Письмо второе.
Сейчас такое состояние, словно не хочется ничего тревожащего. Просто лежать и с закрытыми глазами, думать о своем.
На душе тупая боль. В сознании нет подобных понятий, но слабый тошнотный ком в горле портит все обаяние человеческой натуры. Невольно стискиваешь зубы, чтобы хоть как-то удержать его. Челюсть сводит.
От неприятных ощущений съёживается желудок. Все то, что ты послушно съел сегодня на обед и завтрак, хочет вывалиться наружу. Правда. ничего не хочется.
Начинаешь тихо ненавидеть любимого человека. Лишь потому, что он медленно, но чрезмерно верно заменяет тебя на другого.
У здоровых людей нет таких примыслов. Есть только человек, чувство и уверенность. Уверенность в своем надлежании, уверенность в избраннике и уверенность во всем, что происходит. По внутреннему факту у тебя забирают твоего человека. И ненавидишь ты и того, кто "крадет", и того, кого любишь за то, что дает себя "украсть".
Каким бы классным не оказался забирающий (это может быть даже твой друг), тебя корёжит. И чем лучше он становится, тем противнее на душе. Ведь он забирает твоего человека.
Обычно те, кто так говорят, являются в первую очередь собственностью другого. Но собственность его не тело, а душа, хотя с душой уходит и тело.
С этими шагами ты все больше и больше проваливаешься в неуверенность, ревность и тайную злобу.
В какой-то момент тебе становится нездоро́во плевать. На всех.
И это крах. Взрыв, который нужно переждать под укрытием друзей, хобби или нужных слов.
Отвлекись и прими.
Потом вернись и докажи своим недоказанием, что ты любишь себя и что ты выше всех этих обид и необоснованной ревности.
Ну, а если и обоснованной, то вали. Просто уходи. Им будет хорошо или плохо. Вот тут уже можно наплевать.