению библиотеки. Даже в таком раннем часу суток, свет от ламп приятно освещал пространство, распределяясь равномерно по полкам с книгами и создавая приятную обстановку.
К Стефани поступило осознание не сразу, что она провела здесь всю ночь, за чтением. Стол перед девушкой был усеян книгами, напоминая о ее ночном занятии. Она осторожно закрыла книги, сложив их аккуратно в стопку, испытывая при этом легкое удовлетворение от завершенной работы. Для Стефани не существовало ничего более прекрасного, чем ощущение новых знаний в голове, как будто каждая страница книги открывала перед ней тайны вселенной. Эти приятные ощущения сопровождали ее каждый раз, когда она осваивала что-то новое, и ее голова наполнялась свежей информацией. Теперь она была готова к большему.
Стефани потянулась, услышав хруст в своей спине, что принесло ей небольшое облегчение после долгого времени, проведенного за столом. Этот момент позволил ей на мгновение забыть о неприятных ощущениях и сосредоточиться на своем внутреннем состоянии. Хорошее настроение овладело ею, предвкушая новый день, который обещал быть не таким, как все предыдущие.
Несмотря на свою усталость и не самое лучшее физическое состояние, Стефани решила проигнорировать дискомфорт, сосредоточившись на возможностях, которые возникнут в ближайшем будущем. Так рано просыпаться по собственному желанию, ей давно не доводилось. Даже Дженсон еще спал, когда девушка тихо вернулась в их кабинет за своими вещами.
Стефани не могла понять, как можно было спать в ее ситуации, когда, после столь долгого времени вечных ограничений, ей, наконец, позволили большее. То, на что ранее она и рассчитывать не могла. То, к чему она всегда стремилась.
Она мечтала об ответственной работе, о том, чтобы стать неотъемлемой частью ПОРОКа, достичь многого в жизни и карьере, а также спасти человечество от вируса. Этим Стеф и отличалась от многих сверстников, как часто любила напоминать ей Ава Пейдж. Еще с самого раннего детства ей привили любовь к медицине, обучению и работе, за что Стефани была чрезмерно благодарна своему отцу.
В глубине души она чувствовала страх, который управлял ею. Стефани не хотела прожить жизнь, оставаясь в тени, она хотела оставить свой след в мире, стать частью чего-то важного и значимого. Однако, она научилась использовать его как мотивацию для своего стремления к успеху. Стефани знала, что успех не придет сам по себе, и была готова пойти на многое, чтобы достичь своей цели.
Мечты, которыми она жила, когда-то казались для девушки далекими и недостижимыми, а теперь стали ее реалистичными целями. И вот, шагая по пустым утренним коридорам в поисках заветной лаборатории, где решиться вопрос о ее новой задаче и другом уровне в карьере, Стефани ощущала, что все ее усилия приносят плоды.
Улыбка заиграла на ее лице, а уверенная походка выражала ее готовность к переменам. Жизнь Стефани, действительно, не будет прежней. Это был ее шанс, ее возможность стать тем, кем она всегда хотела быть. Главное - быть открытой для перемен, принимать их как неотъемлемую часть своего пути к успеху. И это было то, чему Стефани научилась со временем.
Ава Пейдж поприветствовала ее своей теплой, такой родной улыбкой. Стефани расстраивало, что Ава позволяла себе быть такой лишь наедине с ней. А в своей повседневной рутине и на глазах у других сотрудников доктор Пейдж сохраняла привычную ей строгость и холодность. Стефани понимала к чему это, но все же надеялась на больше искренности в их взаимоотношениях. Не только за закрытыми дверями и в уединении от посторонних глаз.
Рядом с доктором Пейдж, Стефани ощущала себя любимой, особенной и важной. Отношение Авы к ней все больше напоминали мамину заботу и теплоту, что вызвало у Стефани неосознанное доверие к этой женщине еще при первой их встречи. Ава не заменила ей родителей, но смогла донести до Стефани всю ту ласку, заботу и любовь, в которых она нуждалась. И Стефани испытывала глубокую благодарность и признательность к этой женщине, которая стала не просто частью ее жизни, но и ее опорой.
Доктор Пейдж стояла рядом, поддерживая и направляя Стефани, наблюдая за тем, как девушка брала кровь у очередного субъекта ПОРОКа. Стефани сосредоточенно следовала инструкциям доктора Пейдж, закрепляя под руководством Авы недавно приобретенные знания и навыки.
— Ты хорошо справляешься, молодчинка, — последовали приятные слова похвалы из уст Авы.
Когда игла четко вошла в вену, действия Стефани были так точны и безупречны, что доктор Пейдж в очередной раз убедилась в правильности своего решения обучать девушку. Стефани почувствовала приятное волнение, ведь ее первая попытка взять кровь оказалась успешной. Ее глаза встретились с одобрительным кивком доктора Пейдж, и это послужило для нее знаком того, что она на правильном пути, что ее усилия и стремление не напрасны.
Когда процедура была завершена и субъект возвращен в камеру, Стефани и доктор Пейдж провели немало времени вдвоем, обсуждая ее будущие задачи и новые обязанности. Этот разговор был не просто рабочим, он был полон теплоты и понимания, словно разговор между двумя близкими людьми.
— Спасибо тебе еще раз, за все, — Ава усмехнулась. — Нет, правда. Ты по особенному ко мне относишься и всегда так относилась, я ценю это. И эта новая работа... Это меня бесконечно радует, ты ведь знаешь как я хочу помочь. — Стефани старалась сдержать свои эмоции, но счастье сияло в ее глазах.
Доктор Пейдж вновь улыбнулась, она не могла не отметить преданность девушки, ведь давно не встречала подобных людей, наполненных столь большим желанием помочь. Помочь в поиске сыворотки. Помочь ПОРОКу. Многим сотрудникам здесь не хватало подобного настроя и мотивации. А для Стефани это было работой мечты, как она сама постоянно выражалась, но девушка и половины всего не знала. ПОРОК не являлся особенным местом, сказочным, как можно было подумать на первый взгляд. Ей еще многое предстояло узнать о деяниях организации, далеко не самых приятных и безобидных. Ведь за благородными целями скрываются и темные стороны. Но она справится со всем, в этом Ава и не сомневалась, недавние успехи тому пример и все трудности Стефани спокойно сумеет преодолеть. Однако, далеко не все деяния ПОРОКа держались в тайне от Стефани, и этим она уже показывала свою готовность.
Настроение на лице Стефани заметно переменилось как только они приблизились к комнате иммунного над которым девушка возьмет опеку в ближайшие дни. Она понятия не имела кто ее там ожидал, а неизвестность всегда вызывала у нее беспокойство.
Стефани задумалась о том, сможет ли она найти общий язык с ребенком, понравится ли она ему, справится ли с поставленной задачей. Эти мысли копошились в ее голове, складываясь в тяжелый комок неуверенности и тревоги.
— Начнем как только ты будешь готова. — Ава по-матерински приобняла ее за плечи, выражая своим теплым взглядом поддержку.
Вокруг царила тишина, прерываемая лишь едва слышным гулом лампы на потолке. Он создавал какую-то напряженную атмосферу. Но в то же время Стефани было приятно, что никто на нее не давил и данная обстановка успокаивала девушку. Однако, та не торопилась входить в комнату. Ей нужно было время, чтобы собраться с мыслями, подготовиться к тому, что ждет ее по ту сторону. Множество мыслей переплеталось в ее голове, заставляя Стефани сомневаться в своих способностях и действиях. Так бывает, когда не думаешь ни о чем кроме единственной цели, которая у тебя стоит на первом месте. Ради которой идешь на многое. И вот, настает тот самый момент, когда ты получаешь желаемое. Стефани размышляла, сколько вещей она просто проигнорировала в погоне за своей целью.
Недавняя сцена с девочкой, с которой Стефани не смогла справиться, всплыла в ее памяти, напоминая о неудаче. Тогда ей не удалось найти правильный подход. Она, наверняка, еще больше напугала субъекта. А справится ли она на этот раз? Не подведет ли Аву и всех остальных? Стефани опасалась, что ее неудача повлияет на их отношение и на ее репутацию в организации. Это было особенно тяжело для нее, учитывая, что после длительного времени запретов и ограничений ей наконец-то дали шанс, доверили такую важную задачу. Ведь даже если все пройдет хорошо, у нее все равно было чувство, что за каждым шагом стоит огромная ответственность и весомые последствия.
Стефани глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями и настроиться на положительный исход. Она понимала, что не может изменить прошлое, но может извлечь уроки из него и применить их в настоящем. Это был тот самый момент, когда она должна была преодолеть не только внешние препятствия, но и внутренние сомнения и страхи.
Стефани решила взять ситуацию в свои руки и задать вопрос, который давно мучал ее. Она понимала, что это может стать очередной ошибкой, но не могла больше молчать. И все же, ничего она не потеряет в любом случае. Понять ход мыслей Авы ей не удалось, поэтому сейчас настало время узнать ответ. Возможно, не совсем подходящее время, но для Стефани оно наступило. Она нуждалась в ответе именно здесь и сейчас.
— Почему мне так долго запрещалось вникать во многие дела ПОРОКа и в особенности по отношении к субъектам? — Стефани медленно обернулась, чтобы взглянуть на доктора Пейдж, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее в ожидании. Волнение захлестнуло девушку, и она начала переминать руки за спиной от нервозности.
— Ты была не подготовлена ко всему этому, ты была ребенком в первую очередь и многое не понимала, не смогла бы понять, со многим бы попросту не справилась, — после минутной паузы произнесла канцлер спокойным тоном. Ее голос успокаивал, не давал повода для Стефани волноваться далее. Но в этом ответе было и что-то большее, что Ава не торопилась раскрыть.
"Но ведь Томасу и Терезе вы сразу все позволяли... Конечно, с ними мне не сравниться, ведь я не обладаю тем, чем обладали они." — Пронеслась грустная мысль в голове Стефани. Она чувствовала, как злость медленно начинает пробиваться сквозь ее мысли.
Завидовала ли она в свое время Томасу и Терезе? Определенно да. Она могла бы заставить себя поверить, что не завидует им, но глубоко внутри знала правду. Томас и Тереза всегда были центром внимания в ПОРОКе, их всегда замечали, в то время как на Стефани никто не обращал внимания. Она была обычной, ничем не выделяющейся личностью, и ей казалось, что никому не нужны такие как она.
— За столь короткий срок... Что изменилось? — Стефани старалась говорить все таким же ровным и спокойным тоном.
Несколько дней назад ей и приблизиться нельзя было к субъектам. Конечно, со временем она получила столь желанный доступ, но какими усилиями. Казалось, бери все, и о чем еще можно просить? Но она не получила объяснений, а так нуждалась в них. Девушка прекрасно понимала, что отчитываться перед ней никто не станет, тем более такие высокопоставленные работники типа Авы и Дженсона. Хоть они и не являлись для нее чужими или просто сотрудниками, но все равно...
— Мы все же решили, что можем доверять тебе, — вдруг послышался знакомый голос позади. Его рука, коснувшись плеча Стефани, вернула девушку из раздумий в реальность. Она обернулась, встретившись взглядом с Дженсоном, и удивление от внезапного появления отражалось на ее лице.
Она часто замечала, как Дженсон и Ава общались, избегая ее присутствия, особенно после недавних событий. Было ли их совместное решение принять Стефани как полноценного сотрудника лишь из-за доверия, как выразился Дженсон. Тут возникали сомнения. Возможно, они решили таким способом контролировать ее, предоставив полноценный доступ. Учитывая как часто Стефани пыталась предложить свою помощь ПОРОКу, тем самым вникая в запретные дела.
Стефани начала вспоминать свои действия: попытку остановить иммунов в день их побега, просьбу о больших задачах в работе, защиту субъекта. Но что, если бы она поступила иначе? Не остановила бы иммунов, не пыталась бы участвовать активнее в работе, не защищала бы субъекта? Был бы такой же исход? Разве не эти действия подтолкнули Дженсона и Аву задуматься над переменами?
В последний раз взглянув на Дженсона и затем на Аву, Стефани уловила в их взглядах, будто отражение своих собственных сомнений. Но она знала, что сейчас не время для колебаний.
"Сейчас или никогда. Медлить нельзя!"
Девушка решительно подошла к двери и провела ключ-картой по считывателю. Волнение и беспокойство смешались с решимостью изменить текущую ситуацию. Она отругала себя за то, что позволила Аве и Дженсону допустить не самую приятную мысль о ней, усомниться в ней. Вспомнив уроки, которые ей давал Дженсон еще в детстве, в голове возникли его слова: "никогда не позволяй никому сомневаться в себе и всегда ищи выгоду для себя в любой ситуации." Это были принципы, которые помогли ей выжить и преуспеть в мире ПОРОКа, где слабость или сомнение могли стать причиной падения.
Раздался щелчок и Стефани прошла внутрь, составляя компанию своему подопечному субъекту под грохот закрывающейся двери. Стоило ей поднять свой взгляд на ребенка, Стефани сразу узнала свою недавнюю знакомую. Иммунная, которая еще днем ранее выражала свое нежелание контактировать с ней, всячески противилась их общению и даже пустила в ход руки, теперь сидела перед ней. И Стефани будет за присматривать именно за ней.
"Интересно... Дженсон и Ава в курсе кого мне дали?" — возник вопрос в ее голове, но она быстро отогнала лишние мысли, понимая, что это уже не так важно.
Девушка медленно подошла к субъекту, сосредоточившись на своей работе. Ведь чем дольше она будет стоять и глазеть на иммунную, тем больше подозрений вызовет со стороны.
— Привет, — выдавила с улыбкой на лице Стефани, стараясь на этот раз сделать все как следует.
"Давно не виделись." — Мысленно добавила она.
Девочка ответила молчанием на ее приветствие, лишь наблюдала за своей собеседницей. В ее взгляде читался страх, да и в целом иммунная относилась к их встрече с опаской, не доверяла Стефани. Это казалось вполне очевидным. Ей нужно действовать осторожно, чтобы не вызвать новую волну недовольства. И, к счастью для Стефани, во взгляде иммунной, на этот раз, не было злости.
Стефани решила приступить к своей задачи, обходясь без болтовни. Однако, спустя минутное молчание, иммунная начала разговор.
— Кто ты и зачем пришла? — спросила она, садясь на край кровати, подальше от девушки в белом, и обхватила себя руками за ноги.
— Я буду твоим главным врачем, — Стефани подошла немного ближе, но осталась на безопасном расстоянии, чтобы не испугать девочку. — Буду приходить к тебе каждый день за анализами и другими вещами. — Она слегка улыбнулась, хотелось произвести хорошее впечатление. Хотя бы со второй попытки.
— Почему ты заступилась за меня в тот раз? — резко спросила иммунная, ее голос звучал удивленно, но и с ноткой настороженности. — Разве в ПОРОКе не все хотят поскорее избавиться от таких как я?
На удивление для Стефани, иммунная хорошо шла на разговор, но была уж слишком любопытной. О многом субъектам не положено знать и Стефани прекрасно понимала это. Но разве можно строить доверие на молчании?
— Я не могу тебе многое рассказать, но мы тут не пытаем вас, а ищем лекарство, — она отошла от ответа в надежде, что иммунная не станет требовать подробностей, ведь понимала, что некоторые вещи должны оставаться в тайне. Но было важно донести до девочки, что они здесь не для того, чтобы вредить.
Однако иммунная не собиралась останавливаться.
— А почему тогда те люди в черном...
— Это охранники, — быстро поправила Стефани.
— Да, охранники. Почему они так отреагировали на тебя и твои попытки... помочь мне? — настойчиво продолжала расспрашивать иммунная.
— Мне запрещено было делать то, что я делала. А теперь, с твоего позволения, я сделаю то, за чем пришла, — объявила Стефани, в попытке завершить этот разговор. Но ее тон, возможно, был слишком грубым и резким. Трудно держать все в тайне, а столь большого количества расспросов со стороны иммунной Стефани и вовсе не ожидала. Поэтому девушка предпочла бы молчание, чтобы не усугублять ситуацию в дальнейшем.
Стефани, стараясь сохранить спокойствие, сосредоточилась на своей работе, не желая совершать очередные ошибки. Однако, иммунная все никак не умолкала, налетая на девушку с новыми вопросами. Все это было намного труднее, чем Стефани себе представляла, и данная обстановка давила на нее. Сильно. Она уже просила высшие силы дать ей терпение, чтобы спокойно закончить свое дело и не сорваться, не накричать, не сказать лишнего, ничего не испортить.
"Да, черт возьми, все идет не по плану уже подавно!"
— Пожалуйста, прекрати меня заваливать своими расспросами, — произнесла девушка, наклонившись над лицом субъекта. Стефани потребовалось приложить немало усилий, чтобы собрать все свое оставшееся терпение в кучу и произнести слова как можно спокойней. Ее глаза встретились с иммунной, и во взгляде Стефани было что-то, что заставило девочку замолчать на мгновение. — Со временем ты узнаешь все, что мне положено тебе рассказать, а сейчас потерпи, — добавила она как можно ласковее и коснулась плеча субъекта в надежде расположить ее к доверию.
Иммунная, хотя и смотрела на нее с некоторым недовольством, кивнула, соглашаясь уступить. Тогда Стефани вздохнула с облегчением, отблагодарив девочку улыбкой.
Стефани, закончив свою работу, почувствовала облегчение, когда направилась к выходу из комнаты. Ей хотелось как можно скорее сменить обстановку.
Для Стефани различного рода коммуникации с людьми всегда давались с трудом, она предпочитала действовать молча, без лишних слов и разговоров. Она не умела поддерживать беседу и иногда чувствовала себя неловко в общении. Трудно было ей и в моральном плане, когда иммунная начинала чуть ли не требовать объяснений и давить на Стефани вопросами.
— Когда ты еще прийдешь? — неожиданно поинтересовалась иммунная, прерывая молчание, когда Стефани уже была на пороге.
— Вечером, — ответила она, немного замявшись. И когда Стефани обернулась лицом к девочке, чтобы взглянуть на нее в последний раз, то почувствовала некоторое облегчение и надежду на то, что ей удалось расположить иммунную к себе. Это дало ей надежду на то, что их сотрудничество будет проходить более гладко в будущем.
Покинув комнату субъекта, девушка облокотилась спиной об стену и прикрыла глаза. Глубокий вдох, затем выдох. Ей нужно было пару минут, чтобы собраться с мыслями, прежде чем вернуться к своей рутинной работе. Ведь анализы сами себя не занесут в лабораторию, а отчет сам себя не напишет.
Главная задача, которую Стефани поставила перед собой: не думать остаток дня о субъекте и полностью сосредоточиться на работе. Но это было сложнее, чем казалось. Эта встреча с иммунной забрала у нее силы и вызвала растерянность. Страх совершить ошибку или сказать что-то не то взял вверх, но она больше не позволит ему управлять собой. Огромное количество вопросов сбило ее с толку, но больше такого не повториться. Стефани решила для себя, что не станет отступать, ведь слишком долго шла к этому. Она знала, что ей нужно поработать над собой и своим характером, чтобы быть готовой к подобным ситуациям в будущем.
— Долго еще будешь к стене липнуть? — внезапно прозвучал знакомый голос, совсем близко, с нотками раздражения, заставляя ее вздрогнуть. Вновь. И тут же Стефани открыла глаза, взглянув на своего собеседника.
— Ну, ты чего, неужели напугал? — с издевкой спросил Дженсон, а на его лице образовалась фирменная ухмылка.
— А ты что тут делаешь? — спросила девушка, проигнорировав его предыдущие слова. Она только успокоилась после встречи с субъектом и не желала идти на провокации Дженсона. Ответит полным спокойствием.
— Смотрю, чтобы кое-кто не натворил глупостей.
— Ты подслушивал?
Дженсон предпочел ответить молчанием, все также не отрывая взгляда от Стефани, что только усилило ее раздражение.
— Я же задала вопрос, Дженсон, — Стефани закатила глаза, с каждой минутой ей становилось труднее оставаться спокойной и собранной в его присутствии.
Дженсон положил руку на плечо Стефани. Он не дал ей выбора, ненавязчиво, но требовательно подтолкнул в сторону, вынуждая следовать за ним. Не получив ответа от Дженсона, ей ничего не оставалось, как принять правила игры. Стефани могла бы выразить свое недовольство или задать вопросы, но внутренний голос твердил ей, что сейчас не время для споров. Она послушно следовала за ним, сохраняя молчание, и теперь ее мысли переключились на другое. С каких это пор Дженсон вот так сопровождает ее? У него редко находилось время на простые разговоры в рабочие часы. Ей частенько приходилось за ним бегать по ПОРОКу, когда нужно было узнать ответы на важные вопросы касательно работы или еще чего-то. Теперь же Дженсон сам подошел и вел ее куда-то, ничего не объясняя. Человек-загадка. Неужели она вновь сделала что-то не так? Стефани поразмышляла и пришла именно к такому выводу, ведь он подслушал ее разговор с субъектом или пытался подслушать, не важно, а теперь ведет куда-то ничего не говоря и не объясняя.
— Ты молодец. Не разболтала ничего лишнего субъекту, хотя я уже подумал... — слова Дженсона принесли ей ощущение облегчения и даже некоторой гордости, а также развеяли все ее опасения. — В общем держи язык за зубами и дальше, ясно? — Стефани подтвердительно кивнула в ответ. Впервые она была рада, что ошиблась с выводами. Девушка выдохнула с облегчением, сбросив с плеч тяжесть страха ошибиться и навлечь на себя неприятности.
— К чему этот надзор? — она, неожиданно даже для себя, озвучила, далеко не в самой легкой форме, свои сомнения.
— Поскольку ты теперь о многом знаешь и являешься частью ПОРОКа... — Дженсон говорил не спеша, подбирая слова.
— Я поняла, приказ Авы, — догадалась Стефани, на что получила в ответ подтвердительный кивок.
Вся ситуация выглядела такой смешной. Дженсон, поручая ей новую работу, сам ранее сказал, что он и Ава доверяют ей. А теперь, судя по всему, будет контролировать каждый ее шаг.
"Странное, однако, у ПОРОКа понимание о доверии", — подумала она.
— Доверяй, но проверяй, — произнес Дженсон, словно читая ее мысли.
Но она и не против. С одной стороны, было приятно проводить больше времени с ним, а с другой, эта фраза напомнила ей о том, что в ПОРОКе нельзя полностью расслабляться и нужно быть настороже.
Остаток пути они провели в молчании, где каждый погряз в собственных мыслях.
Зайдя в столовую, Дженсон приказал Стефани сесть за стол, и, оставив ее, направился по своим делам, не уточняя, когда вернется.
В столовой было пусто. Время обеда давно подошло к концу, поэтому компанию ей составляли лишь опустевшие столы и стулья. Девушка сидела и не знала чем себя занять в ожидании. Она погрузилась в размышления, пока Дженсона не было, и поняла, что ей нужно какое-то занятие, чтобы не теряться в пустых мыслях. Вспомнив, что она утром не выпила кофе, Стефани направилась к кофейному автомату, чувствуя, что это могло бы помочь ей сконцентрироваться и собраться после недавних событий. Кофе давно стал ее спасением и частью ежедневной рутины.
Вернувшись за стол, она уселась, держа в руках чашечку, ощущая тепло напитка и запах, который наполнил ее сознание ясностью.
***
Дженсон вышел из столовой, направляясь к своему отделу, и встретил одного из своих подчиненных, который тут же подбежал к нему с новостью.
— Сэр, с нами связался Маркус, тот у которого свой клуб в городе, он сказал, что иммуны у него, — солдат четко изложил ситуацию.
Эта новость обрадовала Дженсона, не прошло и суток как недавно сбежавшие иммуны были обнаружены, и, по всей видимости, они еще не ушли далеко. Он почувствовал тот старый азарт, который испытывал, когда охотился за беглыми иммунами.
— Отлично. Направьте людей к Маркусу за субъектами, что не ясно? — сказал Дженсон, предвкушая "победу" ПОРОКа, хотя и был раздражен поведением подчиненных. Которые не всегда были способны справиться с поставленными задачами без своего начальника. Они должны сами решать некоторые вопросы и не обременять Дженсона каждым шагом.
— Хорошо, будет сделано.
— И не нужно бегать ко мне с каждым вопросом, сами разбирайтесь как их поймать, но постарайтесь не упустить. Хотя бы в этот раз, — добавил глава отдела безопасности, напоминая о важности оперативных действий в данной ситуации. — Каждая минута на счету.
Подчиненный кивнул и быстро удалился, оставив Дженсона одного с его мыслями.
Зная методы Маркуса, не составит труда забрать у него иммунных. Но всегда может что-нибудь пойти не по плану. Дженсон понимал, что ему нужна страховка, запасной план действий, чтобы быть готовым к любым непредвиденным обстоятельствам. Он не хотел работать за всех, это было невозможно. Ему, порой, и 24 часов в сутках не хватало, чтобы справиться со своей работой.
Дженсон часто ощущал усталость от нескончаемых задач. Иногда он мечтал об отдыхе хотя бы на несколько минут, чтобы отвлечься от мыслей о поимке иммунов и других сложностях, но он также понимал, что в его положении отдых был роскошью, которой он не мог себе позволить.
Маркус, с недавних пор, сотрудничал с ПОРОКом, и являлся ценным союзником для организации. Его методы помогли привлечь новых иммунных и это было важным вкладом в ПОРОК. Однако даже с такими надежными союзниками всегда была вероятность того, что что-то пойдет не так. Но Дженсону не хотелось лично контролировать все эти аспекты. У него и так было предостаточно дел. Иммунные всегда приносили много хлопот, их поимка требовала ресурсов и усилий, а когда им удавалось уйти уже в который раз, терпение Дженсона было на исходе.
Забавно однако выходит, ПОРОК тренировал детей в лабиринтах и сумел привить испытуемым множество полезных навыков для выживания, что лишь сыграло на руку для некоторых субъектов, которые вскоре и сбежали. Самые сильные - не самые глупые. Но Дженсона это никак не останавливало. Он поймает иммунов любым путем и закончит начатое. Закончит то, к чему так усердно стремился многие свои последние годы. Дженсон сумеет их перехитрить и, рано или поздно, будет праздновать свою победу. Внутри него вспыхнул огонек уверенности в своей победе над иммунными. Они всего-то подростки, дети с хорошими навыками выживания и смекалкой, а он... Он прожил на этом свете гораздо больше их, он повидал многое на своем веку, добился многого и еще добьется. Отступать и сдаваться было ни капельки не про Дженсона.
Дженсон, вернувшись к Стефани, заметил как она попивает свой излюбленный напиток.
— Неужели здешняя еда такая невкусная? — спросил он, садясь рядом с ней.
Каждый раз контролировать Стефани в плане питания, у него не было ни малейшего желания, а она предпочитала всему лишь напитки.
— Ну, можно и так сказать, — девушка пожала плечами, ее ответ был довольно равнодушным.
Дженсон решил не заострять внимание на этом и достал из-под куртки коробку печенья, положив ее перед Стефани.
— Как? — прошептала она, посмотрев на него с изумлением. Ее глаза округлились от удивления, ведь данное печенье было достаточно трудно достать. Практически невозможно.
— С днем рождения, — усмехнулся Дженсон, наблюдая за реакцией племянницы.
Восемнадцатый день рождения не имел для нее особого значения, ведь она не любила данный праздник и не праздновала с момента гибели своих родителей. И если бы не Дженсон, то она бы и не вспомнила про сегодняшнюю дату.
Девушка осторожно коснулась упаковки, медленно раскрывая ее, словно внутри находилось нечто ценное и хрупкое. Стефани не могла скрыть своей радости и восхищения, ведь это было ее самое любимое печенье, сделанное из песочного теста. Она уже представляла, как берет лакомство, ощущая приятный вкус печенья, как только тесто рассыпается во рту.
— Ты еще и помнишь о нем, — с восторгом произнесла Стефани.
Было приятно до безумия вновь увидеть данную излюбленную выпечку перед собой, а еще приятнее осознать, что такой близкий человек, как Дженсон, который так редко проводит с ней время, не забыл о ее предпочтениях и сделал невероятный сюрприз.
Когда Стефани достала из упаковки свое любимое лакомство, запах печенья мгновенно наполнил воздух своим ароматом. Она уже и не помнила когда нормально ела, когда ела вообще.
Дженсон лишь загадочно улыбнулся в ответ, не желая выдавать секретов о заполучении печенья. Реакция Стефани на такую мелочевку тоже не могла его не позабавить.
Откусив кусочек, Стеф прикрыла глаза. Как же давно она не ела его! Печенье за это время стало будто в разы вкуснее!
Дженсон какое-то время продолжал наблюдать за ней, а затем отошел, чтобы заварить кофе и себе. Вернувшись, он вновь составил компанию Стефани. Дженсон тоже взял кусочек печенья и, пробуя его, убедился в его великолепном вкусе.
Возможно, этот приказ пойдет им обеим на пользу, ведь Дженсон всегда уделял ей мало времени, что их трудно было назвать даже родственниками, учитывая как холодно он к ней всегда относился. А теперь стал каким-то более добрее по отношению к ней. Всего пару часиков и все переменилось. Ведь она боялась, что Дженсон в целом безразлично относился к ней, но на деле им обеим просто нужно было время, больше общего времени.
Закончив прием пищи, Дженсон принес стакан воды и поставил его перед Стефани. Она в недоумении наблюдала за тем, как в следующий миг Дженсон достал из своего кармана небольшую баночку, наполненную неизвестными таблетками, и вынул одну из них. Она была небольшого размера, двухцветная, разделенная на красную и желтую половины. Стефани не успела даже возразить, как Дженсон взял ее руку, раскрывая пальцы, и положил на ладонь неизвестный препарат. Девушка посмотрела на своего дядю с недоумением и легким беспокойством. Ее ладонь еще чувствовала тепло от его прикосновения.
— Прийми ее без лишних вопросов, — он пододвинул стакан с водой ближе и строго посмотрел на нее в ожидании.
Стефани помедлила, сомнения возникли сразу же. Это был неожиданный поворот событий, который заставил ее задуматься о том, что же может быть в этой баночке, и почему Дженсон столь настойчив в ее приеме. Несмотря на свои сомнения, она поняла, что возражениям нет места. Стефани медленно приняла таблетку, ощущая какое-то напряжение и волнение, стараясь не думать о том, что же это за препарат и каковы его последствия. Все еще взвешивая свои мысли и чувства, она опустила руку и опустошила стакан с водой.
Проконтролировав ее, Дженсон поднялся со своего места и поправил черную кожаную куртку.
— Иди за мной.
Его настроение быстро сменилось, на замену серьезности пришло спокойствие, а на лице расползлась привычная самодовольная ухмылка. Дженсон явно что-то задумал.
Стефани медленно поднялась следом за ним, ощущая легкое волнение.
— Куда мы идем? — с любопытством спросила девушка, догоняя Дженсона.
Прошла только половина дня, а уже столько сюрпризов и неожиданных поворотов он ей принес.
— Увидишь, — коротко ответил Дженсон, не отрывая взгляда от лестницы впереди.
Его загадочная ухмылка дала понять лишь одно, что объяснений ждать не следует. Стефани оставалось лишь гадать, что ждет ее, а на ум ничего не приходило.
Она доверяла Дженсону, ей часто доводилось делать то, о чем она не имела ни малейшего представления, лишь потому что Дженсон просил.
Они спускались все ниже и ниже, пока не оказались в самом низу комплекса. Тут было темнее и прохладнее, чем в других частях здания. Коридор, по которому они шли, заканчивался тупиком, и в конце находились две массивные стальные двери, расположенные друг напротив друга. Стефани взглянула на Дженсона, надеясь, что он объяснит, зачем они здесь. Но он молчал.
Ей ранее не доводилось бывать на этом этаже и волнение незаметно подкрадывалось, ведь они были тут совершенно одни. Трудно было даже предположить о предназначении данного места. Слабый свет еле освещал собою пространство, стены были испачканы временем и все находилось в толстом слое пыли. Это место явно не пользовалось популярностью в комплексе, и о его существовании мало кто знал, судя по внешнему виду. В голове вертелся вопрос: с какой целью Дженсон ее сюда привел?
От Дженсона можно было ожидать чего угодно. В голове всплывали неприятные воспоминания из детства, связанные с похожими местами. Тогда, за любую провинность, особенно за общение с иммунными, Стефани отводили в похожие заброшенные уголки ПОРОКа и запирали на неопределенное количество времени. Она могла просидеть взаперти от нескольких часов до целой недели. Такое наказание казалось вполне безобидным по сравнению со всеми причудами ПОРОКа. Она забивалась в дальний угол комнаты и молча ждала, когда ее снова выпустят на свободу. В детстве Стефани сильно боялась темноты, из-за этого ей труднее удавалось переживать подобные наказания. Но она никогда не сопротивлялась, лишь молча следовала за охраной, словно это было естественным порядком вещей, что казалось весьма странным поведением для ребенка в ее возрасте. Остальные дети показывали хотя бы недовольство.
Однажды Дженсон лично запер ее в подобном месте, но и в предыдущие разы это делалось с его ведома, как позже выяснилось. Несмотря на это, она никогда не злилась на него. Почему? Стефани не могла ответить себе на этот вопрос. Дженсон часто использовал ее покорство даже в собственных целях... И Ава знала об этом, временами поручая ему задания, ведь только по его просьбе Стефани выполняла их, не задавая лишних вопросов.
Молчание Стефани было лишь внешним. Она казалась спокойной только на первый взгляд. Внутри же бушевали противоречивые эмоции, которые она предпочитала подавлять. Многое осталось в прошлом, и она не хотела ворошить эти воспоминания.
Стефани до сих пор не могла понять, почему запрет на общение с иммунными был настолько строгим, но у нее не было желания выяснять причины. Она глубоко вздохнула, пытаясь подавить нахлынувшие воспоминания. Однако накатившая тревога не давала покоя.
Дженсон остановился перед одной из стальных дверей и обернулся к девушке, заметив ее напряженное состояние.
— Что-то не так? — спросил он, его голос был мягче, чем обычно.
— Все в порядке, — соврала Стефани, надеясь, что он не заметит ее беспокойства.
Тогда Дженсон открыл дверь, которая находилась справа и пригласил Стефани войти внутрь. Она шагнула через порог, и ее окутал запах сырости и пыли.
— Подожди меня здесь, — сказал он, скрываясь за дверью и оставил ее одну.
Стефани замерла, прислушиваясь до тех пор, пока не стихли его шаги в глубинах коридоров. Повисла гробовая тишина. Она отчетливо слышала собственное дыхание, которое показалось ей в тот момент слишком громким и Стефани старалась дышать как можно тише, будто в страхе нарушить эту тишину. Темнота окружала ее, и Стеф ощутила, как холод проникает в каждую клеточку ее тела. Рукой она нащупала выключатель и свет мигом заполнил собой пространство. Увиденное поразило ее.
Комната была огромных размеров, даже больше чем их столовая. Слева на всю стену тянулся ряд из полок, уставленных немалым количеством различного оружия.
Стефани подошла поближе, изучая содержимое полок. Она неспешно провела пальцем по поверхности, стирая толстый слой пыли и оставляя на полке след.
Поразительно какое масштабное место пустовало без дела. Такого огромного количества оружия она в жизни не видела. Да особо и не разбиралась в нем.
Пройдя несколько шагов вперед, рассматривая оружие, ее взгляд упал на конец помещения. У стены висели разрисованные таблички разных размеров, служащие как мишени. Вероятно, именно тут тренировались многие солдаты из отдела безопасности. Но почему забросили такое место было неясно.
Дверь в следующий миг открылась со скрипом, нарушив тишину, и девушка обернулась на звук. Дженсон уверенной походкой подошел к стеллажу и принялся выбирать оружие. Ему понадобилось немного времени и, определившись, он вынул пистолет. Сдув слой пыли, мужчина рассматривал его, поворачивая в руках.
— Как ты и просила, — сказал он с усмешкой и подошел к Стефани.
Девушка молчала, продолжая наблюдать за происходящим. Она в серьез подумать не могла, что подобная просьба когда-либо выполниться. Видимо, зря она недооценивала свой день рождения.
Дженсон, не теряя времени, зарядил оружие и стал напротив мишени, вытянул руку вперед и замер, прицеливаясь, а затем он сделал выстрел. Громкий звук прорезал тишину, к которой она уже успела привыкнуть, заставив ее вздрогнуть. Однако Стефани продолжала внимательно наблюдать за каждым последующим выстрелом.
Когда патроны закончились Дженсон отложил пистолет в сторону. Затем он взял другой, попроще.
— Для начала попробуешь с этим, — сказал он, заряжая пистолет, и передал его в руки Стеф, поставив на предохранитель.
Дженсон обхватил ее руки своими, вытянул их, направляя пистолет. Она почувствовала тепло его грубых рук.
— Сначала снимаешь с предохранителя, — объяснял он, демонстрируя каждый этап. — Затем прицеливаешься, делаешь вдох, выдыхаешь и спускаешь курок.
Дженсон нажал ее пальцем на спусковой крючок и последовал выстрел.
Девушка на мгновение зажмурилась от неожиданно громкого звука выстрела. Она все никак не могла привыкнуть к нему. Отдача пистолета была не сильная, но Дженсон крепко держал ее руки, из-за чего они не сдвинусь с изначальной позиции. Когда звук выстрела растворился в тишине, она почувствовала внутри себя некое облегчение, будто избавилась от чего-то. И данное чувство ей понравилось.
— Можно я сама попробую?
— Конечно, я буду сзади, — Дженсон отошел и принялся внимательно наблюдать за ней.
Стефани выпрямилась, прочно упираясь ногами об пол, и это придало ей уверенности. Девушка вытянула руки с оружием вперед, сосредотачиваясь только на нем. Прицелилась. Сделала вдох, как учил Дженсон, и выдохнув спустила курок.
На этот раз она также не сдвинулась с места. Продолжая неподвижно стоять еще несколько секунд, Стефани вглядывалась в мишень. Она была удивлена собой и своей серьезностью и стойкостью. Было трудно разглядеть, из столь далекого расстояния, куда она попала и попала ли вообще. Но результат не сильно волновал Стефани сейчас.
Этот осознанный выстрел был особенным. Он никак не мог сравниться с ее первым выстрелом в иммунных. На этот раз Стефани чувствовала уверенность в своих действиях, в отличие от прошлого, когда все делалось в спешке без наличия какого-либо опыта и знаний, под влиянием страха и растерянности. А теперь Дженсон доступно ей все объяснил, показал и стоял рядом, на случай если понадобится его помощь.
Повторив все заново, девушка продолжила стрелять. Когда последний патрон покинул обойму, она осторожно отложила пистолет на стол и улыбнулась.
Переглянувшись с Дженсоном, они оба прошли в конец комнаты, где была установлена мишень.
Стефани не рассчитывала, что сможет попасть в цель сразу, однако сам процесс стрельбы ей понравился. Разные эмоции и адреналин наполняли ее, просились наружу, но девушка сдерживала их в себе. Оставаясь внешне спокойной, она подошла к Дженсону, который уже рассматривал мишень, держа ее в руках.
— Довольно неплохо, как для первой попытки, — сказал он, указывая на несколько попаданий ближе к центру мишени. — Попробуй еще, нужно больше практики, — добавил Дженсон, подбадривающе похлопав ее по плечу.
Стефани в ответ кивнула, соглашаясь с ним.
На фоне реальности ее ожидания оправдались. Она ведь не в фильме, где героиня с первой попытки попадает четко в цель, словно профессиональный стрелок.
Бросив напоследок довольный взгляд на проделанную работу, девушка вернулась к столу в начале комнаты, где ее уже ожидал Дженсон.
Глава отдела безопасности, заряжая оружие, подробно описывал для нее каждый свой шаг. Он рассказал многое об использовании оружия и Стефани внимательно слушала его слова, стараясь запомнить каждый фрагмент информации, каждое движение, чтобы четко высечь это у себя в памяти. Зрительная память, как и моторная, никогда не подводили ее, однако этого нельзя было сказать про остальные виды памяти.
Когда Дженсон закончил свои пояснения, Стефани принялась пересказывать и демонстрировать свои новообретенные знания. Она была поражена тем, насколько точно запомнила все, усомнившись лишь дважды, но проделав небольшую работу над ошибками, стала делать все четко и без запинок, под одобрительным взглядом Дженсона. Он был доволен ее успехами, ухмылка не сходила с его лица пока он наблюдал.
Стефани продолжала тренироваться, стараясь улучшить свои навыки стрельбы. Спустя некоторое время усилий ей все же удалось попасть в центр мишени несколько раз. Большая часть пуль все же пролетела мимо, но для нее, как для новичка в стрельбе, это был неплохой результат. Очень даже неплохой.
— Делаешь успехи, уже лучше выходит, — прокомментировал Дженсон, снимая очередную мишень, и повесил новую. — Потренируйся еще пару раз, а мне пора идти, — добавил он, взглянув на свои часы.
Стефани кивнула в ответ, улыбнувшись ему с благодарностью за этот урок.
Когда Дженсон подошел к двери, готовясь покинуть помещение, он добавил напоследок:
— Долго не задерживайся, тебя еще Ава хотела увидеть.
— Хорошо, поняла.
— И да, — продолжил Дженсон, глядя на пистолет в руках у нее. — Можешь оставить себе, если хочешь, только не убей никого, — усмехнулся он, покидая комнату.
Дженсон отправился в свой отдел по безопасности. Его мысли были заняты сбежавшими субъектами. Ведь за время его отсутствия, ему ничего так и не доложили о поездке к Маркусу.
Как только Дженсон поднялся по лестнице и вышел в главный холл первого этажа, то заметил одного из своих подчиненных, бежавшего в его направлении.
— Сэр, вас ожидают на главном посту, — проговорил молодой солдат со сбитым дыханием. Очевидно, тот потратил немало времени и сил в поисках своего начальника по всему ПОРОКу.
— А что там с Маркусом? — спросил Дженсон, игнорируя состояние солдата. Ему было не до заботы о том, как его подчиненные справляются со своими задачами.
— Они сбежали еще до прибытия наших людей.
Эта новость вызвала у Дженсона раздражение и он мысленно выругался на подростков.
Что ж за дети такие непростые попались? Вечно ускальзывают от ПОРОКа и лишь создают своими глупыми побегами новые проблемы! В который уже раз ПОРОК не смог их поймать? Правильно, в третий. Три раза какие-то детишки смогли от них удрать! В голове даже трудно вообразить, это же просто смешно! Такая огромная и мощная организация, которая держит в страхе многих и владеет буквально всеми ресурсами мира. И такая жалкая кучка субъектов!
— Так ищите их по лучше, они важные для эксперимента! — раздраженно отрезал Дженсон, чувствуя, как гнев поднимается изнутри.
— Уже, — спокойно ответил мужчина в черной форме, стараясь не реагировать на гнев в голосе своего начальника.
Дженсон удивленно вскинул бровями, в недоумении глядя на своего подчиненного. Он ожидал каких-то пояснений, но мужчина в черном лишь предложил следовать за ним, добавив, что это важно. Это весьма удивило Дженсона; редко когда его подчиненные вели себя таким образом.
Однако, решив не терять времени, Дженсон быстрым шагом отправился за солдатом к главному посту своего отдела. Где Дженсона, по словам его подчиненного, уже ожидали. Ему ведь точно не послышалось?
Когда они подошли к нужному месту, глава отдела безопасности увидел несколько работников, собравшихся за круглым столом. Их разговоры прекратились, стоило Дженсону лишь войти в комнату. Все присутствующие мгновенно притихли и повернулись к нему.
— Так, что тут у вас произошло? — строгим голосом заговорил Дженсон.
Все присутствующие переглянулись, как будто спрашивая взглядами друг у друга, кто ответит. Это молчание лишь усиливало его раздражение. Сотрудники явно скрывали какую-то важную информацию.
— Доложите уже кто-нибудь и прекратите так смотреть! — прикрикнул Дженсон. Его терпение было на исходе и несобранность среди подчиненных подливала масло в огонь.
"Понабирают не пойми кого, не пойми откуда, а потом работай с ними.
— С нами на контакт вышли иммуны, которые сбежали, — быстро заговорил один из сотрудников, прерывая молчание. — Точнее пытаются, связь плохая.
— Сбежавшие вышли на связь значит... — пробормотал себе под нос Дженсон проигнорировав упоминание о слабой связи. — И?
Едва он успел задать вопрос, как рация, стоявшая посреди стола, зашипела, и из нее раздался женский голос. С ними связалась Тереза, известная в ПОРОКе как субъект А1. Связь, на удивление, наладилась, и ее было четко слышно без каких-либо шумов.
В ее голосе слышались нотки отчаяния и грусти. Она старалась произносить все четко и безэмоционально, но временами голос девушки подрагивал, раскрывая ее внутреннее состояние.
Однако, никому из присутствующих до этого не было дела; ПОРОКу нужна была лишь информация, и не имело значения, в каком настроении она передана. Тереза это понимала, но все равно старалась скрыть все эмоции, чтобы не казаться... Слабой?
— Мы достигли лагеря Правой руки, где и остановились, — сказала она слегка дрожащим голосом, выдав весьма полезную информацию. — Координаты следующие...
Один из сотрудников быстро записал в блокнот местонахождение лагеря.
Затем, словно собираясь с духом, она обратилась лично к Дженсону, уже более серьезным голосом, сказав, что делает это лишь из-за желания помочь в поиске лекарства. Желания сделать все правильно. Чтобы они там ничего в ПОРОКе не понавыдумывали и не перекрутили. И, выдержав очередную паузу, добавила о своей недавней сделке с Авой Пейдж, напоминая о своем главном условии, где ПОРОК обеспечивает защиту ее друзьям.
Многословной Тереза не оказалась. Быстро рассказав лишь самое необходимое, она отключила рацию.
"Наивная она, однако," — подумал Дженсон, усмехнувшись.
Что бы то Ава Пейдж ей там ни пообещала, ПОРОКу нужны ее друзья не для галочки, а для извлечения сыворотки.
По окончанию недолгого разговора между субъектом ПОРОКа и главой отдела безопасности, все взгляды присутствующих работников были направлены на Дженсона в ожидании дальнейших указаний.
— Итак, связь с Терезой установлена, координаты получены. Приступаем к операции, — его голос прозвучал четко и уверенно. Никаких сомнений, никаких колебаний.
Дженсон отдал приказ собрать всех и подготовиться к немедленному вылету. Его мысли были сосредоточены на предстоящей операции. ПОРОК давно планировал разгромить лагерь Правой руки, и теперь, наконец, у них появилась эта возможность. Настало время действовать. Он знал, что в лагере противников находилось немало иммунных. ПОРОКу нужны были эти дети, каждый из них представлял собой ключевой элемент в создании сыворотки от Вспышки.
— Выдвигаемся, — приказал он, направляясь к выходу.
***
Дженсон постучал и, не дожидаясь ответа, вошел в кабинет канцлера.
Ава Пейдж, не отрывая глаз от изучения данных по мозговой активности субъектов, едва заметно вздохнула. Она уже давно свыклась с привычкой своего заместителя входить в ее кабинет без предварительного разрешения.
— Что-то срочное? — спросила она, не поднимая взгляда. Ее голос, как всегда, был ровным и безэмоциональным.
— Да, — ответил Дженсон, занимая место рядом со столом Авы Пейдж. — Нашлись сбежавшие иммунные и... — он выдержал небольшую паузу, стараясь подчеркнуть значимость информации. — Лагерь Правой руки. Они все скрываются в одном месте.
Эти слова заставили канцлера отложить все дела. Ава Пейдж подняла голову и внимательно посмотрела на своего заместителя, придвинувшись поближе к нему.
— Отлично, вы уже подготовили берг к полету?
— Да, за вами зайдут, — подтвердил Дженсон и в ответ последовал кивок от Авы.
Она задержалась на мгновение, словно обдумывая что-то важное, прежде чем заговорить снова.
— Дженсон, хотела кое о чем вас попросить, — ее тон был серьезным, даже немного напряженным.
— Слушаю.
— Права рука, — начала она, сделав паузу, будто вспоминая что-то. — Они не должны были остаться еще с предыдущего раза, понимаете о чем я?
Это было не просто поручение, а приказ, от которого зависело многое.
Женщина вспомнила тот роковой день, когда Правая рука разгромила несколько баз ПОРОКа. И все благодаря Томасу, который успешно смог передать нужные данные их противникам, оставаясь незамеченным. Ему удалось всех обхитрить, и этот день вошел в историю и память для многих в организации, оставив горький привкус поражения и неудачи.
Несмотря на свое неудачное положение, Ава Пейдж была удивлена поступком Томаса и в самых глубинах души, возможно, гордилась им. Он пошел на такой риск ради своих друзей, он не бросил их, думал о них прежде всего. Но не стоило забывать чем эта выходка обернулась для него и для ПОРОКа.
— Да, в тот раз мои люди не успели их полностью устранить, но теперь все будет иначе, — уверял Дженсон, также вспомнив о том дне.
— Я хочу поговорить с ней, прежде всего, при встрече, если она там, конечно, будет, — сказала Пейдж, вспоминая свою бывшую сотрудницу.
— Вы о ком?
— Мэри Купер, — пояснила Ава, ее голос прозвучал сдержанно.
Дженсон задумался. Это имя ему ничего не говорило, он мало знал о вирусологах и сотрудниках из других отделов. Однако, покопавшись в дальних уголках своей памяти, воспоминания всплыли.
Мэри и Ава начали свой путь в ПОРОКе вместе, еще будучи обычными докторами. Они были коллегами, проводили много времени вместе в лаборатории, делились знаниями и опытом. Дженсон иногда замечал их вдвоем, а его знакомство с Мэри было скорее поверхностным. Ведь тогда он был обычным солдатом, только начинающим свой путь в ПОРОКе. С течением времени Дженсон стал главой отдела безопасности, а Ава стала канцлером. Мэри же стала правой рукой Авы Пейдж, что говорило о ее значимой роли внутри организации.
Тот день, когда была одобрена первая фаза испытаний, оставался в памяти многих сотрудников, хотя уже давно о нем не упоминали вслух. Мэри, в своей наивной доброте и убежденности, пыталась предотвратить начало испытаний. Однако, узнав, что ей не удастся остановить процесс, она решила сбежать.
Ее поиски быстро прекратились, оставив ей шанс на спасение. Такие как Мэри, считающие себя очень правильными и добродушными, никогда не задерживались в ПОРОКе надолго. Но некоторым везло меньше. В ПОРОКе было только два пути: работать во благо всеобщей цели или быть отосланным в специальный отдел, откуда пути назад уже не было. Там обрывались жизни, место было своего рода черной дырой для непригодного материала.
Вскоре о Мэри вновь услышали, когда она связалась с Томасом и получила от него информацию о месторасположение баз ПОРОКа. Как позже оказалось, она основала группировку под названием "Правая рука". Это был явный намек на ее прошлую связь с Авой Пейдж и роль в ПОРОКе. Купер хорошо знала Томаса, они неплохо ладили во время совместной работы в организации. Это позволило Мэри получить важную информацию из самых защищенных источников, благодаря ему. В глазах некоторых она стала символом сопротивления, человеком, который решился на риск, чтобы противостоять ПОРОКу.
— В конце миссии Правая рука должна быть устранена. Много проблем из-за них. Они нам мешают, — подытожила канцлер, проявляя намерение принять крайние меры.
На лице Дженсона образовалась едва заметная ухмылка. Как же он не любил подчиняться, выполнять приказы... Ведь в основном он сам их отдавал своим подчиненным.
— Почему вы мне не рассказали о сделке с Терезой? — Дженсон спросил напрямую, не желая тянуть время. Он не любил, когда от него скрывали информацию, особенно когда речь шла о важных делах, или дела велись за его спиной. — А должна была? — ответила женщина, слегка усмехнувшись и чуть приподняв бровь. В ее голосе звучала легкая ирония.
Дженсон мог предположить подобную реакцию своей начальницы. Она действительно не обязана отчитываться перед ним, но все же он надеялся быть более проинформированным. В конце концов, его работа непосредственно касалась поимки иммунных.
— Признаюсь, ваш план шикарный, нет, правда. Что бы вы там ей не наговорили, девчонка молодец, помогла нам.
— У нее было одно условие - безопасность ее друзей, — напомнила канцлер, хоть и понимала, что Дженсон не станет придерживаться этого. Она знала его методы и его отношение к субъектам ПОРОКа.
— Да, я запомню, — с ноткой сарказма ответил глава отдела безопасности, уже представляя, как ПОРОК заберет всех иммунов.
Раздался стук в дверь, оборвав их разговор. В кабинет зашел мужчина в черной форме, как только услышал разрешение канцлера.
— Все готово к вылету, сэр, — доложил подчиненный, стоя по стойке смирно.
— Хорошо, — кивнул Дженсон. Он знал, что времени мало, и каждая минута на счету. Обернувшись к Авe Пейдж, он на мгновение задержался взглядом, словно желая что-то добавить, но затем удалился следом за своим подчиненным.
Снаружи, на специальной площадке, их уже ожидало несколько вертолетов. Дженсон оглянулся. Действительно, все солдаты были наготове, ожидая своего начальника. Каждый из них стоял в полной экипировке, с оружием.
Как только глава отдела безопасности ступил на порог вертолета, за ним сразу же закрылась дверь. Усевшись на место, он услышал гул лопастей и почувствовал легкую вибрацию под ногами, когда вертолет плавно начал подниматься в воздух. Гул двигателей наполнил кабину.
Дорога была не близка. Если верить Терезе, лагерь Правой руки находился прямо в конце Жаровне, в горах. Им предстояло преодолеть значительное расстояние, что займет несколько часов.
Время в пути тянулось медленно, но Дженсон не позволял себе расслабиться. Он продолжал прокручивать в голове возможные варианты развития событий, обдумывая каждый шаг предстоящей миссии.
— Первое, что мы сделаем, это окружим лагерь, — начал он, обращаясь к своим солдатам через наушники, чтобы напомнить план действий.
В них Дженсон не сомневался, его войско всегда было готово выполнять свою работу и подчиняться его приказам в наилучшем виде. Почти всегда, но ведь исключения бывают тоже.
Вертолет слегка тряхнуло, и Дженсон устремил взгляд в окно. Горы Жаровни уже начали появляться на горизонте.
— Помните, — заключил он, — наш приоритет – иммунные. Нам нужны они живыми.
***
Вновь послышался тихий стук в кабинет канцлера. Женщина, в который раз за день, отложила свою работу и открыла дверь. Перед ней показалась Стефани.
— Проходи, я давно тебя жду, — доктор Пейдж приобняла девушку, проводя ее внутрь кабинета, и закрыла за собой дверь.
Ава, садясь обратно за свое рабочее место, не отводила взгляда от Стефани. И это вызвало настороженность у девушки.
Обычно, когда Ава вызывала ее и садилась за свое рабочее место, а не на диван рядом, то не стоило ожидать легких душевных разговоров.
Стефани и предположить не успела о чем пойдет речь, но первой заговорить не решалась. Ее мысли перебила канцлер.
— Я хотела с тобой поговорить немного о другом, — начала доктор Пейдж, выдерживая короткую паузу. Ее взгляд был холоден и строг, Ава всем своим видом показывала серьезность ситуации. — Но планы довольно быстро изменились.
Стефани подняла свой вопросительный взгляд на собеседницу, устроившись поудобнее на стуле.
— Одна из сбежавших наших субъектов - Тереза, недавно связалась с Дженсоном и назвала координаты их местонахождения, куда мы и отправимся в ближайшем времени, — пояснила Ава.
— Это та, которой вы вернули память? — уточнила Стеф, пытаясь понять кто такая Тереза.
— Да.
— Если, благодаря возвращению памяти, она решила вернуться в ПОРОК, то почему бы тогда не вернуть память всем субъектам? — девушка озвучила свои мысли. Она была убеждена, что понимание – ключ к разрешению многих проблем.
— Ты мыслишь вполне логично, но не знаешь многого, — ответ Авы заставил ее задуматься глубже. — Всегда есть нюансы.
Никто не знает и не может предугадать как возвращение памяти подействует на субъектов. Это индивидуальный вопрос и у каждого может быть своя реакция. Возвращение памяти может, как улучшить отношения между субъектом и ПОРОКом. Ведь узнав всю правду о ситуации в мире с заболеваемостью и желании организации помочь предотвратить исчезновение человечества, иммун согласиться сотрудничать. Так и настроить субъекта против ПОРОКа, позволив ему вспомнить все жестокие методы, которые использовались для достижения благой цели в организации.
Ава была уверена в Терезе, ведь хорошо знала девочку и о ее желании помочь найти лекарство. Канцлер помнила печальную историю матери Терезы и через что та прошла.
ПОРОК, все же, не смог бы предугадать действий Терезы, этим и рискнув, но, похоже, они напрасно волновались.
— А Дженсон уже в пути? — доктор Пейдж кивнула в ответ.
— Прежде чем ты что-либо скажешь – я не против, ты можешь лететь с нами, — произнесла Ава спокойным голосом. — Но у меня будет несколько условий.
— Как скажешь, — максимально спокойно ответила Стеф, едва сдерживая восторг от услышанного. Ее сердце забилось быстрее от волнения и радости. Внутренний мир девушки перевернулся, ведь только что сама Ава Пейдж позволила ей присоединиться к важной миссии ПОРОКа! Неужели снег где-то выпал на их выжженной солнцем планете?
Канцлер озвучила свои требования к Стефани о предстоящей поездке, не забыв напомнить о правилах безопасности.
— Я все прекрасно помню, — подтвердила та, когда разговор дошел до безопасности.
Ава Пейдж одобрительно кивнула и на ее лице появилась едва заметная улыбка, когда Стефани начала перечислять правила, словно скороговорку, четко и без единого промаха. Идеально заученные и выбитые в голове навсегда правила.
Внезапно взгляд Авы опустился на карман Стефани, где та хранила недавно приобретенный пистолет. Девушка почувствовала волнение, и, во избежание дальнейших расспросов, быстро прикрыла карман кофтой. Стефани замерла, размышляя, стоит ли ей упоминать о своих недавних занятиях по стрельбе с Дженсоном? Или все же умолчать? Она не сможет вечно скрывать от Авы свое оружие и, рано или поздно, ей придется его применить на виду у доктора Пейдж. Но лучше бы до такого ситуация не доходила.
И вот, когда женщина начала было говорить, их разговор оборвал стук в дверь. Стефани почувствовала прилив облегчения, когда на пороге появился мужчина в черной форме с планшетом в руках.
— Пройдемте в аэростат, — сразу заговорил вошедший. — Вас уже ожидают.
Доктор Пейдж бросила строгий взгляд на Стефани, мол, поговорим еще об этом, и вышла.
Стефани еще какое-то время стояла на месте, теряясь в собственных мыслях, а затем поспешила следом за канцлером. Однако, ее путь перегородил охранник.
— Мне можно. Ава Пейдж разрешила и подтвердит, если вы спросите у нее, — в спешке проговорила Стефани, ее взгляд метался между удаляющимся силуэтом Авы и охранником, стоящим на ее пути.
"Хоть бы только успеть..." — пронеслось в голове.
Охранник колебался, переводя взгляд с одного своего напарника на другого. Стефани смотрела на него в ожидании, переминая пальцы от волнения.
— У меня мало времени, пожалуйста, пропустите, — обратилась она к мужчине в черной форме с мольбой в глазах.
Они ведь часто видели ее с Авой вместе, прекрасно знали о должности Стефани, но все равно, не пойми для чего, строили запреты.
"Неужели Ава не рассказала им, что я имею доступ и могу выходить на миссии?" — засомневалась девушка.
Сложившаяся ситуация действовала на ей нервы.
Напарник охранника кивнул, как только Стефани хотела было что-то добавить, и в следующий миг проход для девушки был свободен.
Выйдя наружу, взор Стефани упал на бескрайнюю Жаровню, простирающуюся на много километров вокруг здания ПОРОКа. Кроме бесконечных песчаных дюн здесь не было совершенно ничего.
Под сопровождением солдат они с Авой Пейдж подошли к специальной площадке, где находился аэростат. Полеты на нем всегда казались чем-то невообразимым для Стефани, ведь ранее данный летательный аппарат могли себе позволить лишь самые обеспеченные люди планеты. Но ситуация давно изменилась, многие спонсоры ПОРОКа любезно передали свои берги организации. Иначе, она бы вряд ли в своей жизни испытала бы удачу полетать на таком чуде техники.
Аэростат был просто немыслимых размеров и даже в ПОРОКе на нем удавалось полетать далеко не всем из сотрудников. Берг использовался лишь при необходимости: во время перевозки груза или на заданиях, требующих большого количества людей.
Они зашли внутрь берга через огромный люк, выходящий из грузового отсека. Ава Пейдж уселась на лавочку, а Стефани принялась осматриваться. Интерес взял вверх.
Помимо грузового отсека, тут было несколько комнат, включая душевые. Как квартира, со всеми удобствами. Хоть бери и живи, что, кстати говоря, и делали многие, когда отправлялись на длительные миссии.
Ее внимание привлек закрывающийся люк, издающий до жути неприятный скрип. Прошло уже, как казалось, вечность, а он все закрывался, до чего же медленно, ужас!
Стефани уже доводилось несколько раз летать на берге, но не на миссии, а просто между городами и странами. Она вдруг осознала всю серьезность предстоящего задания, что не позволило ей расслабиться.
Подсев поближе к доктору Пейдж, девушка собралась с мыслями.
— И каков наш план? — поинтересовалась она.
— Мы заберем иммунных. Всех.
— И... это все? — Стефани внимательно вглядывалась в лицо Авы, словно пыталась узнать больше о предстоящей миссии.
Доктор Пейдж вела себя довольно странно, что не скрылось от Стефани. Девушка насторожилась, ведь от нее вновь умалчивали информацию, что не могло ее не злить.
— Дженсон говорил, что вы доверяете мне, — произнесла она с ноткой обиды в голосе. — Неужели он соврал?
— Нет, милая, не соврал. Доверяем. Просто... Что бы то ни было, держись рядом с Дженсоном или со мной. На крайний случай беги обратно на берг, — ответила Ава серьезным голосом, но также в нем звучали нотки заботы.
Стефани немного испугалась, услышав странные предупреждения от канцлера. Что может быть такого опасного на миссии? Они ведь мирно прилетят и заберут то, что по праву принадлежит ПОРОКу...
Ава Пейдж заметила изменения на лице Стеф и пожалела о своей резкости.
— Прости, что пугаю. Не надо было так сразу. — сказала она, пытаясь смягчить обстановку. В ответ последовал неуверенный кивок Стефани.
— Может произойти все, что угодно, ведь все, кто там находится, против нас, — добавила Ава.
— Хорошо. Я верю тебе. — ответила Стефани, пытаясь убедить и саму себя в этом, снова погружаясь в размышления.
Ава сидела, погруженная в собственные раздумья, пока берг летел к месту назначения. Она пыталась предвидеть реакцию Стефани на все, что у них было по плану. Дженсон ведь не просто так полетел со своими людьми первым. И они не просто так заберут иммунных, ведь никто там добровольно не дастся. И не просто так ПОРОК искал Правую руку все это время. Все, что произойдет – не просто так. И произойдут на миссии далеко не самые безобидные вещи.
Для Авы это было ясно, но не для Стефани. Она оставалась в неведении, пока их путь продолжался в молчании. Доктор Пейдж сомневалась в присутствии Стефани на данной миссии, опасаясь ее реакции. А девушка лишь гадала о том, что ее ждет впереди...