eleven
Рейтинг: PG-13
Жанры: Романтика, Ангст, POV, Омегаверс
Предупреждения: Нецензурная лексика
Свет тусклой настольной лампы чуть освещает маленькую комнату, придавая некий уют, но глазам неприятно. От тусклого света глаза болят, хочется спать, но нельзя. В правой руке держу третью по очереди шариковую ручку. Они некачественные, раз паста так быстро заканчивается, или я и вправду так много пишу? Белый листок лежит передо мной, так и прося меня быстрее что-нибудь написать. И я робко вывожу на листе:
Даниил
Одно имя, а столько боли. Глотаю побольше воздуха и снова аккуратным, ровным почерком продолжаю:
«Я опять пишу тебе письмо, но ты же всё равно не прочтёшь. Я их тебе не дам. Как дела? Наверное, у тебя всё хорошо. Кстати, ты сегодня был горяч во время баскетбола. Я болела за тебя, но ты всё-таки не повернулся в мою сторону. А после матча я увидела тебя с другой омегой, когда ты открывал ей дверь своей машины. Ты такой красивый и сильный. Омеги просто не могут устоять перед тобой. Октавия говорит, что ты иногда поглядывал на меня во время матча, но я не верю. Это же невозможно. Прошло чуть больше полгода, как мы не общаемся. Ты стал таким популярным в университете. У нас было всё хорошо, помнишь?
Помнишь, когда мы впервые пошли в первый класс?
Я плакала, потому что боялась злых учителей, но тогда ко мне подсел маленький альфа. Это был ты. Ты успокаивал меня. Говорил, что всё будет хорошо. Ты был умным мальчиком, и я не удивляюсь, что тебя отдали на два года раньше в школу.
Помнишь, когда ты впервые защитил меня от других альф?
Мы тогда учились в четвёртом классе. После школы, когда я шёл домой, меня схватили двое мальчика-альфы из параллели и начали бить, но, увидев тебя, они убежали. И я всё ещё задаюсь вопросом: „Почему? Почему они убежали?" Ты же был младше их на два года. Они бы могли и тебя ударить, но вместо этого убежали. Странно...
и ещё очень странно -что им сделала "я"?Что черт подери?!Я по сей день задаюсь этим несносным вопросом..
Помнишь, как мы вместе постоянно игрались?
Я однажды упала с велосипеда и разодрала в кровь колени. Ты тогда опять меня успокаивал, когда я плакала. Слезы остановились лишь после твоего поцелуя в мою раненную коленку, со словами:
- Юль, теперь все быстро заживёт. А теперь улыбнись.
Помнишь, когда ты впервые ночевал у меня дома?
Я прекрасно помню тот момент. Мы допоздна играли в приставку, заказали пиццу и колу, а потом мой папа хорошенько отругал нас, потому что мы громко смеялись, и уложил нас спать. Это было в девятом классе. Тогда я не смогла спокойно заснуть, ведь рядом лежал ты. Впервые в жизни я лежала в одной постели с альфой.
Всю ночь. При свете луны. Я просто разглядывала твой профиль. Запоминала каждую родинку, каждый шрамик.
Запоминала тебя.
Помнишь, когда ты сказал мне, что влюблён в одну красивую омежку?
Это заявление стало для меня самым болезненным. Но я тогда лишь радостно улыбнулась. Сказала, что рад за тебя, а дома беспрерывно плакала. Мне тогда было очень больно думать о том, что теперь ты принадлежишь другому, что ты будешь целовать и любить только его. Я смирилась этим фактом и продолжала быть твоей Юлей. Мы закончили школу и поступили в один университет, но на разные факультеты. Ты на экономический, я на бухгалтерский.
Помнишь, когда ты счастливо подбежал ко мне, и, подняв меня на руки, кружил?
Я тогда испугалась, и сильно обняла тебя за мускулистую шею. Ты так лучезарно улыбался, а когда поставил меня на ноги, радостно прыгал и хлопал ладошками. Я спросила у тебя: „Что случилось?"
- Юлия, у меня появился запах! Пожалуйста, понюхай!
Конечно, ведь тебе тогда уже исполнилось шестнадцать. Ты оттянул ворот свитера, чтобы я смогла почувствовать твой запах. В нос ударил аромат горького шоколада. Тогда я чуть ли не упала. Ноги стали ватными, совсем не слушались меня, а я жадно втягивала твой дурманящий запах.
тогда у меня началась течка,но ты этого не заметил,а я пытаясь скрыть это -выпила пачку блокаторов
А знаешь, почему я их приняла?
Потому что боялась, что другие альфы не смогут удержаться и сорвутся. Я ведь хранила себя для своего истинного, а мой истинный - это ты, Даниил. С того момента всё и началось. Ты начал избегать меня всякий раз, когда я подходила к тебе. Полностью игнорировал, а я не могла понять: почему? Почему ты не разговариваешь со мной? Я иногда ловила твои взгляды на себе, но как только поднимала голову в твою сторону, ты быстро отворачивался и уходил. Каждый раз рядом с тобой красуются разные омеги, а когда ты их усаживаешь в свою машину, у меня сердце болезненно сжимается.
Неужели ты устал от меня?
Нашей дружбе конец?
Я стала тебе противна?
А ты мне нет, потому что я тебя...»
Дописать последнее слово не дает мне дверной звонок. Положив ручку, я смотрю на время. На часах 23:43. Кто может прийти ко мне в это время? Встаю со стула, разминаю спину и шею. Не включая свет в комнате, направляюсь в сторону входной двери, по дороге включая свет в коридоре. Благо, что я живу одна, а то отец бы давно шею оторвал нежданному гостю. На всю квартиру раздаётся ещё одна волна дверного звонка. Раздражает.
- Иду, - надеюсь, нежданный гость услышал. Напоследок бросаю взгляд на зеркало и поправляю выступившие пряди волос.Даю слово, если это будут играющиеся подростки, то я им сама шею оторву, как научил меня мой отец. По дороге я уже успела сильно удариться мизинцем о тумбочку, и, не выдержав ужасной боли, кричу на всю квартиру:
- Твою мать!
И плевать я хотел на пришедшего человека, пусть знает, что я очень сейчас зол. Простонав от боли мизинца, хромая, добираюсь до двери, и открываю, встречаясь с обеспокоенными чёрными глазами.
- Д-Данил? - и всю злость как рукой сняло. Честно, не знаю, что сказать, и поэтому стою молча, смотрю в чёрные как смоль глаза.
- Юль, всё в порядке? - обеспокоенным голосом спрашивает Милохин, бегая взглядом по моему лицу. Я лишь киваю, потому что не в состоянии что-либо сказать. - Можно войти? - его голос неуверенно дрожит, но я все же отхожу в сторону и пропускаю незваного гостя.
- Угостишь чаем? - хриплый голос пробегает по моему телу мурашками.
- Конечно. Проходи в гостиную, - говорю и хромаю в сторону кухни, чувствуя взгляд неожиданного гостя в спину.
Приятный освежающий аромат бергамота расползается по всей квартире. За весь процесс приготовления чая, у меня было странное ощущение. Направляюсь в гостиную, поднимая поднос с чашками чая и вазой с любимыми конфетами Дани. Я понятия не имею, о чём можно с ним говорить. Зайдя в гостиную, я не застаю его. Он ушел? Бросаю взгляд в сторону моей комнаты и чуть не роняю поднос на пол. Свет включён.
Блять, я отчётливо помню, что
оставила его выключенным. Наспех ставлю поднос на столешницу и быстро направляюсь в комнату. Добравшись, я вижу Даниила, в руках которого адресованное ему письмо. Пиздец.
- Отдай!
Стараюсь выхватить письмо из его рук, но все мои попытки бесполезны. Милохин высоко протягивает руку, а я прыгаю, чтобы достать.
- Пожалуйста! - глаза наполняются слезами, голос больше похож на щенячье хныканье. Ещё одна попытка забрать эту чёртову бумагу завершается поражением. Я смахиваю слёзы с лица и сажусь на кровать, прикрывая лицо руками и рыдая. Он не должен был увидеть моё письмо. Он, наверное, даже успел его прочитать. Какая же ты дура,Юлия Гаврилина!
- Я всё помню, Юль
Я перестала плакать, просто сидя в ожидании. А чего я ожидаю? Я чувствую, что ты о чём-то думаешь, Даня. Скажи хоть что-нибудь.
Кровать прогибается под чужим весом, а запах горького шоколада ударяет в нос. Я незаметно, но жадно вдыхаю аромат парня.Голова начинает кружиться, словно я на испытательном сроке космодрома
- Юлия, посмотри на меня, - просит меня Даниил, а я лишь закусываю нижнюю губу. - Пожалуйста.
Я медленно убираю руки с лица, но голову не поднимаю. Мне всё еще стыдно. Если подниму глаза, то встречусь с его взглядом. Теплые пальцы приподнимают мою голову за подбородок, а затем вытирают большими пальцами мои влажные щеки.
- Дань, я...
- Т-с-с, Юль. Теперь моя очередь говорить, - Даня глубоко вдыхает воздух и как-то расслабляется. - Ты ошибаешься, если думаешь, что стала для меня противна. Если думаешь, что я устал от тебя. Я помню всё. Я помню, как ты плакала в первом классе. Тогда, когда я зашёл в кабинет, мой взгляд упал именно на тебя. Ты так сильно плакала, а меня папа учил, что если я увижу плачущую омегу, то должен ее успокоить. Я тогда был горд собой, потому что впервые в жизни успокоил омегу, - его голос немножко дрожит, а я все никак не могу остановить слезы. Я хотела их удержать, но не смогла, и теперь показываю свою слабость. Милохин ещё раз глубоко глотает воздух и смотрит прямо мне в глаза. - Я помню, как спас тебя от тех альф. В тот момент я искал тебя, чтобы позвать поесть вместе мороженое, но не нашёл тебя, а потом решил пойти к тебе домой. Я, в хорошем настроений, направлялся к тебе. Но шум, доносящиеся из-за угла, я не смог проигнорировать. Осторожно подкравшись сзади, я увидел тебя в компании двух мальчиков-альф из параллели, которые безжалостно избивали тебя, и впервые в жизни испытал это чувство... злости. Они не так просто убежали. Они убежали, потому что я им сказал, что ты моя омега, но кажется ты это не услышала. Когда я подбежал к тебе, ты уже лежала без сознания.
Его улыбка сводит с ума, его взгляд заставляет моё сердце биться чаще. Парень нервно сглатывает и отводит взгляд куда-то в сторону.
- Я помню, как ты упала с велосипеда, когда мы игрались. Ты опять плакала, а я опять успокаивал тебя. Потом поцеловал твою ранку. Мой папа всегда так делал. Я попросил тебя тогда улыбнуться. И ты улыбнулась, не смотря на боль.
- Но , Даниил...
- Не перебивай, Юль. Я так много должен сказать. Прошу. Ты понятия не имеешь, что делаешь со мной. Что заставляешь меня чувствовать, когда ты улыбаешься, - он опять переводит на меня взгляд и, немного приблизившись ко мне, проводит дрожащей рукой по моей щеке. - Я помню, как ночевал у тебя дома. Это была моя первая ночевка в твоем доме. Мне тогда очень понравилась твоя новая игра, и пицца была безумно вкусной. Ты потом рассказала мне шутку, после чего твой папа пришел весь такой сердитый, из-за нашего громкого смеха, и уложил нас спать. Но не забыл поцеловать тебя в лобик. Я тогда вообще не уснул, а ты думала обратное. Я лежал и чувствовал твой изучающий взгляд на себе, но ты потом уснула, и тогда настала моя очередь пялиться на тебя. Ты была такой красивой и милой, когда спала, Юль. Я не смог сдержать улыбку.
- Даниил, я т... - не дав мне даже начать, он приложил палец к моим губам.
- Я помню твою реакцию, когда сказал, что влюбился в одну красивую омежку. Ты тогда очень сильно удивилась и даже порадовалась и ответила, что рада за меня, а у меня внутри погас лучик надежды. Хочешь знать в кого я влюбился? В тебя, Юль. Я ведь тогда хотел просто увидеть твою реакцию, а в конце пожалел, что сделал так. Ты не поверишь, но я тоже плакал. Плакал, потому что думал, что ты не любишь меня, а сейчас... прочитав твоё письмо, мне смешно, и одновременно так легко. Я помню, когда подбежал к тебе, и, подняв, закружил тебя. Ты была такой лёгкой, прямо как пушинка, а когда ты сильно обняла меня за шею, то была похожа на маленького котенка, о котором хотелось бесконечно заботиться. Я попросил тебя понюхать мой запах. Я ещё тогда почувствовал что-то неладное. Это был твой запах. Такой сильный и охренительный. Запах клубники. И пусть ты пилаттонну блокаторов, но запах перед истинным никогда не сможешь скрыть. С того дня я начал тебя избегать, потому что боялся, что не сдержусь и сорвусь с цепи. Боялся причинить тебе боль, потому что был не опытен в постели. Боялся испортить нашу дружбу, а ведь между нами ничего нет кроме неё. Я думал, что у тебя не было особых чувств ко мне, а значит, больше, чем друзья, мы не сможем стать, но последнее незаконченное предложение в твоем письме заставляет задуматься. Пожалуйста, закончи его. Прошу тебя. Я верю, что это последнее слово изменит нашу жизнь, Юлия.
Мы смотрим друг другу в глаза и сидим в ожидании. Он ожидает от меня ответа, а я ожидаю тот момент, когда я смогу сказать ему, что люблю. На заднем фоне тикают настенные часы, а атмосфера в комнате давит на моё сознание. Я открываю и закрываю рот, не в силах что-нибудь сказать, а слёзы все ещё текут по моим щекам. Мой взгляд спускается всё ниже и ниже, и наконец останавливается на нежных губах Милохина
- Что за чертовщину я несу?! Прости! Забудь обо всём, что я сказал... Я пойду... Я не буду на тебя давить, Юлия. Я не подумал о тебе... Наверное, ты меня не простишь. Мне не надо было приходить... Прости, прости,Юль, - он встаёт с места и делает один шаг назад, при этом ударяя кулаком стену и зарываясь пальцами в волосы. - Чего я вообще ожидал? Я такой дурак. Юль, прости.
- Люблю! - не знаю откуда у меня появилась такая уверенность, но я встала с кровати и так громко сказала, что сама смутилась. - Хочешь, чтобы я продолжила незаконченное предложение, да? Потому что я тебя люблю! Хочешь уйти? Так уходи! Что стоишь? Иди!
Он улыбается?! Издевается что ли? Я, тяжело дыша, смахиваю слезы. Не замечаю, как Даня уже стоит передо мной. он улыбается и осторожно берет моё лицо в свои ладони.
- Прости меня, Юль, - шепчет он и осторожно касается губами моих. Он целует нежно, прижимая меня к себе за талию. Смущение отступило, и я, закрыв глаза, ответила на поцелуй. Мои руки обвили его шею, он углубил поцелуй, жадно терзая мои губы и слегка покусывая их. Язык скользнул внутрь, проходя по небу, зубам. Движения наших губ и языков становятся жадными и ненасытными. Я тихо стону через поцелуй, а Даниил хищно улыбается, спускаясь ниже. Кончиком языка он прошелся по основанию шеи и тут же слегка прикусил, поцеловав место укуса. Я прикусила нижнюю губу и тихо простонала от боли. Он поставил метку?!
- Повтори, - хрипло просит он, - ещё раз.
- Я люблю тебя, Милохин, - шепчу я и смущенно отвожу взгляд в другую сторону. Парень широко улыбается и снова впивается в мои губы.
- Я тоже люблю тебя, Юлия, - отстраняясь от моих губ, говорит Даниил. Я прижимаюсь лбом к его лбу и смотрю ему в глаза, всё еще обнимая его дрожащими руками за шею.
Вся боль того времени, что мы провели полгода без друг друга, уходит, сменяясь ощущением безумного счастья. Мы оба странно улыбаемся, прижимаясь друг к другу лбами. Мы сходим с ума от общего нашего запаха. Клубника в горьком шоколаде.
- Чай остыл, Данил
- Уже не хочу, Юль.
- Там есть твои любимые конфеты.
- Поставь снова чайник на плиту и желательно побыстрее. У тебя есть пять минут, Гаврилина,а то слопаю все конфеты без тебя и без твоего чая.