Зеркальный портал
Ты — звёздный путь и врата.
Ты — седьмая печать,
Тайный код и ключи.
Ты — мой зеркальный портал,
Ты — начало начал
И причина причин.
— Дева Вэй, похоже, Вы ему нравитесь, — неуверенно переводя взгляд со второго нефрита, который стоит чуть ли не на противоположной стороне облачных глубин и то и дело бросает беглые взгляды на их компанию (но все же, в общем, понимают, кому адресован этот взгляд) на Вэй Ин, говорит Не Хуайсан.
— Ох, Хуайсан, не говори таких глупостей… Или это очередной предлог, чтобы отправить меня за вином? — с легкой улыбкой на лице спрашивает Вэй Ин, которая подобных «побегов» всегда избегала за счет того, что ей, возможно, здесь всю (не)счастливую жизнь прожить придётся, а значит, надо хотя бы воздержаться от частых нарушений правил.
Хотя кому она это говорит, кому внушает? Старик Лань её с самого начала невзлюбил, хотя мог бы к невесте племянника мягче относиться. Не то, что Вэй Ин злоупотребляла этим «статусом» — просто было обидно, что к ней придирались больше всех остальных.
— Дева Вэй, а он Вам нравится? —все так же не отстаёт Хуайсан. Кажется, задумал что-то — это понятно по слегка хитрому прищуру миндалевых глаз.
— Ты к чему клонишь? — не выдерживает и прямо спрашивает Цзян Чэн, — нашел способ разорвать помолвку?
— Почему тебе так не хочется этого? — удивляется кто-то из адептов, которые, затаив дыхание, слушали эту троицу.
— Потому что представьте меня в белых одеждах — вот и я не могу! — фыркает девушка, — мадам Юй вряд ли согласится, потому что сама это устроила. А значит, нам придется решать всё самим.
— Нам? — Хуайсан тут же закрывает лицо веером, но видно, что он что-то знает, но скрывает от всех, — н-нет, не подумайте, дева Вэй…
— А я подумаю! — с вызовом заявляет она, внимательно глядя в его глаза, — что ты не договариваешь?
Недосказанность раздражала. Вэй Ин часто с ней сталкивалась, но все равно чувствовала всеми фибрами души боль Цзян Яньли, которая рисовала портреты этого своего павлина, знала, что мадам Юй хочет наладить нормальные отношения с дядей Цзяном, но не может, потому что то ли гордость, то ли еще что-то не позволяет. Вэй Ин была открытым человеком, она и не собиралась многое в себе таить.
Но когда те, кто стояли рядом, умалчивали о чем-то важном… Это не могло не раздражать.
—Дева Вэй, просто все уже заметили, что он… Влюблен в Вас. Я думал, что Вы это давно поняли, — все-таки решается высказать Хуайсан, нервно оглядываясь по сторонам в поисках поддержки.
Младшие адепты с готовностью кивают.
Вэй Ин думает, что её тело как минимум онемело, она даже выдавить из себя что-то не может.
— Взгляды, которые он на Вас бросает, о многом говорят. Я думал, что Вы сами знаете… Просто это все уже заметили… Простите… — наследник Цин Хэ Не закрывает лицо веером, но Вэй Ин готова поклясться, что на нём сейчас хитрая улыбка.
***
— Цзян Чэн! То есть, ты тоже знал и не потрудился мне сказать?! Это вообще как? — возмущенно высказывалась она своему шиди, когда они по её же инициативе остались вдвоем гулять по территории Облачных Глубин.
Страх быть пойманными обычно превышает адреналин, почему-то Вэй Ин не страшна возможность того, что её вновь могут заставить переписывать правила с Лань Чжанем или на крайний случай — наказать как-нибудь по-другому.
Обычно именно в этом месте никого и не встретишь, их тропинка близко расположена к реке, спустишься немного — и можешь смело падать, ибо берег крутой. На крайний случай, можно будет и так спастись.
—Ждал, пока ты сама догадаешься, — хмыкает Цзян Чэн, — а ещё думал, что ты намеренно игнорируешь это.
— Да вы ошиблись, — лицо девушки краснеет, но она не придаёт этому внимания, — такая… Ледяная глыба. И любить кого-то? Тем более, такую, как я… Нет, это кажется нереальным!
Зачем ей отрицать это? Вэй Ин слегка поморщилась. Уже скоро она будет в Юн Мене, но ей остался всего год с лишним до свадьбы. Она не хочет этого, не хочет лишать себя свободы, потому что этой ей не нужно. Дядя Цзян говорил, что её мать была такой же.
«Моя матушка спустилась с гор, чтобы пожить в мире людей, а я буду вынуждена заковать себя в одном-единственном ордене?» —насмешливо думает она.
— Ты о Цзысюане так же говорила, но сестра теперь счастлива с ним, — напоминает Цзян Чэн, — мы не можем судить о людях наверняка, не зная их.
— Ещё бы! Если шицзе не будет счастлива в браке, одним павлином в этом мире станет меньше, — воинственно обещает Вэй Ин.
Цзян Чэн глупо улыбается. Он же ещё не рассказал ей, как поколотил одну павлинью морду, заставляя пообещать, что Цзян Яньли будет счастлива.
Кажется, в скором времени придется раскрасить ещё одно лицо.
— Уверен, А-Ли счастлива. Осталось меньше двух недель, и мы снова уедем в Юн Мен. А там можно будет попросить у родителей найти предлог и отправиться в Лань Лин — сестра тоже будет рада повидать нас.
Меньше двух недель…
Вэй Ин несколько месяцев назад отдала бы всё, что можно, лишь бы уехать отсюда. Но с течением времени правила перестали казаться невыполнимыми, она перестала ощущать на себе невидимые цепи, что ранее сковывали её движения; не говори громко, не бегай, не смейся. Вэй Ин знала, как улизнуть от наказания. Вэй Ин адаптировалась и приспособилась.
Меньше двух недель — и наступит долгожданная свобода, но почему-то ей не нужна эта свобода, холод и тишина Облачных Глубин так гармонично сочетается с белыми одеждами, которые девушке тоже рано или поздно придется надеть.
Она (не) хочет этого.
Извергалась кипящая лава из адского кратера
И казалось, что поздно — уже ничего не сберечь.
Полыхали страницы, огненным вихрем объятые
Разлетались обрывки карт и календарей.
Что спасло эту повесть — я знаю, я помню…
Последняя их ночная охота. Даже старик Лань улыбнулся, правда, на несколько миллисекунд — Вэй Ин готова поклясться, что он это делал. Суть в работе в парах; в Облачных Глубинах почему-то считают, что довольно взрослые заклинатели не могут справиться поодиночке, поэтому надо разделиться по два человека. И идти ловить ходячих мертвецов.
Вэй Ин на эти правила только закатывает глаза: в Юн Мене обычно охотятся поодиночке и соревнуются между собой, кто убил больше мертвецов.
Вэй Ин тут же жмется ближе к Цзян Чэну: одного похода с Лань Чжанем ей уже хватило, спасибо, не надо больше. Теперь её никто не заставит встать в пару с тем, кто почему-то с недавних пор занимает все мысли в голове!
— Неужели тут настолько опасно, что нельзя ходить по одному? — недоверчиво спрашивает он не её, не себя, а скорее задает риторический вопрос.
— В прошлый раз из страшного были только собаки, — усмехается Вэй Ин.
Через полчаса им приходится знатно о своих словах пожалеть.
Вэй Ин чувствует, что за ними кто-то следит, оборачивается, едва успев поднять свой меч и рассечь им мертвеца. Краем глаза замечает, что Цзян Чэн делает то же самое, и скоро весь лес наполняется скрежетом оружия: видимо, не они одни попали в такую ситуацию.
Они зашли слишком далеко?
— Теперь я понимаю, почему именно сказали работать в паре, — замечает девушка, стряхивая кровь со своих чёрных одежд.
Цзян Чэн настороженно осматривается, но, не найдя ничего подозрительного, тоже отряхивается.
— Откуда тут столько мертвецов? Никогда не видел такого большого количества.
— Ахах, возможно, слишком правильная энергетика Гу Су их притягивает, — хихикает Вэй Ин, но вновь хватается за меч, заслышав шаги.
Нет. Это не мертвецы. Это живые люди. Она успокаивается, видя двух юношей в белых одеждах. Лань Чжань и Лань Хуань? Что они тут забыли, нарочно ли их искали?
— Нет, дева Вэй, сомневаюсь, что мертвецы могут чувствовать нашу энергетику, — улыбается старший брат Лань Чжаня, — мы с Ванцзи нашли по пути артефакт, призывающий нечисть. Надо только выяснить, кто и с какими целями его тут повесил.
— Кому вообще понадобилось призывать мертвецов сюда? — ворчит Цзян Чэн.
— Они хотели заманить нас в ловушку? Но у нас же нет неприятелей среди орденов, — задумывается Вэй Ин.
— Мгм, — отвечает Лань Чжань.
— Нам лучше быть осторожными, — переводит Лань Сичэнь, — они могут напасть ещё… Дева Вэй!
Вэй Ин не успевает даже обернуться, как что-то заставляет её упасть на землю. Это что-то пытается разорвать её плоть… Девушка пытается дотянуться до меча, с падением отлетевшего в сторону, но попытки не оставляют желать лучшего. Она уже не чувствует боли; последнее, что ей приходится увидеть — то, что мертвеца всё-таки удается сбить с ног, освободив её. Дышать становится немного легче, но перед глазами возникают лишь темные пятна вместо четких силуэтов.
Последнее, что она увидела — то, что кто-то белой лентой перевязал кровоточащую рану на плече. Вэй Ин бы улыбнулась, но не могла: никто из Гу Су никогда не снимал свою лобную ленту, по крайней мере, при ней. Она не знает, что за значение у этой ленты, но, кажется, оно действительно важное.
Двое в маленькой лодке плывут в океан тишины.
Проступают на свитке небесном созвездий руны,
Оживают легенды, забытые сказки и сны.
Побеждают любовью — я знаю, я помню…
___________________________________________
1427 слов