«Глава четвёртая»
«Кошмарное чувство потерянности и опустошения, что присутствует в мире грёз, который больше не спасает от тех самых мук, бьющей куда это только возможно реальности.»
«Мишель внезапно открыла свои глаза, принимая сидячие положение, тело находилось под греющим одеялом, что согревала даже в самую холодную зимнюю ночь, но по её коже будто проплыла леденящая волна, по лбу прокатилась одинокая капелька пота, с ресниц вниз сорвалась затаившиеся слезинка, а перед глазами до сих пор стояла страшная картина, будто изнутри забрали душу, и оставляя лишь глухую пустоту и удушающую боль в груди, но вскоре кошмарный озноб утих, а страшное сновидение постепенно стало исчезать глубоко в сознании. За окном был чёрный мрак ночи, и лишь лёгкий лунный свет проникал через балконный проём квартиры. Глаза стали привыкать к этому мраку, и повернувшись в левую сторону, она наблюдала лежащего на другом краю Вилльяма, что сладко спал, так что даже кот позавидовал бы, поняв что всё в порядке, всё как и прежде, то Мишель успокоилась и приняла вновь лежачие положения тела, утонула в мягкой словно пушинке подушке. Придвинувшись ближе к парню лежавшему от неё на расстоянии руки, прижавшись к его здоровой и тёплой спине, закрыв свои глаза. Как только начала приходить сон, Мишель почувствовала как Вильям развернулся к ней лицом, и обхватив руками её тело, то прижал его как можно плотнее к себе, он был так горяч, словно раскалённое стекле летом при самой высокой температуре. Рядом с ним было всегда комфортно и приятно находиться, Вильям так внезапно явился в жизнь девушке, его появление изменило намного больше, чем это может показаться. С его появлением, Мишель почувствовала на самом деле что такое вставать утром с ожиданием встречи с ним, он давал надежду на осуществление грёз, при первой он показался грубым и обиженным подростком, что не получал родительской любви, в которой нуждался также, как и в спасательном круге утопающий, но позже он стал миром, чьи просторы захотелось покорить и назвать своими. Он был груб и отстранён, но любовь, которую он запрятал глубоко в недрах души, оказалась похожа на аромат нежных круассанов по утрам, на улицу наполненную запахом тёплого летнего дождя, на крылья бабочки, что будет всегда рядом, но оставит тебя одного, как только ты станешь ей неинтересен, на первую школьную любовь, которая вскружит голову при одном её упоминании, похож на ночное небо усеянное блестящими звёздами или же раскинувшимся млечным путём, что является дорогой во что-то новое и неизведанное, Вильям оказался самым невероятным, что могло случиться в серой и утраченной интереса жизни Мишель.»
«момент, когда пришлось
смириться с расколовшимся
сердцем.»
«Пар исходящий из кружки с горьким чаем, приятно обволакивал лицо Мишель, она сидела на высоком стуле в кухне, за последние четыре месяца улицы города слишком быстро утратили свои краски, небо больше не сияло от лучей греющего солнца, а на прохожих теперь накинуты утеплённые пуховики и пальто, но этих самых прохожих практически не встретишь, они предпочитают остаться в отопленных квартирках, поближе к своим любимым. Лишь Мишель грела тёплая постель, что теперь была на половину пуста, в ней не осталось прежнего смысла, девушка была настолько опустошенна, что даже мысль о предстоящем празднике, который «они» вместе с Вильямом должны были провести вмести, никак не затрагивает, ни плакать ни крушить, ни заливать в себя что-нибудь горькое не требуется, Мишель просто хотела уснуть с первой звездой на небе, и не проснуться следующим днём, всё настолько потеряло смысл, что из памяти уплывали счастливые воспоминания, от которых остался лишь пепел сгоревших надежд.»