V
Утро нового дня пришло, протискиваясь яркой полоской света между тяжелых занавесок. Тея чуть пошевелилась и лениво приоткрыла глаза. Затем она осторожно приподнялась на локтях, восстанавливая события вчерашнего дня. Все, что произошло накануне напоминало сон, но Тея слишком хорошо помнила вкус и запах Эмили, чтобы так решить. Некоторое время Тея молча смотрела на пустующее место в смятой постели, затем решилась, собрала вокруг обнаженного тела одеяло, и прошлась по квартире.
- Эмили? – отчетливо позвала Тея, но никто не отозвался.
Тея остановила свои поиски возле входной двери, с безвольной спущенной цепочкой. Легким движением Тея вернула цепочку на свое законное место и прошла обратно в комнату, в поисках телефона. На нем не оказалась ни одного сообщения, и все что еще как-то напоминало присутствие Эмили этой ночью в ее квартире статус онлайн пол часа назад.
Тея сонно опустилась на диван, стараясь не попасть под утренний луч света. Сколько раз она сама оставляла так девушек, неужели теперь пришел и ее черед? Тея вспомнила как они замученные и взмокшие добрались до комнаты, и скинув лишнюю одежду, забрались под одеяло. Эмили продолжала смущаться, даже после того, что произошло. Пришлось достать ей одну из своих самых длинных футболок, и отворачиваться ожидая пока она ее оденет. А потом не было ничего кроме теплых объятий и почти моментального погружения в сон.
Тея несколько минут крутила в руках телефон, обдумывая, стоит ли звонить. Не выдержав терзаний, она набрала знакомый номер и приложила трубку к уху. Вероятность того, что та вообще ответит, с каждым гудком стремилась к нулю. Но в тот момент, когда Тея готовилась положить трубку, гудки умолкли, и на другой стороне «провода» послышалось мягкое знакомое «Да?».
- Эмили... - начала Тея и осеклась. Что сказать она совершенно не знала.
Тея слышала шаги девушки и шум улицы. Слышала, как та остановилась и отвернулась от неожиданного порыва ветра.
- Ты в порядке?
Эмили молчала. Но она никуда не делась, Тея явственно ощущала ее присутствие и затаившееся дыхание.
- Это неправильно, - наконец проронила Эмили. – Мы были пьяные и...
По спине Теи скользнула стрела, заставившая ее выпрямится:
- Я не нравлюсь тебе?
Эмили молчала, подбирая слова. В итоге созналась:
- Слишком нравишься. И это плохо.
- Почему?
- Потому что это неправильно.
- Нет! Ты не можешь так просто взять и уйти! – Тея вскочила на ноги и активно зажестикулировала, будто Эмили могла сейчас видеть ее. – Нельзя так взять, появиться и куда-то свалить только потому, что что-то кажется тебе не правильным. Ты нужна мне! Слышишь? И я тебе нужна. Слышишь?
Эмили в любой момент могла положить трубку, а затем сменить номер телефона. И вряд ли у Теи был бы шанс потом найти ее, в огромном Нью-Йорке могут затеряться даже известные люди. А девушка, которая в любой момент может решить вернуться в Англию на учебу, тем более. Но к счастью, и огромной удаче, Эмили не бросила трубку. Послышался ее тяжелый вздох, пропитанный непомерной грустью.
- Я не хочу быть одной из них...
Тея осеклась. В голове с каждым новым словом Эмили строился еще один лабиринт, и шансов выбраться из одного огромного становилось все меньше. Хотело обнять, прижать, успокоить.
Тея сползла с дивана на пол. Вместе с ней на полу оказалась и простынь, и одеяло. Плен из собственных обязательств, причин, уловок, связывали по рукам и ногам, сжимая горло. В голове разрасталась пустота, в которой пропали разом все ориентиры.
- Я действительно нужна тебе или это временное отвлечение от забот? – последовал следующий вопрос от Эмили, и ощущалось что она почти плачет.
- Ты мне...
- Не говори сейчас. Подумай. Это серьезно, Тея. Пожалуйста, подумай. И мне надо идти. Поговорим с тобой позже.
Голос Эмилии пропал, вместо него послышались короткие гудки. Тея опустила телефон, с безразличием уставившись на полку со слонами. Солнце через занавески попадало на одного из них, вытягивая его тень почти на четверть стены.
Тея вспомнила свой дом. Свое детство, которое пронеслось как яркая вспышка. С такой же скоростью сгорают в атмосфере осколки случайно залетевших планет.
Как просто было бы ответить, что да, нужна. Что Эмили должна вернуться обратно, в эту постель, а Тея готовить ей завтрак и целовать нежную кожу плеч.
Тея вспомнила свое восемнадцатилетние, которое она отказалась отмечать каким-то особым образом и собрала вокруг себя только самых близких друзей. И этот день прошел так же буднично, как и все другие.
Любовь... Эмили кромсала и меняла в ней все, что казалось таким вечным. Она была не человеком, она была духом, заключенным в тело. Неуловимым, сильным, знающим все наперед. Она была слишком юна, чтобы знать, насколько она прекрасна.
Эти чувства к Ники, больше напоминавшую въевшийся в клетки тела вирус, не стояли и рядом с теми, что вызывала Эмили. Тея вспомнила, тот момент, когда она преисполненная жгучей уверенностью ступала на трап самолета. Впереди ждал город, тогда еще чужой и неизвестный, о котором говорили на каждом углу каждого квартала, про который снимали фильмы. Он обещал залечить все раны и исправить все промахи. Но оказался еще большим вирусом, чем ее любовь, откровенно смеясь над каждой очень быстро обнаружившимися слабостями Теи.
Что представляла собой Тея раньше, и кем она являлась сейчас? Помимо того, что в ее теле поменялись миллионы клеток, в ней самой поменялись миллионы представлений. Она ошибалась так часто, что вся ее жизнь состояла из непрерывной жгучей боли, от которой существовали только временные средства, и от которой не находилось ни одного по-настоящему эффективного лекарства.
Милая Эмили светила и грела. Впервые за многие годы Тея испытывала желание к кому-то прижаться. Не просто использовать как компресс от ран, а самой стать таким компрессом. И может быть, Эмили права, это не правильно. И не потому, что есть Линда или Ники, другие девушки, а потому, что сама Эмили заслуживает что-то лучшее.
По щеке Теи скользнула слеза, оставляя за собой влажный теплый след. Тея притянула к груди колени, и спрятала между ними голову. Ее тело содрогнулось, и она расплакалась не в силах взять себя в руки и вернуть к себе прежние безразличие и холодность. Ее всхлипы ударялись о равнодушные стены, сковывая тишиной и пустотой сжимающееся тело. Никому ненужное, выброшенное крупинкой на безграничные просторы вселенной. Тлеющее, вместо того, чтобы разгореться. Сколько времени память Теи вытесняла все то, что когда-то помогало ей выжить, отгоняя боль. Сколько времени сама Тея делала происходящее вокруг незначительным и неважным. Сколько времени, чтобы сейчас все это вернулось в одну секунду, пытаясь ее разорвать.