Ну же, забери.
— Попробуй забери, Кацудон!
Именно от подобных криков вот уже которое утро просыпается Виктор. Если бы он мог отселить от себя учеников, то сладко бы спал...
А вообще, поселить Юриев в одной комнате было самым отвратительным решением. Мало того, что каждое их утро начинается с криков и отвратительной возни, так к вечеру младшие фигуристы затихают, заставляя Виктора переживать. А вдруг они там поубивали друг друга?
Конечно, нет. Вместо убийств младшие фигуристы занимаются более приятными вещами. Например, игрой в «Твистер» или замесами в консольных играх. Как оказалось, когда японец и русский смогли перешагнуть через такой спорный интерес как «Виктор Никифоров», они нашли очень много общего.
Например, их объединяет огромная любовь к комиксам.
Юрий может часами втолковывать Юри, что Супермен самый козырный из всех комикс-героев, Кацуки же утверждает, что самая крутая - это Чудо-Женщина.
Бедный парень, задавленный японским феминизмом.
Виктор со смехом взирает на то, как Юри каждое утро пытается найти свои очки. Смотрит японец при этом через камеру смартфона, потому что с его зрением иначе не видно ни черта.
А Плисецкий громко ржёт над нерадивым Кацуки, возвращая вторые глаза примерно после двадцати минут поиска.
Никифоров, к своему удивлению, начинает замечать, что между Юри и Юрой почти нет той огромной ледяной стены культурных различий. Кроме того, Виктор обнаружил, что Кацуки не уходит от неожиданных прикосновений Плисецкого. От тренера же японец шугается как от огня.
Никифоров словно упускает что-то важное, то, что происходит за закрытыми дверями. А там тает холодная стена непонимания из-за различных менталитетов. Там пробивается хрупкий и нежный росток искренней любви и привязанности.
А за закрытыми дверями тихие объятия и нежные поцелуи.
Юрий намного мягче, когда они с Юри наедине. Плисецкий просто не может вести себя как мудак, потому что Кацуки слишком милый.
Юрий улыбается и говорит, что к восемнадцати годам обязательно вырастет и сильно возмужает, а Юри лишь скептично приподнимает левую бровь. Блондин лишь фыркает на жест, явно заимствованный у Лилии.
Да, с Лилией Кацудон знаком. Более того, он сам у неё занимается. И именно через Юри Барановская влияет на Плисецкого. Вряд ли от этой женщины вообще возможно что-то утаить, она раскрыла их уже на второй день отношений.
«Сияете как новые чайники, как вас Никифоров не заметил ещё, голубки».
Парочка в ответ лишь расхохоталась, говоря, что Никифоров ничего кроме баб и славы не видит в последнее время. Барановская даже не пыталась убедить их в обратном, потому что знала - правду говорит молодняк.
♥ А Виктор по-прежнему не замечает ни их максимально закрытой одежды, ни нежных взглядов.
Вернее, не хочет замечать.
Он всё понимает лишь тогда, когда в один из привычных субботних вечеров слышит, что происходит за закрытыми дверями. Звуки доносятся весьма красноречивые. Не нужно быть гением, чтобы понять – там занимаются любовью.
– Юра, тише, Юра-а-а~
Чуть шипящие русские слова, произнесенные с японским акцентом, болью отзываются где-то в районе груди. А в уголках голубых глаз собираются капельки непрошенных слез.
Больно.
И досадно.
Виктор даже не может разобрать, какое из этих чувств сильнее. Наверное, все-таки чувство обиды и разочарования, вызванное тем, что он уже точно никогда не добьётся внимания привлекательного – во всех смыслах – японца.
А Юрий смог. Смог преодолеть гранитную стену смущения и неуверенности, за которой так тщательно прятался Кацуки, и вытащить наружу то очарование, которое раньше японец показывал только при выходе на лед.
Очередная игра «Найти очки Юри».
Только теперь в своей квартире и в своей гостиной. Плисецкий поспешил с переездом, как только они с Юри поняли, что Витя все знает.
Юри хохочет над искромётными шутками Плисецкого, на кухне снуёт Бабичева, тоже тихо посмеиваясь. Вообще, она и Георгий Попович — одни из тех немногих, кто без лишних вопросов приняли отношения между парнями. Рыжая порадовалась даже.
Теперь она внимательно наблюдает из-за угла за действиями парней, потому что смех внезапно затих.
Юрий хитро улыбается и шепчет:
- Попробуй забери, Кацудон, - парнишка быстрым и нервным движением расстегивает клёпки очередной леопардовой кофты, обнажая пояс джинс, на котором висят очки.
