69 глава
Месяц. Я не шучу. Это был месяц пыток и самоистязания. Было настолько тяжело, что порою, не было сил выйти из театра, и ты ночевала на чердаке. Ребята скребя сердцем смотрели как мучается подруга, и помогали как могли. Один раз Костя, дождавшись пока ты уснешь, благополучно скрал тебя под покровом ночи. Проснулась ты у них, на съемной квартире. Ты действительно кочевала от Игоря к театру, от театра к ребятам, от ребят снова к Игорю.
Дабы не забивать и так переполненную голову, ты решила полностью уйти в работу, не жалея истерзанной психики и организма. До поздней ночи печатала сценарий на единственном в театре компе, на уроках выкладывалась по полной, изобилуя (вроде так) идеями.
Мастера сразу увидели в Т/и ответственного и сильного актера, поэтому о той курьезной ситуации больше не вспоминали. Ты получила долгожданное доверие со стороны педагогов. К тебе многие обращались за помощью и советом, даже Кристина постепенно перестала цепляться к каждому твоему слову.
Но никакие на свете успехи не могли затмить ту боль утраты, которое переживает влюбленное сердце. Хоть стань ты лидером, хоть собери все награды мира, хоть уработайся до смерти - нет.
Без любимого человека жить не хочется. Ну никак!
Сколько раз, в ночи, ты останавливала себя, что бы не позвонить? Сколько раз ты не брала трубки, не отвечала на смс? Сколько раз ты зло вытирала слезы, просыпаясь одна, в пустой холодной кровати, или еще того хуже, на пыльном страшном чердаке? Не сосчитать.
Горшок. Вот такой вот. Какой есть. Беззубый, лохматый, пьяный, безумный, злой - ты готова была принять его всего! Все его пошлые шуточки, выебоны, бесконечные приставания, всю его неуклюжесть и грубоватость - ты любила его таким какой он есть. Потому что знала, что за этим всем скрывается невероятно добрый, смелый, мудрый и талантливый человек.
Но каждый раз когда рука была готова нажать на заветную кнопку, каждый раз когда ты была готова сорваться к нему в самый неподходящий момент - что то тебя останавливало. Какой то внутренний комментатор долбил тебе одно и то же: "дура, из этого ничего не выйдет", "прекращай дурить" , " он тебя не любит", " так будет лучше для всех"..... и тому подобные строчки.
И день за днем ты, давясь предательским комком слез в горле, насильно заставляла себя жить. Заставляла вставать по утрам, чистить зубы, есть, пить, ходить в театр, спать. Через "не хочу" , через " не буду".
В один из таких тяжелых дней, ты как обычно сидела у Табакова в кабинете (да да, в том самом), и рыскала по интернету, в поисках декораций. Противный арендодатель дубовых стульев отчаянно пытался заломить нереально огромную сцену за свои поддержанные пеньки, но ты тоже не средним пальчиком деланная. Поэтому быстро донесла до него, мол, "дядь, а ты не приохуел?". В итоге, почти вдвое уменьшив сумму, ты согласилась.
Устало откинувшись на спинку кресла, ты посмотрела на часы. 11:45. Бляяяяя, опять придется ночевать в обнимку с Карласоном, в пыльном страшном чердаке....
Внезапно дверь отворилась, и на пороге возник Александр Гавриилович. Ты кивнула ему, сев ровнее . Абдулов зевнул, махнул тебе рукой, типа "не надо этих церемоний" и направился к шкафу, где мастера оставляли сменную обувь, одежду там, все такое. Ты подхватила его зев, и снова развалилась в кресле, задумчиво перебирая в руках карандаш, и втыкая в монитор компьютера.
А: Ты чего домой не идешь кстати? Время видела?
Выглянул из за дверцы шкафа Александр.
Т/и: Ага, я сейчас только сцен. движ. допишу, и по...
Ты не успела договорить, т.к. не заметила что мастер пробрался а тебе за спину, и вырубил комп.
А: Т/и, давай только честно.
Ты нервно сглотнула.
Т/и: Да я всегда с вами...честно...
Ты смотрела снизу вверх на Александра Гаврииловича. Мужчина стоял, проницательно заглядывая в твои светло голубые глаза, попутно застегивая часы на руке.
А: Ты когда последний раз дома ночевала?
Т/и: Вчера.
Тут же соврала ты.
А: А вот мы и солгали, да?)
Т/и: Ну, не вчера. 3 дня назад.
А: Если ты думаешь, что я поверю в то что у нас на чердаке домовой завелся - ошибаешься. Я прекрасно знаю, что вы, Т/и Т/ф, изволили обосноваться у нас под крышей. Я не жадный - живите там сколько хотите, до этого мне дела нет. Меня другое волнует - почему?
Ты прикусила нижнюю губу и отвела взгляд. Врать не хочется, да и бесполезно - вон какой прозорливый блин. Сказать правду? Уффф......как же трудно....
А: Родители?
Ты отрицательно помотала головой.
А: Друзья?
Тот же жест.
А: Ну конечно...
Абдулов усмехнулся, хлопнув себя по лбу ладонью.
А: любовь?)
Глаза на мокром месте.
А: Ну ну, ну вот и слезы...
Ты тихонько заплакала, свернувшись комочком в кресле. Александр вздохнул, и выудив откуда то платок, по - отцовски вытер им стекающие слезы на твоем лице.
Спустя пару минут, ты слегка отодвинула его руку, и прикусив губы запрокинула голову, уничтожая влажные остатки печали.
А: Чай будешь?
Т/и: Угу.
А: Черный, зеленый?
Прогудел он, роясь в пакетиках.
Т/и: Зеленый.
А: Нет его, черный пить будешь. Но есть варенье. Малиновое.
Александр быстро справился с чаем, а ты сидела в кресле и просто смотрела на него, изредка шмыгая носом. Наконец, Абдулов поставил перед тобой милую чашечку с котами, вазочку с вареньем, а сам сел на край стола, и хлебнув немного расслабляющего напитка, серьезно на тебя посмотрел.
А: Т/и, мне хоть и под сорок, но я глаза у меня ни к черту. И они прекрасно видят, что с тобой творится что то неладное. Ты первые несколько уроков такая веселая была, улыбчивая, а сейчас ходишь, будто приведение. Т/и: Александр Гаврилович, вы простите меня пожалуйста, я правда буду больше стараться, просто... А: Господи, да нет же! Дуреха, я не про твою работоспособность говорю, с ней у тебя все путем, будь уверенна. Я про твое душевное состояние. Потому что есть одно неоспоримое правило - если на душе кошки скребут, нигде не заладится. Ни с карьерой, ни с семьей. Да, ты пашешь как лошадь целыми днями, да, ты выкладываешься на полную. И что? Что с того то? Станешь великой актрисой, напротоп Фаины Раневской, и всю жизнь проживешь одна, каждый вечер с ужасом возвращаясь в пустую квартиру? Разве об этом ты мечтаешь?
Ты с ужасом замотала головой, на миг представив себе этот кошмар.
Т/и: Александр Гавриилович, зачем вы завели этот разговор? Почему вас так волнует моя жизнь? У вас ведь наверняка есть люди, которые нуждаются в вашей заботе куда больше меня. Жена, дети, род... А: ДА НЕТ У МЕНЯ НИКОГО!
Это было так громко, так больно...Сердце подпрыгнуло на месте, этот крик проник прямо в душу, разметав там все к чертовой матери. Ты испуганно вжалась в кресло, круглыми глазами глядя на обезумевшего мастера. Что? Что вырвало эти слова, откуда? Какую боль надо было испытать, что бы это звучало так ужасно...
Т/и: Простите, простите пожалуйста... А: Беги. Т/и: Что? А: Беги! Беги к нему! Быстрее! Что встала как красна девица, которая впервые хрен увидела? Бегом!
Ты вскочила с кресла, и начала шариться по кабинету в поисках одежды, заместо трико и джазовок, которые были на тебе. "Похуй, потом все выясню", решила ты, роясь в шкафу. Но этого тебе сделать увы не дали.
Абдулов буквально подлетел к тебе, и схватив за предплечье, вышвырнув из кабинета, по пути захватив свою куртку.
Т/и: Подождите, у меня там одежда! А: Потом. Все потом.
На ходу протараторил он, все еще сжимая твою руку. Ты молча проглотила свое "блять", беспрекословно повинуясь мастеру. Через считанные минуты Александр несмотря на все твои "Я НЕ СЯДУ К ВАМ В МАШИНУ " запихал тебя внутрь. Резко захлопнув за собой дверь, он ударил в газ, и вы с невъебической скоростью понеслись вдоль Питерских улочек.
А: Любишь его? Т/и: Да.
Он затормозил на вашей улице.
А: Дальше сама.
Ты просто кивнула и вылетев из машины побежала домой. Было жутко холодно, редкие прохожие мягко говоря с удивлением смотрели на девушку, летящую по ночному городу в одном трико. Ветер бил в лицо, ноги в тонких джазах больно стучали по твердому асфальту, но как мало тебя это волновало...
Вот парк, в котором вы бегали по утрам. Вот скамейка, на которой он обрабатывал твои раны. Вот закоулок, в котором он спалил тебя с курением. Вот дом, в которым мы вдвоем
( родные, я лох. утопила телефон в унитазе. теперь пишу на ноуте. всем желаю не быть таким уебаном.)