Бессонница
Внезапный звон и грохот, доносящиеся явно с кухни, вырывают Кейджи из сна. Он недовольно щурится, глядя в сторону задернутых жалюзи, но на улице все еще темно и единственным источником света в небольшом помещении это отдаленный свет уличных фонарей.
Его сосед по комнате — ранняя птичка, которой каким-то образом удается прожить целый семестр занятий, ложась примерно в час и вставая в шесть, но тем не менее, 3:10 утра — это слишком рано даже для него.
Кейджи задумался, поворачиваясь с одного бока на другой в попытке снова заснуть.
Второгодка, с которым он подписал договор аренды на квартиру, был известен своим громким голосом и непредсказуемым и шумным характером, а с учетом того, что парень стремился к званию инженера, ему было не привыкать сидеть допоздна. Однажды Кейджи даже задался вопросом: "Спит ли его сосед вообще?" - ведь когда он ложился, сосед бодрствовал, а когда просыпался, тот либо завтракал, либо уже умотал на пары. Учились они порознь, и однажды вернувшись домой пораньше, Кейджи нашел соседа по квартире лежащего на диване, в гостинной, без сознания, с открытым ртом и разбросанными в разные стороны руками и ногами.
Достаточная интересная картина в стиле неспавший-семь-суток-ребенок-отрубился-совершенно-случайно.
Очередной, непозволительно громкий для половины четвертого ночи, треск вывел Кейджи, ходящего по лезвию медленно, но верно утягивающего сна, из раздумий.
Брюнет тяжело вздыхает. Он лежит без движения еще несколько тихих и спокойных секунд, пока ночную тишину, снова не разрушает странный грохот. С грустью прощается с таким прекрасным сном и мягкой и теплой кроватью, после чего встает и выходит из комнаты.
На кухне горит свет, и он поднимает руку, чтобы хоть как-то прикрыть непривыкшие к нему глаза, когда заходит в вышеуказанное помещение.
-Бокуто-сан...? - Голос немного хриплый после сна.
Парень оборачивается резко и как-то испуганно смотрит на первогодку, замирая на месте, словно боясь пошевелиться.
Кастрюли, сковородки, тарелки - всё, что только было у них в шкафах и стеллажах, перекочевали со своих законных мест, чтобы покрыть каждую плоскую поверхность на кухне. Практически все столешницы были завалены столовыми приборами: ложками, вилками, ножами, разными лопатками, овощечистками и подобным. Пол же был захвачен более тяжелыми кухонными вещами: блендером, разделочной доской, миксером, которым Кейджи до сих пор не умеет пользоваться, тостером и, кажется, он где-то заметил даже утерянную несколько лет назад переносную плиту.
-Что происходит?
-Акааши! Привет! - Бокуто как-то неловко покосился на него из центра "небольшого" беспорядка, держа в каждой руке по кружке, - А я рек... Рекон... Ре-кон-стру-и-ру-ю нашу кухню! Вот! - с быстро сменившимся с неловкости на какое-то непонятное брюнету восхищение взглядом произнес парень.
-...Зачем?... - брюнет немного удивленно вскинул брови.
-Ну, я не мог заснуть, а Ойкава, ну, помнишь тот парень, с которым у нас совместные пары часто бывают, недавно упомянул, что перемещение вещей помогает успокоить мозг. Ну, или что-то в этом роде. Поэтому я и решил попробовать! Знаешь, для ребенка, полностью одержимого инопланетянами и безумными теориями заговоров, он иногда дает хорошие советы. - с искреннем восхищением и удивлением пролепетал он.
Кейджи тяжело вздыхает, стараясь не зевнуть, и потирает глаза.
-Хорошо, но почему вы перестраиваете вещи на нашей кухне в половине четвертого?
Раздается внезапный стук, и Кейджи заметено вздрагивает, чуть покачиваясь в сторону. Бокуто опустил чашки на незаметное раньше пустое место на столешнице, глядя на Кейджи с выражением величайшего ужаса и изумления на лице.
-Боже мой, я тебя разбудил?! - взволнованно воскликнул парень, - Ты спал? Это из-за сковородок? Прости-прости, они оказались тяжелее, чем выглядели, и я не хотел ломать полки шкафов. Боже, неужели у тебя утренние занятия? Боже мой, Акааши, я не хотел- Я- Я- Я просто- В моей голове снова стало шумно и я попытался заснуть, но это не сработало. Я не мог сидеть на месте, а в прошлый раз, когда случилось что-то подобное, мне было так плохо, Куроо сказал, что я не должен оставаться один в комнате. Я не хотел беспокоить его, он же сейчас живет с Кенмой- Да и все остальные уже спят и я не хотел-... - в панике тараторил Бокуто.
Кейджи, теперь уже вполне проснувшийся после подобного всплеска эмоций Котаро, моргает от удивления и более чем небольшого беспокойства. Он впервые видит своего соседа по квартире таким обеспокоенным. У Бокуто всегда много энергии, почти как у ребенка, его могли восхитить и воодушевить большинство самых обычных вещей, из-за чего Кейджи зачастую трудно понять, как кто-то может быть таким радостным все время без помощи кофе или энергетика. Однако, не смотря на все его представления о характерах людей, он впервые видит постоянно оживленного и радостного Бокуто такого нервного, дергающего себя за волосы, говорящего что-то так быстро и несвязно, что он запинается и путается в собственных словах, тяжело дыша в то время, как большие янтарные глаза метались из стороны в сторону. Присмотревшись к соседу получше, Кейджи различает большие темные мешки под глазами и мелкую дрожь пальцев.
-Бокуто-сан, - тихо и максимально спокойно произносит Акааши, словно пробуя это имя на вкус, и аккуратно делает шаг вперед.
-Мне очень жаль, Акааши! Я- Я уберу это. Прости, просто, на самом деле, это не помогло, очевидно, ничего не помогает, я не знаю- - Он запинается и с глазами полными какой-то болью, уже тише произносит - Ты можешь вернуться спать, т-только не ненавидь меня, пожалуйста. Прости, пожалуйста. Только не уезжай, я-
-Бокуто-сан, - с легким нажимом произносит Кейджи, привлекая наконец-таки к себе внимание. Он схватил крупные руки парня, потянув их вниз, когда они слишком сильно дергали за волосы. Он не вздрагивает, когда золотые, широко открытые и слегка стеклянные глаза устремляются навстречу его собственным. - Пойдемте прогуляемся, - тихо говорит Кейджи.
Бокуто удивленно моргает раз, другой. И это выглядит так не принужденно,что Кейджи невольно думает, что Бокуто похож на сову.
-Что?
Кейджи медленно моргает, ненадолго прерывая зрительный контакт, после чего несильно кивает в сторону входной двери.
-Подышим свежим воздухом. Эта штука с кухней не работает, не так ли? - Он обратил свое внимание на разложенную в немного непонятной сортировке посуду, после чего снова посмотрел на второгодку и кивнул в сторону его комнаты. - Иди надевай куртку, встретимся у входной двери.
Кейджи терпеливо ждет, когда Бокуто послушно уйдет в свою комнату за курткой, чтобы глубоко вздохнуть. Легкое волнение охватило парня, и, чтобы успокоится, он начал осматривать пространство вокруг себя. Взгляд наткнулся на настенные часы. Сейчас почти четыре часа утра. Он снова вздыхает. Ну, первая пара все равно начинается только в час дня.
Когда Бокуто наконец-то нашел куртку, а Кейджи надел теплую пару брюк, они вышли из квартиры и направились в Тихий Квартал, где располагались лучшие парки района.
Небо начинало медленно переходить в более бирюзовые оттенки из изначального темно-синего, когда последние звезды робко мерцали над пока еще спящими улицами. Редкие уличные фонари, не так уж и часто попадавшиеся на их пути, слабо освещали полу-пустынную в ночное время суток местность, словно тем самым напоминая гуляющим по улицам людям, что остальной мир все еще спит.
Остановились медленно шли по парку, дорожка которого немного виляла из стороны в сторону, ведя их на небольшой пригорок.
Кейджи немного покосился на парня, идущего рядом с ним; Бокуто не произнес ни слова с тех пор, как снова вышел из комнаты, хотя обычно этот парень что-то лепечет без умолку, однако сейчас он смотрит на свои ботинки, а руки как-то безвольно болтались из стороны в сторону в такт шагам второгодки. Он выгладит через чур задумчивым и, как гласит мимолетная мысль в голове брюнета, милым. Тем более без чрезмерно нанесенного геля для волос в его ежедневной прическе-взрыве Котаро выглядит намного моложе и, казалось бы, гораздо более чувствительным к суровости этого мира.
Кейджи вдруг, неожиданно для себя, понимает, что чувствует по отношению к парню непреодолимую заботу и легкое волнение о его здоровье, даже не смотря на то, что младше Бокуто на год.
-И часто у вас... Возникают проблемы со сном? - интересуется он чуть осипшим голосом.
Бокуто ничего не говорит; даже головы не поднимает, но кивает. Ему требуется некоторое время. Он чувствует себя виноватым; он разбудил своего соседа, а теперь, считай, и вытащил его на улицу в четыре часа утра.
Когда он говорит, его тон медленный и какой-то виноватый:
-Я пытаюсь отвлечься и занять себя чем-то: играю в игры, смотрю фильмы или решаю эти задачи по математике онлайн, но... Иногда это... Просто не работает.
-Математика? То есть вы стараетесь вызвать мозговую усталость и уснуть? - Кейджи уже полностью поворачивает голову в сторону собеседника.
Бокуто снова кивает.
-Вот только иногда это просто ухудшается. - тяжело вздыхает он, запуская руку в свои волосы, чуть зачесывая их назад, что бы они не спадали ему на глаза. - Прости, Акааши. Это не твоя проблема, а я тут... Навязываюсь. - он выдыхает рвано и наклоняет голову еще ниже, стыдясь чего-то.
-Ничего страшного, - спокойно произносит Кейджи и удивленно замечает, что это чистейшая правда. Несмотря на то, что он жил с гостем весь семестр, он зачастую не понимает его логики, поведения или причин каких-либо действий, однако он точно не питает к нему неприязни ил призрения. Бокуто громкий и импульсивный экстраверт - он сочетает в себе все те качества, которых не имеет Кейджи, но Бокуто так же доброжелателен, вспыльчив и заботлив, не смотря на то, что Акааши зачастую спокоен и, в какой-то мере, холоден. Вот только сейчас Кейджи не хочет, чтобы Бокуто был таким: тихим, замкнутым, грустным и потерянным. - Я никогда раньше не видел здесь восхода солнца, - прерывая немного затянувшееся молчание между ними, произносит он.
Бокуто, кажется, немного оживился.
-Я знаю одно хорошее место! - сразу же произносит он и приподнимает голову. Кейджи с неким облегчением замечает, что уголки губ второгодки приподняты, а желтые глаза обрели привычный детский блеск.
-Посмотрим, - бледные губы брюнета немного растянулись в легкой умиленной улыбке.
Он чувствует, как тяжесть, которую он даже и не замечал, но которая присутствовала ровно с того момента, как он увидел такого испуганно-взволнованного Бокуто, разбудившего его, падает с его сердца, при уже привычной отчасти детской улыбке Бокуто.
Бокуто ведет его дальше, проводя через парк, мимо знакомой обоим автобусной остановки, откуда они иногда едут в институт, через железнодорожные пути, после чего направляется к следующему парку, который был одним из самых больших во всем городе. Кейджи послушно следует за ним, когда они направляются к берегу реки, прятанной в дебрях леса на склоне холма. Подходя ближе, брюнет замечает перекинутый, через реку мостик. Бокуто ведет его именно к этому мостику, идеально подходящему для того, чтобы наблюдать за тем как солнце поднимается прямо над спящими зданиями вдалеке.
-Красиво, - тихо на выдохе выдает Кейджи. На лице Бокуто — аккуратная нежная улыбка, такая же красивая, по мнению Кейджи, как и бесчисленные оранжевые и желтые лучи солнца, медленно расплывающиеся по дорогам и многочисленным небоскребам. Кейджи медленно выдыхает, после чего кланяется. - Спасибо, что показали мне это место, Бокуто-сан. Как вы себя теперь чувствуете, лучше?
Бокуто кивает, не смея отрывать завораживающего взгляда от яркого Небесного Круга. Однако еле заметно прикусывает губу и медленно наклоняет голову, обращая взгляд совиных глаз на Кейджи. Взгляд такой нерешительный и робкий.
-Спасибо, Акааши. Ты хороший человек. - голос немного тихий, но в нем явно слышится искренняя благодарность.
Кейджи даже не замечает, как прикрывает глаза, когда губы вновь растягиваются в достаточно непривычной для него улыбке. Он медленно качает головой из стороны в сторону.
-Просто хороший друг. - на выдохе.
Бокуто удивленно распахнул глаза, немного "подвиснув", однако уже через секунду лучезарно улыбнулся.
-Мы друзья?
-Да, - губы Кейджи растянулись в еще более широкой улыбке, - так что, если в следующий раз вы не сможете заснуть, то вы должны побеспокоить меня, хорошо?
Они неспешно возвращаются домой под звуки постепенно просыпающегося ото сна города, идя достаточно близко друг к другу, чтобы их руки касались друг друга, а их лица освещали радостные улыбки.