19 глава
-Венчается раб Божий Михаил, рабе Божией Викторие, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь!
Батюшка говорил эти слова, разносящиеся эхом по церкви. Мы с Михаилом Андреевичем держали свечи. Над нашими головами великие князя, мои два брата Михаил и Николай держали венцы, уже почти отслужившие свой век, кое-где облупленные, потертые. За нашими спинами стояли Александра Федоровна, ее сын - мой племянник, наша мать Мария Федоровна и еще несколько знакомых нам людей.
-Венчается раба Божия Виктория, рабу Божию Михаилу, во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь!
Михаил Андреевич волновался. Я видела, как у него в руке подрагивала свеча. Да и я, что уж скрывать, еле сдерживала дрожь в теле и старалась дышать потише, чтоб свечу не задуло. Но здесь я чувствовала какую-то неописуемую ауру торжественности и спокойствия, от которого мне постепенно делалось легче.
-Господи, Боже наш, славою и честию венчаешь их! Теперь вы должны принести друг другу клятвы.
-Перед лицом всех собравшихся я обещаю любить тебя и заботиться о тебе. Я принимаю тебя со всеми достоинствами и недостатками и взамен прошу о том же. Я защищу тебя и помогу тебе, если ты будешь в этом нуждаться, и готов пройти с тобой рука об руку всю жизнь- сказал Михаил, отчего я чуть не заплакала. Теперь была моя очередь приносить клятву.
-Я принимаю твою клятву и взамен прошу услышать мою. Я обещаю любить и уважать тебя, как своего супруга. Не ругаться по мелочам, приносить в дом тепло и уют, оказывать тебе помощь и поддержку, когда она тебе понадобится. Я выбираю тебя как человека, с которым хочу пройти всю жизнь.- от моих слов фрейлины Саши начали плакать. Одев кольца, Михаил прижал меня к себе и поцеловал. В ответ я обняла его и подумала, что я его не отпущу.
Когда все завершилось, мы вышли из церкви под колокольный звон и пошли праздновать. Свадьбу отгуляли веселую, с размахом. В прямом смысле весь дворец гудел до самой ночи. А мы с, теперь уже, мужем в первом часу пришли наконец к нему в дом.
-Чтоб я еще раз надела этот корсет!- шипела я, пытаясь справиться с застежкой- Да я уж лучше умру...
-Не надо так- Михаил расстегнул мне крючки на платье- Ну вот и все. Ты его больше и не наденешь
Я аккуратно отцепила фату вместе с диадемой и распустила волосы. После чего сняла с себя ленту. Сдвинув платье до пояса, я попросила:
-Михаил, ты не мог бы развязать шнуровку, пожалуйста?
Он ослабил сильно затянутую шнуровку, и платье упало к моим ногам. Михаил развернул меня к себе и поцеловал. Не так, как в церкви, а как не целовал никогда.
А через несколько минут я уже не понимала, где нахожусь, ничего не видела, кроме почти синих глаз Михаила, напротив своих.
Все мысли, за которые я хотела зацепиться, будто исчезали из головы.
13 декабря
Утром я открыла глаза и на секунду растерялась, не понимая, почему проснулась не в своей комнате. Осознав, тронула постель рядом. Теплая. Я еще немного полежала, не двигаясь
Повернув голову, я заметила на прикроватном столике записку.
"Не хотел тебя будить, но завтрак и государственные дела никто не отменял. Спускайся в столовую, я тебя жду. Улыбнувшись, я стала одеваться.
Сундук с моими вещами перенесли еще вчера. Даже комната у Михаила была почти, как у меня, но все было по другому.
В сундуке я нашла чистую рубашку, заправила ее в штаны, одела мундир, ленту и начищенные сапоги. Осмотрев комнату еще раз, я развернувшись, пошла к мужу.