Сборник фанфиков по Томарри NC-17

Пэйринг и персонажи: ТЛ/ГП, Гарри Поттер, Том Марволо Реддл
Рейтинг: NC-17
Жанры: POV, AU, Первый раз
Предупреждения: Изнасилование, Мужская беременность
Размер:Миди, 34 страницы, 9 частей
Статус:закончен
Описание:
Я думал он меня убьёт, я ждал этого от него... Но всё оказалось намного хуже. Или нет?

                                Пролог.
Пусть, пусть он утонет, стучало в голове Гарри. Шрам его разрывался от невыносимой боли... Пожалуйста... Пусть утонет...
И тут Хвост заговорил. Голос его дрожал, выдавая панический страх. Он поднял палочку, закрыл глаза и с трудом произнес:

— Кость отца, отданная без согласия, возроди своего сына!

      К ужасу Гарри земля у него под ногами разверзлась, оттуда выпорхнула тонкая струйка праха и, повинуясь мановению палочки, нырнула в кипящую жидкость. Сверкающая поверхность, зашипев, лопнула, искры разметало по сторонам, и жидкость в котле стала ядовито-голубой.
Поскуливая от ужаса, Хвост вытащил из-под плаща длинный тонкий серебряный кинжал и снова заговорил, на сей раз каждое слово сопровождая истеричным всхлипом:

— П-плоть... слуги... отданная д-добровольно... оживи... своего... хозяина!

      Вытянул перед собой правую руку, ту, на которой нет пальца, крепко сжал кинжал в левой и замахнулся.
Гарри мгновенно понял, что сейчас будет, и успел зажмуриться. Но уши-то он не мог зажать и невольно услыхал безумный вопль, пронзивший его сердце, как будто Хвост ударил и его кинжалом. Что-то со стуком упало на землю, Хвост тяжело задышал, и тут же раздался всплеск зелья, вызвавший у Гарри приступ дурноты. Он не смог открыть глаза... но даже сквозь веки увидел — зелье стало кроваво-красным...
Хвост всхлипывал и скулил от боли. Гарри вдруг почувствовал на лице чужое дыхание и понял, что Хвост подошел вплотную к нему.

— К-кровь недруга... взятая насильно... воскреси... своего врага!

      Гарри не мог ему воспротивиться — слишком крепко был связан. Скосив глаза, тщетно пытаясь выпутаться из веревок, увидел, как трясется серебряный кинжал в оставшейся руке Хвоста. Острый конец проколол кожу на сгибе локтя, и по разорванной мантии потекла теплая кровь. Все еще хрипло дыша от боли, Хвост вынул из кармана стеклянный пузырек и поднес к ране Гарри, пузырек быстро наполнился.
Пошатываясь, Хвост вернулся к котлу и плеснул в него кровь. Жидкость мгновенно стала ослепительно белой. Покончив с приготовлением зелья, Хвост без сил упал на колени и тут же кулем повалился на землю. Он лежал скорчившись, баюкая кровавый обрубок, и тихо постанывал.
Котел кипел, сверкающие искры летели во все стороны, от их слепящего блеска все вокруг погрузилось в непроглядную черноту. Ничего не происходило...
Пусть утонет, пусть произойдет ошибка, молил Гарри.
Но искры погасли, из котла взметнулся столб белого пара, он становился все гуще, и Гарри больше не видел ни Хвоста, ни Седрика — пар затопил все.
...Зелье не вышло... он утонул... пожалуйста... пожалуйста... пусть он умрет...

      Вот уже в облаке пара, идущего из котла, начали возникать очертания высокого, худого, как скелет, человека, и Гарри окатила леденящая волна ужаса.

— Одень меня, — произнес он пронзившим сердце голосом.

      Всхлипывая и прижимая к груди изуродованную руку, Хвост с трудом встал на ноги, поднял левой рукой с земли черный плащ с капюшоном и одной рукой накинул его на голову и плечи хозяина.

      Живой скелет ступил из котла на землю, не сводя глаз с Гарри. А Гарри не мог отвести взгляд от бледного как смерть лица. Три года его преследовали в ночных кошмарах эти красные злобные глаза, тупой змеиный нос, узкие щелки ноздрей...
Лорд Волан-де-Морт возродился.

      Он отвел взгляд от Гарри и принялся осматривать собственное тело. Его кисти напоминали больших белых пауков; его длинные бледные пальцы ощупывали грудь, руки, лицо. Красные глаза, зрачки которых, подобно кошачьим, превратились в щелочки, горели в темноте еще пронзительнее. Охваченный восторгом, он вытянул вперед руки и начал сгибать и разгибать пальцы, не обращая ни малейшего внимания ни на окровавленного, лежащего на земле Хвоста, ни на огромную змею, которая снова приползла и обвилась вокруг памятника с привязанным к нему Гарри. Волан-де-Морт запустил одну из своих неестественно длинных рук в карман мантии и вытащил оттуда волшебную палочку. Он нежно погладил ее, а потом поднял и направил на Хвоста. Тот в мгновение ока взлетел в воздух и рухнул к подножию памятника, к которому был привязан Гарри. Всхлипы и стоны стали громче. Волан-де-Морт поднял свои багровые глаза на Гарри и засмеялся пронзительным, ледяным смехом.

— Гарри Поттер, как я рад, что ты принял моё приглашение, — он говорил медленно с расстановкой, будто пробуя слова на вкус.

      Тёмный Лорд взмахнул палочкой и верёвки, до этого удерживающие мальчика, просто испарились. Лишившись опоры, он упал на колени, больно стукнувшись локтём о камень, выступающий из земли. Ещё один взмах палочки и четвёртый чемпион Турнира Трёх Волшебников почувствовал, как невидимые оковы сковали всё его тело, лишая возможности двигаться.

— Знаешь, Гарри, я много раз представлял себе нашу встречу, — Поттер не мог видеть его лица, только ступни, обтянутые белой тонкой кожей и край чёрного плаща, что медленно волочился по земле вслед за своим хозяином, — Много раз представлял, как убью тебя. И вот ты стоишь передо мной на коленях и даже не можешь пошевелиться, не можешь дать мне отпор, не можешь сопротивляться моим желаниям, — в его голосе слышалась неприкрытая насмешка, — И знаешь что? — его тонкие пальцы грубо обхватили мальчика за подбородок, заставляя поднять голову и посмотреть ему в глаза.

— Я не буду убивать тебя, — сердце Гарри остановилось на секунду и резко помчалось вскачь, стремясь вырваться из груди. Волан-де-Морт медленно наклонился к его лицу и прошептал, — Я сделаю куда хуже... Хвост! , — Петтигрю, всё ещё скуля от непроходящей боли, подбежал к своему господину, бережно прижимая к себе кровоточащий обрубок, что некогда был его рукой. Реддл одним точным движением скинул мантию и небрежно отбросил её в сторону, взглядом своих багровых глаз заставив Хвоста поднять чёрную ткань и спрятаться где-то среди памятников и надгробий.

      Волан-де-Морт стоял перед своим поверженным врагом абсолютно нагим. Поттера затрясло от страха, он догадывался, что его ждёт. На  бескровных губах монстра расцвела поистине дьявольская усмешка.

— Ну что, Гарри, поиграем? — очередной взмах палочки и на герое светлой стороны тоже не осталось одежды. Он со всей силы зажмурил глаза, кожа из-за холодного ветра, гуляющего по кладбищу, сразу же покрылась мурашками. «Нет, это неправда, это неправда». Как мантру повторял Поттер. Холодные руки медленно развернули его, и теперь Тёмный маг стоял у Гарри за спиной, — Тебя некому защитить, мальчик. Ты полностью в моей власти, — кошмар многих маленьких да и взрослых магов укусил его за холку и всё тело прошило как от заряда электричества, — Я заставлю тебя стонать и извиваться подо мной, — неизвестное заклинание, сказанное тихим шёпотом, и в юношу проникает что-то склизкое и холодное. Он вскрикнул от боли и ещё сильнее зажмурил глаза, анус рефлекторно сжался, стараясь вытолкнуть инородный предмет, а Лорд всё продолжал, — Не волнуйся, Гарри, тебе понравится. Это же твой первый раз?  — «Да, Мордред тебя задери. Да, это мой первый раз». От  мысли, что его девственность заберёт никто иной как Тёмный Лорд Волан-де-Морт, член Поттера дёрнулся, а зелёные глаза резко распахнулись то ли от удивления, то ли от ужаса, — Вот видишь, тебе уже нравится, а я только начал, — холодные пальцы с длинными острыми ногтями, больше похожими на когти зверя, растягивали его, причиняя сильную боль, царапая нежные внутренние стенки, заставляя кровь выступать на колечке заднего прохода.
— Видел бы ты себя сейчас... Гарри, не сдерживайся, — пальцы наконец покинули измученное анальное отверстие, но на их место пришло что-то гораздо большее, то, что заставило мальчика завыть от сильной разрывающей боли. Волан-де-Морт вошёл в него одним слитным толчком, одновременно с этим тепло поселилось в груди, как будто маленькая искорка зажглась где-то в области сердца. Это было странно, хоть резкие и жёсткие толчки и приносили боль юноше, но она была какой-то эфемерной, мелькала на периферии сознания, как что-то не значительное. Лорд стал входить резче увеличивая темп, а Гарри мог лишь стонать, спрятавшись в глубине своего сознания от ужасающей реальности, — Молодец, вот так, — Маг кончал и кончал, заполняя его своей спермой, а Поттер мог лишь надеяться на то, что монстр не заметит потёков его семени на земле. По лицу текли слёзы отчаяния, тело потряхивало от всего пережитого, но заклинание ещё не отпустило. Реддл вновь схватил его за подбородок и посмотрел прямо в глаза. Что смогло разглядеть там это чудовище, известно одному лишь Мерлину, но уже через мгновение его холодные бескровные губы впились в губы мальчика жадным поцелуем, он будто пытался выпить душу из тела своей жертвы. 

      Вскоре и Тёмный Лорд, и Хвост исчезли с кладбища с характерными хлопками, оставив развенчанного героя валяться на холодной сырой земле. Из его ануса медленно вытекала сперма, он тихо всхлипывал, хотя на самом деле ему хотелось кричать, хотелось хоть с кем-то поделиться своими страданиями, чтобы самому стало легче, но сколько бы он не пытался, из его горла не вырвался ни один звук. Заклинание исчезло сразу же после исчезновения колдуна, наложившего его, поэтому, когда Гарри продрог до самых костей, ничто не мешало ему найти свою палочку, обхватить руками труп Седрика и, призывав с помощью «Акцио» кубок, перенестись в Хогвартс.

       Портал сработал, и теперь в вихре красок и ветра они с Седриком уносились отсюда... возвращались домой...

      Гарри шлёпнулся лицом на землю и почувствовал запах смятой травы. Когда портал понёс его, он закрыл глаза и так и лежал с закрытыми глазами. Он не двигался. От падения из него будто вышибло весь воздух. Голова кружилась так, что земля под ним, казалось, раскачивалась как палуба корабля. Чтобы как-то остановить это безостановочное раскачивание, Гарри вцепился ещё крепче в Седрика и в гладкую холодную ручку Кубка. Ему казалось, что если он отпустит их, то непременно соскользнёт в черноту, медленно окружавшую его сознание. От шока и физического изнеможения он не мог, да и не хотел подниматься на ноги. Он лежал на земле и вдыхал запах травы... ожидая, пока кто-нибудь что-нибудь сделает... что-нибудь случится... и всё это время он ощущал тупую, постоянную боль в анусе.

      Водоворот звуков оглушил его и сбил с толку. Голоса, шаги, крик доносились отовсюду... Гарри оставался на земле, лицо его исказила болезненная гримаса, как будто вся эта какофония была лишь ночным кошмаром, который непременно пройдёт...
Вдруг его схватили чьи-то руки и резко перевернули на спину.

— Гарри! Гарри!

      Он открыл глаза.
Над ним было звёздное небо и лицо Альбуса Дамблдора. Вокруг них сжималось кольцо теней — это была окружившая их толпа, которая становилась всё больше и больше. Гарри почувствовал, как земля под ним вибрирует от множества приближающихся шагов.
Кубок принёс его на край лабиринта. Гарри видел возвышающиеся над ним трибуны, фигурки двигающихся там людей, звёзды над головой.
Гарри отпустил Кубок, но ещё крепче прижал к себе Седрика. Он поднял свободную руку и ухватил Дамблдора за запястье. Лицо директора то становилось отчётливым, то снова расплывалось.

— Он вернулся, — прошептал Гарри, — Волан-де-Морт вернулся.

       А дальше была темнота. Она окутывала, защищала, освобождала. Она шептала успокаивающие слова на ухо и гладила непослушные вихры.

      Просыпаться не хотелось, но, поборов усталость, Гарри открыл глаза. Осмотрелся. Больничное крыло. На стуле возле кровати сидит ... Снейп. Странно... Внутри всё клокочет, хочет вырваться наружу, но надо держаться.

— Сэр... — его голос охрип и больше был похож на скрип двери, петли которой не смазывали уже много лет, — Сэр, — более уверенно, но всё ещё хрипло.

— Мистер Поттер, — профессор, вздрогнув, резко открыл глаза и с сочувствием посмотрел на своего нелюбимого ученика. Кто бы мог подумать, что игра, пусть и опасная для жизни, обернётся такой трагедией.

— Что случилось?

— Тёмный Лорд вернулся, а вы... подверглись насилию, — это мальчик знал и без него, ему было интересно, что случилось после. Как отреагировали окружающие, что сказал Дамблдор, что... решили делать с ним? — Фадж всё отрицает, говорит, что вы свихнулись, — возможно он и правда свихнулся. В голове было пусто, будто кто-то вынул все мысли, и казалось, что стоит закрыть глаза и всё вновь будет как раньше. Вот сейчас он уснёт, а через секунду проснётся и увидит знакомый красный полог, а где-то сбоку будет привычно храпеть Рон, и не будет сегодняшней? Или уже вчерашней? Ужасной встречи, изменившей его навсегда.

— Профессор, а...

— Это был Грюм, мистер Поттер. Вернее, Барти Крауч-младший под оборотным, он являлся приспешником Тёмного Лорда до его падения, а после был сослан в Азкабан. Как ему удалось сбежать оттуда, нам неизвестно, — тут мальчик не выдержал и глупо хихикнул, возможно его сознание действительно не смогло перенести всех испытаний, выпавших на его долю и теперь ему место в одной из палат Святого Мунго.

— Мистер Поттер? — Снейп только в удивлении выгнул бровь.

— А я говорил, что не воровал у вас шкуру Бумсланга, а вы мне не верили, — Профессор улыбнулся лишь кончиками губ, как-то устало и виновато.

— Вот тут вы правы, Мистер Поттер... Тут вы правы... А сейчас вам надо отдохнуть.

      И тьма вновь забрала в свои гостеприимные объятия измученного юношу.

                                Глава 1
      Когда по прошествии месяца Гарри оглянулся назад, он обнаружил, что не так уж и много воспоминаний осталось у него об этих днях. Похоже, память не смогла сохранить всё пережитое. Оставшиеся воспоминания были одно тяжелее другого. Хуже всех была встреча с родителями Диггори, которые пришли в больничное крыло на следующее утро.
Они не обвиняли его в происшедшем, наоборот, оба благодарили за то, что он вернул им тело Седрика. Мистер Диггори то и дело всхлипывал, а миссис Диггори от горя даже плакать не могла.
— Значит, он совсем не страдал, — сказала она, когда Гарри рассказал им, как умер Седрик. — И знаешь, Амос... он умер сразу же после того, как завоевал Кубок. Должно быть, он был счастлив.
Когда они встали, чтобы уйти, она посмотрела на Гарри и сказала:

— Ты теперь берегись, Гарри, будь осторожнее.
Гарри схватил с тумбочки мешочек с золотом.

— Возьмите это, — пробормотал он. — Это ведь Седрика, он первым добрался до него, возьмите...
Но она попятилась от него со словами:

— Нет-нет, это твоё, дорогой... мы не можем... оставь себе...

***

      На следующий вечер Гарри вернулся в башню Гриффиндора. Гермиона и Рон рассказали ему, что Дамблдор обратился за завтраком к ученикам школы. Он просил всех оставить Гарри в покое, не задавать вопросов и не просить рассказать, что же произошло в лабиринте. Гарри заметил, что многие обходят его стороной, а некоторые начинают шептаться друг с другом, когда он проходит мимо. Он понял: читали статью Риты Скитер о том, что он неуравновешен и может представлять опасность. Может быть, даже строят свои собственные версии смерти Седрика или обсуждают изнасилование Золотого Мальчика Гриффиндора. Гарри это не волновало. Его поглотила апатия. Он всё время думал, что же ему делать, как со всем бороться, но мысли не хотели посещать его лохматую голову.

       А когда Рон рассказал Гарри о разговоре миссис Уизли с Дамблдором перед отъездом домой, мальчику совсем стало плохо.

— Она просила его разрешить тебе поехать прямо к нам этим летом, — сказал он. — Но он хочет, чтобы ты пожил у Дурслей, по крайней мере, поначалу.

— Почему? — удивился Гарри.

— Она сказала, что у Дамблдора есть на это причины, — мрачно ответил Рон. — Я думаю, мы должны ему верить, правда?

      Наверное... Гарри не знал, кому теперь верить. Ко всем неприятностям к тому же добавились плохое самочувствие и утренняя тошнота, и это сильно волновало его. У Поттера всегда было крепкое здоровье и он не понимал, что могло вызвать недомогание такой силы.

      С тяжёлым сердцем Гарри собирал чемодан накануне отъезда из Хогвартса на Тисовую улицу. Он боялся Прощального пира, который всегда был таким праздничным, таким радостным — ведь на нём объявляли факультет-победитель. После возвращения из больничной палаты Гарри не ходил в Большой зал, когда там было особенно много народу, и старался есть попозже, чтобы избежать любопытных взглядов.

      Когда они с Роном и Гермионой вошли в зал, то сразу заметили, что он не украшен, как обычно, цветами победившего факультета. Сегодня стена за учительским столом была задрапирована чёрным. Гарри тут же понял, что это — дань уважения Седрику.
За столом преподавателей сидел настоящий Грозный Глаз Грюм. Деревянная нога и волшебный глаз вернулись к нему, но несмотря на это он был весь какой-то дёрганый и вскакивал каждый раз, когда кто-то заговаривал с ним. Гарри не мог его винить в этом: подозрительность Грюма должна была только усилиться после десятимесячного заключения в собственном сундуке. Стул профессора Каркарова был пуст. Садясь на своё место, Гарри задумался, где же Каркаров сейчас, поймал его Волан-де-Морт или нет?
А вот мадам Максим была на месте. Она сидела рядом с Хагридом, и они о чём-то тихо переговаривались. Дальше, рядом с профессором МакГонагалл, сидел Снейп. Их взгляды на мгновение встретились, когда Гарри посмотрел на него. Трудно было понять по лицу, о чём он думает. Выглядел он, во всяком случае, таким же мрачным и неприятным, как и всегда. Гарри ещё долго вглядывался в него, после того как Снейп отвёл глаза в сторону.

      Праздничный пир закончился достаточно быстро, мало кто сегодня хотел праздновать и веселиться, Дамблдор что-то вещал, но он его не слушал. В уши будто ваты набили, голоса учеников звучали, казалось, откуда-то издалека. Гриффиндорец очень боялся вновь провалиться в темноту...

      Чемодан Гарри был упакован, сверху стояла клетка с Буклей, он ждал вместе с Роном и Гермионой в переполненном холле прибытия карет, что отвезут их прямиком к Хогвартс-экспрессу. Ярко светило солнце, на небе не было ни облачка, и Поттер подумал, что в такой день у всех должно быть хорошее настроение... А после горько усмехнулся и покачал головой, пытаясь выкинуть из неё глупые мысли.

POV Гарри

      Через несколько часов я был уже на Тисовой улице, где начался мой личный ад. Каждое утро меня тошнило, настроение менялось за доли секунды, от запахов некоторой еды желудок просился наружу и всё это не считая издевательств со стороны «любимых» родственничков и тяжёлой работы, которой меня просто заваливала тётя Петунья.
Тревогу я забил только через месяц, за неделю до своего дня рождения. Приступы тошноты так и не исчезли, наоборот теперь меня тошнило не только по утрам, но и в любое время суток, предпочтения в еде ужасали окружающих и, о Мерлин, у меня начал расти животик. Ещё почти не заметный, но всё-таки. Я вспомнил, что когда-то Герми упоминала о мужских беременностях, тогда мне показалось это ерундой и я лишь отмахнулся от неё, как от назойливой мухи. Но вот сейчас...

      На следующий же день я под мантией-невидимкой через Дырявый котёл пробрался на косую аллею, а от туда в Банк Гринготс.

      Я уже не в первый раз заглядываю к гоблинам. Между прочим очень даже милые ребята, если к ним найти определённый подход. Взяв немного денег, отправился во « Флориш и Блоттс», но перед этим пришлось накладывать на себя простую иллюзию, не хотелось, чтобы о моих вылазках в магический мир узнал Дамблдор или Пожиратели. Нужную мне книгу найти оказалось не так легко, я пробыл в книжном несколько часов прежде, чем на одной из полок отыскалась книга в неприметно коричневой обложке, с почти стертой надписью — « Магические партнёры. Вечные узы». После того, как я прочитал название, внутри зародилось нехорошее предчувствие, под ложечкой засосало, а внутренний голос кричал о том, что надо срочно бежать, забыв о чёртовом фолианте.

      И как обычно моё предчувствие на счёт этого увлекательного чтива оправдалось. Именно поэтому я уже в течении целого часа лежу на своей кровати и невидящим взглядом сверлю потолок, испещренный трещинами различной длины.

      «Итак, что мы имеем. Я точно беремен. О, Мерлин и Моргана. И отец моего ребёнка, никто иной как, Волан-де-Морт, который, ко всему прочему, оказался моим истинным партнёром. В книге говорилось, что найти своего истинного партнёра — это большое счастье для любого мага, так как это считается большой редкостью. Именно поэтому в волшебном мире так редки случаи мужской беременности, потому что забеременеть мужчина может только от своего истинного. Кстати, оттого и ментальная связь между нами, и его неудача с моим убийством в детстве, и моя зацикленность на нём, как и его на мне.

      Теперь нужно решить, что делать с ребёнком, который растёт внутри меня. Я мог бы убить его, избавиться от него, но что-то мешает, что-то глубоко внутри меня всеми силами сопротивляется этому решению. Каждый раз, когда я думаю об этом ещё не сформировавшемся малыше, перед моим взором появляется милый розовощёкий карапуз, но... Но если он вырастет таким же чудовищем как и его отец? А если нет? О, Мордред, я совсем запутался. Я же ещё сам ребёнок, мне только через неделю исполняется 15!

      А если я его оставлю? Как же я буду его растить? Сейчас идёт война, он будет в опасности, он станет всего лишь разменной монетой. Такой судьбы даже врагу не пожелаешь, не то что родному ребёнку.
  
      В моей голове ещё до конца не успела развиться эта мысль, а я уже понял, что не смогу убить собственное дитя... И не важно, что его отец Том Реддл...

      Но, что мне делать дальше? Ответ нашёлся сам по себе, бежать. Бежать как можно дальше. Скрыться, затаиться, чтобы никто и никогда не нашёл нас. План бы составлен в считанные минуты, осталось лишь его исполнить.»

На следующий день я вновь посетил банк Гринготс и перевёл довольно внушительную сумму денег в магловский банк на счёт Даниэль Эванс. Гоблины также помогли с новыми документами. После я направился в парикмахерскую, где мне с помощью магии две милые девушки отрастили волосы примерно до середины спины. Дальше была оптика, где мои очки заменили обычные линзы. Ну и напоследок магазины одежды, где я старался покупать как можно больше платьев и юбок, стараясь даже не смотреть в сторону так соблазнительно висевших брюк. И вот к концу дня во мне уже было невозможно узнать Гарри Поттера, я стал миловидной брюнеткой, Даниэль. Здесь моя кукольная внешность впервые сыграла мне на руку, так же, как и худощавое телосложение, и малый рост.

      И аккурат 31 июля Гарри Поттер покинул Англию, надеюсь, навсегда.

                                Глава 2
POV Гарри

      Я... Нет, уже мы, направились прямиком в аэропорт, а оттуда самолёт увёз нас вначале в Германию, потом в Чехию, дальше была Италия, Россия, Турция и конечная остановка — Америка. Я запутывал следы как мог, нас не должны были найти, желательно никогда.

       Ещё перед тем как покинуть Англию я подумал, чем буду заниматься, всё же деньги имеют такое свойство, как заканчиваться. Я часами перебирал профессии, конечно же маггловские, которые могли бы меня заинтересовать, при этом я бы мог уделять время своему ребёнку и получать хорошую зарплату. Мда, такой профессии я не нашёл и тут как всегда на помощь пришли милые гоблины, хотя милыми их вряд ли кто назовёт, они предложили открыть своё дело. Я задумался, в принципе с бизнесом и манипулированием ничего общего я иметь не хотел, но всё же...
  Я вспомнил свою детскую мечту, когда я был ещё совсем маленьким и лежал в тёмном чулане наказанный, всё, что мне оставалось — это мечтать. Я мечтал, что когда вырасту, открою свою пекарню. Мне нравилось заниматься выпечкой, я готов был часами стоять у плиты, пока тётя Петунья не начинала кричать, что я использую слишком много газа и трачу их деньги, придумывая новые рецепты. Кексы, торты, пирожные, печенья, я просто обожал запах сдобы.

      На следующий же день в одном из небольших городков Америки было выкуплено здание и заказано оборудование и мебель. На самом деле, я сам хотел бы всем там заняться, но первое время мне же придётся как-то жить на новом месте. Ах да, забыл сказать, я выкупил два этажа, первый и будет моя пекарня, а второй будет моим домом. Там две ванные комнаты и две спальни, кухня и гостиная. Я уверен, мне этого для счастья вполне хватит.

      Так же я не забыл, что мужские беременности проходят очень тяжело, поэтому мне нужен был колдомедик. И тут мне тоже помогли зеленошкурые. Моим личным колдомедиком стал Алан Клинк, сорокалетний мужчина с каштановыми, завивающимися волосами и тёплыми глазами, цвета расплавленного шоколада. С него ещё в Англии был взят Непреложный Обет и выдан порт-ключ до моей пекарни.

      Через неделю после прибытия я стал набирать персонал. Теперь у меня работает миловидная блондинка София и крупный, но добрый паренёк по имени Колин. Пекарню я назвал «Волшебная сдоба». Первое время пёк только я, но вскоре стал пускать на свою кухню и ребят, так как живот вырос и стал заметен. Мы быстро набрали популярность, у нас даже появились постоянные клиенты. Так, теперь каждое утро Миссис Денк покупает у нас два пакета шоколадного печенья. А маленькая Мисс Танр раз в неделю приходит за булочками с изюмом.

       Мистер Клинк перемещался ко мне раз в две недели. Всё шло отлично, пока где-то на четвёртом месяце я не узнал, что у меня будут близнецы. БЛИЗНЕЦЫ!!! И оба мальчики. Вначале у меня была самая, что ни на есть настоящая истерика, но, когда я успокоился, на меня тут же накатила безудержная радость (вот что значит гормоны), ведь у меня будет не один ребёнок, а целых два! Два моих персональных чуда! Я сходил в магазин и заказал две кроватки, коляску, детский манежик и многое, многое другое. Всё же беременность сильно меняет людей. А дальше было самое сложное - выбрать имена.

      На это я потратил ещё целый месяц, по всей пекарне то тут, то там можно было найти листочки, исписанные мужскими имена, но остановил свой выбор я на Деймоне и Мартиане. Да, я знаю, что имена немного странные, но мне нравятся!

      На седьмом месяце я перестал печь, оставив это на своих ребят, а сам стоял за прилавком. Ноги конечно уставали быстро, поэтому Колин специально для меня съездил и купил высокий стул, сидя на котором, если не заглянуть за прилавок, кажется, как будто ты стоишь.

      На восьмом месяце стало тяжело ходить. Ноги отекали, поясница болела, голова кружилась, скачки настроения участились, но я до последнего не хотел оставлять свою пекарню на других. Нет, не то чтобы я им не доверял, просто... Ну, я даже не знаю. И вообще, я беременный мне можно капризничать, вот пусть и думают, что это мой очередной каприз!

      Больше до самых родов ничего не происходило, только шрам иногда покалывал и каждый раз, когда это происходило, я зажмуривал глаза до белых точек и молился. Молился, чтобы меня не нашли, чтобы не вернули назад. Конечно, гоблины и с этим мне помогли еще на Туманном Альбионе и теперь я не снимая ношу на своей шее один очень интересный артефакт. На самом деле, есть много различных артефактов, которые способны скрыть ваши мысли, но вот от своего истинного скрыть содержимое вашей черепной коробки спрятать сможет не каждый.

      И вот ночью, 16 февраля у меня отошли воды. Я так испугался, что забыл вызвать колдомедика, хорошо, что Мистер Клинк поставил следящие чары и уже через пятнадцать минут бегал за мной по квартире, пытаясь успокоить. Роды длились долгих пять часов, должен заметить, худших пять часов в моей жизни и, когда я с уставшей улыбкой брал на руки Мартиана, моё тело вновь прошила боль.

      Меня будто охватило огнём, судороги сковали каждую мышцу, не помню, кричал я или нет, наверное всё же кричал, в глазах потемнело, последнее, что я запомнил перед тем, как упасть в обморок, был обеспокоенный взгляд Алана...

***

      Очнулся я уже на следующее утро. Справа от меня что-то зашевелилось и на меня устремились два красных глаза, обрамлённые густыми чёрными ресничками. Мартиан. Слева, на точно таком же личике, я увидел такие же, только ярко-зелёные глаза. Деймон. Мои малыши, они были такими маленькими, красненькими, скукоженными.

— Ну, поздравляю вас, папочка, — я вздрогнул от голоса колдомедика. Он стоял, оперевшись на косяк и сложив руки на груди, на его лице играла задорная улыбка.

— Вы меня напугали, — укоризненно сказал я, но мои причитания прервал писк Деймона.

— Мистер Поттер, вам надо покормить детей, ваша грудь останется у вас ещё месяцев на семь, потом всё вернётся в исходное положение. Мальчики у вас родились здоровенькие, так что волноваться не о чём. Ну, а теперь, мне пора. Возможно мы больше с вами не встретимся, Гарри, поэтому желаю вам удачи, — он уже развернулся для того, чтобы аппарировать, но резко остановился и посмотрел на меня очень серьёзными глазами.

— Мистер Поттер, то, что с вами вчера случилось... я... не знаю... что это было. Из вашего шрама начал просачиваться чёрный дым, а потом он просто вырвался в окно. Такого ещё за долгие годы своей практике я не встречал, но я почти на 100% уверен, что это было одно из последствий смертельного проклятья... Хотя кто знает... Кто знает...

— Спасибо вам, Мистер Клинк, — я был сильно взволнован новым известием, а он только учтиво склонил голову и унёсся в вихре аппарации. И что это могло быть, этот чёрный дым? Дальше развиться моей мысли помешал новый возмущённый писк, на это раз со стороны Марта.

***

5 Лет спустя

      Я досматривал один из своих самых удивительных снов, когда сверху на меня что-то навалилось, выбивая весь воздух из лёгких.

— Пап, просыпайся! , — у Деймона очень звонкий голос.

— Папа, ну давай, ты обещал сегодня научить нас печь печеньки с шоколадом, — в голосе Мартиана проскальзывает раздражение на пару с предвкушением.
— Ну всё-всё, встаю. Чудовища, —  последнее слово я, видимо, сказал зря, потому что эти два монстрика, с каким-то особенным трудолюбием, принялись меня щекотать. А в виду того, что я до ужаса боюсь щекотки, сдался я быстро.

— Сдаюсь, сдаюсь! Вы победили!

— А по-другому и быть не могло, — пренебрежительно фыркнул Март, но глаза его светились озорством.

— Ладно, идите собирайтесь, через пятнадцать минут вы должны быть уже готовы, а то печеньки печь буду только я!

— Хорошо, папа! , — крикнули они уже из другой комнаты. А я лениво потянулся и неспешным шагом направился в ванную комнату.

       Ну, за эти пять лет многое произошло, например, выросли эти два озорника. Они были похожи как две капли воды, конечно не считая расцветки глаз. И самое важное, они оба походили на Тома. Если бы не мои губы и ресницы, они наверное были бы точными копиями Реддла в детстве. Мартиан рос очень умным мальчиком, ему нравилось решать логические задачки, он много читал, у него было немного друзей, своё окружение он выбирал очень тщательно, он был тихим и спокойным, но если кто-то обидит его семью (Деймона или меня) или друзей, Март мог с лёгкостью наказать обидчика, нет, не грубой силой, он уже в таком юном возрасте строил интриги, его месть была страшна, по мнению пятилеток. Деймон был наоборот очень громким и шумным ребёнком, одним словом непоседа. Дей тоже много читал и в друзья абы кого не брал. Этот егоза всё время проказничал, что интересно всегда в его проказах участвовал и брат, но вот поймать их никто не мог. Мои мальчики росли здоровенькими и крепкими. И я просто счастлив, что тогда решил сбежать.

       Моя пекарня расширилась, я выкупил квартиру на первом этаже по соседству. Колин прорубил дверь и у нас появился второй отдел. Буквально через год к нам за сдобой приезжали уже из соседних городов. Конечно, пришлось нанять дополнительный персонал, так как мои ребята уже не справлялись.

      Сам я остался в образе девушки, так что мальчикам прилюдно приходиться называть меня мамой. Я не комплексую по этому поводу. Я и вправду больше похож на девушку, чем на парня. У меня густые чёрные волосы, которые достают до попы, поэтому я завязываю их либо в косу, либо в хвост. Очки давно заменили линзы. За эти годы я вытянулся лишь на пару дюймов, в рост я даже МЕНЬШЕ Софии. А телосложение осталось по-мальчишески хрупким. Вначале это меня сильно бесило, но со временем я привык.

      Время от времени я в образе Даниэль Эванс заходил в магический квартал, который находился в моём городе. В первый раз когда я его обнаружил, честно, был в шоке. Но после понял, что в принципе во многих городах есть такие места. Там я узнал, что Тёмный Лорд всё-таки завоевал Англию, что он теперь выглядит как человек и относительно разумен. Он стал новым Министром, а директором Хогвартса стал Северус Снейп. Дамблдору оставили пост главы Визенгамота. И ещё я узнал, что меня искали. И Тёмные, и Светлые. Газеты первое время просто пестрели моими фотографиями.

       Ладно, хватит философствовать, если я не поспешу, боюсь от моей кухни ничего не останется, эти шалопаи всё разнесут. По привычному уже заплёл волосы в незатейливую косу, одел лифчик с пуш-апом, джинсы с низкой талией и свободную женскую рубашку. Подмигнув своему отражению в зеркале, я поспешил на первый этаж.

      — Мари, ты не видела мальчиков? , — Мари была одной из тех ребят, которых я нанял сразу после расширения.

— Ох, Даниэль, вы меня напугали. Да, они сейчас на кухне, дурачатся с Джастином, — Джастина я принял на работу совсем недавно, ещё при собеседовании меня покорили его, светящиеся интересом и какой-то странной, непонятной мне радостью, глаза. Нет, вы не подумайте, Джастин не нравится мне как парень, просто он хороший человек и замечательный работник, да и с мальчиками сразу подружился. А вообще, после того случая на кладбище, который перевернул всю мою жизнь, я ни с кем даже не целовался. Ни женщины, ни мужчины не привлекали меня.

— Спасибо, Мари, — а с кухни действительно раздавался весёлый смех.

— Ну что, Дей, Март, готовы познать великую тайну изготовления печенья?

— Да, мама!

— Тогда, все кыш с моей кухни!

— Да, шеф! , — Джастин и София выкрикнули эту глупую, так раздражающую меня фразу и быстро смылись из опасной зоны.

— И чтобы духу здесь вашего до конца дня не было!

— Ха-ха-ха.

— А вы чего смеётесь, а? , — злиться на них по настоящему у меня не получается, от слова совсем.

— Ничего, мамочка, — я уверен в том, что у меня не дети, а дьяволята с внешностью ангелочков.

      И уже через полчаса я в этом повторно убедился, меня с ног до головы измазали мукой, испортили партию печенья, так ещё и порвали любимую рубашку.

       Мальчики безудержно смеялись, когда это случилось... Их общий выброс магии. Он был достаточно мощный. Все баночки полопались, огонь в печке полыхал ярким пламенем, по всей комнате прошёлся сильный порыв ветра, а глаза мальчишек можно было сравнить разве, что с блюдцем. Раньше у них тоже случались выбросы, вообще, они начались довольно рано на седьмом или восьмом месяце их жизни, но они никогда не были столь мощным и никогда ещё они не начинался у них одновременно.

      Вы спросите, что в этом плохого? А я вам отвечу, что. Ещё когда колдомедик узнал, что у меня будет двойня, он сообщил об этом гоблинам, а тем скрепя зубами (мы можно сказать подружились и эти маленькие, но хитрые создания уважали меня и защищали, как бы странно это ни звучало) пришлось всё же рассказать мне нерадостную новость. В Англии очень редко рождаются магические близнецы, они очень ценные и сильные маги, поэтому очень давно был создан закон, по которому все рождённые близнецы на территории Англии или гражданином Великобритании должны были после первого магического общего выброса проживать во владениях Туманного Альбиона до своего совершеннолетия. Если же это уложение не выполняется, а об этом сразу же будет донесено в отдел опеки, дети будут изъяты у «непутёвого» родителя и переданы более «компетентным» гражданам.

      И с того дня я понял, что всё же когда-нибудь мне придётся вернуться на родину. Но я не переставал надеяться, как глупо с моей стороны, что этого не случится. А вдруг повезёт, и у Деймона и Мартиана никогда не будет общего магического выброса? Но к сожалению, госпожа Фортуна не очень благосклонна ко мне.
— Мальчики собирайте вещи, нам пора, — я рассказал детям о том, что являюсь магом уже давно, и объяснил, почему нам придётся вернуться туда, где было плохо их папе. Они у меня умные, всё поняли сразу. Если честно, хоть озорники и ходили в детский сад, я обучал их и сам тоже. Я показывал им лёгкие заклинания и движения рукой, читал магические сказки и рассказывал истории из моего детства, стараясь подготовить их к будущему. Конечно магией они пользоваться не могли, но теоретические знания тоже могут быть очень полезны.

      Я тоже пошёл собирать свои вещи и отправлять весточку в Гринготс. Как только я узнал о том законе, я купил себе небольшой домик, но он находился всё это время под чарами консервации, пора было его будить и готовить к приезду хозяев.

      Пекарню я продавать тоже не собирался, просто буду следить за ней издалека, София вполне справится со всем, я предупредил её, что когда-то мне надо будет уехать. Тем более ребята знают все мои рецепты, а доход с продаж стабильно будет отправляться на мой счёт в Банк.

      С глубоким вдохом я закрыл чемодан и посмотрел на собранных мальчишек, ну что ж, пора домой.

                                    Глава 3
POV Том
        Я смотрел в его изумрудные глаза, сейчас наполненные первобытным страхом. Он стоял на могиле моего отца, привязанный к его надгробью. На его лице играли тени, красные губы приоткрыты, уверен, с них в любой момент готов был сорваться крик ужаса. Он казался таким маленьким и трогательным. Мне хотелось смеяться, мой злейший враг, надежда всего магического мира сейчас висел на толстых верёвках, беззащитный и полностью открытый передо мной. На заднем плане скулил от боли Хвост. Ничтожная крыса, не справившаяся с самым простым заданием, сумевшая загубить легчайший ритуал, превратив меня в некое подобие рептилии.
      Я вновь поднял свой взгляд на Поттера. Гарри, Гарри, Гарри! Ты выбрал не ту сторону. Карманный герой Дамблдора! А я ведь предлагал, предлагал тебе перейти на мою сторону. Я до сих пор это помню. Твой первый курс, зеркало Еиналеж, ты в одежде на несколько размеров больше тебя самого, растрёпанные волосы, взгляд, горящий азартом, и крепко сжатые губы. Сколько лет с тех пор прошло? Три года? Да, где-то так.

      Ну, пора заканчивать! Достаю палочку и чувствую, как по руке распространяется тепло, магия медленно течёт по венам, проникая в самое сердце, заставляя дыхание сбиться, а глаза прикрыться в наслаждении. Как же это приятно! Направляю её на Хвоста и мысленно задаю приказ. Его подбрасывает в воздух и кидает к надгробию. В груди зарождается безумный смех. О да, я вернулся. Конечно, сейчас моя магическая сила намного меньше, чем перед развоплощением, но всё же...

      Кончик палочки упирается в испуганного Поттера. С губ уже готовы были слететь два заветных слова. Но вдруг, что-то остановило, рука дрогнула впервые с первого убийства, убийства ещё Тома Реддла-старшего и его семейства в далёкие учебные годы. Сердце остановилось на секунда и резко забилось птицей в груди. Да что ж такое-то! Чёртов мальчишка! Ещё раз окинул взглядом тонкую фигурку и в голову полезли навязчивые мысли. Раз нельзя убить, то почему бы не сломить окончательно? Почему бы не уничтожить парня изнутри? От этой мысли тоже стало тошно, но не так, как от мысли об убийстве Поттера.

       — Гарри Поттер, как я рад, что ты принял моё приглашение, — и мальчишка трясётся от страха, взмах палочки и он уже валяется у моих ног, ещё одно и он обездвижен. И это Избранный? Что в нём особенного? Что не дало этому мальчику умереть много лет назад, но почти уничтожило меня?

— Знаешь, Гарри, я много раз представлял нашу встречу, — о, ты даже не представляешь сколько раз, будучи бесплотным духом мои мысли возвращались в ту холодную ночь 31 октября 1981 года, вспоминая момент своего поражения, я каждый раз придумывал всё более изощрённый способ твоего убийства, — Много раз представлял, как убью тебя. И вот ты стоишь передо мной на коленях и даже не можешь пошевелиться, не можешь дать мне отпор, не можешь сопротивляться моим желаниям, — в воздухе ощущается запах его страха, правильно, бойся меня, ты должен бояться, — И знаешь что? , — его колдовские глаза завораживают меня, — Я не буду убивать тебя, — страх сменился на чистейший, ничем не затемнённый ужас. А моё тело уже начинает дрожать от предвкушения, — Я сделаю куда хуже... Хвост! , — это ничтожество быстро забирает с земли скинутую мной мантию и скрывается за одним из надгробий. О, да, это будет нечто. Главная Дамблдорская пешка сейчас в моих руках и я собираюсь его изнасиловать, а что ещё больше ломает дух, что заставляет людей чувствовать себя грязными и осквернёнными? Да и для меня это будет эстетическое удовольствие, опустить своего врага и при этом вспомнить, что такое плотские утехи. Я стоял перед ним обнажённый, а его медленно затопляла паника.

      — Ну что, Гарри, поиграем? , — ещё один взмах палочки и на нём тоже не осталось одежды. Он со всей силы зажмурил глаза. А парень-то красив, тонкие кости, кубики пресса на животе, узкие бёдра и талия. Его фигура больше была женской, чем мужской. Я плотоядно усмехнулся,— Тебя некому защитить, мальчик. Ты полностью в моей власти, — я укусил его за холку и всё тело прошило как от заряда электричества, что это такое? Странное приятное чувство поселилось где-то в районе солнечного сплетения, — Я заставлю тебя стонать и извиваться подо мной, — тихо прошептал смазывающие заклятие и, не теряя времени, вошёл в него первым пальцем. Не знаю, почему решил его растянуть, обычно я не думаю о своих партнёрах, но что-то внутри меня противилось причинению лишней боли этому подростку, — Не волнуйся, Гарри, тебе понравится. Это же твой первый раз? , —  я был уверен, что не ошибся, парень, наверное, даже никогда не целовался до этого. Медленно он тоже начал возбуждаться, — Вот видишь, тебе уже нравится, а я только начал, — я продолжал растягивать его, а он скулил и стонал от движения моих пальцев в его тугой дырочке. Вскоре возбуждение стало болезненным и я заменил пальцы своим членом.

      Я вошёл в него одним толчком, не щадя. Мысли путались, я не понимал, что со мной происходит, но оторваться от Поттера не было сил. Я входил в него быстрыми резкими движениями, не заботясь об его удовольствии, но кажется мальчику нравилось. Мои длинные белые пальцы с острыми ногтями резко выделялись на его чуть смуглой коже, — Молодец, вот так, Гар-ри, — я кончал и кончал, заполняя его своей спермой, а он излился себе на живот. По лицу мальчишки текли слёзы, его тело потряхивало, заклинание ещё не отпустило. Я вновь схватил его за подбородок и посмотрел прямо в глаза. Колдовские, завораживающие глаза цвета изумруда сейчас были наполнены болью, непониманием и усталостью. По лицу струились дорожки от слёз. Моё сердце заполнила нежность и я, не отдавая себе отчёта, впился в его пухлые притягательные губы. Было очень сложно заставить себя оторваться от парнишки, но паника, что медленно заполняла мою грудь, придала мне сил.

      Я аппарировал в Слизерин-менор вместе с этой жалкой крысой и сразу же направился в свой кабинет. Что это только что было? Почему я не убил этого паршивца? Магия начала пульсировать вокруг меня, заполняя собой всё пространство, она крушила и уничтожала всё, что попадалось на её пути и я не мог её сдержать. Мощный выброс сырой магии заставил всё поместье встряхнуться. Я медленно прикрыл глаза и начал глубоко дышать, вскоре моя сила успокоилась, но... Но так не должно быть, магия не могла так быстро вернуться, должно было пройти несколько месяцев перед тем, как она достигла бы такого уровня. Конечно есть вариант, что из-за ошибки Хвоста, моя сила восстанавливается быстрее, но не настолько же ... Кажется... Возможно я ошибаюсь, но  что-то такое было в одном древнем фолианте, что попался мне в руки ещё в юные годы.

      Следующий месяц я провёл, засиживаясь допоздна то в лаборатории, то в библиотеке. Свою старую внешность я смог себе вернуть уже через неделю, несколько сложных ритуалов и зелий и вот вместо безносой рептилии я вновь стал двадцатипятилетним статным мужчиной с алыми глазами и густыми каштановыми волосами. С каждым днём сила всё возрастала и возрастала, мне начало казаться, что она уже стала даже больше, чем была раньше, а ответа на этот феномен я всё никак не мог найти. Но одним июльским днём я не выдержал и сорвался, магия крушила библиотеку, но до книг дотянуться не могла, не зря я ещё в далёком прошло поставил здесь сильнейший барьер, как раз для таких вот случаев. Когда магия успокоилась, мне на голову свалился увесистый том. Я чертыхнулся и только хотел вернуть его на место, как мой взгляд упал на название книги — «Магические партнёры». Я резко открыл оглавление и начал искать хоть что-то про изменение магического резерва и нашёл же...
«После соединения истинных партнёров, сила старшего, того кто ведёт, кто заботится и кто защищает увеличивается во много раз. Сила младшего же принимает другую стезю, если раньше он мог быть хоть боевым магом, хоть лучшим дуэлянтом, сейчас его сила направится на созидание, ему станет ближе магия природы и целительства. Но помните, что...»
      Я с хлопком закрыл книгу, если это всё правда, то это будет настоящим чудом. Найти своего партнёра самое большое счастье для любого мага. Это не просто самый подходящий для тебя партнёр, это твоя вторая половина души. Теперь понятны все те сильные эмоции, что я испытывал к Поттеру и так же объясняется моё развоплощение. Партнёры не могут убить друг друга. Но лучше всего убедиться точно, в книге сказано, что в первый раз не зависимо, кто был принимающим, мужчина или женщина, он понесёт. Я со всех ног помчался к родовому древу и застыл на месте, от моего имени и имени Гарри шли два маленьких росточка. Значит... это правда. Ну всё Поттер, теперь ты мой. Мои губы изогнула радостная ухмылка. Правда говоря, с той ночи на кладбище он снится мне каждую ночь, ни о ком другом думать не могу.

      В тот же вечер я созвал всех пожирателей. Надо было изменить планы. Теперь война шла не только на поле боя, но и на дипломатической основе, я хотел как можно быстрей завоевать Англию, чтобы мой мальчик и мои дети жили в мирное время. Нет, я ни в коем случае не собирался отказываться от своих целей, просто теперь борьба ужесточилась. За Гарри я послал Северуса и Люциуса... Но мы опоздали, мой мальчик сбежал. В тот день под мою горячую руку попали многие, выжили единицы. Я был зол, очень зол. Всем ПСам был отдан приказ любой ценой найти Гарри Поттера, но он как сквозь землю провалился.

      Спустя два года Англия пала. Я стал министром магии, но в отличии от предположений обывателей я не стал казнить и убивать всех грязнокровок и полукровок, наоборот у нас появились приюты, где дети, потерявшие родителей, или в случае маглорождённых, дети, от которых отказались, с детства обучались основам магии, этикету и всему, что должен знать приличный волшебник. Магические существа теперь могли спокойно разгуливать по улицам, не боясь за свою сохранность, отношение к магии в целом изменилось. В Хогвартсе теперь преподавали как Светлые, так и Тёмные искусства. Только вот мой мальчик никак не находился. Я каждый день посещал родовой зал и смотрел на маленькие отросточки, которые отходили от наших имен, наши дети. И потом до меня дошло, они же близнецы! А это значит, что рано или поздно, но Гарри вернётся на Туманный Альбион, вернётся ко мне, а уж я его больше не отпущу...

Глава 4
POV Гарри

      Старая добрая Англия. Серое, пасмурно небо. Сквозь тучи еле-еле пробиваются слабые лучи осеннего солнца. Всюду лужи и грязь. Недавно прошёл дождь и с уже пожелтевших листьев деревьев на землю скатываются большие прозрачные капли. Ветра почти нет, но холод всё равно пробирает прямо до костей, хотя возможно это из-за плохих воспоминаний, которые не отпускали меня ни на минуту с тех пор, как мои ноги коснулись земли Великобритании.
Наш дом находился на поляне в лесных угодьях. Я долго искал место, в котором мы сможем спокойно жить и не бояться, что кто-то узнает, что я не Даниэль Эванс, а Гарри Поттер. К тому же мальчики очень похожи на своего отца, а здесь поблизости точно нет людей, которые знали бы Тома Реддла в молодости. Здесь в принципе поблизости нет людей. Вокруг была лишь лесная чаща и только наш дом, и небольшой сад с забором и калиткой выделялись на фоне множества деревьев и кустов.

       Когда мы прибыли на место, уже начинало темнеть. В окнах дома горел свет, а из трубы выходил столб дыма. За день до этого я купил у гоблинов несколько домовых эльфов, которые наверно и разожгли камин.

— Ну что, пошли, мальчики.

— Папочка, а мы теперь будем жить здесь? , — спросил Дей, указывая маленьким пальчикам на бежевый трёхэтажный дом с чёрной черепицей на крыше.

— Да.

— Пап, а здесь много опасных животных?

— Не думаю, а зачем тебе это, Март?

— Пап, ну ты подумай, их же можно было бы поймать и приручить. А если повезёт, то можно было бы найти себе фамилиара!

— Круто!

— Нет, не круто. Здесь обитают дикие звери, которые могут вас покалечить или убить, и вы ни в коем случае не пойдёте в лес одни!

— Но, папа...

— Всё, я сказал! Давайте, заходите, — я открыл перед ними дверь и расстроенные мальчишки прошмыгнули внутрь.

— Добро пожаловать домой, мистер Поттер, — сумка с вещами вывалилась у меня из рук. В коридоре нас встречал мужчина, выше меня на две головы, с красными глазами и иссиня чёрными короткими волосами, зализанными назад. У него был тонкий аристократический нос, ярко выраженные скулы и бледная, будто фарфоровая, кожа. Одет он был в чёрные брюки, белую хлопковую рубашку и чёрную жилетку с узором, вышитым красными нитями. Меня охватил страх, кожа покрылась испариной, а сердце стучало как бешенное. Том нашёл нас, а это один из его последователей. Вот сейчас нас схватят и...

— Я ваш дворецкий, Себастьян Аттвуд.

— Простите, что?

— Меня наняли гоблины. Я ваш дворецкий. Я буду следить за домовыми эльфами, заниматься покупкой продуктов и следить за благосостоянием дома.

— Ох, простите, но...

— Мистер Рикберт, ваш поверенный, нанял меня и сразу же взял непреложный обет. Можете не волноваться, мистер Поттер, вампиры никогда не нарушают своих клятв, даже если это не непреложный обет, — его губы растянулись немного в насмешливой улыбке, в которой блеснули два острых клыка.

— Ах да, магические существа теперь могут спокойно работать и не бояться понуканий. Извините, меня просто не предупредили. Очень приятно познакомиться с вами, мистер Аттвуд. Это мои дети: Деймон Кристиан Поттер и Мартиан Орион Поттер.

— Очень приятно познакомиться, молодые люди, — мальчики ещё секунду стояли и с удивлением разглядывали нашего дворецкого, а потом сорвались с места и начали наперебой забрасывать его вопросами.

— А вы правда вампир?

— Вы боитесь солнца?

— А чеснока?!

— А если всадить вам осиновый кол в сердце, вы умрёте?

— Вы пьете кровь?

— Вы и нашу кровь пить будете?!

— Деймон, не говори ерунды! Мистер Аттвуд не будет пить нашу кровь, иначе его бы просто не приняли на работу! Ведь правда?

— Тогда вы пьёте кровь животных? , — в помещении зазвучал мягкий мелодичный смех.

— Простите их, Себастьян. Я бы и сам хотел бы многое узнать. Меня шесть лет не было в Англии и я надеюсь, вы сможете удовлетворить наше любопытство.

— Конечно. Я с удовольствием отвечу на все ваши вопросы, мистер Поттер. Но сначала, — он щёлкнул пальцами и перед нами появился домовик с большими глазами сиреневого цвета, в белоснежной наволочке с вышитым на ней вензелем, в виде букы «П», — Микки, познакомься — это твои хозяева, — эльф поклонился нам и подпрыгнул с радостным писком.

— Микки рад познакомиться с хозяином Гарри Поттером, сэром и с его сыновьями Деймоном Поттером, сэром и Мартианом Поттером, сэром!

— Микки, забери, пожалуйста, вещи.

— Да, сэр Себастьян! , — маленький домовик исчез из коридора вместе с нашими чемоданами.

— Папа, а это был домовой эльф?

— Да, Март, это был домовой эльф.

— Вау!

— Вы наверно устали, давайте вы пройдёте в гостиную, я попрошу принести вам чая и вы сможете задать мне свои вопросы?

— Это было бы отлично, Себастьян.

— Тогда прошу за мной, — вампир распахнул створчатые двери, которые были расположены по правую руку от него и уверенным шагом направился вперёд. Мы прошли по узкому холлу и оказались в просторной гостиной с большими окнами, которые как раз выходили на то место, куда нас с мальчиками перенёс порт-ключ. Стены комнаты были обклеены нежно-голубыми обоями с затейливым узором, пол был выложен белым ламинатом, а в камине из мрамора весело потрескивал огонь, быстро пожирая поленья. Также здесь стоял белый кожаный диван, два кресла и небольшой стеклянный столик.

— Присаживайтесь. Лаки!

— Чем Лаки может помочь своим хозяевам и сэру Себастьяну?

— Принеси сюда, пожалуйста, чай и горячее печенье.

— Да, сэр!

      Через минуту я уже наслаждался тёплым ароматным напитком, а мальчишки ели варенье и шоколадные печенюшки.

— Мистер Поттер...

— Просто Гарри, когда меня называют мистером мне кажется, что-либо я вернулся в свои школьные годы, либо я в одночасье превратился в старика.

— Хорошо, Гарри. Так, что бы вы хотели узнать?

— Пожалуй, всё, — я улыбнулся ему несмелой улыбкой.

— Ну что ж, тогда я начну сначала? Хорошо... Наверное около полугода прошло с тех пор, как вы покинули Англию, рейды Пожирателей участились, но теперь они не трогали гражданских. Я не говорю, что не было жертв среди простых людей, но по крайней мере теперь они не убивали и не мучили специально. Они целенаправленно завоевывали нашу страну. Первым пало министерство. Потом Мунго, последним оплотом Света стал Хогвартс, но спустя ещё полгода и его бастионы не выдержали. Народ был в ужасе, многие боялись реформ Тёмного Лорда, но, как оказалось, зря. Программу в школе расширили, теперь там обучают тому, что раньше приходилось изучать с репетиторами и наставниками, появились приюты для магических детей. Магллорождённых в правах конечно урезали, теперь они не могут занимать высокие посты, магических сил просто не хватает. Так же появился закон о том, что каждый не имеющий рода должен до тридцати лет создать этот самый род, либо выйти замуж за одного из представителей чистокровных волшебников, ну или в крайнем случае за магическое существо.

      А для таких как я наоборот настали лучшие времена, теперь мы можем не скрываться, у нас у всех есть работа, еда и крыша над головой. Раньше этим не могла похвастаться и половина представителей магического народа. К примеру, оборотней раньше вообще никуда не брали, а теперь найти безработного оборотня почти невозможно. Для вампиров построили центр сдачи крови, где мы получаем ровно литр чистейшей живительной красной жидкости раз в месяц.
      Многие считают Мистера Реддла лучшим министром этого тысячелетия!

— Вау! Пап, а ты когда-нибудь был знаком с этим Реддлом?

— Да, мальчики, с нынешним министром я был знаком лично.

— Круто! — я лишь грустно улыбнулся и покачал головой, смотря на восхищённые мордашки, измазанные шоколадом.

— Так, всё, вам пора спать, уже поздно, идите мыться и в кровать!

— А ты?!

— А мне тоже пора на боковую, завтра надо будет ещё в банк сходить и купить вам учебники для дополнительного обучения, вы же сами новые просили?

— Спокойной ночи, папочка!

— Спокойной ночи, — усталый вздох вырвался непроизвольно, — спокойной ночи, Себастьян.

— Спокойной ночи, Мистер П... Гарри.

      Завтра будет новый день и новые проблемы, а сейчас здоровый и крепкий сон!

       Но выспаться мне так и не удалось, всю ночь мне снились мускулистые руки, прижимающие к себе и не дающие убежать, властные губы, покрывающие всё моё тело жадными, но нежными поцелуями и бархатный голос повторяющий одно и то же — «Ну вот ты и попался, малыш, теперь ты мой. Я тебя больше никуда не отпущу... Мой».

Глава 5
POV Гарри

      «Чёрт», — первое, что пришло мне в голову, когда я проснулся и увидел на своих пижамных штанах мокрое пятно.

       Всю ночь мне снилась какая-то ерунда, из-за этого я не выспался и... возбудился. Блин, да мне с 15-ти лет мокрые сны не снились! Я посмотрел на часы, стоявшие на прикроватной тумбочке. Часы ехидно показали 06:00. Выругавшись сквозь зубы, поплёлся в ванную. Сегодня мне предстоит посетить Косой Переулок. От этой мысли по спине пробежал холодок. Я надеялся оставить Англию и все связанные с ней воспоминания в прошлом, но спустя каких-то шесть лет я вновь хожу по земле Туманного Альбиона. Жизнь странная штука, то, от чего мы пытаемся убежать, слишком часто нас догоняет. Я в расстройстве покачал головой, пытаясь выкинуть глупые мысли из своей головы.
      Чтобы быть более не узнаваемым, сегодня решил волосы по обыкновению не завязывать в косу или хвост, а оставить распущенными, так при должном наклоне головы, они могли спрятать моё лицо от любопытных взглядов прохожих. Косметикой я вообще никогда не пользовался, потому что губы у меня и так были пухлыми и яркими, а длине ресниц позавидовала бы любая девчонка. Надел белые обтягивающие джинсы, серый свитер, сверху кремовую мантию, на шею повязал чёрный вязаный шарф, а на ноги чёрные ботфорты. И вот уже на меня из зеркала смотрит Даниэль Эванс.

       Последний раз взглянув на своё отражение, спускаюсь вниз и чувствую притягательный аромат. Я вздохнул полной грудью, пытаясь уловить божественные нотки свежеприготовленных блюд, и пойдя на запах, оказался в просторной столовой с уже накрытым столом.

— Доброе утро, Гарри, — от неожиданности вздрогнул и резко обернулся в сторону дверей, откуда и доносился голос, но заметив дворецкого, успокоился и лишь обозвал себя параноиком.

— Вы меня напугали, Себастьян.

— Простите, вы куда-то собираетесь уходить?

— А? А да, мне нужно сходить в банк, вроде я об этом вчера упоминал при вас?

— Да, просто решил удостовериться. Будут какие-нибудь указания на время вашего отсутствия?

— Да, Себастьян, мальчики должны сегодня сделать домашнее задание. Там немного, вроде нужно прочитать несколько страниц в учебниках. Ах да, мне бы хотелось, чтобы вы с ними немножко прогулялись в саду, но не подпускайте их близко к лесу! , — не хотелось бы, чтобы Март, несмотря на мой запрет, всё же отправился в чащобу на поиски диких зверей.

— Хорошо, — только дворецкий договорил, как с лестницы послышался топот четырёх маленьких ножек.

— Доброе утро, папа! , — на меня с объятьями налетели два маленьких монстрика, ещё слегка растрёпанные, хотя я уверен в том, что они уже расчёсывались, сонные и улыбающиеся мне самыми яркими улыбками, какие я когда-либо видел.

— Доброе, мальчики. Как спалось на новом месте?

— Хорошо. Доброе утро, мистер Аттвуд.

— Доброе, мистер Поттер.

— Деймон, а ты почему не пожелал доброго утра Себастьяну?

— Я... зеваю... папочка... Доброе, мистер Аттвуд.

— Доброе, мистер Поттер, — после мальчики расселись за стол и принялись за свой завтрак, без ошибок пользуясь столовыми приборами. Вампир же на это смотрел с лёгким удивлением (а учитывая, что на столе перед ними лежало несколько видов ложек, вилок и ножей, было чему удивиться).

— Почему вы так смотрите, Себастьян?

— Простите, просто в таком возрасте мало кто из детей знает правила столового этикета.

— Мы что по-вашему из хлева приехали?! , — у моих сыновей горячей темперамент, им была невыносима сама мысль, что они или их действия поддаются критике. Но ещё больше их злили люди, что сомневались в их способностях.

— Март, успокойся!

— Ладно, папочка, — обиженно пробурчало моё красноглазое чудо.

— Всё, я побежал.

— Что, даже не позавтракаешь?

— Нет, Дей, если что, в Косом перекушу, — поцеловав мальчишек в лбы, пошёл к дверям.

— Ну всё, пока!

       Только переступив порог своего нового дома, меня унёс вихрь аппарации.

***

      Косой Переулок за все те годы, что Гарри его не видел, не изменился. Витрины магазинов всё также ярко сверкали на солнце, улицы были вымощены серым булыжником, а здания как и пять лет назад кренились немного в сторону, но вот люди, гуляющие по центру магических товаров Лондона, были другими. Возможно, изменились совсем не люди, а восприятие Поттером мира в целом, но сейчас маги и магические существа казались ему свободней и, наверно, счастливее. С приходом к власти Тёмного Лорда Великобритания освободилась от своих предрассудков, она увидела мир таким, какой он есть, и каждый волшебник, что жил на этих островах, вдруг заметил, что магия, как бы глупо это ни звучало, находится везде. Молодому мужчине не хотелось верить, что в прошлом жестокий тиран и убийца, а ныне Министр Магии Томас Реддл, сумел изменить жизнь многих людей к лучшему. В его сознании никак не могли соединиться два образа: насильника, что надругался над ним на кладбище в Литтл-Хэнглтоне, и колдуна, заботящегося о вверенном ему народе. Впрочем, долго об этом Гарри решил не размышлять и, заметив впереди белое здание, возвышающееся над остальными невысокими домиками, целенаправленно направился к Банку Гринготтс, лавируя между прохожими.

       В образе юной Даниэль бывший Гриффиндорец чувствовал себя намного уверенней, поэтому, когда, взбегая по лестнице к дверям в обитель гоблинов, он с кем-то столкнулся, то лишь извиняюще улыбнулся и проскочил в приоткрытые створки, не став, скромно смотря вниз, мямлить извинения. На самом деле Гарри действительно был очень застенчивым и робким молодым человеком, детские годы, когда он каждый день слышал лишь упрёки в свою стороны, не прошли бесследно, поэтому становясь мисс Эванс он будто одевал маску и мог быть таким, каким бы ему хотелось быть на самом деле.

      Рикберт, поверенный рода Поттер, встретил исчезнувшего героя лучезарной улыбкой, что смотрелась довольно странно на сморщенном лице, и это не считая того, что все зубы гоблинов были похожи на маленькие острые бритвы, поэтому Гарри вздохнул спокойно только тогда, когда хранитель золота перестал скалиться, выражая свою радость от его возвращения на родину. Со всеми делами, связанными с переводом денег из ячейки, что Гарри открыл в Америке, на его счёт в Гринготтсе, они разобрались за каких-то полчаса, поэтому, быстро взяв из своего хранилища немного галеонов, пробежавшись по всем магазинам и купив всё, что было нужно, уже в полдень он был дома, где его встречали два самых любимых существа на свете.

***

       В просторном зале, заполненном светом, стояла оглушительная тишина, разрываемая лишь редкими вздохами красивого мужчины, сидящего на высоком кресле, больше похожем на трон, что скучающе смотрел в окно. В воздухе медленно танцевали свой танец пылинки, ярко сверкая на солнце, они неспешно падали на все поверхности, опутывая их нитями времени, что легко смахнут влажными тряпками домовики.

— Мой Лорд?

— Да, Северус? Что привело тебя ко мне, мой друг?

— Милорд, я уверен, что сегодня в Косом Переулке, на лестнице Банка Гринготтс, столкнулся с Поттером...

      Всё же, стоило Гарри обратить больше внимания на человека, на которого он так неосмотрительно сумел налететь...

Глава 6

Северус Снейп всегда был по своей натуре человеком жёстким, если не сказать жестоким, но даже его чёрное, давно засохшее сердце дрогнуло, когда вместо радостного победителя Турнира Трёх Волшебников на поле для квиддича появились две изломанные фигуры. Однако весь ужас произошедшего он понял только тогда, когда искусанные в кровь губы грязного и полностью нагого Поттера произнесли роковые слова, заставившие его жизнь вновь развалиться на части, оставив его на обломках пусть и неидеальной, но всё же безопасной жизни. Дамблдор на следующий же день собрал весь Орден Феникса в старом особняке Блэков на Гримуальд Плейс, 12. Людей, узнавших о воскрешении Тёмного Лорда, охватила паника и участники первой магической войны не были исключением, сильные боевые маги тряслись от ужаса только вспоминая кровавую бойню, закончившуюся тринадцать лет назад. Страх... Вот что испытывал каждый человек, который сидел за столом в тот вечер рядом с сильнейшим светлым магом современности. Но не смотря на общую несобранность и сильное волнение, план действий на первое время был составлен и маги, немного успокоившись, разошлись по домам, так и не вспомнив об осквернённом и униженном Гарри Поттере.
      А потом мальчишка пропал. Просто исчез и никто не смог его найти. Северус был искренне рад, что сыну Лили удалось сбежать, тем самым спасая свою жизнь, ведь именно его как героя первым бы выкинули на поле боя, надеясь, что по сути ещё ребёнок сможет одолеть монстра и спасти всех. Но то, что последовало за исчезновением избранного вряд ли смог бы предвидеть даже самый сильный предсказатель, не то что обычный учитель зельеварения. Волан-де-Морт как с цепи сорвался, каждый маг, что пытался оказать сопротивление оппозиции должен быть уничтожен, мирные жители не зависимо от статуса крови — неприкосновенны, Пожиратель, пытающийся оспорить мнение своего хозяина, подвергается смертельной казни через Аваду Кедавру, Круцио только для верных. Снейп был очень рад, что является единственным хорошим зельеваром среди всех прислужников Тёмного Мага и кроме изготовления лечебных отваров и некоторых особо сложных ядов ничего делать был не должен, потому как стать трупом или что хуже, по мнению самого Северуса, слабоумным не хотелось. А учитывая то, что из десяти ребят, которые отважились сообщить Милорду о побеге золотого мальчика, не вернулся никто, выводы напрашивались неутешительные.

      Министерство пало быстро, а Хогвартс ещё быстрее, потому как на момент осады школы в ней находилось полсотни подростков, которые в большинстве своём на тот момент были сиротами, да дюжина Орденцов, искалеченных и уставших. Буквально через три дня после первого нападения над величественным замком развевался белый флаг, ни у кого уже не было сил бороться. Ещё около месяца понадобилось на восстановление атриума и стен главного учебного заведения для магов Англии, и перед трепещущим народом предстало вовсе не безносое чудовище, больше смахивающие на змею с ногами, а харизматичный мужчина, полный сил и решимости изменить свою страну. Реформы одна за другой сыпались на бедных магов. Теперь все магические существа имели те же права, что и колдуны и ведьмы. Появилась «Магическая Красная Книга», что была призвана сохранить исчезающие виды растений и животных на островах Туманного Альбиона, которая в отличие от своего маглловского аналога сразу же сама записывала имена нарушителей и тяжесть их проступка, так что работникам отдела, следящего за популяциями видов, оставалось лишь следить за новыми записями и докладывать в Визенгомот. Кстати о Визенгомоте, никто не знает, о чём в течении часа после падения Хогвартса говорили Волан-де-Морт и Дамблдор, но после назначения первого на пост Министра, второго сняли со всех должностей, оставив лишь место во главе суда Англии. На окраине страны под множеством охранных и скрывающих чар открылся первый магический приют, который вскоре был почти полностью заполнен, многие дети лишились родителей во время этой короткой, но ужасной войны, а также некоторые из самых маленьких ребятишек были изъяты у магллов, что применяли насилие по отношению к крошечному магу. Газеты так и пестрели яркими заголовками: «Тёмный Маг или Спаситель?», «Новая жизнь, построенная на крови предков!», «Существование, а не жизнь! Кто виноват в нашем неведении?».

       И если не вдаваться в подробности, то можно сказать, что всё шло хорошо, если бы не одно «но»... И этим «но», кто бы мог подумать, оказался Поттер. Тёмный Лорд, которого теперь величали Томасом Реддлом, будто помешался на этом вечно растрёпанном зеленоглазом мальчишке со шрамом на лбу. Каждый божий день Пожиратели Смерти прочёсывали все города Великобритании, Шотландии, Уэльса и Северной Ирландии, но не найдя Избранного, возвращались к своему повелителю с пустыми руками, получая Круцио за невыполненное задание. Возможно кто-то успел подумать, что Тот-Кого-Нельзя-Называть после своей победы исправился и стал примерным гражданином, что ж Северус с лёгкостью мог развеять все ваши сомнения и подтвердить, что Волан-де-Морт как был садистом, так им и остался. Ему нравилось следить за лицами своих подчинённых в момент агонии, он с интересом исследователя рассматривал скрюченные у его ног фигуры в чёрных мантиях и не испытывал ни капли сострадания, уж в этом зельевар был уверен.
Нельзя за такой короткий период времени превратится из настоящего зверя, матёрого хищника в пушистого зайчика. Не-воз-мож-но!

      Но не смотря на всё вышеперечисленное Северус Снейп без зазрения совести сразу же доложил своему повелителю о появлении бывшего Гриффиндорца в Лондоне, только встретив его на лестнице Гринготтса, потому что чуть больше года назад, будучи гостем в Слизерин-меноре, он по чистой случайности попал в зал с Родовым Гобеленом. Каждый маг знает, что забеременеть волшебник мужского пола может только в том случае, если половой акт был у него со своим магическим партнёром, поэтому, увидев переплетения веток соединяющие имена Поттера и Милорда, которые после раздваиваясь создавали новые отростки, он впал в шоковое состояние. Но сейчас, сидя в своём кабинете, который ещё шесть лет назад был кабинетом Альбуса, он искренне верил, что поступил правильно. И пусть Лили и её сын будут его ненавидеть, однако нынешний Директор Хогвартса знал, что счастлив этот взбалмошный мальчишка, которого он, по правде говоря, глубоко в душе любил, как родного, будет только рядом с самым опасным и тёмным магом этого столетия.
«Да Поттер мне ещё спасибо скажет», — подумал Снейп и залпом допил огневиски, что плескалось на дне его стакана.

***

       Том не находил себе места, в течение уже пяти месяцев ведутся поиски Гарри Поттера по всему Лондону и его окрестностям, и никакого толка. Мальчишка как сквозь землю провалился. Мелькнул в толпе и исчез в неизвестном направлении. Возможно, он даже и не знал, что был опознан, но, благодаря феноменальной удаче, вновь смог скрыться от Тёмного Лорда, избежав своей поимки. Реддл бесился, и всем Пожирателям доставалось в два раза больше Круцио, порой даже казалось, что у бедных магов скоро появиться иммунитет на одно из непростительных, так часто они его получали. Но это не меняло того, что Золотого мальчика так и не могли найти...

      Сразу же после доклада Северуса по всем островам Туманного Альбиона были высланы поисковые отряды, его люди в Министерстве проверили каждую семью, что в течение полугода приехала в Англию, и ни-че-го. Ни единой зацепки. Но не мог же бывший Герой пересечь границу незамеченным, даже если он воспользовался маглловским транспортом, «датчики» должны были его засечь. Это было новой разработкой Отдела Тайн, небольшие артефакты, которые были расположены во всех аэропортах и портах, направленные на поиск магических волн, что исходили от всех колдунов и ведьм, независимо от их возраста, веса или национальности. Такие «датчики» позволяли точно знать, сколько иностранных гостей на самом деле посетили страну и сколько англичан уехали в другое государство, даже если они из каких-то собственных соображений решили не предупреждать министерство о своём переезде. Артефакты работали без сбоев и ещё ни разу не подвели своих создателей, но вот почему-то Поттера засечь не сумели... Откуда же было знать Великому Тёмному магу, что ушлые гоблины смогли подготовить для своего клиента такой портал, какой не смогли заметить не только «датчики», но и сами хранители золота, если бы захотели проверить, когда Гарри Поттер вернулся на родину.

      Однако вечно длиться эти поиски не могли, поэтому именно сегодня в ясный, солнечный, по-весеннему тёплый день местонахождение домика, где проживало семейство Поттер, было раскрыто...

— Милорд...

— Да, Руквуд, говори, — Томас лениво взмахнул рукой и выжидательно уставился на своего подчинённого.

— Милорд, мы сравнили старый отпечаток магии Избранного с его вещей, оставленных в доме родственников, с отпечатками всех магов, что появлялись в этом году в Косом переулке, и нам удалось отследить тонкую ниточку, которая точно принадлежит мистеру Поттеру. Один из лучших волшебников Отдела Тайн проверил наши догадки, и след привёл его на небольшую поляну прямо посреди Шервудского леса*. По его словам, там есть двухэтажный дом, скрытый под большим количеством чар. Выяснять, кто живёт в доме, он не решился, опасаясь спугнуть прячущихся там магов, так что точно сказать, живёт ли там Мальчик-который-выжил мы не можем, но вероятность того, что дом всё же принадлежит Гарри Поттеру очень высока.
      Губы Волан-де-Морта с каждым словом, произнесённым Августусом, расползались во всё более ужасающей улыбке, больше похожей на оскал зверя. Министр Магии был уверен, что его личная Немезида прячется именно там, и в его голове уже начали появляться картины их будущей встречи.

— Руквуд, собери Ближний круг. Завтра мы отправляемся в Шервудский лес.

***

      Первые несколько месяцев Гарри очень боялся, что их найдут, он вздрагивал буквально из-за любого шороха, запрещал мальчикам выходить на улицу без сопровождения, а сам покидал приделы дома только в платье, опасаясь появления других магов. Но со временем Поттер устал переживать и трястись по любому поводу и привык к новой размеренной, тихой жизни.

— Даниэль, не стоит волноваться, в пекарне все хорошо.

— Ну, как я могу не волноваться, вы же там совсем одни, София, — бывший Гриффиндорец с счастливой улыбкой разговаривал по телефону и одновременно через окно следил за мальчишками, которые играли в мяч на улице под присмотром Себастьяна.

— Ты так говоришь, будто бы мы маленькие, неразумные дети, которых ты на время оставила с соседями, — девушка возмущённо фыркнула в трубку, заставив Гарри рассмеяться.

— Но ведь всё так и есть! Вы все мои маленькие птенчики, которые ещё не готовы покинуть родное гнездо.

— Знаете что, Мисс Эванс, вы совсем там, в своей Англии, отбились от рук. И вообще, это кто ещё за кем следил раньше?! , — её возмущению не было придела и Поттер вновь засмеялся.

— У тебя красивый смех, Гарри.

      Юноша резко развернулся, услышав ненавистный голос человека, что не раз являлся ему в кошмарах. Трубка выпала из его рук и с громким стукам ударилась о деревянный пол.

— Даниэль, Даниэль! Что случилось! , — но Избранный уже ничего не слышал, он тихо спал под сонными чарами на руках своего врага.
Глава 7

      Солнечные лучи медленно пробирались в просторную спальню сквозь не зашторенные окна. Они легко проскользили по паркету, взобрались на стены, обшитые тёмно-зелёной тканью с замысловатым узором, и разбрелись в разные стороны. Один из них упал на зеркало высотой чуть больше метра в резной деревянной раме и тут же отразился на дверце платяного шкафа, попытался заглянуть внутрь, но створки были плотно закрыты. Другой — потерялся в пушистом, мягком ковре, имитирующем шкуру медведя, что лежала у небольшого камина из чёрного мрамора с железной решёткой, выкованной в виде переплетений лиан. А третий — медленно подкрался к кровати, поистине огромных размеров с деревянными столбиками и заглянул за балдахин. На шёлковых простынях цвета молодой листвы спал юноша, больше похожий на девушку, с длинными смоляными волосами, одетый в белоснежную ночнушку, оттеняющую белизну его кожи. Он чему-то нежно улыбался во сне и ресницы его слегка трепетали, как крылья бабочки на ветру. Лучик осторожно дотронулся до его румяной щеки и резко свалился на подушку. Так понравившийся ему человек, секунду назад видевший десятый сон, сейчас сидел, опираясь на руки, и испуганным взглядом осматривал комнату, в которой провёл эту ночь.
***

      Гарри снилось, что он парит в облаках, медленно покачиваясь на мягкой перине высоко над землёй, наслаждается тишиной и спокойствием. Каждая секунда этого видения была похожа на сказку, потому что такого умиротворения и непонятного счастья он не испытывал, наверно, никогда в жизни. Всё здесь было пропитано какой-то затаённой радостью, будто бы и не его вовсе, будто бы навеянной откуда-то извне...

      Зелёные глаза резко распахнулись, выдернув своего хозяина из сладкого царства Морфея, чтобы показать ему всю неприглядность его положения. Балдахин, простыни, стены, потолок, шторы, шкаф да и сама комната Поттеру были незнакомы, а учитывая те обрывки последних воспоминаний, что всплывали в его памяти, находился он точно не у себя дома. После магически насланного сна во всём теле чувствовалась слабость, руки и ноги, словно сговорясь, не желали слушаться хозяина, но несмотря на все «мелкие» неприятности преследующие Мальчика-который-выжил, он упорно пытался встать с кровати, потому что где-то там находились его дети, которым нужна была помощь, и монстр из его прошлого, что так бесцеремонно ворвался в настоящее, разрушив его до основания. Раньше жуткая змеевидная тварь, а сейчас обворожительный мужчина принёс сюда парня с неизвестной ему целью, но узнавать причины поступков бывшего врага Гарри совершенно не хотелось.

      И словно услышав все его мысли, дверь распахнулась, впуская в спальню нынешнего Министра Магии. Поттер, оказавшись перед магом в одной просвечивающей ночнушке, что он заметил только сейчас, покраснел с головы до пят, пытаясь прикрыться одеялом, которое по неведомым причинам никак не желало поддаваться и измятым комком валялось в изножье кровати.

— Здравствуй, Гарри, — Волан-де-Морта смешила застенчивость своего «гостя», — Ты можешь не волноваться, всё что хотел, я уже рассмотрел. Должен заметить у тебя очень милые ямочки на пояснице. Хм... как же я их не заметил тогда? , — в голосе так и слышалась неприкрытая издёвка.

— Ч-то?! Т-ты...

— Ох, прости! Я не понимаю, можешь повторить? , — на чуть полноватых губах появилась усмешка, и маг решительно шагнул вперёд, наклонив голову вправо, изучающим взглядом пробежав по всему телу мальчишки*, будто пытаясь заглянуть внутрь. Поттер поежился точно от холода, от взора этих багровых глаз хотелось убежать, скрыться на другом краю света, чтобы никто никогда не нашёл... Гарри тряхнул головой, прогоняя глупые мысли, и решительно вскинул подбородок.

— Где мои дети, Реддл?

— Можешь не волноваться, дорогой, НАШИ дети сейчас отдыхают в своих комнатах. Должен заметить, они получились очень красивыми, удачные экземпляры, я бы не отказался от ещё нескольких.

      Внутри черноволосого парнишки вспыхнуло и резко разгорелось возмущение, что теперь пылало в душе ярким огнём, который готов был вот-вот вырваться наружу, сжигая всё на своём пути. Он забыл где и с кем находиться, щёки окрасились красным румянцем, но теперь отнюдь не от смущения, гнев и негодование управляли им в тот момент.

— Да ты?! Ты?! Можешь и не мечтать об этом!

       Секунду назад спокойно стоящий в пяти шагах от кровати волшебник, сейчас прижимал к этому самому предмету мебели испуганного Гриффиндорца, что за такое короткое время успел уже трижды пожалеть о неосторожно вырвавшихся словах. Глаза Лорда пылали гневом, губы были сжаты в тонкую линию, а красивые сильные руки крепко сжимали тонкую шейку.

— Ты верно е-ш-щё не понял, Гарри, с-здес-сь вс-сё решаю я! И если я с-сказал, что ты родишь мне ещё одного ребёнка, то ты так и с-сделаешь! Ты будешь подчиняться мне, ты будеш-шь уважать меня, ты будешь любить и боготворить меня! Ты будешь только моим.

       «Герой света» попытался что-то возразить, но лишь придушённо пискнул, когда жёсткие верёвки по мановению руки мага обвили его запястья и притянули к изголовью.

— Не с-сопротивляйся мне! , — временами переходя на серпентарго маг шептал в алеющее ухо команды, пожелания или приказы, Поттер так и не смог понять что это было, но, как и на кладбище в те далёкие времена, этому голосу не хотелось сопротивляться.

       Единственный предмет одежды пленника был разорван почти сразу же, одежду министра постигла как ни странно та же участь. Грубые ласки, губы, что не дарят нежность, укусы в плечи, живот, шею и грудь, руки, крепко сжимающие бёдра. Здесь не было место мягкости, Тёмный Лорд был садистом, Гарри Поттер — мазохистом. Магия никогда не ошибается, люди — да, она — нет. Один был создан, чтобы причинять боль, другой для того, чтобы её принимать, две противоположности уравновешивающие друг друга. Возможно, если бы они никогда не узнали о своей истинной судьбе Волан-де-Морт умыл бы Англию кровью, Поттер рано или поздно погиб, пытаясь спасти кого-нибудь другого, совершенно забыв о своей жизни, теперь одному есть, что терять, у другого же есть тот, кто больше не отпустит.

      Один, второй, третий палец, всё происходит быстро, в спешке произнесённое заклинание для увлажнения заднего прохода и толчок до упора. Реддл вгрызается в губы своей личной немезиды, будто пытаясь выпить, как дементор, его душу, двигает бёдрами, загоняя член глубже, и начинает движение. Ритмичные толчки с каждой секундой ускоряются, амплитуда растёт, а Гарри может лишь стонать, не в силах противостоять той силе, что тянет его ближе к своему врагу, что заставляет отвечать на его колючие поцелуи, что вынуждает ногами притягивать его к себе. Финальный толчок и два крика в унисон, наполненные наслаждением.

— Ты только мой... Больше не уйдёшь... Не отпущу... Никогда...

      И Гарри верит, искренне верит каждому слову. Да, больше не отпустит, но и он не уйдёт, уже не сможет. Руки мага крепко сжимают податливое тело, и засыпая рядом с самым опасным волшебником этого столетия, Поттер впервые за всю свою жизнь почувствовал себя в безопасности. Рядом с Волан-де-Мортом ему не страшны никакие монстры, кроме него самого, но от этого чудовища ему не скрыться...
Эпилог

Три месяца спустя

— Я не надену платье!

— Оно подойдет тебе намного больше, чем обычная белая мантия, — на все крики и ругательство со стороны Гарри Лорд отвечал невозмутимым взглядом и словами наполненными спокойствием.

— В таком случае, я наконец-то обрежу свои волосы и буду ходить с нормальной причёской на голове.

— Ты этого не сделаешь.

— Почему?! Если тебе, судя по твоим наклонностям, больше нравятся девушки, то заведи себе любовницу, а от меня отстань!
— Нет, ты не сделаешь этого, потому что мне нравиться наматывать твои волосы на кулак, когда я вколачиваюсь в твоё податливое тело.

      Щёки Поттера покрыл ярко красный румянец, а ладошки вспотели, выдавая своего хозяина с головой. Он всё ещё сильно стеснялся всего, что касалось секса, но при этом любая фраза, сказанная этим порочным голосом, вызывала у него неконтролируемое возбуждение.

      На лестнице послышался грохот и уже через минуту двое взбудораженных мальчишек ворвались в гостиную.

— Отец! Дядя Северус сказал, что сразу после вашей свадьбы мы два месяца будем жить с ним!

— Пап! Скажи, что это не правда!

      Дети кричали во весь голос и с силой топали ногами, надеясь уговорить родителя оставить их дома. За то короткое время, что они были знакомы с Северусом Снейпом, мальчики на своей шкуре узнали почему не только дети, учащиеся в Хогвартсе, но и многие взрослые боялись мрачного зельевара. Профессор был конечно не таким опасным как их собственный отец, но пока рядом находилась «мама» мужчина был довольно мягким. Ну, насколько это возможно. А вот у Снейпа сдерживающих факторов не было, и муштровал их он как настоящих солдат. Где это вообще видано: подъём в 6:30, на завтрак только овсянка, а дальше уроки, уроки, уроки и ещё раз уроки. Умереть, а не жить!

— Ты собираешься оставить наших детей с Северусом?

— Ну, кто-то же должен научить этих монстров правилам этикета, — Волан-де-Морт безразлично пожал плечами. Он, конечно, любил своих детей, если такое слово как любовь вообще применимо по отношению к нему, но заниматься их манерами во время медового месяца был не намерен.

— Марволо, ты даже не посоветовался со мной!

      Лорд медленно поднялся из кресла, в котором удобно просидел всё это время, и направился прямиком к Гарри.

— Дорогой мой, в этом доме всё решаю я. Не зависимо от того, касается ли это тебя, моих Пожирателей или детей. Главный я! А сейчас ты, как хороший мальчик, пойдёшь в нашу спальню, разденешься и подождёшь меня.

— Но...

— Живо!

      Тёмный маг устало вздохнул и приготовился к тяжёлому разговору с сыновьями, благо характером оба пошли в него. И не важно, что для того, чтобы не проклясть никого сегодня Круцио ему пришлось выпить не один галлон Успокаивающего зелья, ведь теперь у него есть всё, о чём только можно мечтать.

      История могла закончиться совсем по другому, финал сказки вовсе не зависел от рассказчика, и стоило одной незначительной детали измениться, как герои зажили своей собственной жизнью. Сама Судьба в этот раз раскладывала карты, и с хитрой усмешкой на губах, задавалась вопросом «А если так?»