Глава 1. На Шаг От Пропасти
– Полина Андреевна, я привел вам новую ученицу! – Под купол крытого манежа вошел Матвей.
Саша Лазутчиков и остальные ребята, обучавшиеся конному спорту, придержали лошадей и повернули головы. Матвей ввел под уздцы вороную лошадь, на которой сидела молодая блондинка в шлеме, вцепившись в поводья и сжавшись от испуга.
– Здравствуй! – кивнула ей Полина, тренер группы. – Присоединяйся. Как тебя зовут?
– Здравствуйте. Я Кира, – ответила новенькая.
– Первый раз на лошади?
– Да, и очень боюсь!
– Не бойся, – Полина взяла лошадь под уздцы. – Я буду держать тебя за руку. Добро пожаловать в группу. Лошади – лучшие друзья человека.
– Для нее они точно и друзья, и семья, – добродушно сказал Матвей. – С ними она забывает даже про родного мужа. Правда, милая?
И он чмокнул Полину в щеку.
Тренировка продолжалась. Кира испуганно визжала, паниковала. Ребята смеялись, а Полина их отчитывала:
– На первых занятиях сами были не лучше!
– Мамочки, мне страшно! Снимите меня! – снова кричала Кира, неловко взмахивая руками.
Наконец она немного освоилась на лошади, перестала пугаться. Тренировка продолжалась, но тут Полина заметила, что муж побледнел и давится кашлем. Велев группе продолжать, она взяла его под руку и вывела из манежа.
Прокашлявшись, Матвей тяжело дышал. Из уха у него потекла кровь, Полина вытирала ее ваткой.
– Пойдем домой, вызовем врача, – беспокоилась она.
– Нет нужды. Доктор сказал, что кровотечения будут периодически случаться. Болезнь пока прогрессирует. Но мы еще поборемся…
Он храбрился, делал вид, что все в порядке. Хотя оба они хорошо знали: недуг, терзающий Матвея, не поддавался лечению и дни его были сочтены.
Между тем, как только Полина вышла, с новенькой вдруг произошли странные перемены. Она, только что боявшаяся сидеть на лошади, вдруг стала выделывать на ней такие трюки, которые сделали бы честь бывалому наезднику. Она поднимала лошадь на дыбы, заставляла ее ходить боком, пускала галопом, брала барьеры. Ребята на своих лошадях сбились у ограды, восхищенно глядя на Киру.
– Фигассе! Круто! – загорелись глаза у Сашки.
***
Ночью Ира проснулась от непонятного желания. Чего-то хотелось, но вот чего?..
Накинув кофту, она прошла на кухню и открыла холодильник. Чего еще ночью может хотеться – поесть, разумеется!
Соки, йогурты, салат… Нет, не то. Взгляд Иры сфокусировался на жареной куриной ножке. Вот этого бы хотелось, даже очень!
Ага, чтоб опять стошнило, подумала Ира. Тем не менее она взяла ножку и понюхала. Запах был восхитительный. Не утерпев, она отщипнула крошечный кусочек и несмело сунула в рот. И ничего не случилось. Тогда Ира рискнула съесть кусочек побольше, а когда и его проглотила без проблем, то жадно впилась зубами в куриную ножку. Ничего вкуснее, пожалуй, она и в жизни не пробовала.Это было лишь началом.
В понедельник одноклассники с трудом узнали Иру. Повзрослевшая, похорошевшая, с умело наложенным макияжем, она вошла в класс походкой королевы. Когда они с Катей, обложившись книгами, сидели в библиотеке, подруга не удержалась от комплимента:
– Тебе это явно пошло на пользу! Выглядишь просто потрясно!
– Все как всегда, – заскромничала Ира.
– Не все! Ну, колись, как прошло?
– Сказочно! Восхитительно, потрясающе, неповторимо! – Ира сияла счастьем.
– Я требую подробностей! – приставала Катя.
Но тут Ирины глаза сузились. За дальним столиком сидел Стас в компании Вики из параллельного класса. Они шептались и хихикали.
Катя проследила за ее взглядом:
– Офигеть, да? Стас подцепил девчонку!
– Я не представляла их вместе, – пробормотала Ира. Вообще-то ее давно достали попытки Стаса за ней ухаживать, но сейчас она ощутила болезненный укол ревности. Нет, даже не ревности – чувства собственности, когда чужой человек зарится на твое имущество.
У Иры резко испортилось настроение. Она была равнодушна к Стасу, но вид этой довольной парочки ее откровенно бесил. Да и вообще, сегодня с утра ее раздражало слишком многое…
На уроке литературы Алла Сергеевна объявила, что завтра старшеклассники будут вести уроки у малышей. Среди избранных ею «заместителей» оказалась и Ира Лазутчикова . Была названа и Лиза, но она почему-то не пришла в этот день в гимназию.
– Тема урока – на ваш выбор, – сказала директриса. – Поговорите с малышами о будущем, о литературе, о спорте, – главное, чтобы было интересно.
– А ты о чем будешь говорить? – спросила Катя.
– Понятия не имею, – фыркнула Ира. – Я вообще не хочу проводить урок!
– Ты что, Ир! Гордиться надо, что тебя выбрали!
– Большая честь, блин! Куча орущей малышни на мою голову!
Катя удивилась. Таких слов – и таких до сих пор незнакомых интонаций – она от Иры еще не слышала.
***
Кира и Полина ехали на лошадях вдоль реки. Кира оказалась замечательной слушательницей, и Полина охотно рассказывала ей о своей жизни, посвященной конному спорту. С юности она была профессиональной спортсменкой, а выйдя в отставку, вместе с мужем открыла эту конюшню. Жизнь без лошадей она себе не мыслила, а ее любимцем был жеребец по имени Ветерок, на котором она сейчас и ехала.
– Вы, наверное, счастливы здесь? – спросила Кира. – Вдвоем, в окружении лошадей…
Полина отвернулась, пытаясь скрыть слезы, выступившие на глаза. Да, они были счастливы, пока болезнь Матвея не перечеркнула это счастье. Отвернувшись, женщина не заметила, как глаза Киры налились дьявольским огнем, и Ветерок, испуганно всхрапнув, рванул вперед, не разбирая дороги.
– Стой, Ветерок! Остановись!
Ветерок не слушал. Он нес по целине и ухабам, пока в конце концов не оступился и не упал. Полина с трудом выбралась из-под коня, сам же Ветерок так и не смог встать. У него была сломана спина.
***
В тот же день Алла Сергеевна, обеспокоенная отсутствием Лизы, решила лично зайти к ней домой. Директриса после всего случившегося боялась новых происшествий в этой семье и втайне мучилась чувством вины.
Дверь ей открыла незнакомая женщина. Это была красивая жгучая брюнетка с демоническим, как подумалось директрисе, взглядом. Незнакомка назвалась тетей Лизы и сказала, что её нет дома.
– Спасибо, что зашли, – вежливо улыбнулась она. – Приятно видеть, что вам не все равно, как живут ваши гимназисты.
– Просто ситуация…
– Ситуация аховая, – с деланым отчаянием всплеснула руками Марго. – Но Лиза – сильная девушка. И она не одна, у нее есть я.
Она провела директрису в гостиную, поставила на стол виски и бокалы со льдом.
– Сама поражаюсь иногда, как она держится! Сначала мать, потом девушка, как ее…
– Арина, – подсказала директриса.
– Да, точно, Арина. Потом моего брата арестовали. А что он сделал?! – снова возмутилась Марго. – Рассчитался за своего ребенка. Тот похотливый козел заслужил смерть!
Алла только пожала плечами.
– Господи! – всплеснула руками Марго. – Он изнасиловал мою племянницу! Вот что бы вы сделали, если бы изнасиловали вашу дочь?
– У меня нет детей, – вздохнула директриса. Марго своими словами попала в цель: дети были болезненной для Аллы темой, хоть она никому об этом и не рассказывала. Потому она быстро перевела разговор: – И я не верю в месть.
– Месть? – возмутилась Марго. – Справедливость!
Она открыла бутылку, стала разливать виски по бокалам.
– Нет, спасибо.
– Может, что-то другое? – Марго кивнула на бар с напитками.
– Я вообще не пью, – быстро замотала головой Алла.
И это была правда. Вот уже семь лет, как директриса не брала в рот ни капельки спиртного и вообще старалась держаться от него подальше. С тех пор, как завязала. Но были в ее жизни времена, когда она крепко прикладывалась к бутылке.
А сейчас ее будоражил запах алкоголя, и сдерживаться было трудно. Марго налила себе полный бокал и со смаком выпила:
– Пусть земля им будет пухом!
Директриса спешно подхватила сумочку:
– Извините, мне пора. Передайте Лизе, что…
– Заходила его учительница по литературе? – усмехнулась «тетушка». – Повезло моей племяннице с учительницей. Умная, красивая, любите детей. Они наверняка тоже вас обожают…
Когда она ушла, Лиза вышла из своей комнаты.
– Что она хотела?
– Не строй из себя идиотку, ты прекрасно все слышала, – ответила «тетушка». – Когда-нибудь мы получим душу этой стервы.
– Зачем? – с тоской вздохнула Лиза.
– Для коллекции, – хищно ответила Марго, наливая себе новый бокал. – Она слабая и будет нашей.
***
Полина в слезах шла по конюшне. Только что она сделала покалеченному Ветерку смертельный укол, и он испустил дух на ее глазах.
– Больше он не будет страдать… Бедный Ветерок! – причитала она. – И как такое могло случиться…
– Это моя вина, – ей навстречу шагнула Кира и участливо погладила по плечу. – Я была рядом и не смогла помочь. Но сейчас я кое-что сделаю для вас. Вы вернете свою лошадь.
Полина в недоумении подняла глаза:
– Он умер, Кира.
– Вы должны выбрать любого другого вместо него. И Ветерок будет жить! – голос Киры под высоким потолком конюшни звучал гулко и странно.
– Если это шутка, то мне совсем не смешно!
– Я не шучу, – серьезно ответила Кира. – Что вам мешает попробовать? Просто назовите любого из них, – она указала на коней. – Этого? Или этого? Или, может, этого?
Полина нисколько не верила в такую чушь, но по мере того, как Кира указывала на лошадей, женщина поневоле задумалась – кем бы она согласилась пожертвовать ради Ветерка? Вон тем старым конем? Да, пожалуй.
Она машинально кивнула, но тут же замотала головой: дескать, что за бред. Но Кира уже приняла ее выбор:
– Итак, этого!
Она вошла в стойло, положила ладонь коню на голову. Конь тревожно заржал, задергался, но почему-то никак не мог отскочить от Киры. Полина с ужасом наблюдала, как глаза Киры полыхнули зеленым светом, а потом стали полностью черными. Конь испуганно попятился, у него подкосились ноги, он упал на пол, из последних сил поднял голову, несколько раз дернулся и затих.
Полина медленно вышла из ступора, вбежала в стойло и убедилась – лошадь мертва.
– Как ты это сделала?! – Она оглянулась и обнаружила, что Кира исчезла. – Кира, Кира, ты где?
Знакомое ржание донеслось снаружи. Этот голос Полина узнала бы из тысячи. Исполнившись смутной надеждой, женщина выбежала на улицу и чуть не упала в обморок. Ветерок, которого она пять минут назад видела мертвым, подбежал к ней, весело цокая копытами. Плача теперь уже от радости, Полина бросилась к нему на шею…
А Кира вышла во двор. Выбрав момент, когда Саша Лазутчиков ехал на своей лошади мимо, она окликнула:
– Эй, парень!
Он оглянулся, придержав лошадь.
– Ты Ирин брат?
– Да.
– А я-то голову ломаю, откуда мне знакомо твое лицо… Я – Кира.
– Ты знаешь мою сестру? – прищурился Сашка.
– Еще как знаю, – заулыбалась демонесса. – Да мы же лучшие подружки! Передавай ей привет от меня.
Сашка кивнул и поехал дальше.
***
После уроков Ира предложила Кате пройтись по магазинам. Вообще-то шопинг не входил в число любимых привычек Иры, но сегодня Катя совершенно не узнавала подругу. Появилось в ней что-то новое, взрослое… чужое. И Катя даже не могла сказать, нравятся ей эти перемены в Ире или нет.
Ира потащила подругу в совсем недешевый магазин одежды. Катя недоумевала – даже если Ира хочет обновить гардероб, то откуда у нее такие деньги?
Поначалу Ира с Катей дурачилась, примеряя так и этак шарфы и шляпы. Робкий молодой продавец с бейджиком «Артем» не решался сделать им замечание. Наконец девушки положили вещи на место, и Катя спросила:
– Ищем что-то конкретное?
– Да, – кивнула подруга. – Сегодня вечером я должна выглядеть сногсшибательно.
Катя стала предлагать то брючки, то свитер, какие обычно носила Ира, но теперь подруга только брезгливо морщилась.
– Скука! Отстой! Совсем уныло! Хочу что-то термоядерное.
После недолгих поисков она выбрала броскую эротичную блузку весьма смелого стиля и элегантную кожанку-косуху.
– Вот то, что нужно!
– Ни фига себе! Ну ты жжешь, Ир!
Переодевшись в примерочной, Ира продемонстрировала свой новый прикид.
– Офигеть! – воскликнула Катя. Теперь ее подруга выглядела сексуально, круто и… хищно. Все это годилось для глянцевых журналов, но никак не вязалось с прежней Ирой, простой и доброй…
– Круто?
– Ира, ты на себя не похожа, – с сомнением сказала Катя.
– А мне нравится! Клево смотрится.
– Посмотрела – и снимай, – Катя показала Ире ценник. – За такие деньги можно остров купить и самолет, чтоб на этот остров летать!
– Блин! – Ира, увидев цену, нахмурилась и сказала капризно: – Не хочу остров, хочу эту куртку!
То, что случилось дальше, Катя без шока не могла вспоминать.
Ира вынула помаду и размалевала зеркало в примерочной. После чего, не переодеваясь обратно в свои вещи, вышла и нагло заявила продавцу-консультанту:
– Артем! А проконсультируйте меня, пожалуйста!
– Чем могу помочь? – услужливо спросил тот.
– Мне идет эта куртка? – Она игриво повернулась.
– Очень идет. Подчеркивает вашу фигуру, и цвет хороший.
– Какой у вас глубокий взгляд на вещи, Артем! – Ира откровенно заигрывала. – Признайтесь, вы специально в примерочной зеркало испачкали? Чтобы девушки смотрелись только в ваши глубокие глаза?
Заглянув в примерочную, Артем смутился:
– Сейчас я все уберу… – Он схватил аэрозоль и тряпку и принялся чистить зеркало.
Ира со смехом посмотрела на него и… бросилась вон из магазина! Запищала рамка, взвыла сирена, продавец с тряпкой выбежал из примерочной.
– Ира, стой, вернись! – Катя погналась за подругой, и они вместе скрылись за углом.
Отбежав довольно далеко, Ира прислонилась к забору, переводя дыхание. Ей было весело.
– Ир, это уже не смешно!
– А по-моему, наоборот! Ладно, пошли, пока этот жалкий придурок не вызвал полицию.
– Этому «жалкому придурку» придется платить за вещи из своего кармана! А еще его уволят! – возмутилась Катя.
– Не мои проблемы, – цинично бросила Ира.
– Да что с тобой происходит?!
– Я в полном порядке. Пойдем.
– Не пойду! – разозлилась Катя.
– Ну и кисни в своем болоте высокой морали и нравственности. А меня ждет отпадный вечер!
И Ира ушла не оглядываясь. Катя растерянно посмотрела ей вслед:
– У некоторых от секса не только дети бывают, но и крышу сносит…
Домой Ира вернулась поздним вечером. Сашка был весьма огорошен, увидев сестру в новом прикиде. Когда он передал ей привет от Киры, Ира заинтересовалась:
– Я знаю, о ком ты. Говоришь, она ходит с тобой в одну секцию?
– Только начала, но у нее уже так круто получается!
– Не сомневаюсь, – хмыкнула Ира. – Пожалуй, придется мне заглянуть в эту вашу конюшню.
Родители тоже весьма удивились, увидев Иру в новом наряде. И глазом не моргнув, девушка соврала им, что купила вещи по дешевке на распродаже.
От ужина она отказалась.
– Твоя любимая вегетарианская лазанья, – добродушно предложил отец.
– Нет аппетита, – бросила Ира. – И мне пора идти, у меня встреча.
– Это просто решается – позвони и отмени, – строго сказала Елена. Она была категорически против, чтоб ее дочь шла куда-то ночью, да еще в таком наряде.
– Ну конечно, разбежалась! – съязвила Ира, помахала ручкой и захлопнула за собой дверь.
***
Горели свечи. Марго возлежала на кровати в пеньюаре, а Феликс пилочкой полировал ей ногти на ноге. Распахнулась дверь, и вошла Кира в костюме для верховой езды.
– Все уже началось, – сообщила она, поигрывая стеком. – Только нужно, чтобы Ира заглотила наживку.
– Возвращайся на конюшню, не заставляй ее ждать, – велела Марго.
– Бедная Ирочка! – притворно сокрушался Феликс. – Даже не догадывается, что это ловушка для нее.
– Ты правда думаешь, что она на такое способна? – спросила Кира.
– Не сомневайся, она совсем потеряла голову, – ответила Марго. – Ей достаточно малейшего толчка.
– И ты ее подтолкнешь, – кивнул Феликс, и Кира, игриво щелкнув зубами у него перед носом, вышла. – Кстати, где Ян?
Марго тоже беспокоил этот вопрос. Ян… Теплое, щемящее чувство охватывало Марго всякий раз при воспоминании о нем. Это, пожалуй, было единственным лучиком света в темном царстве ее души. Но, не желая привлекать к нему внимание демонов, она ответила равнодушно:
– Не знаю. Видимо, он уже в курсе, что проиграл и ловить ему тут нечего.
***
Когда Лиза пришла в кафе, Ира сидела у барной стойки и курила, выдыхая дым в потолок.
– Что ты делаешь?!
– Жду тебя. – Таких вульгарных ноток Лиза прежде от Иры не слышала.
– Ты же не куришь…
– Теперь курю, – и она выпустила струю дыма прямо ей в лицо. – И между прочим, мне нравится.
Оторопевшая Лиза протянула ей коктейль, но Ира предпочла бутылку пива.
– Потанцуем, – развязно предложила она, прижимаясь сзади и покусывая ее за шею.
– Мне здесь не нравится, – пробормотала она, садясь за столик.
– Тогда отведи меня в другое место. – Ира плюхнулась ей на колени и протянула губы, словно для поцелуя. Но когда Лиза попыталась ее поцеловать, она принялась дурачиться и кусаться, не забывая между тем затягиваться сигаретой.
– Поехали к тебе, – шепнула девушка.
Лиза не выдержала, отстранила Иру, поднялась.
– Ир, с тобой что-то не так.
– Наоборот, все зашибись! – захохотала она, вешаясь ей на шею и сильнее прижимаясь. – Ты открыла для меня блаженство, настоящий кайф! Я теперь все время думаю об этом, я хочу еще. Снова и снова!
– Ир, послушай меня, ты не в порядке, – пыталась увещевать Лиза, но она не слушала:
– Или потанцуй со мной, или поцелуй, или отвези к себе!
Лизе хотелось плакать. Вот во что превратилась прежняя добрая и чистая Ира! А виновата была она, так что не ей теперь упрекать ее в непристойном поведении. И она сдалась – принялась целовать Иру, хотя радости ей это не приносило.
***
Ночью Полина проснулась от шума. Села, протерла глаза. Точно – по манежу цокали копыта. Неужели кто-то открыл конюшню?
Кутаясь в куртку, женщина вышла на манеж.
– Кира? Ты в курсе, который час?
Кира на своем вороном подскакала к ограде и резко осадила коня.
– Прошу прощения, не хотела никого беспокоить. Просто мне очень захотелось покататься, вот я и взяла коня. Я теперь одержима скачками! Кстати, как Ветерок?
– Хорошо.
– Ну и замечательно! – Кира вновь пустилась вскачь.
Поколебавшись, Полина решилась спросить:
– Как ты это сделала?
– Разве об этом вы хотели меня спросить? – Кира подъехала поближе и посмотрела в глаза Полине. – Вы хотите знать, могу ли я спасти кого-то, кроме лошади. Например, Матвея.
– Откуда ты знаешь, что он болен?!
– Я знаю все, – вкрадчиво ответила Кира. – Лечение не помогает. Времени осталось мало.
– Ты можешь помочь? – с надеждой спросила Полина.
– Вы уже видели, как это работает. Нужен обмен. Равноценный.
– На другую жизнь?
– Просто назовите мне имя. Кто умрет вместо него?
Полина задумалась, потом мотнула головой:
– Нет… я не могу.
– Ветерку повезло больше, чем Матвею. Конь дороже мужа? Решайтесь!
– Кто ты? Ты… смерть?
– Нет, что вы, я только учусь, – засмеялась Кира и поскакала галопом.
Полина стояла в шоке и растерянности.
***
Ира вернулась домой под утро. От нее несло пивом и табачным дымом. Семья как раз садилась завтракать.
– Это был последний раз, когда ты вот так ушла из дома, ясно? – строго сказала мама.
– Ага, – Ира не слишком прислушивалась к ее нотациям.
– И неплохо бы обзавестись часами, чтоб не возвращаться домой под утро!
– Может, хватит меня пилить? – Ира уселась за стол.
– Не говори с мамой в таком тоне! – Вадим поставил на стол горячую сковородку.
– В каком таком? – отмахнулась она. – И напишите мне записку для школы, а то не хочется сегодня идти.
– Пойдешь как миленькая! – повысила голос Елена. – А из школы прямо домой, и никаких гулянок в ближайшее время!
– Это почему?
– Потому, что я так сказала.
Ира подцепила вилкой кусочек бекона со сковородки.
– Ты же вроде не ешь мяса?
– А теперь ем.
– В общем, так, – вынес вердикт отец. – Катя может приходить в любое время. Если хочешь видеть Лизу, пусть тоже приезжает сюда…
– Зашибись! – фыркнула Ира . – Классно ты придумал!
Она встала и пошла к выходу. В дверях обернулась и процедила:
– Я уйду, когда захочу, и приду, когда захочу.
– Ирина, разговор не окончен!
Но Ира так и не вернулась. Она поплелась в свою комнату и стала собирать учебники. В гимназию идти ужасно не хотелось, хотелось спать. И вдруг за спиной раздался знакомый звук. Упала Книга, и золотое сияние прошло по знаку на обложке. Ира взяла ее, скривилась досадливо. Ну и зачем ей это нужно? Помогать всяким придуркам, которые и спасибо никогда не скажут, а чаще посылают по известному адресу, как вот Тимур три дня назад. Тратить на это время, нервы, рисковать жизнью? Хватит с нее гимназии, на которую и без того потрачено немало времени и нервов! И Ира решительно засунула Книгу на дальнюю полку среди старых учебников.
В этот день им предстояло вести урок у первоклашек. Ире досталось учить подрастающее поколение уму-разуму в паре с Гошей. Детишки смотрели на старших ребят с интересом.
– Давайте поговорим о ваших мечтах, – жизнерадостно предложил Гоша. – О чем вы мечтаете?
Дети стали выкрикивать наперебой:
– Я хочу стать футболистом и победить в чемпионате мира!
– А я буду доктором и придумаю лекарство от всех-всех болезней.
– А я хочу быть президентом!
– А я – пожарным!..
Иру все это злило. Ее вообще слишком многое стало злить за последние сутки… Но потом она решила немного позабавиться. Заметив среди ребят полноватую девочку, Ира подошла к ней и спросила:
– А кем ты хочешь стать?
– Балериной, – стыдливо опустила глаза девчушка.
– И где ты видела таких жирных балерин? – прыснула Ира.
Глаза маленькой толстушки налились слезами, и она с ревом выбежала из класса. Дети смотрели на Иру с удивлением, Гоша сделал ей страшные глаза, но она не обратила внимания, обратившись к другому ребенку:
– А ты что себе нафантазировал?
– Я буду банкиром, а когда выйду на пенсию, поеду в кругосветное плавание, как мой дедушка.
– Ну, это вряд ли. До пенсии вас доживет человек десять, и точно не банкиры – это нервная профессия.
– Что ты делаешь?! – прошипел Гоша. – Это же дети!
– И что? Дети шуток не понимают?
– Хороши шутки!
– Не нравится – нянчись с малышней сам! – с этими словами Ира покинула класс.
Когда она, уже в куртке и с сумкой, шла к выходу, ей навстречу вышла директриса. Она вела за руку зареванную девочку.
– Ирина! – строго окликнула Алла Сергеевна. – Это правда, что ты обозвала Людочку?
– Жирной? – язвительно усмехнулась Ира. – Так я пошутила. Разве она жирная? Она просто очень-очень толстая.
Малышка снова заплакала. Директриса вытерла ей слезы и отправила в класс и сказала Ире:
– И не стыдно? Я тебе доверила такую ответственность…
– Вы доверили – ваши проблемы, – буркнула Ира и повернулась, чтобы уйти.
– Лазутчикова ! С уроков тебя никто не отпускал. Не можешь работать с малышами – иди на урок. У вас, если не ошибаюсь, сейчас алгебра.
– Ага, – бросила Ира через плечо и снова зашагала к выходу.
– Марш на урок! – рявкнула директриса.
– Не собираюсь! – отрезала Ира.
– Что?!
– У вас что-то со слухом?
– Лазутчикова! – Алла попыталась взять себя в руки. – Ты играешь с огнем!
– И что мне за это будет? – презрительно бросила Ира. – Исключите? Сделайте одолжение. Хотя, знаете, я сама уйду.
– Ирина, ты понимаешь, о чем говоришь?
– Прекрасно понимаю. Засуньте ваше обязательное среднее образование себе сами знаете куда.
И, закончив на этой высокой ноте, Ира вышла на улицу.
***
В тот день Матвей не смог самостоятельно сесть на лошадь. Лютый кашель мучил его, ноги подкашивались, он так и не сумел подняться в седло и хлопнулся на него животом.
– Не мучай себя и лошадь, – уговаривала Полина, сдерживая слезы. – Завтра прокатишься.
– Наверно, я не смогу больше ездить. – Матвей отвел глаза. – Я знал, что этот момент настанет, но не думал, что так скоро. – Но, увидев слезы на глазах жены, он поспешил ее успокоить: – Нет, прости меня! Я уверен, что мне завтра станет лучше.
– Обязательно! – улыбнулась Полина в ответ, нисколько в это не веря.
– Даже не сомневайся, – Матвей поцеловал ее в лоб и отвернулся, сдерживая кашель.
Вскоре на конюшню явилась Ира. Познакомившись с Полиной, она выяснила, что Кира занимается в той же группе, что и Саша, а значит, явится сюда к трем часам. Решив подождать, Ира медленно брела по конюшне мимо денников, где стояли лошади. Но что это? Лошади фыркали и шарахались от нее, словно от дикого зверя. Ради интереса она нарочно подходила к ним поближе – лошади пугались и тревожно ржали. И Ире нравилось, что ее боятся. Посмеиваясь, она шла к выходу, как вдруг почувствовала чье-то присутствие. Оглянулась – за спиной стояла Арина – полупрозрачная, невесомая, в длинном белом одеянии.
Но теперь Ира не испугалась призрака. Еще чего не хватало!
– Что ты таскаешься за мной? Что тебе надо? – спросила она грубо.
– Лиза… – словно легкий вздох, долетело до нее.
– Лиза теперь моя, ясно? А тебя нет, ты умерла!
Схватив для убедительности щетку, которой чистили коней, она швырнула ее в неугомонный призрак. Но Арины рядом уже не было.
И тут Ира услышала впереди истошное ржание лошади и удары хлыста. Выйдя на манеж, она увидела, как грубый мужик с красным лицом пытается усмирить норовистого жеребца. Он яростно избивал его хлыстом, рвал удилами рот. Несчастный жеребец пытался вырваться, что еще больше злило мужика.
– Только дернись мне еще, тварь! Стой, упрямая скотина!
– Вы с хлыстом не стесняйтесь, – посоветовала Ира. – Пусть знает, кто тут царь природы.
– Вы что делаете?! – на манеж выбежала Полина. – Отпустите его!
– Я его воспитаю! – последовали новые удары хлыстом.
– Уберите хлыст! – Полина попыталась перехватить руку садиста, но он отшвырнул ее:
– Что хочу, то и делаю! Я плачу деньги!
По его зверской физиономии было видно, что платил деньги он скорее за возможность поработать хлыстом, чем за верховую езду. Полина это поняла и бросилась на него с кулаками:
– Вон отсюда!
Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не вмешался Матвей и не оттащил жену. Разозленный мужик ушел, а Матвей увел несчастную лошадь.
Разгневанная Полина вернулась на конюшню.
– Мне кажется, он вполне заслужил честь заменить вашего мужа.
На пути у Полины стояла Кира. Женщина молчала, раздумывая. Таких подонков она бы душила голыми руками, но…
– Какие могут быть сомнения? – удивилась Кира. – Если смерть этого ублюдка продлит жизнь Матвею…
И тогда Полина медленно кивнула.
Все случилось быстро. Не успел злобный мужик далеко отойти, как к нему подошла очаровательная блондинка и с милой улыбкой попросила подаяния, то бишь предложила пожертвовать денег на благотворительность. Мужику на благотворительность было глубоко плевать, но предстать скупердяем в глазах такой красотки не хотелось, и он расстался с парой купюр. Взамен она приколола ему фирменный значок благотворительной организации прямо напротив сердца.
– Хорошего дня! – пожелала напоследок Кира, любуясь переплетенными змеями на значке.
Мужчина пошел дальше. Вопреки пожеланиям красавицы, этот день явно не был для него хорошим. Не прошел он и пары десятков метров, как ему вдруг перестало хватать воздуха, ноги подкосились, и он упал на асфальт. Прохожие вызвали «Скорую», но приехавшим врачам осталось только констатировать смерть.
В тот же день Матвей почувствовал себя великолепно.
Так и не встретив на конюшне Киру, Ира отправилась к Лизе . Домой она заходить не стала, да и звонить не сочла нужным. Мама то и дело ей названивала, но Ира не брала трубку. Пусть помучается, думала она. Впредь будет знать, как указывать.
Они с Лизой упоенно целовались, когда мобильник ожил снова. Ира и не подумала на него отвлекаться, но Лиза , с трудом отстранив ее, посмотрела:
– Это твоя мама.
– Вот дерьмо! – ругнулась Ира и выключила мобильник. – Целый день трезвонит.
– Она нервничает, – мягко сказала Лиза , глядя на ночь за окном. – Могла бы и ответить.
– Пусть катится к черту со своими звонками и нервами! – зло фыркнула Ира. – Достала!
Она вновь принялась целовать Лизу и она не могла не ответить на ее поцелуи. Она целовала, облизывала ее лицо и вдруг больно укусила ее за губу.
– Что ты делаешь?! – Она тронула пострадавшую губу, и на пальце осталась кровь.
– Не знаю, но не могу удержаться. – Ира с наслаждением слизнула эту кровь. – Пошли в твою комнату. Сегодня я ночую у тебя.
Но Лиза отстранилась, раздраженно облизывая поврежденную губу.
– Разве ты не умираешь от желания? – возбужденно шептала Ира, пытаясь расстегнуть молнию на ее брюках и одновременно целуя в шею. – Я только об этом и думаю. Давай займемся любовью прямо сейчас!
– Нет, – она решительно отстранила ее. – Будет лучше, если ты пойдешь домой.
Ира грязно выругалась и ушла, громко хлопнув дверью.
Дома ее приходу обрадовались – бедная Елена весь день сходила с ума. Но попытки читать нотации и взять ситуацию под контроль закончились плачевно. Ира объявила о своем уходе из гимназии и предупредила, что в случае чего покинет и родной дом.
– Теперь я понимаю, почему ушел Рома! Ему просто надоело исполнять ваши дурацкие прихоти. И я сделаю то же самое! – Она обвела взглядом шокированных родителей и добавила: – Считайте, я предупредила.
Ночью Ира слышала из спальни плач мамы и довольно ухмылялась.
***
Марго с Агнессой играли в шахматы, а Лиза, понурившись, сидела на диване.
– Она стала странной, совсем не похожей на себя, – с грустью говорила она.
– Она стала намного лучше, – ответила Марго. – Ты отлично справилась, можешь гордиться.
– А что с ней будет дальше?
– Ничего. Теперь она одна из нас, падший ангел.
– Почти, – вмешалась Агнесса, сбив с доски фигурку Марго и внимательно глядя на Лизу. – Осталась одна мелочь.
– Какая?
– Она должна совершить что-то непоправимое. Поступок, достойный исчадия ада, – ответила Марго.
– А если она этого не сделает?
– Сделает, – уверенно ответила Агнесса. – Никуда не денется.
– Расслабься, – посоветовала Марго. – Ты получила свой приз. Теперь Ира будет с тобой до конца твоих дней.
Лиза еще больше понурилась. Такое «счастье» ее совсем не радовало.
– Шах и мат! – объявила Агнесса.
– Ты опять сжульничала!
– Нет. Это ты опять облажалась.
***
Прошло три дня. И для Ириных родителей эти дни были адом. Любимая дочь превратилась в какого-то монстра, делала все наперекор и не желала никого слушать. Попытки поговорить с ней приводили только к новым скандалам. Лиза тоже была близка к депрессии. Она не могла видеть, во что превратилась Ира по ее вине. Девушка и хотела бы вообще расстаться, чтобы не видеть ее такой, но, увы, она липла к ней как… Она предпочитала не приводить подходящих сравнений.
Не находила себе места и Марго, но уже по другой причине. После той роковой ночи Ян исчез, словно в воду канул. О нем не было ни слуху ни духу, и только теперь демонесса поняла, что не может без него жить. Все эти годы – нет, века! – она раз за разом строила ему козни, сражалась с ним, говорила обидные вещи. Но все это время в глубине ее темной души лучиком света жила надежда, что когда-нибудь он снова будет любить ее. Она рада была видеть его хотя бы противником, но видеть. А теперь он исчез. То и дело смотрела Марго на картину в своей спальне и шептала печально:
– Чего ты ждешь, Ян? Где ты?..
Тревога ее росла с каждым днем.
Зато Полина не могла нарадоваться. Матвею с каждым днем становилось лучше, и однажды она увидела, как он едет на лошади по двору, жизнерадостно распевая гусарскую песню.
Но радость Полины была недолгой. На третий день в утренней газете она увидела фотографию человека, жизнь которого согласилась обменять на жизнь Матвея. И была эта фотография в траурной рамке, с некрологом внизу. А датой смерти оказался тот же день, когда она заключила сделку с Кирой…
Газета выпала из рук Полины. Кира! Неужели она действительно…
Киру она увидела, едва вошла в конюшню. Поигрывая стеком, блондинка шла ей навстречу с победоносной улыбкой.
– Что ты сделала с тем человеком?! – вскричала Полина.
– Что и обещала.
– Он умер, Кира!
– Серьезно? Бедняга! Он был таким душкой, так любил лошадей, – ерничала Кира, но вдруг сменила тон: – Чему вы так удивлены? Мы заключили сделку.
– Ты вынудила меня это сделать! – убежденно заявила Полина. Ей совсем не нравилось это чувство вины, и она, если хотела, всегда находила себе оправдание.
– Не обманывайте себя. Вы сами выбрали человека, который должен был умереть. Кстати, как ваш муж? Ему лучше, не так ли?
Полина отвела глаза.
– Конечно, лучше, – констатировала Кира. – И не перекладывайте на меня свою вину – смерть того бедняги исключительно на вашей совести.
– Нет-нет, я не виновата… Отмени это! Нужно все отменить! Я не хочу в этом участвовать!
В душе Полина понимала, что Кира права, но мысль о том, что теперь она, Полина, – убийца, была невыносимой. Переложить вину на Киру было гораздо проще…
Кира издевательски провела кончиком стека по волосам Полины.
– Ну же! Не позволяйте глупому раскаянью загубить такое хорошее дело.
Тут уж Полина не выдержала:
– Убирайся отсюда! Не хочу тебя больше видеть здесь никогда!
– Это мы еще посмотрим!
– Пошла вон!
И Кира ушла, гаденько ухмыляясь.
Ира прихорашивалась перед зеркалом, когда ее снова посетило видение. Перед глазами мелькнул тот мужик, что избивал лошадь… Он же на улице с Кирой… Кира прицепила ему какой-то значок… Скачущие лошади…
Ира недовольно выдохнула. Опять какого-то придурка спасать надо, а она крайняя. Да пошли они! У нее сегодня по расписанию веселье, а придурки пусть спасают себя сами.
Но новое видение, на сей раз более яркое, предстало перед Ирой. Полина и Сашкина группа на лошадях… Сам Сашка крупным планом… И раскрытая Книга.
Ира вздрогнула, с трудом переводя дыхание. Книга лежала на кровати, и знак на обложке переливался золотым сиянием. В первый момент у Иры возникло желание броситься к ней, раскрыть, искать подсказки… Какое-то время она боролась с собой, но в конце концов махнула рукой и сказала зеркалу:
– Плевать мне, ясно?!
***
– Матвей! Матвей!!! – исступленно орала Полина. Час назад она беседовала с мужем, бодрым и жизнерадостным, а сейчас он, смертельно бледный, лежал без сознания в конюшне, и под его головой натекла лужица крови.
– Все тесты показывают, что болезнь прогрессирует вдвое сильнее, – сказал врач, когда Матвея отвезли в больницу и он, все еще без сознания, лежал в палате, облепленный проводками и датчиками.
– Но ведь он чувствовал себя совсем хорошо! – рыдала Полина.
– Такое иногда бывает – улучшение перед кризисом.
– Он не должен умереть! Я не вынесу этого!
– Мы сделаем все возможное…
Не видя перед собой белого света от слез, Полина вошла в конюшню.
– Кира! Кира, где ты?
Она шла между денниками, глядя по сторонам:
– Кира!
Что-то дотронулось до ее плеча. Полина рывком развернулась и отпрянула: Кира со стеком стояла за спиной.
– А кто тут кричал: «Пошла во-он, не хочу тебя больше ви-идеть!»? – принялась она кривляться.
– Матвей очень болен…
– А как же иначе? Сделка расторгнута, вы сами этого хотели.
– Ты должна спасти его. Пожалуйста, умоляю! – сложила руки Полина.
– Я? Нет. Теперь это не моя забота.
Полина в исступлении схватила Киру за плечо:
– Мне все равно, кто умрет! Забери любую жизнь, кого хочешь!
– Так-то лучше, – довольно улыбнулась Кира. – Но теперь будет сложнее. Нужен кто-то юный, с крепким здоровьем.
– Согласна! Я все сделаю!
– Конечно, все, – кивнула Кира. – И даже больше. Теперь вам придется не только выбрать, но и убить. Своими руками. Мне нужны доказательства, что вы, – тут она приблизилась вплотную, – готовы спасти своего мужа.
Полина в ужасе замотала головой, бросилась вон из конюшни. Кира проводила ее хищной ухмылкой. Эта пташка слишком прочно увязла в ее сетях и никуда теперь не денется.
***
Холодные морские волны разбивались о пустынный каменистый берег, а чуть поодаль возвышались древние руины. Ян сидел на камне, задумчиво глядя перед собой.
– Я знал, что найду тебя здесь, – раздалось рядом.
Ян поднял голову – перед ним стоял Михаил, набросив на голову капюшон своего длинного белого одеяния.
– Ты потерял Иру, Ян.
– Нет, – уверенно покачал он головой. – Пока еще не потерял.
– Мы уже ничего не можем сделать.
Ян промолчал.
– Мне не следовало посылать тебя одного… Я присяду?
– Пожалуйста, – кивнул Ян. Михаил остался стоять на месте, но в тот же миг его бесплотный двойник появился за плечом Яна.
– Она была обречена, когда убила своих родителей, – сказал этот двойник из-за плеча.
– Ее заманили в ловушку, – возразил Ян.
– Она позволила себя заманить.
– Ты ошибся в ней, Ян, – сказал Михаил, стоявший перед ним. – В который раз ты выбрал не ту девушку.
– Ты не можешь вернуться к ней, – добавил из-за плеча двойник.
– Могу и вернусь! – ответил Ян.
– И обжегся бы снова? – спросил голос из-за плеча.
– Пусть.
– Отступись. Ты не обязан больше страдать.
– Нет! Я готов на все… ради Иры.
– Ты уверен?
– Уверен. Никакая жертва не покажется мне слишком большой, – ответил Ян твердо.
– Даже… твоя смерть? – спросил Михаил, стоявший перед ним.
– Даже смерть.
– Хорошо. Как тебе будет угодно, – улыбнулся двойник, а сам Михаил покровительственно обнял Яна за плечи.
Ира вскочила, отбросила Книгу, заметалась по квартире – Сашки нигде не было, только Вадим рисовал за столом.
– Пап, где Сашка?
– Зачем тебе?
– Где он?! – заорала Ира.
– На конюшне, у него урок.
Не говоря больше ни слова, девушка бросилась к входной двери.
– Ира, что случилось, ты куда?
Дверь за Ирой захлопнулась.
Когда Ира примчалась на конюшню, Сашу, пристегнутого к носилкам, грузили в машину «Скорой помощи». Медсестра придерживала его голову, один из конюхов держал рядом капельницу.
– Саша! – Ира с ужасом поняла, что опоздала.
Она бросилась к носилкам, успела увидеть окровавленное лицо брата, но сотрудник конюшни вместе с медсестрой отстранили ее.
– Это мой брат! – закричала девушка. – Он в порядке?
Сашу погрузили в машину, и пожилая врач сказала Ире:
– Ты можешь поехать с нами.
Но тут Ира увидела Киру, стоявшую у входа в конюшню. Кира поигрывала стеком и улыбалась. Глаза их встретились.
– Давай скорее, – врач буквально силком затянула девушку в машину. Взревел мотор, и «Скорая» с включенной сиреной помчалась по трассе.
***
Вадим и Елена плакали, сидя у постели Саши. Мальчик находился в коме, и шансов, по словам врачей, у него было немного.
Ира, уже успевшая переодеться в свою обычную одежду, стояла у стены и ругала себя последними словами:
– Я должна была это предвидеть! Я должна была пойти туда раньше!
В палату несмело заглянула Полина с извинениями, но Елена закричала низким от гнева голосом:
– Убирайтесь вон отсюда!
Полина в смятении вышла, и тут же столкнулась с врачом.
– Вот вы где, а я искал вас. Ваш муж пришел в себя!
Тут Полина сразу же забыла и про Сашку, и про его родителей. Вбежав в палату к Матвею, она увидела его сидящим на кровати. Матвей жизнерадостно улыбался.
– Все показатели восстановились, опасности больше нет, – говорил врач. – Конечно, мы будем вас наблюдать…
– Что вы хотите сказать? – Полина не верила своим ушам.
– Что не вижу смысла держать его в стационаре. Сегодня ночью, – врач подмигнул Матвею, – вы будете спать дома.
– Спасибо, доктор!
Супруги вернулись домой. Матвей со счастливой улыбкой оглядывал дом, двор, конюшни – ведь он больше не ожидал их увидеть. Полина не могла нарадоваться: пусть и страшной ценой, но Матвей жив и теперь они вместе будут жить еще долго-долго…
– Не обманывай себя, милая, – сказал ей Матвей. – Это лишь короткая передышка. И мы должны понимать это.
– Чудеса случаются! – возразила Полина.
– Настоящее чудо – прожить еще один день рядом с тобой. Это щедрый подарок, и я хочу использовать каждое мгновение, которое у нас осталось. Вряд ли их будет много, – Матвей вздохнул.
– Не говори так! Ты будешь жить!
– Просто оставайся собой. – Он взял ее за плечи, привлек к себе. – Я люблю тебя. Мы были счастливы, правда? И никто не сможет отнять это у нас.
***
Марго была в ярости. Она наконец-то нашла Яна – и где? Зачем этот безумец так с собой поступил?! Зачем ему это нужно?
Не разбирая дороги, бежала она к нему и остановилась в нескольких шагах от креста.
– И что? Это конец, Ян?! Грандиозный финал, достойный тебя!
– Это… только начало, – он с трудом шевельнул запекшимися губами.
– У тебя пересохли губы, – забеспокоилась Марго. – Я принесу воды.
Ян молча качнул головой. В порыве чувств – добрых чувств! – Марго попыталась поцеловать его, но Ян отвернулся, насколько это удалось.
– Ты не примешь мою помощь даже в такой момент? – в глазах Марго стояли слезы. – Зачем это, Ян? Зачем столько боли?
– Ты никогда этого не поймешь.
– Ты умираешь, Ян! – в отчаянии выкрикнула Марго. – И никому до этого нет дела, кроме меня. Я могла бы тебе дать то, что ты заслуживаешь!
– Это то, что я заслужил.
– Нет! – крик Марго эхом разнесся по карьеру. – Не говори так, – прошептала она с болью. – Помнишь, ты когда-то любил меня. Отступись, и мы сможем быть вместе навсегда.
– Мы… никогда не будем вместе, Марго, – Ян чуть приподнял голову.
– Одно слово, Ян, – взмолилась демонесса. – Всего одно слово, и я освобожу тебя от мучений. Одно слово!
Ян не отвечал. «Это все ради Иры, – со злобой подумала Марго. – Таким образом он пытается спасти душу этой глупой девчонки, которая так охотно отдалась силам тьмы! Она сама, Марго, когда-то сопротивлялась гораздо упорнее… А теперь кому он нужен? Своей ненаглядной Ире, которая сейчас развлекается в баре с Лизой ?!»
– Для меня ты никогда не делал ничего такого! – с обидой сказала она.
– Я ничего не мог для тебя сделать, – ровно ответил Ян. – Это была твоя судьба.
Обида и злость охватили демонессу, и это было для нее гораздо привычнее, чем недавние добрые побуждения, столь пренебрежительно отвергнутые.
– Да Ира такая же! – в гневе закричала Марго. – Пока ты будешь гнить на этом кресте, она станет моей!
Этих обидных слов ей показалось мало, и в ее руке моментально возникло копье. Осатанев от ярости, Марго метнула его в Яна. Он вскрикнул. Копье пробило ему бок и с шипением сгорело, оставив в теле обугленную дыру…
Марго пошла прочь, утирая слезы.
***
День клонился к вечеру, когда Ира вернулась домой. Несколько часов она просидела у постели брата, но он даже не шелохнулся. Теперь папа сменил ее, отправил домой отдохнуть. Врачи не обещали ничего хорошего. Все, что оставалось Ире, – найти эту Киру и рассчитаться с ней. И она это сделает обязательно!
В гостиной что-то стукнуло. Родители были в больнице, а значит…
Ира решительно шагнула туда, обвела глазами пространство – нигде никого не было. Повинуясь какому-то новому инстинкту, Ира втянула воздух, принюхалась… Кухня, что-то на кухне!
– Привет, Ириша, как твой брат? – посреди кухни стояла Кира и улыбалась.
– Я убью тебя своими руками! – прошипела Ира.
– Меня? – удивилась Кира, обходя вокруг девушки. – За что? Я не трогала Сашу, это все Полина Андреевна, его тренер по верховой езде. Я всего лишь предложила обменять жизнь Сашеньки на жизнь ее умирающего мужа. И она с удовольствием согласилась.
– Врешь! – Ира бросилась к Кире, схватила за горло и в ярости подняла демонессу над полом, держа за шею. Но Кира только жмурила глаза от наслаждения, улыбаясь счастливой улыбкой. Разъяренная Ира попыталась ее ударить по лицу. Кира легко блокировала удар, одним махом освободилась и повалила Иру на пол.
– Она испортила упряжь и подстроила несчастный случай, – пояснила Кира лежащей на полу Ире. – Ты хочешь спасти жизнь брата? Ты знаешь, что делать. Отомсти!
Ира попыталась вскочить, но Кира заломила ей руку за спину и снова повалила на пол.
– Хочешь спасти жизнь брата? Тогда убей ее мужа, и Саша будет жить. Все просто – жизнь за жизнь! – Кира наклонилась к Ириному уху и шепнула вкрадчиво: – Перестань сопротивляться, Ирочка. Ты даже не знаешь, какой это кайф – творить зло! Скоро мы с тобой станем неразлучны. Сделай это! Ты не пожалеешь!
Она отпустила Иру, и та, морщась от боли, перевернулась на спину. Киры больше не было. Ира медленно поднялась, и в глазах ее полыхнула чернота.
Нож лежал на прежнем месте. Это был хороший нож – длинный, острый, надежный. А главное – проверенный.
…Ян с трудом поднял голову. Хуже боли физической его терзала мысль об Ире. Что с ней будет? Крошечный шаг отделял ее от окончательного падения. Сможет ли она удержаться, выстоит ли?
Но теперь Ян чувствовал, как происходит что-то злое и неизбежное. Через расстояние, через кровавую пелену в глазах увидел он, как Ирина рука взяла нож, как подернулись чернотой ее глаза…
– Не надо!!!
Гулкое эхо разнеслось по карьеру.
Стемнело. Марго сидела в кресле у камина, смотрела на огонь, потягивала вино. Взгляд ее был мрачным, она думала о чем-то своем. Лиза стояла у нее за спиной и тоже напряженно думала.
– Ирин брат умрет, да? – спросил он наконец.
– Нет, – задумчиво ответила Марго. – Если твоя Ира не сваляет дурака, мальчишка поправится, и все будет прекрасно. Она уже взяла нож, наметила жертву. Осталось потерпеть еще пару часов, и она станет окончательно одной из нас.
– Ты так в этом уверена?
– Девчонка убьет человека, – усмехнулась Марго. – Причем не из высших побуждений, а ради мести и собственной выгоды.
– А если нет? – в голосе Лизы было напряжение.
– Тогда ей придется дорого заплатить за это.
– Жизнью Саши? – осведомилась Лиза .
Марго кивнула.
– Сейчас от нее одной зависит, кто будет жить, а кто умрет. Она не устоит перед искушением поиграть в вершителя судеб…
Марго говорила еще что-то, но дальше Лиза не слушала, занятая своими мыслями. Она молча кивнула – не Марго, а скорее сама себе – и взяла куртку.
– Куда ты? – спохватилась она.
– Домой, – спокойно ответила Лиза. – Когда все закончится, Ира придет ко мне. И я ее буду ждать.
Исполненная решимости, Ира быстро шла по двору конюшни, направляясь к коттеджу, где жили Полина с Матвеем. Испуганно ржали в темноте лошади, холодный ветер гнул деревья.
Ира подошла к крыльцу, крепко держа в руке нож. Ее уже не пугало предстоящее убийство, не пугали и последствия. Мысль была только одна – Сашка должен жить.
А с Кирой она еще когда-нибудь разберется…
Ира поднялась по ступенькам, собралась уже звонить, но тут дверь открылась сама. На крыльцо вышла Полина и, не обращая на Иру внимания, села на корточки, прислонившись к стене. Она выглядела настолько убитой горем, что Ира растерялась.
– Что… случилось? – выдавила она.
– Матвей, – зарыдала Полина. – Он как будто знал, что его время пришло… Сказал, что хочет прилечь… отдохнуть… А когда я пришла, он уже не дышал.
Нож выпал из руки Иры.
– Мне жаль, – пробормотала она и на негнущихся ногах поплелась прочь.
Никем не видимая, Лиза стояла в тени дома и смотрела Ире вслед. Она не стала убийцей. Она об этом позаботилась. Ни Ира, ни Полина никогда не узнают, что Матвей умер не своей смертью. Может быть, даже эксперт при вскрытии не поймет, что не болезнь, а безжалостная рука убийцы оборвала эту жизнь. Рука Лизы.
А Ире было плохо. Что она хотела сотворить?! Проклятая Кира едва опять не спровоцировала ее на убийство, теперь Ира это понимала. Ей было жаль брата, Матвея, Полину, родителей… Что-то непонятное творилось в ее душе, Ира чувствовала, как что-то мерзкое и злое сидит в ней, и вся ее натура, и тело, и душа не принимают, отторгают эту инородную дрянь.
Ира едва успела выбежать с конного двора и дойти до ближайших кустов, как ее вывернуло наизнанку. Но не сегодняшний завтрак, а мерзкая черная слизь хлынула изо рта перепуганной Иры, быстро образовав на земле большую зловонную лужу.
Измученная, почти обессиленная, Ира пришла домой.
– Сашка очнулся! – с порога обрадовала ее мама. Елена была в куртке, собираясь в больницу. Ира радостно бросилась ей на шею.
– Поехали со мной, – предложила мама.
– Я не могу, не сейчас, я буду чуть позже, – Ира чувствовала себя разбитой, но счастливой, словно с ее сердца рухнула огромная тяжесть.
– Хорошо, – кивнула Елена. – Я буду ждать тебя там.
– Мама… Я тебя люблю.
– И я тебя, малышка! – Елена растроганно обняла Иру. Доброе материнское сердце быстро забыло все обиды.
Мама ушла, а Ира сбросила куртку и вошла в свою комнату, собираясь хоть немного отдохнуть. Девушка увидела Книгу лежащей на полу, виновато подняла, раскрыла.
Крест. Деревянный покосившийся крест на склоне какого-то оврага… или карьера… Что это значит, Ира опять не могла понять. Она уже хотела закрыть Книгу, как вдруг услышала знакомый голос:
– Ира!
Тихий-тихий, он доносился прямо из Книги.
– Ян?! – Ира узнала этот голос и вскочила с кровати. – Ян! Прости меня, прости меня!
Она лихорадочно листала Книгу. Внезапный вихрь, сорвавшись с ее страниц, закружился по комнате, растрепал Ире волосы, ослепил ее, заставив зажмуриться…
Когда он стих, Ира открыла глаза и увидела себя в незнакомом заброшенном карьере. А впереди возвышался крест. Ира пригляделась:
– Ян! Ян, нет!!!
Она бросилась вперед, спотыкаясь и не разбирая дороги.
– Ян, не умирай! – Ира обхватила его ноги и зарыдала: – Ян, миленький, скажи что-нибудь!
Он слабо приподнял голову и снова провалился в беспамятство. Ира зарыдала, уткнувшись лицом в его колено, но в следующий момент спохватилась. Действовать надо, а не плакать, причем быстро. Она ударила кулаком по дереву – бесполезно…
– Черт! – девушка в исступлении стала руками и ногами колотить по кресту, раскачивать его, потом надавила изо всех сил…
Крест качнулся, затрещал и, сломавшись у основания, рухнул.
– Ян, только не умирай! – Ира бросилась к нему, стала лихорадочно развязывать веревки. Ян лежал неподвижно, и Ира, справившись, наконец, с узлами, бережно обхватила руками и приподняла его голову. – Ян, прости меня, – шептала она сквозь слезы. – Мне так жаль… Я чуть не убила невинного человека!
– Чуть… не считается.
Он открыл глаза, с трудом приподнял руку, погладил Иру по голове:
– Я горжусь тобой…
И снова лишился чувств. Внезапно Ира ощутила чей-то пристальный взгляд и обернулась. За спиной в нескольких шагах стояла Марго. Ира приподнялась, инстинктивно загораживая собой неподвижно лежащего Яна. Но Марго лишь посмотрела с печалью и обидой, повернулась и пошла прочь.
На следующий день Ира пришла в гимназию в своей обычной одежде и без косметики. Разве что не смогла расстаться с полюбившейся косухой.
Заметив в коридоре первоклашек, она первым делом отыскала маленькую толстушку.
– Люда…
Малышка посмотрела с настороженностью и обидой.
– Ты очень красивая девочка, – сказала Ира. – И обязательно станешь знаменитой балериной.
Глаза девчушки засияли, а Ира поспешила дальше. Со стыдом и прискорбием она вспоминала свои прежние похождения, не понимая до конца, что за дурь на нее нашла и почему. Встретив Катю, виновато попросила прощения. Но Катя, со своим неизменным оптимизмом, дружески обняла Иру :
– Проехали! Это снова ты, и ладно. Мне достаточно!
Тут в коридоре появилась Вика. Ира хотела к ней подойти, но девушка, гордо вздернув подбородок, ускорила шаг.
– Да, Ира, тебе еще много придется исправлять и расхлебывать, – хмыкнула Катя. – И курточку вернуть.
О курточке Ира думала в последнюю очередь, но именно эта потеря ее расстроила больше всего:
– Придется.
В конце коридора показалась директриса, и Ира, сделав глубокий вдох, направилась к ней.
– Держись, подруга! – крикнула вслед Катя.
– Здравствуйте, Алла Сергеевна, – робко начала Ира. – Кажется, я должна извиниться…
– Было бы неплохо, – кивнула директриса строго, но без злости. – Прошу в мой кабинет.
***
Поздно вечером Лиза вернулась домой. Сняла куртку, включила свет – и обнаружила в своей комнате Яна, который уже давно дожидался его.
– Чего тебе, Ян?
– Уже ничего, – мрачно ответил тот. – Поздно. Дьявол в тебе победил. Ты убила человека…
– Я спасла Иру от необходимости убивать! – горячо возразила Лиза . – У меня не было другого выхода.
– Всегда есть другой выход.
– Не для меня, – ответила Лиза , глядя прямо перед собой. – Я падший ангел.