Зона DRS

Австралия — Квалификация

Солнце начинало клониться к закату над Мельбурном, когда мы вышли из хоумрума. Атмосфера была наэлектризованной. Трибуны вибрировали так, будто сам асфальт пульсировал в такт сердцам тысяч болельщиков. Все знали: эта квалификация войдёт в историю. Потому что впервые четверо новичков — Кьяра, Кими, Олли и я — ворвались в разговоры о серьёзных результатах. Мы соревновались с лучшими из лучших.

Не буду врать. Я была так нервна, что, казалось, если не запрусь в туалете, то просто упаду в обморок. Или то и другое сразу.

Перед выходом в гараж я подошла к Шарлю. Он стоял у своего Ferrari, серьёзный как всегда, но увидев меня, распахнул объятия. Он обнял меня так, будто мы снова были детьми — как тогда, когда я приносила ему рисунки, на которых он выигрывал гонки, а он говорил, что однажды мы будем делить подиум.

— У тебя всё получится невероятно, — сказал он прямо у моего уха.

Я прижалась к нему крепче, чем нужно было.

— Я уже не могу сбежать, да? — прошептала я.

— Нет. Слишком поздно убегать на Гавайи, — пошутил он, усмехаясь.

Я вздохнула, кивнула. Пришло время.

Я направилась к своему болиду — этому Haas, который уже стал для меня роднее, чем что-либо в этом мире. Я коснулась его, будто давая обещание. Мой инженер подмигнул мне со стены боксов.

— Марго, займи позицию, — предупредил он по радио.

Q1 начиналась.

У нас были мягкие шины. Трасса чистая. Солнце касалось асфальта под идеальным углом. Haas вибрировал так, будто тоже нервничал. Всё моё тело было напряжено, но готово. Словно моя кровь понимала: настал тот самый момент.

Я сжала руль.

Выехала. Точно. Холодно. Расчётливо.

Круг был чистым. Я касалась всех поребриков, атаковала повороты так, будто от этого зависела моя жизнь. И когда пересекла линию...

— Третье место. P3, — сказал инженер взволнованно.

Я улыбнулась, не в силах сдержаться.

Я увидела Кими в его боксе. На телеметрии. Он мельком взглянул на меня, поднял большой палец и улыбнулся. Чуть-чуть. Едва заметно. Но достаточно, чтобы у меня снова заурчало в животе, как в первый раз.

Один за другим пилоты завершали круги. Кьяра стала седьмой. Олли — пятым. Кими... шестым.

Все новички прошли в Q2.

Уже в тот момент мы знали: мы пишем историю.

Q2

На этот раз был трафик. И не просто трафик — трафик из пилотов, которые годами были в этом спорте.

Но мой инженер отправил меня пораньше. Он хотел чистой трассы. Я тоже.

— Марго, выкладывайся на этом круге. Ты можешь, — сказал он твёрдым голосом, будто верил в меня больше, чем я сама.

Я летела в первом секторе. Буквально. Машина приклеилась к асфальту, будто была влюблена в меня. Повороты текли плавно. В последней шикане я бросилась в атаку, словно завтра не существовало.

Пересекая линию, я услышала:

— Временное P2. Давай, Марго, ты летишь.

Я спросила про Кими.

— Четвёртый.

Это подстегнуло меня, как укол адреналина.

Кьяра стала шестой. Олли — восьмым. Шарль на своём Ferrari показал лучшее время из всех.

Но мы были близко. Ближе, чем кто-либо мог предположить.

Q3

У меня пересохло в горле. Сердце билось так сильно, что я чувствовала его рёбрами. Первый круг был крепким. Пятая позиция. Временное P5.

Но этого было недостаточно.

Я закрыла глаза на секунду. Подумала о Жюле. О Бриньоле. О Кьяре, которая учила меня тормозить левой ногой, когда мне было восемь лет. О днях с папой в картинге. О Шарле. Обо всём.

Я снова выехала.

Шины были раскалены докрасна. Воздух пах горелой резиной и славой. Прямая блестела в свете прожекторов пит-лейн. И мы полетели.

Первый сектор — личный рекорд.

Второй — тоже.

В третьем я бросила машину на внутреннюю траекторию, агрессивнее, чем когда-либо.

И пересекла линию.

На табло:

— P4.

Я не могла в это поверить.

Мой инженер закричал как сумасшедший.

— Марго, невероятный круг! Ты четвёртая! ЧЕТВЁРТАЯ!

Я прижала руку ко рту. Меня трясло. Буквально.

И тут они сказали ещё кое-что.

— Кими — P5.

— ЧТО? — закричала я, не сдерживаясь.

Я посмотрела в сторону бокса Mercedes. Кими снимал шлем и взглянул на меня. Подмигнул. У меня внутри всё перевернулось. Мне захотелось броситься к нему и обнять прямо там, но я сдержалась.

Олли финишировал шестым. Кьяра — седьмой. Шарль — третьим.

Новички вписали свои имена в историю.

Parc Fermé

Шарль обнял меня первым.

— Сестрёнка, ты превзошла меня в квалификации, — сказал он смеясь.

— Мне нужно, чтобы Ferrari меня подписала, — ответила я с улыбкой.

— Представляешь? Семья Леклер правят стартовой решёткой.

— Я умру от счастья, — ответила я.

И тут я увидела его.

Кими бежал ко мне, шлем в одной руке, волосы растрёпаны от пота, глаза сияют так, будто он только что выиграл в лотерею. Когда он оказался передо мной, не сказав ни слова, он поцеловал меня в щёку.

— Я иногда забываю, что ты лучше меня, — пробормотал он с кривой улыбкой.

— Просто повезло на повороте, — ответила я, кусая губу.

— Если я выиграю, приглашаю тебя на ужин. А если выиграешь ты... что ты хочешь, чтобы я сделал?

Я задумалась на секунду.

— Ты должен будешь посмотреть со мной всю сагу о Гарри Поттере.

Его лицо стало трагичным, будто перед ним была древнегреческая трагедия.

— Как скучно. Ты будешь всё время говорить: «Какой красивый Малфой», «Какой красивый Рон». Ты влюблена во всех.

— Amore, я не виновата, что все они такие красивые, — ответила я, чмокнув его в нос.

— Но всё равно... я же лучше Драко, правда?

Я сделала паузу для драматического эффекта.

— Есть определённые стандарты, amore. Драко выигрывает во всех категориях.

Я сорвалась с места и побежала.

— Марго! — крикнул он обиженно.

Я обернулась и увидела, как он бросился за мной.

Так прошёл остаток вечера: он гонялся за мной по паддоку, я дразнила его Драко Малфоем. И среди смеха, поцелуев и украденных взглядов страх ушёл.

Завтра была гонка.

И я не просто хотела бороться.

Я хотела победить.

ГОНКА

Солнце только начинало подниматься, когда мы приехали на трассу. Ночь всё ещё пульсировала под моей кожей, но времени на нервы не было. Гонка ждала меня, а с ней — возможность доказать, что я не просто очередной новичок.

— Доброе утро, Марго, — поздоровался инженер с понимающей улыбкой.

— Доброе утро, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, хотя внутри бушевал ураган.

Я прогревала шины и мотор. Haas вибрировал под моими руками, как дикий зверь, готовый выпустить всю свою мощь.

На стартовой решётке гул болельщиков, запах бензина и жжёной резины наполняли воздух.

— Четвёртый ряд, третья позиция, — напомнила я себе и улыбнулась.

Рядом Кими выглядел сосредоточенным, серьёзным, но его глаза встретились с моими, и он подмигнул мне с той уверенностью, от которой у меня всегда перехватывало дыхание.

— Удачи, — сказал он, и я кивнула.

Огни погасли.

Сердце выпрыгнуло из груди, когда загорелся зелёный свет.

— Чистый старт, держи линию, — крикнул инженер.

Я вдавила педаль в пол, чувствуя, как Haas отзывается на каждое моё движение, чуть заносясь в первом повороте, но не теряя контроля.

Кими обогнал меня на втором круге — быстро, но я не позволила себе запугаться.

— Давай, Марго, держись, — подбадривала рация.

Первые круги были жестокой битвой. Рассел пытался заблокировать меня, я защищалась, а трибуны ревели при каждом обгоне.

На пятом круге случился хаос.

— Авария на третьем повороте! Жёлтые флаги! — предупредил инженер.

Один из болидов развернуло, и он заблокировал трассу. Вышел автомобиль безопасности.

В эти круги за сейфти-каром я пыталась контролировать дыхание.

Кими прошептал мне по радио:

— Теперь твой момент, принцесса.

Я улыбнулась, хотя знала, что впереди ещё много гонки.

Рестарт был интенсивным.

— Сохраняй концентрацию, — напомнил инженер.

Я нажала на газ, как только машина безопасности ушла, вплотную к идеальной траектории.

Ключевой была стратегия.

— Первый пит-стоп на 15-м круге, — сказали в радио.

Я заехала с хирургической точностью, механики встретили меня с эффективностью и скоростью.

Пока меняли шины, я думала о Шарле и его вечной братской гордости.

— Ты войдёшь в историю, — повторяла я себе.

Я выехала из боксов и увидела, что Кими был прямо впереди. Идеальная возможность.

Следующие круги стали войной взглядов и стратегических манёвров.

Кими пытался обогнать меня на прямой, но я защищала позицию зубами и ногтями.

— Хочешь сразиться? — сказала я по радио игривым голосом.

— Только если проиграю, — ответил он с усмешкой.

На 25-м круге я бросилась в атаку в восьмом повороте и прошла по внутренней.

— Вот это да! — закричал инженер.

Кими ответил улыбкой:

— Ты невероятна.

Моя грудь раздулась от гордости.

На середине гонки инцидент впереди открыл дорогу для таких новичков, как мы, чтобы подняться выше.

— Марго, ты на P3, — объявила рация.

Я не могла в это поверить.

По мере того как гонка шла, трасса наполнялась пылью, резкими торможениями и риском.

Но я была готова.

Шины начинали сдавать. Адреналин зашкаливал.

Кими и я боролись за четвёртую позицию — Макс и Рассел сражались за свою, а Ландо выкладывался ради P1.

На последнем круге трасса превратилась в поле боя.

— Давай, Марго, всё или ничего, — подбодрила рация.

Я увидела вдалеке клетчатый флаг.

Финальной атакой на последнем повороте я обогнала Кими.

Я пересекла линию четвёртой.

В боксе взорвались эмоции.

Подиум

Солнце сияло так же ярко, как моя улыбка.

Шарль крепко обнял меня.

— Сестрёнка, ты отдала всё, что у тебя было, — сказал он с гордостью.

Кими подошёл, улыбаясь и тяжело дыша.

— Теперь мне придётся терпеть, как ты рассказываешь, как тебе нравится Драко Малфой, — пробормотал он, и я рассмеялась.

Я поцеловала его в щёку.

— Прости, amore, обещание есть обещание.

Сезон только начинался, но в тот день мы уже доказали: мы не просто новички.