1
Яку ненавидит Хайбу.
Он ненавидит его всей душой.
Он ненавидит его всего; от глупых замечаний или случайных шуток про низкий рост Мориске, и вплоть до ярких зеленых глаз, внимательно следящих за ним, словно хищник за добычей, и серебристых волос, в которые так и хочется зарыться руками, ведь либеро уверен, что они до чертиков мягкие.
Он ненавидит его стройное и поджарое тело с достаточно накаченным мышцами ног, рук и живота, от которых Яку иногда не мог оторвать взгляд даже при всем своем желании.
Он ненавидит грубые большие ладони, которыми Лев часто касается его, давая "пять", хлопая по спине или кладя их на голову Мориске, от чего живот приятно сводит, словно там целая стая взбунтовавшихся бабочек.
Он ненавидит его голос, постоянно казавшийся слишком громким и энергичным в еще пустующем зале.
Он ненавидит его вид с утра — когда Хайба, широко зевая, подтягиваться, из-за чего футболка задирается, оголяя достаточно натренированный пресс.
Он ненавидит его шумный и бойкий характер, из-за которого Лев зачастую не мог усидеть на месте и рьяно рвался тренироваться, направо и налево крича, что в скорейшем времени станет АСом Некомы.
Он ненавидит всего Хайбу Льва. Целиком и полностью. И плевать, что каждый взгляд ярких изумрудных глаз заставляет тело замирать, а сердце — пропускать удар, после чего заставлять его учащать биение.
Он ненавидел его...
Ненавидел за то, что с нетерпением ждал каждой их встречи; за то, что именно он заставлял Мориске смущаться от обычной улыбки, словно младшеклассница перед красивым парнем из старших классов; за то, что именно Хайбу Льва он... Полюбил.
Полюбил всем сердцем.
Полюбил его глупые замечание про рост,
его по-кошачьи игривые изумрудные глаза,
его чертовски мягкие серебристые волосы,
его длинные, шершавые и грубые руки, от мимолетного прикосновения которых он был готов растаять прямо там,
его накаченное тело, которым он, как казалось Мориске, светил все чаще именно рядом с ним,
его немного бархатистый и грубоватый голос, которым он иногда зовет его.