"From our first meeting ..." - I
9 марта 1993 год.
Небольшая забегаловка в бедном районе.
Рабочий день давно закончился, но парень решил задержаться. Он приготовил ужин для жены, чтобы хоть раз сделать ей приятное.
Маленький столик. Парочка свечей и ароматный букет цветов.
Молодой парень отодвинул стул, чтобы девушка не испытывала каких-либо трудностей. Он ухаживал за ней и оберегал. Смысл его жизни заключался только в жене. О большем и мечтал.
— Садись, — еле слышно проговорил Джинхо и одарил возлюбленную теплым поцелуем в щеку.
— Сегодня ты очень милый, — улыбнулась Минсо. — И для чего же мой Хон-хон устроил романтический ужин?
— Скоро узнаешь, — все также загадочно говорил муж. — Но для начала... Послушай.
Джинхо выдвинул маленькую деревянную табуретку и удобно примостился на ней, зарождая интригу.
— Что ты собрался делать? — усмехнулась она, начиная догадываться. — Играть?
— Играть, — смущенно опустил он голову. — Это нечто большее, чем просто игра. — Джинхо сдернул белую ткань, которую отбросил в сторону, а после поднял клап. Его пальцы нежно коснулись клавиш пианино. Он словно приласкал их прежде, чем заполнить помещение музыкой души.
Минсо от неожиданности привстала вместе с первой сыгранной нотой. И её взгляд был больше испуганным, чем восторженным. Она ранее не видела, как муж играл, и к тому же не знала, что умел.
Только спустя минуту девушка выдохнула и прислушалась. Мелодия, которую играл Джинхо напомнила их первую встречу. Ту самую первую встречу на спортивных играх. Минсо тогда заняла первое место и праздновала победу вместе с друзьями. И случайным образом её Хон-хон оказался там, на трибунах. Он влюбился с первого взгляда, поэтому радовался не меньше. Парнишка подбежал поздравить, а Минсо просто забрала подарок и отвернулась. Тогда заиграла «river flows in you», но по ошибке. Её включили вместо корейского гимна. Чья была шутка — никто не знал, но она заставила победительницу обернуться и узнать имя неизвестного, чьи глаза блистали от радости и ликования. Эта песня стала началом сильной дружбы, которая переросла в любовь.
— Ты помнишь, — заговорил парень, закончив играть. — Мы познакомились...
— Да, — перебила она его. — Эта песня вместо гимна заставила меня посмотреть на тебя вновь...
— Я никогда и ни для кого раньше не играл, — признался Джинхо. — Но именно сегодня захотел сыграть для тебя.
— Сыграй еще, — попросила Минсо. — Мне понравилось.
«Хорошо», — сказал он и вновь его пальцы принялись за свое. Как отдельное искусство они передвигались по клавишам, порождая что-то новое. Например, чувства, мысли и даже движения.
— Ой, он толкнулся! — воскликнула девушка.
— Что? — немного опешил Хон-Хон, резко оторвав руки от пианино.
— Нет, нет, — замельтешила она, жестами указывая на инструмент. — Не останавливайся. Ему нравится.
— Правда! — не смог он скрыть своей радости. — Моему сыну нравится. Тогда я должен играть...
***
Этим же вечером у Минсо отошли воды. Ужин пришлось прервать вызовом скорой и преждевременными родами.
Её боли слышал и чувствовал сам Джинхо, находясь в комнате ожидания. Тогда он не думал, что скоро родится сын. Парень больше переживал за жену, крики которой словно сводили с ума.
Беременность — счастье каждой женщины. А время родов — кратковременный ад. Эти боли ни с чем не сравнятся. Вот только они мигом забываются, когда на грудь ложится маленький человек. Его глаза, губы, нос и маленькие ручки с ножками становятся новым миром. Тем миром, ради которого стоило перенести боль.
Минсо лежала еще в операционной, когда вошел Джинхо. Его глаза слезились, а губы сжимались. Парень смотрел на жену словно впервые. Он не мог выразить свои эмоции словами, а лишь слезами. Слезами счастья.
— На тебя похож, — прервала Минсо тишину. — Маленькая копия моего Хон-Хона.
— Не правда, — помотал он головой, вытирая слезы тыльной стороной руки. — Нос и губы твои.
— Юнги будет самым счастливым ребенком, — широко улыбнулась жена, подняв глаза на мужа.
— Юнги? — переспросил Джинхо. — Ты уже выбрала имя? Без меня.
— Тебе не нравится? — замялась девушка, виновато опустив глаза.
— Мин Юнги, — задумался муж. — Сквозь муки и страдания; средь туч, раздора и несчастий — он будет надеждой на хорошую жизнь. Это хорошее имя. Мне нравится.
Минсо взяла парня за руку и подвела ближе. Их надеждам не было предела. Начиналась новая жизнь, которая не будет похожа не прежнюю. Начнется нечто иное. И как бы тяжело им не было. Они справятся.
«Мин Юнги...»